Бедненький больной

      Антон стоял во внутреннем дворике больницы, в местной курилке. Он держал в руке тлеющую сигарету, вокруг клубился дурманящий дым. Мысли мальчика совсем спутались… «Наверное вот так вот сваливать с палаты и втихаря курить это не очень удачная идея? А что, если Вася заметит? Интересно, мне влетит?»       Думалось с трудом, и эти вопросы возникали из ниоткуда и пропадали в никуда. Парень не особо переживал, и вообще странно себя чувствовал, как будто всё на свете стало совершенно бессмысленным. А ведь обычно он скрывался, не курил в открытую, опасался каждого прохожего. Может пофигизм вот так со временем и приходит? Может просто настал тот самый момент, когда уже наплевать на всё? Да вроде нет, с чего бы это?

Очень странное состояние

      Сигарета уже почти докурена, голова покруживается. После долгого перерыва даже как-то непривычно.       Внезапно сомнительную эйфорию весьма грубо прервали. Мальчик резко вздрогнул от того, что кто-то, чёрт возьми, шлёпнул его! Антон и так уже успел понять, кто же этот «кто-то», и раздавшийся над ухом голос был подтверждением его мыслям. — Ты идиот? С головой совсем непорядок, а, Антон?       Вася сложил руки на груди, укоризненно глядя на своего горе-пациента. Антон совершенно спокойно выдал: — А что такого?       Этим ответом он удивил даже себя. Похоже, правда, с головой непорядок. Иначе что он, блин, творит?!       Васю пробил полуистерический смех: — Ты издеваешься? Мало того, что ты непонятно куда смылся, так ещё и куришь тут. Ещё и куртку не застегнул, вообще молодец.       Врач отобрал у парня бычок и резким движением застегнул молнию. Антон не знал, что ему делать. Сказать в своё оправдание нечего, сам уже понял, что дурка по нему плачет. — Антон, у нас уже был разговор насчёт твоих побегов. — Но я же никуда не сбежал! — попытался протестовать мальчик. — Ты ушёл из палаты, не предупредив меня. Ты наказан. А за курение тем более. — Но… — Никаких «но». Идём. Доигрался.       Антона крепко взяли за руку и повели. Он и не думал сопротивляться. А смысл?       Единственное, что немного встревожило мальчишку, это наказание. За всё время их знакомства Вася всегда держал себя в руках, даже голос не повышал (ну разве только когда Антон сбежал и с лестницы упал), не ругался за непослушание, а помогал бороться со страхом. Интересно, кто же ему поможет теперь, когда он рассердил самого терпеливого врача во всей больнице…       Они долго шли по запутанным больничным коридорам, и Антон понял, что совсем не помнит, как он покидал палату, как нашёл выход… Всё было словно во сне.       «А может всё это и есть сон и я скоро проснусь? Пожалуйста, пусть так и будет. Я больше не буду творить фигни, буду самым послушным мальчиком, я обещаю»       Но после его обещания ничего не изменилось. И Антон понял, что своим дурным поступком он испортил абсолютно всё. Но дело в том, что он сам не знал, зачем ушёл. Он даже не помнил этого. И сейчас действительно всё бы отдал, лишь бы вернуться во вчерашний день.       Пока мальчик рассуждал сам с собой (что в принципе было привычным для него делом), они вернулись в палату.       Антон пытался придумать хоть что-нибудь, чем бы разбавить молчание, но мысли словно испарились. Стало жутковато. Накатило осознание неотвратимости происходящего, а вместе с тем и паника.       Вася довёл мальчишку до кровати, усадил на неё и внимательно посмотрел ему в глаза. Антону стало не по себе и он опустил голову, разглядывая кеды. Неловкое молчание было недолгим. — Может ты скажешь что-нибудь в своё оправдание?       Голос был строгим, словно чужим. Тоша поёжился и промолчал. Чего тут говорить, если сам в своих поступках не разобрался? — Нет? Дар речи потерял, что ли?       Стало совсем страшно, аж до мурашек по коже. Мальчик кое-как пересилил себя и посмотрел на врача. Тот стоял, скрестив руки и хмурясь.       Это просто ужасно — видеть злым человека, который был с тобой предельно мил и добр. А ещё хуже осознавать, что это ты его довёл… — Ладно, тогда мы с тобой поговорим по-другому. Слов ты, видимо, не понимаешь, радость моя.       Антон всё ещё сидел в оцепенении, не в силах сказать хоть слово. — Раздевайся — скомандовал доктор.       Искра страха моментально зажглась в сердечке Антона. Мальчик заглянул в серые глаза в надежде увидеть там хотя бы намёк на шутку, но нет.       «Ты попал» — вот что он там увидел. — Антош, ты оглох? За свои поступки надо отвечать. Раздевайся.       Парнишка дрожащими руками коснулся пуговиц около воротника. — Как раз рубашку можешь оставить, — сказал Вася, и Антон увидел, что руки врача потянулись к ремню, высвобождая кожаную полоску из джинсов.       «Что за бред? Неужели он решил выпороть меня?» — Василий Алексеевич, не надо! Я всё понял! Больше не буду! — Не будешь, ага, конечно. Слышали уже.       Мальчик начал отползать к другому краю кровати, но его резко подхватили, и он оказался перевёрнут на живот. Жертва извивалась, брыкалась руками и ногами, но врач держал крепко. Сил отбиваться у Антошки не было, поэтому Вася смог удержать его и одной рукой, а второй стянуть штаны с дрыгающихся ног. Затем он дотянулся до ремня, лежавшего рядом.       Антон в оцепенении смотрел на действия врача через плечо. Сейчас ему было действительно страшно. Это чувство не могло сравниться со страхом темноты или боязнью тех же уколов. Страх перед человеком это нечто совершенно иное, особенно когда ты ему доверял, и он сам был на твоей стороне, а теперь всё резко поменялось, да ещё и по твоей вине.       Первый удар был громким, но не сильно болезненным, за ним последовали и другие, но парнишка дёрнулся и попытался вывернуться. У него получилось. Антоша свалился на пол и отполз к стене, мысленно умоляя о том, чтобы этот ужас закончился. У него в груди всё ещё колыхалось какое-то странное чувство. И чувство это говорило Антону, что всё происходящее нереально. Мальчик хотел в это верить, сильно хотел. Он закрыл глаза и попытался сконцентрироваться на этой мысли.       То, что произошло дальше, стало для него настоящим подарком.

