Часть 1
25 ноября 2019 г., 20:35
"Я причинил себе боль сегодня. Чтобы понять, могу ли я ещё испытывать чувства. Я концентрируюсь на боли Только лишь боль реальна Иголка прокалывает дыру Давно знакомая мне острая боль Пытаюсь отделаться от неё Но всё помню. Во что я превратился? Мой дорогой друг Всё, кого я знал В конце концов уходят Можешь забирать всё себе Мою нечистую империю Я предам тебя Я сделаю тебе больно" Johnny Cash — Hurt
— Черт возьми, Джон. Я так и знал, что тебе надо было отсидеться здесь. Бобби Сингер бросил свою кепку на пол, когда его грубо оттолкнули с дороги Винчестер и Калеб Ривз, когда они пробирались через его парадную дверь, Дин Винчестер безвольно висел между ними. Он знал, что нечто подобное должно было произойти. Механик даже сказал Макленду, что Джон спускается по спирали, но, как обычно, его никто не слушал. — Да, — прорычал Джон, позволив Сайласу Фоксу занять его место, чтобы помочь сыну войти в дом. Он повернулся к Бобби, обдав его брызгами грязи и воды, которые скопились в складках его промокшей куртки. В его темных глазах появился дикий блеск. — Но знаешь что? Ты не имеешь права указывать мне, что делать, Бобби! Ты уж точно не сможешь отстранить меня от долбаной игры. Я отдаю приказы. — Для этих детей, может быть! — Сингер указал на Калеба и Дина, когда они исчезли за углом коридора, оставляя следы грязи и крови на его полу. — Но не мне. Я уже не так молод и не так наивен. Сайлас отошел от двери ванной комнаты когда сын Макленда Эймса кинул на него взгляд. Мальчику не нужно было ничего говорить, чтобы выразить свое неодобрение. В отличие от разъяренного быка в гостиной, Ривз мог послать вас куда подальше одним взглядом. — Черт тебя побери. Ты в гребаном беспорядке, Двойка. — Калеб проигнорировал спорящих мужчин, сосредоточившись на том, чтобы держать Дина прямо и в сознании. Он отодвинул в сторону несколько причудливых бутылочек с шампунем и мочалку и помог другу сесть на край ванны. Они с Дином могут стебать механика за его вкусы в туалетных принадлежностей позже, когда уже никто не будет истекать кровью до смерти у его фарфоровой ванны. — Ты со мной? — Да, — пробормотал Дин, неуклюже пытаясь помочь другу снять с него порванную куртку. Калеб вздохнул. В эти дни парень отвечал односложными предложениями, был всего лишь тенью его прежней самоуверенности. — Ты заноза в заднице, ты это знаешь? — Ривз отбросил мокрую куртку Дина в сторону. — Ты ни черта меня не слушаешь. Я же сказал тебе оставаться позади меня. — Он разорвал рубашку и Дин даже не вздрогнул. — И что? Ты даже не собираешься со мной спорить? Использовать свой умный язык? Не будешь жаловаться на то, что я порчу твою рубашку? — Она твоя. Калеб нахмурился, узнав изодранную в клочья выцветшую каштановую футболку. — Черт, — прошипел он. Последние две недели они жили в дороге, и у них было мало свободного времени для таких земных благ, как чистое белье. — Это уже второй твой должок, сопляк. Дин просто кивнул, вполуха слушая экстрасенса. Откуда-то доносилась музыка, просачиваясь сквозь тонкие, как бумага, стены, грубый голос Джонни Кэша было легко узнать. Он оглянулся через плечо Калеба, пытаясь разглядеть, что происходит в коридоре, где его отец, кричал на Бобби. Но навязчивые слова песни были всем, что он мог впитать. Я причинил себе боль сегодня, чтобы понять, могу ли я ещё испытывать чувства. Я концентрируюсь на боли. Только лишь боль реальна... — Я же говорил, что мы справимся! — Джон ткнул пальцем в лицо Сингера. — Черт возьми, Джон, ты не справился, а просто загнал себя и мальчиков в угол, где вас покалечила пара демонских собак. — Бобби не хотел думать о том, что могло бы произойти, если бы Сайласа не было рядом. Он был чертовски уверен, что не станет звонить Джиму или Макленду, если случится самое худшее. Иголка прокалывает дыру. Давно знакомая мне острая боль. Пытаюсь отделаться от неё, но всё помню... Винчестер не обратил на слова друга внимания. — Но тебе просто пришлось сунуть в это свой нос, позвав Сайласа для подкрепления. Может быть, ты