Запретный плод

Как много тех, с кем можно просто жить, Пить утром кофе, говорить и спорить... С кем можно ездить отдыхать на море, И, как положено - и в радости, и в горе, Быть рядом... Но при этом не любить... Как мало тех, с кем можно помолчать, Кто понимает с полуслова, с полувзгляда, Кому не жалко год за годом отдавать, И за кого ты сможешь, как награду, Любую боль, любую казнь принять... (Э. Асадов) Всё молчаливей, грустней и холодней становился последний месяц осени. Вместо воздушных облаков на небе появилась тусклая серая пленка. И эти изменения, казалось, произошли не только с погодой, но и с новоиспеченной миссис Локвуд тоже. Со дня бракосочетания Кэролайн и Тайлера прошел ровно месяц. А блондинке казалось, что целая вечность! Что-то сломалось у неё внутри. Девушка одиноко бродила по саду. Холод пробирал до костей. Резкий пронзительный ветер ударил Кэролайн в лицо, словно давая пощечину за предательство их с Клаусом любви. Сорвавшийся лист одиноко кружился, кидался с одной стороны в другую, стоило ветру изменить направление. Девушка сравнивала себя с ним, с этим хрупким несчастным листиком, который летит сам не зная куда и зачем. Найдет ли он приют, согреет ли душу или так и будет безразлично скитаться по свету? Кэролайн не обращала никакого внимания на холод, просто ходила и думала. Думала о том, что ей вовсе не нужна любовь её мужа. Она начала прокручивать в голове все события, и обратила внимание на то, что всё чаще стала без причины срываться на нём, устраивать бессмысленные скандалы, упреки, не давая спокойно жить не только себе, но и Локвуду. Кажется, только сейчас девушка начала понемногу понимать, что совершила ошибку, выйдя замуж за Тайлера, но тут же попыталась внушить себе известную фразу «Стерпится- слюбится». Сквозь толстую пелену раздумий, Кэролайн услышала весёлый смех, посмотрела в сторону и увидела своих подруг. Она помахала им рукой, затем подбежала к ним. - Вы с ума сошли, ветер такой, а вы с ребёнком? – Кэролайн наклонилась к коляске. - Привет, масик! Соскучился по тёте? - Между прочим, это очень полезно – дышать свежим воздухом, – ответила Кэтрин. Блондинка не обратила внимание на то, что сказала подруга, а продолжила сюсюкаться с малышом. Девушки направились в дом. - Я вижу, что и тебе уже нужно такое маленькое чудо, – отпив кофе с чашки, произнесла Кэтрин, наблюдая, как Кэролайн играет с Мэттом. - Сомневаюсь, - ответила блондинка, но после неодобрительных взглядов подруг добавила: - Нет, я хочу ребёнка, но нужен ли он нам с Тайлером сейчас? - Что опять не так? – с непониманием спросила Ребекка. – Вы ведь только поженились! Где романтика? - У нас не ладится, - вздохнула блондинка. – Не знаю, получится ли из этого что-то? - Дорогая, все пары ссорятся, - погладив руку подруги, сказала Кэтрин. – И мы с Элом тоже. - Вы знаете, о чем я. Я вышла замуж не по любви! Знаю, многие пары так поступают, но я замыкаюсь в себе. Мы вместе ужинаем, ходим гулять, спим, но мне это не нужно вовсе! Брак должен приносить счастье и радость, а не опустошенность и безразличие к миру. Тайлер любит меня искренне. Я знаю это… Но я как-то отстраняюсь от него и он это чувствует. Может, не зря Клаус когда-то сказал мне: «Все зависит от женщины. Как она себя поведет, так в семье и будет», ведь мы, девушки, - хранительницы домашнего очага, - грустно сказала Кэролайн. - Опять Клаус… - печально произнесла Кэтрин. – Прости, конечно, но о чем ты думала раньше? Тайлер – живой человек! Вспомни сколько всего он для тебя сделал! - Звёздочку с неба достанет, только скажи! – добавила Ребекка. – А Клаус… Где он? Его нет! Понимаешь? Его больше нет в твоей жизни! Забудь. - Может вы и правы… - блондинка горько улыбнулась. Кэролайн и Тайлер обнявшись, сидели у камина и смотрели «Три метра над уровнем неба. Я тебя хочу». Блондинка заливалась горькими слезами, ведь отчасти считала, что с героиней этого фильма её связывает тонкая невидимая струна. Она