Он просто проснулся

      Правда, не на кровати, а на полу, запутавшийся в одеяле. Но это сейчас было совсем не важно! Всего этого кошмара не было на самом деле.       «Боже, какое счастье! Это действительно был сон!»       Придя в себя и отдышавшись после такого бешеного сна, мальчик был готов плакать от радости. — Ты почему на полу лежишь?       Знакомый голос заставил вздрогнуть, и Антон почему-то засомневался в том, что не спит. Смотреть в сторону врача было страшно. Вдруг это продолжение? Или никакого сна и не было?       Вася опустился рядом и положил руку на плечо мальчика, тот дёрнулся и закашлялся, попутно пытаясь присесть. — Ты чего? Антош, всё в порядке?       Доктор помог Тоше сесть и на всякий случай приобнял рукой, чтобы тот снова никуда не упал.       Парень впервые с момента пробуждения посмотрел на Васю и понял, что всё в порядке. Это уже не сон, Вася ни на что не сердится, снова рядом его нежные руки, всё как обычно, хорошо и спокойно. Антон облегчённо вздохнул и уставшим голосом сказал: — Всё хорошо, просто дурацкий сон приснился. — Ну ничего страшного. Просто сон. Бывает. Давай не будем сидеть на полу?       Парень согласился, окончательно пришёл в себя, и утро пошло своим чередом.