Близнецы

      Раннее утро озаряло прибрежье Малибу. «Звёздное» местечко, и без преувеличений. В Малибу зачастую можно встретить голливудских звёзд, которые здесь проживают. У них огромные дома, множество прислуги, обязательно бассейн и роскошь. Куда без этого? Помимо прочего буквально через дорогу от побережья в роскошном доме на Морнинг Вью проживала семья Уилеров. Точнее, проживала когда-то. Карен и Тэд Уилеры были счастливой семьёй, у которых рос единственный сын Майкл, над которым взял опеку его дядюшка. Теперь в этом доме проживали помимо Майка и его дедушки также его дядя Чарльз со своей женой Линдой и двумя детьми Дэниелом и Холли, и брат дяди Марк. Всё кажется таким солнечным и замечательным, но как бы не так… — Майкл! — разнеслось на весь дом, и юноша, который в данную минуту мыл полы, вдруг встрепенулся. Ох не нравился ему этот тон. Дядю лучше не злить. Выбежав к лестнице, он посмотрел вверх. Возле перил стоял высокий и статный мужчина, брюнет с лёгкой сединой на висках, лёгкими морщинами, небольшими карими глазами и довольно ярко выраженным запахом табака. Альфа. Очень сильный альфа. — Почему ты не постирал тот пиджак, который я вчера попросил постирать?! — Извините, я сейчас же постираю, — юноша быстро побежал вверх по лестнице и зашёл в его с женой спальню. Там сидела женщина и протирала свои лакированные туфли от чёрных полос. Майк с ней поздоровался, быстро взялся за пиджак, как вдруг дядя его вновь остановил. — Стоять. Милая, что ты делаешь? — Я? Очищаю туфли от полос, что же… — Отдай ему. Пускай сам этим занимается, — он хмуро взглянул в глаза жены, которая оторопела. — Но это же мои туфли, я сама могу… — Отдай, сказал! — рявкнул Чарльз, и она тут же вручила туфли Майку, виновато взглянув ему в глаза. Юноша всё взял в руки и тут же выбежал из комнаты, как вдруг его позвали из соседней комнаты. — Майк, иди-ка сюда!       Парень быстро подбежал туда, к старшему сыну своего дяди. Он стоял в одних трусах, от него пахло лимоном. Омега. — Почему ты вчера не погладил мою рубашку? Как я по-твоему пойду в колледж? Быстро! И помни, это вискоза, с ней нужно осторожно. — Хорошо, — Майк послушно взял рубашку и выбежал из комнаты. И это его обычное утро, которое начинается с упрёков и криков. Так было далеко не всегда, он стал домохозяйкой наравне с прислугой только год назад, после окончания старшей школы. Майкл Уилер обучался в Средней школе Малибу. Счастливый ребёнок, скромный, послушный, он был отрадой для своих родителей, хотя в детстве был тем ещё капризным ураганом. Они имели большое влияние в политике округа Лос Анджелес, отец владел своим бизнесом, который целиком и полностью завещал своему сыну, однако лишь в случае смерти его отца, старика, который едва ли был в состоянии присмотреть за собой. За ним ухаживал только Майк долгие годы. Ему девятнадцать, и вот уже как шесть лет не стало его родителей, трагически погибли в шторм на яхте. Майк с тех пор стал замкнутым. Его дядя, муж двоюродной сестры матери решил взять над ним опеку, но не просто так. Пока он опекает мальчика, то может довольствоваться деньгами, которые во владении у фамилии Уилеров. Бизнесом занимаются доверенные лица Тэда, поэтому он не гибнет. Эти люди знают Майка с младенчества, да и дружили они с его отцом. Не могут оставить мальчика в беде. Никто не знал о терроре над бедным Майклом Уилером.       У дяди был брат-альфа, который жил с ними и периодически приставал к Майку. Его даже не останавливало то, что Майк тоже альфа. У Уилера был ярко выраженный запах вишни вперемешку с тёмным ромом, который практически никогда не проявлялся. Потому от юноши чаще всего пахло сладкой вишней. Дядюшка очень хотел в будущем обручить своего брата с Майком, чтобы и его фамилия владела половиной бизнеса. Тогда-то они никогда не будут жить в бедности.       