Забытое имя

-Брат мой, - с непередаваемой по тональности ехидностью и медовой сладостью в голосе позвала Алира, обнаружив Эвана, сидящего у стены, сползшего в странном и непривычном для него изнеможении чувств. В руках у него блестело горлышком бутылка с огневиски.       Эван, услышав её голос, поднял голову и попытался пьяно обрадоваться сестре: -Алира! -Алира, - передразнила она, подошла к брату и попыталась вытащить бутылку из рук. Ей не удалось, Эван потянул бутылку на себя и приложился к ней, огромным глотком выпил всё, что оставалось в ней и с лёгкостью отдал Алире.       Она брезгливо отдёрнула руку и бутылка с громким и противным лязгом упала на пол, брызнула во все стороны осколками. Розье взмахнула палочкой и осколки, вспыхнув золотистым цветом, исчезли по её воле. Алира встряхнула платье, слегка приподняла подол, чтобы сесть рядом с братом и коснулась его головы, бессильно откинутой к стене. -Ну? Что случилось? - Алира пыталась быть ласковой. Выходило не очень убедительно. Ей уже прилетела пара насмешек от соратников Великого Лорда из-за расхлябанности и вечного пьянства брата. Алира отшучивалась, отмалчивалась...и злилась. -Нам придётся убивать людей, - Эван обратил к ней безумный взгляд и она дёрнула плечом в раздражении: -Ну и что? ты убил моего жениха. Тебе ли... -Да! - Эван яростно ударил кулаком по стене, и бессильно отпустил руку вниз, - Алира, иначе он женился бы на тебе! -Кажется, - Розье изобразила задумчивость, - вроде так и было положено, нет? Отец всегда говорил мне, что женская доля - быть всегда покорной мужскому слову. И если...       Ком возник в её горле, она осеклась, поперхнулась словами, ей стало больно не в том плане физического воплощения, а чем-то более тонким, трепещущим. -Так должно было быть, - она закашлялась, спрятала лицо в широких рукавах платья. -Ты ведь любишь этого...- Эван не пытался скрывать презрения. Его прикосновение к волосам сестры было ласковым, но слова били грубостью. - Этого! -Рабастана, - подсказала Алира, с негодованием отбрасывая руку брата. - Не трогай меня! Теперь уже не трогай. Ты убил невинного человека. -Ты бы страдала с ним! - Эван пьяно икнул, но в словах его не было пьяного рассредоточения мыслей, напротив, он мыслил твёрдо и был убеждён. -А так я страдаю, зная, что явилась причиной смерти человека, - Алира огляделась, увидела в стене напротив выемку под барную стойку и взмахом палочки призвала к себе бутылку из тёмного стекла. Не стала церемониться с крышкой, содрала её, безжалостно ломая ногти, сделала судорожный глоток, закашлялась с непривычки. -Дрянь жуткая, - пожаловалась Алира. - Как ты можешь это пить? -Ко всему-то привыкает подлец-человек! - Эван рассмеялся, взял бутылку из рук Алиры и сделал глоток, - ты не сразу дыши после глотка. Горло сожжёшь. -Спасибо, мастер, - Алира не скрывала ехидства и раздражения, но бутылку взяла, покрутила в руках. -Я не хочу убивать тех, кто не будет виновен, - Эван был твёрд и в этом. - Тот...он бы причинял тебе страдания. По моему плану всё должно было быть как несчастный случай. -Все твои планы ничтожны и жалки! - выплюнула Алира и снова приложилась к горлышку бутылки. Сделала глоток, задержала дыхание, ожидая, пока огненная жидкость скользнёт к желудку и медленно выдохнула. - Брр! -Уже лучше, - одобрил Эван, прикладываясь к горлышку отточенным движением. - Неважно, Алира. Он был виновен. А магглорождённые...чем они виноваты? Ты сама-то убивать сможешь? -Не буду я убивать, - рассмеялась Алира, пьянея от выпитого. Её не привыкшему к алкоголю молодому организму не требовалось много, чтобы окосеть. - Лорд обещал, что я...как оно...буду лично ему помогать.       Мысли Алиры слегка путались. Неожиданно она поняла, что не ела уже почти сутки, затерявшись в многочисленных письмах от будущих и уже настоящих соратников Лорда. -Что-то я...