Зажигалка

Наверное, следить, как витает в воздухе легкий дымок, было его любимым занятием, потому что последний раз он потратил на данное действие аж час, пока уже окончательно остывший кофе не превратился в противную и холодную жижу без вкуса и аромата. Он и сам не заметил, как стал зависать, просто глядя куда-то в пространство, не думая ни о чем. И началось это сравнительно недавно… А вот причина… Причину он знал прекрасно, потому как уже год хранил в кошельке ту самую фотографию, которую еще год назад хотел окончательно сжечь. Напарниками они были великолепными. Все миссии решались «пока горит спичка», а точнее спичка терпения одного нерадивого рыжего огонька. Его обычно хватало на минут двадцать, а то и меньше, а потом «кто не спрятался — я не виноват». Бывало, оба получали за уничтожение парочки организации, а то и всего района. Благо, смертей было не так уж много — все улепетывали еще только услышав вдалеке высокие крики голубоглазого дьявола. Тихого, но не менее страшного брюнета со своими тараканами тоже знала чуть ли не вся страна. Прекрасная случилась история, когда его похитили политики другого государства, а потом сами же вернули чуть ли не перемотанного красной ленточкой, потому что, видите ли, психика им дороже. Отношения между собой у них тоже были просто «ангельскими». Не дать не взять — муж и жена, только скорее из русских сериалов — одни с водкой, другая со скалкой. Том и Джерри в человеческом обличии. Босс им как-то даже предложил в Лас-Вегас слетать за кольцами и росписью, потому что в Японии это не особо приветствовалось. Ору было много, а вечернего секса и того больше. Они все-таки потом поехали в Америку, только вот за тем, чтобы пришить одного нахала, но и сувениры в виде колечек не забыли прихватить. Это было прямо-таки райское время для них обоих. Утром разгром квартиры, днем взрыв какой-нибудь улочки, вечером разборка с боссом, а ночью страстный секс с громким сопровождением. И каждый день добавлялось что-то новенькое. Скучать никто и не думал, да и не было на это времени. А потом…. Это была одна единственная миссия, когда их отправили по отдельности. Рыжий дьявол остался на одной из баз группировки, а «вундеркинд» отправился в Токио вместе с Главой. И…произошел взрыв. Погибло много, очень много людей. Правительство встало на голову, телевизоры всего мира просто взрывались от новостных лент. А он… Через месяц тот, кто еще недавно кидал в злящегося напарника колкими фразами, подкалывал по поводу и без и саркастично советовал поменять шляпу на новую меховую шапку, иначе мозги грозили сдохнуть окончательно, стоял на черном пустыре, где еще недавно находилось огромное здание их филиала и сжимал в руке фотографию, для которой специально купил новую зажигалку. Его любимую. И эта самая зажигалка до сих пор лежит в кармане его пальто, так ни разу и не использованная. Он отказался брать кого-либо еще в напарники. Даже саморучно поджог одного новичка, который так и клеился к нему, чтобы стать напарником. Босс даже не стал выговаривать ему ничего, просто молча отправил бедолагу в Агентство, где его подлатала бывшая сослуживица. Около недели он даже не выходил из квартиры. Друг к нему приезжал. Ожидал увидеть пустые бутылки, срач и полудохлого скелета под кроватью, но нашел мужчину у окна с остывшим кофе и слезами на глазах. Руки у него были ледяными, а губы синими. Кольцо он носил на цепочке, все также бесил окружающих и не снимал своего бежевого пальто, да только все равно это все было иное. Не как еще полгода назад. Да и теперь его часто видели сидящего на крыше с зажигалкой в руках. Он просто включал и выключал ее, секунду глядя на яркий огонек. — Где носит этого Осаму?! — рыкнул на весь этаж некогда спокойный Куникида, который еще час назад невозмутимо пил чай в кафе неподалеку от Агенства. Теперь же ему приходилось носиться в поисках сумасшедшего психа тире гения, без которого весь город бы давно взлетел на воздух. — Кууу-ниии-киии-дааа-кууун! — послышалось откуда-то сверху и прямо на светлую во всех смыслах голову очкастому приземлилось длинное тонкое тело, которое еще пару секунд назад висела на веревке на фонарном столбе посреди улицы. — Дазай, блять! — совсем не по этичному заорал Доппо, скидывая с себя неудавшегося суицидника. — Какого хрена ты с неба падаешь? — А я что? — начал ныть мужчина, стягивая с шеи остатки веревки. — Это все продавец. Я его минут тридцать допрашивал, просил посоветовать мне хорошую веревку для виселицы, а он дал мне какие-то тряпочки! Куникида бы саморучно прикончил этого придурка, если бы не его чистая вера в религию, всевышние силы, а также босс, который бы затем прикончил самого Доппо за такое поведение. — У нас дела, — отрезал блондин, поднимая Осаму с земли. И Дазай даже знал какие. Осаму всегда улыбался, когда проходил мимо консьержки в их подъезде. Старая перечница не любила его, а «рыжего оратора» так тем более. В глаза называла их педиками, чертами, а также любила под дверью накидать окурков. Но сегодня, когда Дазай снова улыбнулся этой нахалке в круглых очках, она внезапно улыбнулась ему в ответ. Даже не оскалилась, не ухмыльнулась, не плюнула в его сторону, а просто улыбнулась. Осаму не часто возвращался в свою квартиру после перехода в Детективное Агентство. Для этого было несколько причин. Самому себе получилось внушить, что работы слишком много, но на самом деле он просто не мог здесь находиться, как и переехать в другое место, может даже в другой район или вообще поселиться в общежитии их конторы. Он не мог себе этого позволить, даже первоначально попытавшись собрать вещи — просто сжёг чемодан. В холодильнике он держал воду, пару красных яблок с вырезанными на них ножом рожицами наподобие тех, что красовались на тыквах во время Хэллоуина, пачку быстро разогреваемой лапши и черный шоколад. В шкафу стояло кофе. Семь пачек зерен. И ни одну из тех чашек кофе, что он сделала себе за последний год, он так и не выпил. Холодная жижа без вкуса просто выливалась в раковину, а грязная посуда ставилась в посудомойку, которую он запустил от силы раз пять, а то и шесть. И то, находились там одни лишь грязные чашки после невыпитого кофе. Зажигалка все также покоилась на дне кармана его пальто, только вот, бензина там почти не осталось. Осаму частенько просто касался ее пальцами, не вытаскивая наружу. Он делал так каждый раз. Потерять ее никак не хотелось. И плевать, что он может купить новую. Его этаж был пятый, но он всегда поднимался на самый последний, а потом медленно спускался по лестнице до своего, не желая входить в квартиру, пытаясь оттянуть этот момент как можно дольше. И когда он уже был у самой двери, то понял, что она не закрыта. А ключ от квартиры был один единственный. Осаму молча сжал пальцами зажигалку у себя в кармане и вошел в квартиру. Чувствовался аромат свежего только что сваренного кофе. Осаму еще при входе увидел легкий дымок, который медленно поднимался над чашкой. Его любимой чашкой. ОН купил ему ее на Новый год, после их очередного громкого скандала с боссом и разгромления маленькой группировки недалеко от города. Это был прекрасный день. И чашка была тоже невероятно красивой, как казалось Дазаю. После этого он пил кофе только из ее. Но сейчас эта чашка потеряла все краски и просто померкла, стоя рядом с черной, чуть помятой, но еще достаточно носимой шляпой.