Майк не был некрасивым. Напротив, высокий, статный брюнет с короткой стрижкой, широкоплечий. Он в принципе осознавал своё положение, но лишь отчасти, да и ему было страшно. Страшно выкинуть их всех из своего дома. Именно, своего.       Пока он гладил рубашку, то к нему подбежала племянница, младшая дочка дяди. Холли. Замечательная девочка, прекрасная омега с нежным карамельным, сладковато-древесным запахом кленового сиропа вперемешку с тонким сладковатым мандарина. — Майк, давай я сама туфли почищу? — Что ты, милая! — изумился он, осматриваясь по сторонам. — Ругать будут, я сам. — Я тихонько, пока папа не увидит! — Ну хорошо, только аккуратно, — он улыбнулся девочке, продолжая гладить, как вдруг услышал вскрик дяди. Бросив все дела, а именно утюг прямо на рубашке, он рванул к нему. Услышав очередное замечание по поводу не протёртой мебели от пыли, Майк собрался было уйти, как вдруг услышал самый ненавистный голос из всех в этом доме. Марк, брат дяди. — Эй, Майки, — протянул он, и юноша замер, медленно поворачиваясь в сторону комнаты этого молодого парня. Такой же брюнет, только с большими серыми глазами, пронизывающими насквозь. В помещении ужасно сильно пахло морской солью вместе с косточкой смородины. Замечательный аромат у такого гнилого человека. Этот запах несколько влиял на Уилера, однако не позитивным образом, а скорее негативным. Он дурманил в плохом смысле слова. Становилось противно. — Что-то случилось? — Совсем ко мне не заглядываешь. В чём дело? Ты совсем не хочешь меня видеть? — Марк взялся за его бёдра, и Майку стало противно. Он же тоже альфа. В аромате вишни стали проступать запахи рома, что говорило о злости и даже страхе. Он ведь совсем не умеет сопротивляться. Покладистый и мягкий. Точнее, его таким сделали. — Не нужно, — он отпрянул, и Марк вдруг улыбнулся. — Пришей мне пуговицу. Она отвалилась. — Снимайте свою рубашку, и затем я пришью. — Нет, прямо на мне, — улыбнулся Марк настолько отвратительной улыбкой, что у Майка пробежались мурашки по спине. Вдруг на весь дом раздался крик. Уилер помчался на голос и заметил, что оставил включенный утюг прямо на рубашке, тем самым прожёг её. — Папа! Он сделал это нарочно! — кричал Дэниел, и тут же примчался дядя. Майк пытался извиниться перед парнем, но всё напрасно, мужчина уже всё увидел. Табачный аромат разнёсся по всему залу, Майк медленно развернулся и тут же получил пощёчину, падая на пол. — Мелкий гадёныш, мразь неблагодарная! — кричал дядя, пока Линда пыталась его как-то оттащить от бедного мальчишки. Холли с ужасом во взгляде наблюдала за этим, прижав туфли мамы к своей груди. Удар за ударом наносился по лицу и другим участкам тела, а Уилер уже не мог сдерживать слёз от боли и обиды. Вскочив, он забежал в комнату к деду, который тут же прикрыл его собой, слыша крики и звуки драки. Дядя встал в проходе, не смея войти внутрь. Пока старик жив, вся компания принадлежит ему, а после его смерти всё передастся в руки Майку, и тогда уже ничего не достанется семье Чарльза. — Выходи оттуда, гадёныш, хватит рыдать, как девчонка! Никакой из тебя не альфа, омега грязный. Нужно было тебя в притон сдать, ублюдка! — Уходи из комнаты, Чарльз, — вдруг подал голос дедушка, и мужчина рыкнул, покидая помещение. Обняв внука, старик стал успокаивать его. — Почему… Почему тогда на яхте я тоже не утонул с родителями? Почему, дедушка?! — Майк был в отчаянии, обнимая единственного близкого человека. Старик кашлянул, затем строго заговорил. — Не говори так! Тебе дана эта жизнь, и я уверен, что им всем ещё воздастся по заслугам. Были бы у меня силы, я бы сам их всех выкинул отсюда. Прости, что не могу ничем помочь. — Всё в порядке, дедуль. Прости и ты меня…       Он так и сидел, обнимая свою единственную поддержку, своего деда. Может, когда-нибудь это всё наконец закончится?