позвонил Макленду и попросил его принести смирительную рубашку и несколько волшебных таблеток? Потому что у меня все хорошо. Во что я превратился? Мой дорогой друг... Сингер покачал головой и в отчаянии всплеснул руками. Он был чертовски уверен, что собирался позвонить Эймсу, но понимал, что это только добавит ему проблем. — Ты хоть видел в каком состоянии твой сын? Всё, кого я знал в конце концов уходят... — С Дином все в порядке, Бобби. У него бывало и похуже. Можешь забирать всё себе мою нечистую империю. Я предам тебя. Я сделаю тебе больно... — Подержи это. — Калеб сунул Дину в руку аптечку и снова сосредоточился на захламленной ванной. Дин моргнул, впервые осознанно глядя на друга с тех пор, как они вернулись в машину. — Как ты, малыш? — едва завуалированная тревога вплелась в легкий тон заземляя Дина, и он попытался сосредоточиться. — Тебе нужно что-нибудь от боли? — экстрасенс выглядела просто ужасно. На правой щеке у него зияла глубокая рана, а над левой бровью был внушительный синяк, когда он поскользнулся на скользких камнях русла реки, пытаясь вытащить Дина из потока. — Я могу что-нибудь достать. Дин знал что друг надеялся на быстрое возвращение, какие-то признаки жизни. Дин подумал, что это ирония судьбы, что он чувствует себя так, будто тонет уже целый месяц, и сегодня вечером он действительно ,чуть не утонул. Но потом Калеб вернул его обратно. Он полагал, что многим обязан этому человеку. — Разве ты не слышал, Дэмиен? У меня бывало и похуже. Черт бы побрал Джона. — Ну конечно же. — Ривз покачал головой, когда образ безжизненного тела Дина, лежащего на плечах Сайласа Фокса, непроизвольно возник в его сознании. Вся охота пошла не так с самого начала. Они все устали, после слишком многих ночных поисков в лесу, где пропал скот и даже несколько человек. — Мы тебя подлатаем, и ты сможешь почистить все оружие за вопиющее нарушение субординации. Как насчет этого наказания? Может быть, даже воспользуешься доисторической стиральной машиной Бобби, чтобы тебе не пришлось слетать с моего гардероба. Младший охотник не ответил, пока Калеб рылся под раковиной Бобби в поисках чистых полотенец. Ривз проклинал ситуацию и нехарактерную для друга тишину. Макленд назвал это регрессией, объяснив, что Дин снова впал в молчанку, как тогда, когда умерла его мать. Это был его способ справиться с потерей. Что бы это ни было, Калеб ненавидел это. Ему захотелось выстрелить во что-нибудь или, по крайней мере, ударить кого-нибудь. Может быть, Джона. Он захлопнул дверцу шкафа, бросив припасы рядом с собой. Все с него хватит. Он поднял руку и схватил Дина за подбородок. — Поговори со мной, приятель. Если ты продолжишь играть в эту тихую игру, я подумаю, что ты ударился своей усиленной сталью головой достаточно сильно для сотрясения мозга. Что, как ты знаешь, приведет твою задницу в больницу. Дин сглотнул и, поморщившись, отодвинулся от него. — Ты решил нарушить правило Джима? — Чтение тебя лишает меня твоего остроумия и обаяния, Двойка. — Калеб сжал запястье младшего охотника, удерживая его взгляд. — Ты уверен, что с тобой все в порядке? — добрый доктор Джонни практически объявил, что все они достаточно здоровы, чтобы вернуться к Сингеру вместо местной больницы, но Калеб не был в этом уверен. Он ненавидел скорую помощь так же сильно, как и любой другой охотник, но эта собака хорошенько подрала Дина, затащив его в ледяную реку, прежде чем Ривз или Сайлас успели выстрелить. Дин кашлянул, стряхивая с себя беспокойство экстрасенса. — Просто наложи на меня швы. Шаги предупредили их, что они больше не одни, поэтому Калеб придержал язык. Незнакомое присутствие подсказало ему, что это не Джон и не Бобби. — Могу я вам помочь? Ривз напрягся от глубокого баритона. Несмотря на то, что Сайлас спас их задницы, он не чувствовал себя комфортно рядом со старшим охотником. Этот человек был известен своим умением выслеживать любого демона, и пастор Джим хорошо отзывался о нем, но Калеб все еще не знал его. На самом деле, он чувствовал себя загнанным в угол, когда в