Это был лишь странный сон, хён

       Сегодня вечеринка по случаю дня рождения Минхо, которую Хван запомнит до отвратительного хорошо, так как всё время празднования он почти ничего не пьёт, оправдываясь, что утром у него очень важная встреча. Зато остальные хлестают алкоголь так, будто они умрут, стоит часам пробить полночь, так что начиная с девяти вечера в квартире Ли становится всё меньше и меньше народу. На удивление, Хёнджин спокойно продолжает сидеть на диване в гостиной, наблюдая за тем, как его друзья шуточно ругаются на полу, и совершенно не спешит уходить домой, хотя Минхо уже миллион раз сказал проваливать, потому что он не хочет быть виноватым в утреннем опоздании младшего. Хван кивает каждый раз, пару раз даже тянется в сторону прихожей, но его постоянно будто что-то останавливает, просит подождать немного и получить в награду сладкий подарок.        В какой-то момент они резко остаются в квартире лишь втроём. Хёнджин в очередной раз поздравляет старшего, крепко обнимает Джисона и собирается уходить. Он долго копошится в прихожей, несколько раз проверяет карманы и раздражённо выдыхает, понимая, что оставил телефон где-то. Он оглядывается по сторонам, внимательно разглядывает пол и направляется в спальню к парочке, потерпев неудачу во всех остальных комнатах. Каким образом его телефон может оказаться в месте, где он не был, - неизвестно, однако проверить всё же надо.        Хван пару раз стучится в дверь, аккуратно заглядывает в комнату и замирает, разглядывая собственных друзей. Вероятно, ему стоит оставить записку с просьбой поискать и вернуть позже его телефон, а самому уйти, чтобы не мешать парочке, однако Хёнджин лишь завороженно наблюдает за тем, как Джисон тянется за поцелуем к Минхо, хмурится, стоит старшему отодвинуться и тихо посмеяться, а следом бурчит что-то себе под нос. Хван не понимает, чего хочет больше - уйти или прикоснуться к Хану, поцеловать его и следом посмотреть на реакцию хёна. Однако жить хочется намного больше. Ли уже давно дал понять, что Джисон – его, так что лишний раз, особенно в такой момент, к тому лучше не приставать, поэтому Хёнджин немного разочарованно выдыхает, глядя на парочку. - Разве ты не хочешь присоединиться, а, Хван?        Хёнджин вздрагивает, громко сглатывает и под заливистый смех Минхо кивает, следом сильно удивляясь – старший не выгоняет его из квартиры, угрожая задушить в переулке, а тихо просит сесть к ним на кровать. Это всё слишком странно. Джисон продолжает выпрашивать у Ли поцелуй, не обращая никакого внимания на неожиданного гостя, пока Хван медленно походит к ним. Минхо смотрит насмешливо как-то, от чего Хёнджину не по себе становится. - Соскучился по малышу Хани, да? - А если да, то что, хён? - Возможно, я позволю тебе кое-что.        Джисон немного обиженно на Минхо смотрит, что-то шепчет на ухо и слабо улыбается, стоит старшему его наконец-то поцеловать. Хёнджину до безумия неловко вот так сидеть и смотреть на них, понимая, что его совсем недавно пригласили присоединиться. Он не совсем понимает, стоит ли ему что-либо сделать или без разрешения Ли лучше не рисковать, поэтому просто ждёт, когда парочка вновь обратит на него внимание.        Джисон после поцелуя выглядит до одури счастливым, он поворачивается спиной к Минхо, однако продолжает на него смотреть, будто спрашивая, что делать дальше. - Сядь напротив меня, Хван. И желательно поближе.        Хёнджин кивает, передвигаясь, и тяжко вздыхает, когда Хан перелезает к нему на бёдра, продолжая улыбаться. Хван давно не видел его таким. Если честно, то он даже успел соскучиться по тем временам, когда он мог просто написать Джисону, а тот сразу либо скинет фото, либо приедет к нему, что ещё лучше. Но Хёнджин правда рад, что тот наконец начал встречаться с Минхо. - Соскучился по нашим поцелуям, а, Хван?        Хёнджин прекрасно понимает, что Хан утром ничего не будет помнить (а насчёт Минхо сомневается), поэтому со спокойной душой кивает, хмурясь после смешка Ли. Целоваться с Джисоном приятно, Хван притягивает младшего ближе к себе, сжимает узкую талию и забывается, наслаждаясь. Хан смеётся тихо, чуть отстраняясь, а после голову немного наклоняет, безмолвно прося прикоснуться к шее губами. Хёнджин не хочет терять ни секунды, не зная, до какого именно момента Минхо будет позволять ему делать что-то. Он изредка поглядывает на старшего, чуть прикусывая кожу младшего, который на это тихо постанывает, сжимая руками его плечи. Ли же в это время спокойно наблюдает за ними, лишь иногда прикасаясь к спине Джисона, будто напоминая, чей он на самом деле. Хван это даже не замечает, он хватается за край футболки Хана, намереваясь снять её. Младший жалобно хмыкает, когда его шею наконец оставляют в покое, и именно тогда Ли начинает действовать – он подползает к ним ещё ближе, запускает свои руки под одежду, кивая и позволяя Хёнджину снять её, и принимается целовать плечи Джисона. - Насколько, - Хван сглатывает, - насколько далеко я могу зайти, хён? - Думаю, что сейчас тебе стоит заняться более важным делом. Например, раздеть Сон-и до конца, а не задавать лишних вопросов.        