представляла какую боль переживают персонажи фильма, ведь сама ещё не до конца оборвала все отношения с Клаусом в своём сердце. Блондинка смотрела фильм, а перед глазами был образ Майклсона и их последняя встреча. Ну почему в её жизни всё так сложно? Из-за этих мучений у Кэролайн разрывалось сердце, горячие, как расплавленный металл, слёзы больно обжигали щёки. Слова Аче резали по живому: «… Я куда-то спешил. Я торопил события, не разобравшись с тем, что мне мешало, цепляясь за прошлое, оглядываясь назад, желая забыть, но не переставая вспоминать. Какой я дурак, что хотел жить прошлым! Я застрял посередине. Не простив. Не простив себе. Не двигаясь дальше. В чем секрет будущего?.. Может в том, чтобы всё исправить и жить дальше?..» Блондинка, всхлипывая, подумала: «Может это действительно так? Наверное, и мне нужно перечеркнуть прошлое, перевернуть страницу окончательно, безвозвратно… » Муж нежно гладил волосы жены и ласково целовал соленые щёки, губы, глаза, пытаясь тем самым успокоить свою любимую. На следующий день, когда Тайлер был на работе, Кэролайн взяла лист бумаги, ручку и начала писать письмо. Письмо Нику. Письмо, которому не суждено было увидеть своего получателя. Письмо-прощание. Письмо-прощение. Крик души. Это письмо, как казалось Кэролайн, должно послужить ей спасением. Спасением собственной семьи и души, которая увядала с каждым днем всё больше и больше. Всю пережитую за последние годы боль и страдания, Кэролайн хотела оставить здесь, на бумаге. Забыть всё, перечеркнуть. Действительно начать новую жизнь, а не просто говорить об этом впустую. Ведь девушка сама не хотела отпускать свои воспоминания и чувства. Она жила прошлым. Жила как бездушный человек, надеясь, что в один прекрасный день приедет её принц, Клаус, и увезет с собой, не смотря на то, что девушка замужем и «счастлива». Но этого не случилось. Ник не оправдал её желаний, а может, просто блондинка многого от него ждала? И из-за этого не могла нормально разглядеть человека, который всё это время находился рядом, искренне любил, поддерживал, уважал и ценил. Красивым почерком Кэролайн медленно выводила последние слова письма: «Я люблю тебя, Клаус Майклсон. И буду жить с этим чувством до конца своих дней. Но это жизнь. Ничего не изменишь. Мы ошиблись… Были не правы… Я тебя прощаю, прости же и ты меня. Люблю тебя!» На белоснежный лист кляксой упала соленая капля, разъедая буквы. Кэролайн поспешно вытерла щеку. И ещё раз посмотрела на письмо, в котором было все то, что чувствовала, пережила и так и не смогла сказать блондинка Майклсону. Кэролайн открыла окно на кухне, вдохнула в полную грудь холодный свежий воздух, перевела дух. Затем дрожащими руками сложила письмо, и поднесла его к огню. Яркой вспышкой начало гореть прошлое блондинки. Огонь быстро и жадно поглощал строчки, девушка стеклянными глазами наблюдала за всем этим. Потом она услышала, как открылась входная дверь. - Тайлер, - взволновано промолвила она себе, и быстро подбежав к окну, выбросила остаток письма. Ветер должен был унести с собой пепел, и ту боль, которая была внутри. Кэролайн очень на это надеялась. - Привет, дорогая, - Тайлер положил папку с документами на стол и подошел к жене, которая безмолвно стояла у окна и смотрела куда-то вдаль. Девушка повернулась к мужу и выдавила из себя улыбку. Локвуд поцеловал её губы, затем встревожено спросил: - Что это у нас с глазками? – он пристально посмотрел в, казалось, безжизненные глаза жены. – И что это? Дым? – его ноздри защекотал этот запах. - С улицы, наверное, - девушка поспешно начала закрывать окно, но почему-то ничего не получалось. Тайлер взял её за руку и притянул к себе, блондинка рухнула в объятия мужа, положила голову ему на грудь и начала плакать. Горько. Как никогда. ---------------------------------------------------------------------------------------------------- Милые мои, обратите внимание на замечательные обложки от Валенти22)))