История о том, почему незванный гость не всегда нежданный

      Азирафаэль был доволен: сегодня он не продал целых десять книг. Когда он поднимался домой, уже стемнело. Уставший и голодный, он первым делом пошёл на кухню. И застал там незваного гостя.       — Кроули?       Демон стоял и вылизывал тарелку. Полуголый. Без очков. Азирафаэль бы кончил на месте от одного вида его оголённого мускулистого торса, если бы не был ангелом. А у ангелов, как известно, нет пола. Он усилием воли заставил себя изобразить строгость. И кашлянул.       — Азирафель…       — Азирафаэль…       — Азирафель.       — Кровлей.       — Азирафаэль, есть еда?       От подобной наглости Азирафаэль опешил. Мало того, что демон вламывается к нему, как к себе домой, съедает всё съедобное, так ещё и ведёт себя так, будто это само собой разумеется.       — Какого чёрта ты забыл на моей кухне?       Теперь опешил уже Кроули. Азирафаэль и впрямь был готов облить его святой водой на месте. И даже сжал в руке невесть откуда взявшийся флакон. (Хотя это не отменяло того факта, что Кроули был чертовски красив и накачан; У ангелов нет пола).       — Полегче… Мой дом затопили.       — Волшебство…       — Но ведь это будет уже другой дом.       На это Азирафаэлю было нечего возразить.       — Кроули, назови мне хотя бы одну причину не выгнать тебя.       — Эээ… Через пять минут начнется «Доктор кто».       Азирафаэль пулей рванулся в гостиную, Кроули — за ним. Он рухнул на кресло, Кроули — рядом. (А кресло вообще-то было рассчитано на одного; они сидели настолько близко, что даже тёрлись бёдрами). Он тщетно попытался испепелить демона взглядом. Начался сериал.       Комната была небольшой, но уютной. Телевизор. Кресло, мягкий пушистый ковёр, журнальный столик, и книжная полка — вот и вся мебель.       На моменте, когда статуи ангелов ожили, ангел вскрикнул и вцепился в друга. Было жутко интересно. Азирафаэль сам не заметил, как оказался на коленях у Кроули. Демон обнял его. Азирафаэль то смотрел, то отворачивался, не в силах сдержать страх.       Гавриил. Одна из статуй упорно напоминала Азирафаэлю Гавриила. Он зажмурился и ещё сильнее вцепился в Кроули. Тот прижал его к себе.       — Тишшшше. Мы в безззопасссстноссссти, — и, как ни странно, эти слова успокоили его.       И тут что-то твёрдое упёрлось в седалище Азирафаэля. Он заёрзал, пытаясь устроиться поудобнее. И тут до него дошло. Сердце Азирафаэля забилось быстро-быстро. («Почему? Что бы это могло значить?») Он заглянул в лицо демона. Тот застыл в напряжении. В глазах было какое-то непривычное выражение («Боль? Нет, должно быть ему померещилось») Азирафаэль, конечно, знал об озабоченности демонов, но не настолько же. Он уже готов был прочесть гневную речь, как голод дал себя знать. (Конечно, ему не нужно было питаться, чтобы жить, но голод был частью жизни в человеческом мире).       Он покраснел и возжелал исчезнуть. Азирафаэль отвёл взгляд. Сердце всё ещё билось как бешеное. Отуземился. Кроули щёлкнул пальцами — на его руке возникла тарелка с блинами. Пышными, жирными. Азирафаэль мужественно боролся с голодом целую минуту, а потом накинулся на блины. Кроули осторожно подвинул его и рванул в ванную. (Азирафаэль даже думать боялся, чем он там занимается).       Серия тем временем продолжалась. А Азирафаэль поглощал блины и был слишком увлечён своими мыслями, чтобы прислушиваться. Ну как можно так опозориться? Он же ангел, существо выше людей и их потребностей. И всё-таки. Что Кроули о нём подумает? Что ангел окончательно отуземился и стал человеком? Мысли о необычных… предпочтениях Кроули он засунул куда подальше. («Кроули что, мной заинтересовался? Нет, не может быть»).       Кроули вернулся, когда Азирафаэль доедал последний блин. Демон шёл вразвалочку, руки в карманах. Он выглядел непривычно серьёзным. Не взглянув на Азирафаэля, он сел на ковёр возле кресла, так что его макушка была на уровне рук Азирафаэля. Кроули прижал ноги к груди и обнял колени. Как здорово было бы зарыться руками в его волосы!       