маленькой тесной ванной оказался незнакомец. Но хуже всего, он чувствовал, что Дин был уязвим в своем травмированном состоянии. — Я справлюсь сам. — Тебе, наверное, следует использовать святую воду на эти укусы. — Сайлас указал на глубокие раны на плече Дина, и Калеб повернулся к нему, не в силах объяснить необъяснимый прилив желания защитить друга. — Отойди, Фокс, — прорычал он, и старик отступил на несколько шагов. — Я сам справлюсь. Мы не любители. — Прости. — Сайлас поднял руки вверх. — Просто эти вещи могут быть очень неприятными, если их не лечить должным образом. — Я знаю, как делать свою работу. — И Джон тоже знал, по большей части. — Я в этом не сомневаюсь, Калеб. Я и не намекал ни на что другое. Ривз снова повернулся к Дину, чей остекленевший взгляд был прикован к двери. — Я собираюсь взять еще кое-какие припасы. А ты оставайся здесь. — Он взял одно из полотенец и прижал его к порезу на боку Винчестера, который все еще кровоточил. — И подержи это. — Он подождал пока младший охотник выполнит приказ, или даст ему хоть какой-то знак, что ему комфортно оставаться наедине с Сайласом. Положив руку поверх импровизированной повязки, Дин, наконец, встретился с ним взглядом и кивнул, говоря что с ним все в порядке. Калеб встал. Сайлас наблюдал за обменом репликами и был вынужден быстро отойти от двери, чтобы не быть сбитым с ног более высоким, темноволосым охотником. И снова его поразил мрачный предостерегающий взгляд, брошенный в его сторону. Он уже не в первый раз задумался над разговорами, которые часто сопровождали выбор протеже Джона Винчестера. Ривз был бесстрашен. Оба мальчика разделяли этот атрибут. Они сражались как воины, и Сайлас не мог не испытывать некоторого восхищения, радуясь тому, что судьбоносный зов Сингера позволил ему увидеть внутренние механизмы их работы. Дин чувствовал на себе взгляд Фокса, но ему было все равно. С таким же успехом этот человек мог быть невидимкой. Большинство людей в эти дни были такими. Так было даже лучше. Ничто не казалось реальным, так как… Дин проглотил желчь, которая подступила к горлу. Он не собирался блевать в присутствии Сайласа. Он снова мог уловить обрывки музыки, и это давало ему возможность сосредоточиться на чем-то, кроме кислотной ямы в животе. Проклятый Бобби должно быть поставил диск на повтор, потому что это была та же самая песня. Но его отец все еще состязался с мелодией, напевая свою собственную мелодию, как обычно. Во что я превратился? Мой дорогой друг. Всё, кого я знал в конце концов уходят... — Собирай свои чертовы вещи. Мы уходим. Я ношу терновый венок на троне вруна. Так много мечтаний разбито. Что мне уже не выкарабкаться... Калеб посмотрел на Джона так, словно тот сошел с ума, что, очевидно, и произошло. — Что? — он указал на сумку, в которой копался. — Я еще не закончил чинить ребенка. Мы никуда не пойдем, пока я не зашью его. — Ты меня слышал! — взревел Винчестер, адреналин от охоты все еще бурлил в его жилах, плохо смешиваясь с гневом и горем, которые кипели уже несколько недель. — Бери своего бр… Дина и тащи свою задницу в машину. Сейчас же! — Джон, не заставляй меня снова идти за дробовиком. — Бобби вздохнул. — Если понадобится, я набью тебе задницу картечью. Запятнанные ошибками времени чувства потухают. Ты становишься другим человеком. Я всё ещё здесь... — Нет. — Калеб выпрямился во весь рост, мгновенно забыв о святой воде. Он покачал головой, отчего резкая боль в глубине его глаз усилилась. — Ни за что, Джонни. Ты можешь идти своей веселой дорогой, но мы с Двойкой останемся у Сингера. Какая бы заноза ни сидела у тебя в заднице, она может подождать до утра. Во что я превратился? Мой дорогой друг. Всё, кого я знал в конце концов уходят... Джон шагнул вперед, встав нос к носу с Калебом. — Не говори мне, что должен или не должен делать мой сын. Ты не имеешь права… — Не имею права? Ты не можешь включать и выключать меня, как кран, ханжа ты этакий, — прорычал Калеб. — «Следи за спиной Дина, Калеб». «Держи его задницу подальше от неприятностей, Ривз». «Держи его