нехорошо. - Розье схватилась за голову, в которую змеями вползал дурман. -Алира! - Эван бросился к сестре, но она совсем уже сползла по стене, отключаясь от мира. *** -Только не говори мне, что ты пришёл отговаривать меня от вступления в ряды Его соратников! - Беллатриса горела изнутри каким-то фанатичным огнём, произнесла "его" с таким чувственным придыханием в голосе, что Рудольфус, которому и были адресованы эти слова вместо приветствия, понял, что отговаривать её бесполезно. -Да нужно мне! - он и не собирался, действительно не собирался отговаривать, понимая, что в лучшем случае Блэк просто его не поймёт. Всё, чего хотел Рудольфус в этот час - немного тепла и нежности. -Чудно! - Беллатриса посторонилась, пропуская его в дом. Рудольфус вошёл, привычно и сухо приветствовал мадам Блэк, чопорно поджимающую губы, и прошёл в столовую, где встретил не самый приятный сюрприз в лице Люциуса Малфоя.       Люциус Малфой был на один год младше Беллатрисы и Алиры, он был обещанным женихом для Нарциссы Блэк, младшей из трёх сестёр и его появление и не было полной неожиданностью для Рудолфьуса, но он точно знал, что Малфои благосклонны к идеям Лорда.       И это неприятное известие для мыслей стало каким-то отталкивающим для Рудольфуса. Он понял вдруг, что поступил опрометчиво, не подумав о том, что Беллатриса не единственная из женщин дома Блэк.       "Неужели и Нарцисса с ними?" - с ужасом подумал Лейстрендж, помнивший Нарциссу тоненькой девочкой-хрупкой и слабой. Увидеть её будущим воителем, убийцей магглорождённых было и жутко, и нелепо и смешно.       "Нет, он не посмеет", - без особого убеждения отозвался внутренний голос Рудольфуса. -Здравствуй, Люциус! - вслух Рудольфус, конечно, не выказал своего отвращения и смутного предчувствия. -Лейстрендж! - Люциус изобразил такую же радостную маску приветствия, какая висела на самом Рудольфусе. - Как Рабастан? -Ничего, в порядке...- не сводя взгляда с ненавистного вдруг мага отозвался Рудольфус, сел на указанное Беллатрисой место. -Говорят, он связался с Алирой Розье? - Люциус говорил как-то певуче, протягивая гласные и это главным образом раздражало Лейстренджа. Он представил, как ударит этого Люциуса головой об стол и на мгновение смог даже улыбнуться по-настоящему. -Жизнь моего брата тебя не должна касаться, Люциус!       Беллатриса вмешалась. Не так, как этого ожидал Рудольфус. -Рудольфус, - прошептала она заговорщически, - ты при нём можешь говорить свободно. Он с нами. -С на...- не понял Лейстрендж сразу. - Ах, с нами! С нами, стало быть! -Видишь, - Беллатриса не почувствовала иронии, исходящей от слов её будущего мужа, - число соратников среди чистокровных семейств растёт! всем по нраву Его идеи! Всем, кроме тебя! -Кроме тебя? - переспросил Люциус живо. - Рудольфус, разве ты не присоединишься к нам? Рабастан с нами! Он отличился перед Лордом! -С чего же...я с вами. - Рудольфус оставался безукоризненно вежливым. даже сейчас, когда вежливость вообще грозила его душе оставить её с пустотой, - только открыто скажу - я не испытываю восторга, понимая, что иду по ошибочному пути. -Рудольфус! - вспылила Беллатриса. - Ты ведешь себя неприлично! Лорд... -Сам-то кто...- пробормотал про себя Рудольфус, чтобы Беллатриса не услышала, а громче добавил: - Я честен. Я буду преданным. Я буду...я всё буду, Белла. Потому что ты будешь. Потому что Рабастан будет. -Рудольфус? - в столовую вскользнула светловолосая и самая младшая из трёх сестёр Блэк. Мгновенно острая ситуация оказалась сглаженной. Беллатриса как-то дрогнула и померкла - сестру она любила и не хотела вмешивать в споры и ссоры. Люциус трусовал перед своей будущей женой, а Рудольфус пришёл в ужас, представив, что это светлое существо, возможно, уже оказалось под влиянием Люциуса и Беллатрисы. Осознание этого было невыносимым. Но разве она станет его слушать? Нет, здесь нужно...       Алира. Здесь нужна Алира. Она ведь не придёт в восторг от присутствия Нарциссы - слабой и хрупкой. -Спасибо за беседу, Беллатриса и ты, Люицус. - Рудольфус поднялся с места. -Как, ты не останешься? - возмутилась Блэк, - ты что. уходишь? так скоро? мы совсем скоро поженимся, а ты... -У меня ещё будет много времени насладиться семейным счастьем, - пообещал Рудольфус горько. - Всем до встречи.       Он не мог уже оставаться. Не здесь, не с ними и не сейчас! к Алире! Может быть она повлияет на Нарциссу, убережёт её. Бедная девушка - такая же, как он. Рудольфус, жертва своей семьи и фамилии.