А-Юань, посмотри.

Очередной прекрасный солнечный день, проведённый вместе с Цзинъи. Юань безумно любит своего мужа и готов каждый день дарить ему радость для того, чтобы беспрерывно видеть его яркую улыбку, от которой распускаются цветы, а солнышко начинает светить ещё ярче. Сегодня он хочет отвести Цзинъи в особенное место. Туда, куда папа Ванцзы водил его, когда тот был совсем маленьким ребёнком. Цзинъи давно знал об этом месте, так как когда-то давно, когда они были подростками, он из любопытства последовал за Сычжуем. Он увидел, как тот тихо хихикая, резвиться с маленькими кроликами. Это были кролики Хангуанцзюня. В какой-то степени такое зрелище умилило его, он долго наблюдал за этим, пока всё-таки не решил выдать своё присутствие Юаню. Покрасневшие щёки Сычжуя заставили Цзинъи почувствовать себя виноватым, что тот так неосторожно поставил своего друга в неловкое положение, но в скором времени они оба забыли об этом и уже вместе наблюдали за гурьбой белоснежных пушистиков. «А-Юань! А-Юань!» Сычжуй обернулся. Вдалеке стоял Лань Цзинъи, звавший его к себе своей рукой. Его губы были растянуты в привычной для Юаня широкой улыбке, отчего тот, умиляясь, свёл брови и тихо посмеялся. -Доброе утро, А-И. — мягко проговорил Сычжуй, но тот его, конечно же, не услышал. Цзинъи бодрым шагом направился к нему. «А-Юань!» — снова позвал его тот. Лань Юань приложил палец к растянутым в нежной улыбке губам. — Тс-с, не шуми. Пойдём со мной. Взяв мужа за запястье, А-Юань спокойным шагом направился куда-то, куда дорогу Цзинъи точно знал, но почему-то не подумал об этом. Спустя небольшой промежуток времени, они оказались среди высоких деревьев, одно из которых было повалено и обложено сухими ветками, будто бы кто-то пытался обустроить там углубление. Цзинъи понял, чего хотелось бы Сычжую. Он завёл руки за спину и подошёл к углублению. Сложив ладони «лодочкой» и достав что-то дрожащее и маленькое, он сел на поваленное дерево. Прижав беззащитное существо к своей груди и надув губы «уточкой» он прыснул смехом и взглянул на Сычжуя. Они оба молчали. Но это совсем не было неловким молчанием. Так они наслаждались друг другом. -Цзинъи…- отрывисто, но так же мягко произнёс Сычжуй, приближаясь к нему. Обычно тишину нарушал сам Цзинъи, но в этот раз всё почему-то произошло ровно наоборот. Сычжуй сел совсем рядом и ласково улыбнувшись, обхватил руки Цзинъи своими. Цзинъи ожидал, что его А-Юань собирается что-то сказать, поэтому эти несколько секунд он был предельно внимателен, пристально, но с любовью наблюдая за мимикой своего возлюбленного. Поняв, что тот не планирует что-либо говорить, Цзинъи вежливо посмеялся и беззвучно поцеловал того в нос, от чего Юань покорно прикрыл глаза и улыбнулся. Лань Юань посмотрел на голые деревья. Они совсем не портили атмосферу, что царила сейчас рядом с ними. Они не мешали задуматься. Не мешали им любоваться друг другом и дарить счастье обоим. Им ничего никогда не мешало. Они всегда были счастливы рядом друг с другом. Лань Юань и Цзинъи мужья уже целый год. Нынешний Цзинъи был выше Сычжуя на несколько сантиметров, он был стройным и красивым мужчиной, которым Сычжуй всегда восхищался и которого он любил. Сам Лань Юань тоже повзрослел со своего юношества. Он стал духовно сильнее, сдержанней, что совсем не помешало ему оставаться таким же мягким и добрым, каким его всегда считали ровесники и старшие. «А-Юань». Сычжуй, оторвав свой взгляд от облачного неба, медленно повернул голову. Цзинъи поместил ему на колени несколько кроликов. Одного из них, которого до этого держал сам, он вручил ему в руки. Мужчина провёл по красивым и мягким ушам кролика, которые тот в свою очередь боязливо прижал к голове. Как будто бы это был совсем другой кролик. Кролик, который ещё не привык к его рукам. Юань с нежностью поглаживал того по голове, задевая его маленькие ушки. Он снова погрузился в свои счастливые мысли, продолжая поглаживать малыша, говоря тому что-то очень ласковое и тёплое, чтобы завоевать доверие кролика. Он смотрел на него заворожено, не отрывая взгляда, как будто готов отдать ему всю любовь и свой комфорт. Только ему и Цзинъи. — А-Юань, посмотри! — воскликнул Цзинъи, потянув того за рукав. В следующую секунду Сычжуй отвлёкся и Цзинъи залился смехом, пытаясь прикоснуться к хрупкому существу, что приземлилось на его нос. Это была бабочка. Он попытался рассмотреть её, что очень позабавило Сычжуя и он, заразившись смехом возлюбленного, тоже засмеялся. А-Юань усадил бабочку на указательный палец, чтобы Цзинъи мог увидеть её. У неё были красивые ярко-голубые крылья. Цзинъи смотрел внимательно и завороженно. Он даже задержал дыхание, словно боясь нечаянно сдуть и поранить маленькое и хрупкое создание, которое доверилось им обоим. Они улыбались. Они были счастливы. Спустя мгновение, бабочка упорхнула, оставив их наедине. Она улетала, превращаясь в яркую точку, а затем и вовсе растворилась вдалеке. Сычжуй с любовью обхватил лицо Цзинъи своими ладонями и прикоснулся губами к его щекам. Цзинъи податливо наклонился вперёд и, уложив голову на его плечо, притих, пока снова не увидел что-то впереди. «А-Юань, посмотри». Там, куда смотрел Цзинъи, кажется, не было ничего, что действительно могло бы приковать к себе его внимание. Юань отстранился и стал вглядываться вдаль. В следующий миг чьи-то руки обхватили его талию и заключили Сычжуя в крепкие объятия. «Смотри, А-Юань, ты попался».