гребаную руку, когда переходите улицу, малыш». Звучит знакомо? Я здесь уже слишком долго, черт возьми, и мне уже не восемнадцать лет. Ты меня не выгонишь. Можешь забирать себе мою нечистую империю. Я предам тебя. Я сделаю тебе больно... Резкий удар в челюсть был скорее шокирующим, чем болезненным, но он отбросил Калеба на край стола, и одна из дорогих Бобби ламп упала на пол и разбилась. Если бы я мог начать сначала. С самого начала. Я бы сдерживался. Я бы отыскал верный путь... Фокс взглянул на Дина, который, казалось, смотрел сквозь него, но вскоре его взгляд изменился. Остекленевший шок прошел, сменившись теперь бурным зеленым морем страдания. Он пытался подняться на ноги, что было чертовски трудно сделать из-за ушиба ребер и потери крови. Сайлас начал было протягивать ему руку, но мальчик обладал таким же взглядом, что и Ривз, и один взгляд заставил его отступить назад, пропуская упрямого парня мимо. Калеб уперся рукой в стену, пытаясь удержаться на ногах. Джон не дал ни ему, ни Бобби времени среагировать, прежде чем схватил его за куртку и прижал к стене, которая мгновение помогла удержаться на ногах. Второй удар причинил адскую боль, но тот шок, что Джон действительно ударил его снова, был единственным реальным уроном. Ривз быстро справился с болью, несмотря на вспышку агонии, которая пронзила его лицо, отдаваясь эхом в черепе. И все же сам этот поступок ошеломил его, удержал от ответной реакции. Он даже не заметил, как это произошло. За все эти годы Джон неоднократно угрожал надрать ему задницу. Черт возьми, как и Бобби, Бун и почти все остальные охотники, которые помогали ему тренироваться… Но никто никогда не поднимал на него руку, по крайней мере, в гневе. Калеб никогда такого не ожидал, особенно от Винчестера. — Никогда больше не разговаривай со мной в таком тоне. — Джон схватил Калеба за рубашку и снова прижал его к стене. — Ты меня понимаешь, Сэмюэль? Бобби не был уверен, что Джон вообще уловил обмолвку, но выражение, промелькнувшее на лице Калеба, слишком хорошо говорило о том, что ребенок все услышал. — Черт возьми, Джон, — проворчал Сингер, хватая Джона за руку и пытаясь оттащить его, пока его старый друг не потерял еще одного человека, которого любил. — Отпусти его. Сейчас же! Джон ничего не слышал. Он снова ударил Рива о стену, и голова экстрасенса откинулась назад, ударившись о дерево. — Отвечай мне! — Папа! — Дин протиснулся между отцом и Калебом, отталкивая Джона. — Достаточно! Джона это не остановило, он был похож на паровой каток. — Я скажу, когда этого будет достаточно, Дин. — Он сильно ткнул сына в грудь, не обращая внимания на видимые и невидимые повреждения. — Я, а не ты! И не твой брат! Я отвечаю за эту семью. Дин отступил назад, чувствуя, как Калеб напрягся за его спиной. Вот и все. Его отец, наконец, понял, что он сделал, или нет? — Прости, что прерываю тебя, папа, но ты не можешь все контролировать. — "Особенно моего брата". — Просто прекрати это, — отрезал он. Он так устал от всех этих криков. — Все кончено. — "Сэм уже ушел. Отпусти его".- Достаточно. На мгновение показалось, что он снова зайдет в тупик, но затем Джон отступил назад, и Калеб увидел, как он опустил взгляд в пол. — Черт, — прошептал Винчестер прерывисто, проведя обеими руками по волосам, прежде чем снова поднять взгляд. — Калеб… Ривз уже собирался сказать ему, куда именно он мог бы засунуть свое «прости», которое назревало в темных глазах, когда Дин разрушил момент, рухнув на него. — Двойка! — он поймал друга, его ссора с Джоном заняла второе место по сравнению с нынешней угрозой сыну этого человека. — Дин? — Джон шагнул вперед, помогая Калебу опустить младшего охотника на пол. — Проклятие. — Он потерял чертовски много крови. Этот идиот никогда не слушает то, что я ему говорю, — сказал Калеб, прижав пальцы к горлу друга. Он взглянул на Бобби, который стоял на коленях рядом с ними. — Мы должны доставить его туда, где я смогу зашить его. Джон хотел было помочь, но Ривз сердито посмотрел на него. — Мы сами справимся, — Калеб указал подбородком