Хёнджину этот ответ не особо нравится, он пристально смотрит на Минхо, надеясь, что это заставит его сказать нормально, однако старший лишь фыркает и возвращается обратно. В ту секунду на Хвана обрушивается полное понимание, что сидящий на нём Джисон действительно теперь целиком и полностью принадлежит Ли. Младший хмурится и дёргается за Минхо назад, но лёгкий толчок в спину заставляет его вновь прижаться к Хёнджину. - Успокойся, малыш, я не позволю ему сделать что-то, что тебе будет неприятно.        Джисон после этих слов заметно расслабляется, тянется к рубашке Хёнджина, начиная медленно расстёгивать пуговицы, и вновь целует старшего. Хван позволяет снять с себя вещь, руками медленно водит по бёдрам Хана и вздрагивает, когда над ухом раздаётся: - Я разрешу тебе растянуть его. Это последнее, что ты сможешь сделать с ним. Но я не выгоняю тебя, ты сможешь посмотреть, как ему будет хорошо со мной.        Хёнджин кивает на это, заставляет Джисона лечь на кровать и стягивает с него домашние штаны, на что младший тихо возмущается. Минхо всё так же над ухом хмыкает, будто издевается, дразнится. Хван медленно ведёт пальцами от ключиц Хана до бёдер, отмечая про себя, что тот немного веса всё же набрал, а ещё, что он всё такой же отзывчивый, каким был во время их «отношений».        Ли кидает смазку на кровать, после устраиваясь поудобнее совсем рядом с Джисоном, уже полностью голый. Хёнджин отворачивается от старшего, возвращаясь к Хану, и наклоняется к тому ближе, продолжая уже нетерпеливо трогать его в разных местах. Младший изредка тихо постанывает и слегка прогибается в спине из-за прикосновений, хватается за плечи Хвана и едва слышно произносит: - Это, конечно, очень приятно, но было бы лучше, если бы я наконец получил что-нибудь посущественнее, Хван.        Хёнджин хмыкает, аккуратно касается уже давно вставшего члена Джисона и проводит рукой по всей длине несколько раз, внимательно следя за резко изменившейся реакцией. - Этого будет достаточно? - Не смей его дразнить, Хван.        Хёнджин на слова Минхо закатывает глаза, однако перечить не собирается, так что хватает в руки смазку, выдавливает себе на пальцы и целует Хана внизу живота, вызывая судорожный вздох. Он замечает, как Ли внезапно берёт младшего за руку, целует её и смотрит так влюбленно, что завидно становится. Хван не позволяет себе взглянуть на Джисона, потому что прекрасно понимает, что взгляд у того точно такой же, и направлен он явно не в его сторону. - Хёнджин?        Он качает головой, резко вставляя в младшего один палец, заранее зная, что того толком и растягивать не придётся. Хан поддаётся бёдрами вниз, будучи явно не особо довольным, на что Хёнджин цокает. - Всё ещё слишком нетерпеливый? - А ты думал, что он сильно изменится?        Хван улыбается слегка, отрицательно качая головой, и под недовольное бурчание младшего добавляет ещё один палец, сразу же начиная ими двигать. Джисон тихо благодарит, за руку Минхо хватается сильно и вновь поцелуй у того выпрашивает – старая привычка, которая была ещё, когда он с Хёнджином сексом занимался. Хван, замечая это, лишь хмыкает – Хан действительно сильно не изменился. - Ещё один, Хёнджин, пожалуйста.        Ли всё же Джисона целует, рукой к его члену тянется и начинает ему надрачивать. Они оба будто вновь пропадают в каком-то своём мире, где только они вдвоём, где никакого Хван Хёнджина, чьи пальцы сейчас буквально двигаются в Хане, не существует. И нет, ему не обидно из-за этого, наоборот, за этим наблюдать как-то слишком завораживающе. Кажется, будто ему разрешили посмотреть на что-то такое сокровенное самому первому. «Потрясающе», - проносится у него в голове. - На этом всё, Хван. Останешься?        Хёнджин настолько был увлечён наблюдением за парой, что даже не заметил, как добавил ещё один палец, как временами попадал по простате и как Джисон всё чаще начал стонать. Он немного ошарашенно отодвигается от них, кивает, молча отвечая на вопрос старшего, и снимает с себя джинсы с боксерами. - Будь умницей, хорошо?        