Азирафаэль мало знал о любовных потребностях людей и ещё меньше — об их удовлетворении. В конце концов он же ангел, ему не положено вступать в отношения. Почему-то он подумал, что будь Кроули его напарником когда демон ещё работал в Раю — жить стало бы намного легче. Но увы. Да и вообще — Кроули бы пошли белые крылья и нимб.       Серия незаметно закончилась. Кроули не шелохнулся. Азирафаэль бесшумно встал, развернулся и заглянул в лицо демону. Тот мирно спал. Сидя. Скорчившись на полу. Ангел спешно побежал в спальню за одеялом. Укутал им демона. И, обопёршись о телевизор, наблюдал за спящим Кроули. (Вы не подумайте, ничего такого, чисто платонический интерес). Он был таким милым, таким невинным, если так можно сказать о демоне.       Странно, что его вторжение в дом Азирафаэля не казалось ему больше… неправильным. Нет, Кроули следовало позвонить, но в целом ангел был не против. Азирафаэль сам себе удивился. Совсем отуземился. Того и глядишь семью заведёт. Ангел постарался взять себя в руки и пообещал себе, что завтра же выгонит незваного гостя. На этом месте он заснул.       Черт, а чём он думал, когда ложился так? Кряхтя, как шеститысячелетний старик он поднялся. На журнальном столе стоял чай. Каркаде. Без сахара. Как Азирафаэль любил. Он залпом выпил кружку и поплёлся на поиски Кроули. Ему срочно нужно задать другу несколько вопросов.       Кроули нашёлся в спальне. На кровати Азирафаэля. Демон курил. Ноги скрещены. Взгляд направлен будто внутрь себя. На столе бутылка коньяка. Вообще он всей своей фигурой напоминал сжатую пружину, готовую вот-вот выстрелить. Азирафаэль много чего хотел спросить, но слова не находились. Так что он просто стоял.       Помимо кровати, отхвачённой задешево на гаражной распродаже, в комнате была ещё одна книжная полка, торшер и тумбочка (между прочим, из красного дерева).       «Что это с ним? Он, конечно, извращенец, подонок и демон, но…» Это «Но» он не решился бы даже подумать, а уж тем более — сказать вслух. Сейчас его больше всего волновало не появление его без спроса в доме, не вчерашний казус, а то, что с ним происходило сейчас. Таким напряжённым он не был даже во время Армагеддона.       Кроули поднял на него мутный взгляд, хлопнул по матрасу рядом с собой. Азирафаэль сел, держась от демона подальше. Тот горько усмехнулся, наколдовал Азирафаэлю бокал вина. Он молча взял его, но не пил. Они некоторое время сидели молча: Кроули курил, Азирафаэль — рассматривал вино.       — Кроули, с тобой что-то не так.       Демон резко повернулся и воззрился на Азирафаэля. У Азирафаэля по спине пробежали мурашки и он тут же отвёл взгляд. Демон отряс пепел в появившуюся пепельницу.       — То есть тебе не всё равно?       Азирафаэль чуть не задохнулся от злости. Всё равно? После всего, что они вместе пережили? Да как можно? Это же святотатство! Поневоле вспомнилась вчерашняя оказия. Азирафаэль так и не понял, что это могло значить. Нет, конечно, он знал об анатомических особенностях людей, но знания его были небогатыми и сугубо теоретическими. Секс его не привлекал. Вообще. У ангелов нет пола, следовательно, о каком сексе речь?       Кроули затянулся.       — Азирафаэль… ты мне нравишься… не в том смысле, в котором ты подумал…       Азирафаэль завис. Кроули сосредоточенно сжимал бокал. «В смысле он хочет сказать, что… как это у людей называется… влюблён в меня. Но я же ангел, а он — демон. Да к тому же у ангелов нет пола. Это невозможно… Или возможно?» — размышлял Азирафаэль. Хотя он даже самому себе боялся признаться, что ему приятно он в эйфории, потому что Кроули был хорош собой, разделял взгляды Азирафаэля, а ещё он голубее голубого. И Азирафаэль был к нему очень неравнодушен.       — Кроули, ты — редкостный извращенец, мерзавец и подлец, — бокал упал и разбился, — но чёрный тебе идёт, — и он обнял офигевшего демона.