на сумку. — Достань святую воду. — Это, вероятно, было ребячеством, но Калебу нужно было восстановить какую-то дистанцию. Он имел в виду именно то, что сказал: Джон не прогонит его, независимо от того, делал ли он это из-за горя или из жалости к себе. Экстрасенс видел, что его наставник хотел поспорить, возможно, даже снова ударить его, но один взгляд на Дина смягчил его лицо, и Ривз почти почувствовал себя плохо. В конце концов, Джон уже потерял одного сына. — Будьте осторожны с ним, — наконец сдался Винчестер, вставая. — То же самое касается и тебя, Джонни, — отрезал Калеб, когда они с Бобби подняли ребенка с пола и направились в спальню.***
Кто-то громко дышал Дину в ухо, и он чувствовал теплое тело, прижатое к его боку. Он заставил себя открыть глаза, пытаясь сфокусировать взгляд на незнакомой и расплывчатой обстановке. — Привет. Голос испугал его, и Дин поднял голову, поморщившись, когда затекшие мышцы запротестовали против этого внезапного движения. Калеб сидел на стуле рядом с кроватью, на груди у него лежал потрепанный журнал о машинах. — Привет. — Дин вздохнул, откинувшись на подушку, но тут же получил небрежный поцелуй от другого жителя кровати. - Проклятие, — он испуганно дернулся, толкая черного зверя, когда Лола прижалась к нему еще ближе своим массивным телом, перекатившись на спину и задрав четыре лапы к небу. Ривз рассмеялся. — Леди была так добра, что разделила с тобой постель, и ты должен хотя бы поцеловать ее утром. — Чувак, — простонал Дин, глядя на ротвейлера, который развалился по всей длине кровати. — У меня появятся блохи. — Черт возьми, Двойка, она, вероятно, чище, чем некоторые женщины, с которыми ты просыпался. Младший охотник отмахнулся от него. — Заткнись. Калеб наклонился вперед со знакомой ухмылкой на лице. — Скажи спасибо, что это был не Брут. Другой «ребенок» Бобби был известен тем, что чесал свои впечатляющие интимные части публично, выпускал ужасающе грязный газ, а также пытался отделать ногу каждого ничего не подозревающего охотника. — Как я сюда попал? — Дин указал на запасную комнату Бобби, пытаясь принять сидячее положение, не причиняя себе больше боли. — Ну, после того как ты упал в обморок, как и положено девушке, я притащил твою тяжелую задницу сюда. Дин нахмурился, потирая глаза. — Я не падал в обморок. — Обморок, потеря крови — та же разница. — Я запомню это на следующий раз, когда это случится с тобой, приятель. Калеб бессознательно протянул руку и коснулся своего подбитого глаза. Он нахмурился, глядя на друга. — Всегда, пожалуйста. — Я не уверен, но мне кажется, что я оказался здесь, спасая твою жизнь, при чем уже дважды. — Кстати говоря… о чем, черт возьми, ты думал? Калеб говорил об демонских псах, но если Дин и понимал, то не обращал на это внимания. — Что отец собирался убить тебя. — "Или прогнать тебя прочь, как Сэма". Экстрасенс вздохнул. — Я могу справиться с Джоном. — Ривз отбросил журнал в сторону, упершись локтями в колени. — Тебе следовало слушать меня на охоте, Двойка. И ты должен был держаться подальше от драки прошлой ночью. — Последнее, что нужно было Дину — это оказаться в центре очередной войны, особенно когда он проиграл в последней борьбе между отцом и братом. — Я думал, что все эти крики и вопли, по крайней мере, прекратятся… — Он взглянул на Калеба. Ривз отвел взгляд, не в силах смотреть в лицо неизмеримой боли, которая просачивалась сквозь этот пристальный взгляд подобно резкому свету, проникающему сквозь морское стекло. — От старых привычек трудно избавиться, Двойка. Все скоро уляжется. Дай ему немного времени. — Время лечит все раны. — Господи, как же я по нему скучаю. Ривз знал, чего стоит это признание его другу, и Калеб посмотрел Дину в глаза. — Он же не умер, Дин. Это совсем не похоже на твою маму. — Мне так почти кажется… только еще хуже. — Дин судорожно сглотнул. — Папа ведет себя точно также, и на этот раз мне не на чем сосредоточиться. Калеб вздохнул, сказав единственное, что пришло ему в голову: — Сэм еще вернется. Черт, мы можем пойти и притащить его