Хан кивает, улыбаясь старшему, целует того вновь и удовлетворённо мычит, стоит тому сильно сжать его талию. Хёнджину кажется, что это всё как-то извращённый сон просто. Он внимательно следит за тем, как Минхо просит повернуться Джисона лицом к Хвану, как целует его плечи, слегка кусает хрящик уха, а следом медленно опускается поцелуями вниз по спине. Хан смотрит прямо в глаза Хёнджину, и тот тянется своей рукой к лицу младшего, намереваясь хотя бы погладить по щеке. - Разве я тебе не сказал, что на этом всё?        Хван быстро извиняется, однако на слова старшего особо внимания не обращает. Он гладит пухленькую щёчку Джисона одной рукой, другой наконец прикасаясь к своему стояку и пытается отогнать одну навязчивую мысль – потакание собственным желаниям и так привело его к приятной, но не совсем уж правильной ситуации.        Минхо же вновь поцелуи по всей спине оставляет, иногда поглядывает на явно обнаглевшего Хвана, но ничего не говорит – пускай насладиться хотя бы этим. Ли слегка ударяет Джисона по одной ягодице, из-за чего тот тихо скулит, а после целует в место удара, заставляя младшего зажмуриться и улыбнуться.        Хёнджину кажется, что он выпил весь алкоголь, который был сегодня, потому что другой причины того, насколько сильно его сейчас ведёт, он найти не может. Он говорит себе, что Минхо об этом завтра не вспомнит, наглеет окончательно и совсем тихо, чтобы старший не услышал, просит младшего облизать его пальцы. Хан хмыкает, выполняет просьбу и смотрит на Хвана так насмешливо, пока Ли наконец-то не входит в него полностью.        Сейчас, наблюдая за тем, как стонет Джисон, как хватается за бёдра Хёнджина и временами выгибается в спине, когда Минхо так быстро двигается в нём, покрывая его тело засосами, Хван думает, что хоть это и день рождения старшего, но подарок он тоже получил. И даже если он не сможет никому об этом после рассказать, то первое время точно, это будет потрясающим, немного смущающим и вызывающим лёгкую вину, воспоминанием. - Малыш, может ты всё же прикоснёшься к нашему наблюдателю? Уверен, он будет очень рад.        Хёнджин уверен, что Джисон сейчас не отдаёт себе полный отчёт в действиях, он просто слушается Минхо, пытаясь одной рукой удерживать равновесие, а другой тянется к чужому члену. Ли начинает двигаться быстрее, сбивает с толку Хана, который упирается головой в торс Хвана и тяжко дышит. Хёнджин слышит, как Джисон тихо чертыхается, пытаясь обхватить член своей рукой, но пару раз промахивается и оставляет поцелуи в качестве извинений. Хван зарывается рукой в волосы младшего, пытается того немного в чувства привести, однако получается крайне плохо. - Джисон, ты слышал меня?        Хёнджин прикрывает глаза, когда слышит громкий шлепок, после протяжный стон Хана, а следом громко вздыхает, когда всё же прикасается к его члену, начиная быстро водить по стволу. Младший всё так же упирается головой в его торс, его начинает слегка потряхивать. Хван пытается его отстранить от себя, прекрасно понимая, что скоро всё это закончится, однако Минхо ударяет его по руке и смотрит укоризненно. - Ты же хочешь это сделать, я знаю.        Хёнджин судорожно сглатывает, позволяет Ли направить голову Джисона ближе к его члену и хрипло стонет, когда тот внезапно облизывает головку. Минхо наклоняется к его уху и тихо хвалит его, на что тот лишь скулит. Хван поглаживает одной рукой его по спине, другой всё же придерживая, боясь, что тот сейчас просто уткнется в него лицом полностью. - Хэй, малыш, разве ты не хочешь кончить? Ты можешь сделать это, если что.        Хёнджин усиливает хватку на плече младшего, когда его рука начинает двигаться быстрее, а головка теперь оказывается во рту. Джисон внезапно громко стонет, начинает трястись слегка и кончает, отстраняясь от Хвана и падая рядом на кровать, не в силах больше удерживать себя на руках. Хёнджин сглатывает, глядя на вымученного младшего, который продолжает дрочить ему, и вскоре догоняет его, как и Минхо, что делает последних несколько толчков, изливаясь внутрь Хана.        Они так и засыпают втроём, не произнося и слова друг другу.        Утром Хёнджин просыпается первым из-за будильника. Он сначала удивлённо смотрит на таких же голых друзей, спящих рядом, а следом краснеет и буквально подскакивает с кровати, стараясь их не разбудить. Хван быстро одевается, берёт в руки свой телефон и направляется на цыпочках к двери, открывает её и оборачивается, чтобы в последний раз посмотреть на спящих в обнимку друзей. Он уходит из квартиры, обещая себе, что никто из них никогда не узнает об этой ночи. [бешеный кот] Хёнджин, напомни мне, что было вчера, когда ты уходил Ты же последним уходил, да?

[я] Что за вопросы такие? Да

[бешеный кот] Да так, мне просто странный сон приснился

[я] Я поздравил тебя, обнял Джисона и ушёл

[бешеный кот] И всё?

[я] Всё Это был лишь странный сон, хён

[бешеный кот] Хорошо Спасибо, Хёнджин