задницу обратно в любое время, когда у нас будет настроение. — Он попытался изобразить улыбку. — Или ты можешь переехать к нему на новое место. Запишитесь с ним в какое-нибудь братство колледжа. Пусть красивые девушки схватят тебя для разнообразия, вместо демонских собак. Парень вздохнул, оценив его попытку, но не в состоянии ответить взаимностью. — Я никуда не поеду, Дэмиен. Калеб нахмурился и кивнул. — Значит, нас таких двое. — Он громко выдохнул и хлопнул Дина по ноге. — И все же, дружище, мы могли бы отправиться в путешествие. Понежимся на солнышке Калифорнии и убедимся, что Сэмми, по крайней мере, выходит из библиотеки, чтобы поесть. Дай Джону время разобраться со своими «проблемами», как любит их называть папа. Дин прикусил нижнюю губу, и Ривзу даже не нужно было читать его кружащиеся мысли, чтобы понять, что он хочет увидеть своего брата так сильно, что это разъедало его изнутри. Возможно, прошел всего месяц, но Дин никогда не расставался с братом больше чем на неделю. Однако легкий стук в дверь заглушил его ответ, и оба парня подняли глаза, когда Джон Винчестер открыл дверь, задержавшись в коридоре, как призрак. — Эй… Доброе утро. Из соседней комнаты доносилась музыка, и Дин узнал знакомую мелодию. Он вздохнул. Я ношу этот терновый венец на троне лжеца. Полный сломанных мыслей, я не могу их починить... Отец выглядел измученным, как будто он не присел ни на минуту в течение ночи. Калеб и Дин обменялись взглядами. — Разве ты не должен вернуться в свой гроб? — заговорил Ривз, с намеком на усмешку. — Продолжай в том же духе, умник. — Джон ткнул в него пальцем. — И я мог бы подбить тебе другой глаз. — Внезапные удары срабатывают только в первый раз, папа, — ответил Дин, когда друг просто покачал головой. Запятнанные ошибками времени чувства потухают. Ты становишься другим человеком. Я всё ещё здесь... — Бобби слышал разговоры о возможном вендиго около Силвер-Рокс, штат Колорадо, недалеко от Вейла, — сказал Джон, входя в комнату. Его губы дрогнули, на каждой щеке появились ямочки. Он скрестил руки на груди. — Я знаю, как вы, ребята, любите походы. Ривз откинулся на спинку стула, положив потертые ботинки на кровать. — Сейчас октябрь, старик. В Колорадо уже выпал снег. — Теперь ты говоришь совсем как твой папочка. Ты боишься небольшого обморожения? Во что я превратился? Мой дорогой друг. Всё, кого я знал в конце концов уходят... Калеб посмотрел на Дина. Это был его выбор. Охота на одетых в бикини калифорнийских цыпочек казалась раем по сравнению с тем, что они будут отмораживать свои задницы, пробираясь через лес в поисках бездушного монстра. И, несмотря на то, что он был зол на Джона, Калеб чувствовал, как невидимые поводья натягиваются, и знал, что уздечка была вдвое туже для его лучшего друга. Зеленые глаза встретились с его взглядом. — Я слышал, сноуборд класное развлечение. Эти слова звучали настолько по-диновски, что Калеб не смог сдержать дерьмовую ухмылку на своем лице. Может быть, они достигли какого-то затишья в буре. — После того как мы выпьем за волосатого Гамби, я требую заехать на несколько ночей в охотничий домик. — Ривз взглянул на Джона. — И там не должно быть никаких причудливых звериных голов на стенах. Можешь забирать всё себе мою нечистую империю. Я предам тебя. Я сделаю тебе больно... Джон фыркнул. — Это твои деньги, малыш, но не рассчитывай, что я попаду в одну из этих стеклопластиковых ловушек смерти. — Не волнуйся, Джонни, есть возрастные ограничения. Мы бы не хотели, чтобы ты сломал бедро или что-то еще. Винчестер покачал головой. — Начинай собирать свои вещи. Мы тратим дневной свет. — С этими словами он ушел, и Дин снова почувствовал на себе взгляд Калеба. — Мы все еще можем отправиться сначала в Пало-Альто. Если бы я мог начать сначала. С самого начала. Я бы сдерживался. Я бы отыскал верный путь... Дин отрицательно покачал головой. — Нет. У нас есть работа. Ему пора было последовать своему собственному совету. Пришло время ему отпустить брата. Ему нужно найти способ исцелиться. Они все должны это сделать.
