Хождение по мукам, или коротко о сонном бреде.

— Эй, проснись, — звучал знакомый голос. Отелло пытался расшатать девушку, чтобы спросить у той за самочувствие. — Анночка, я конечно все понимаю, но тебе нужно проверить зрение, чтобы мы знали, на какой минус тебе делать очки. Прошло несколько часов с того момента. Все жнецы чертовски заняты с новичками, выдают им форму, косы смерти, рассказывают про Департамент. Отелло сразу примчался назад в свой отдел, как только закончил с осмотрами. Таков был приказ начальника. Тело немного дрожало. Эмоции были странными, а дыхание было неровным. Словно она только что увидела самый худший в мире кошмар. Она приоткрыла глаза. Перед ней мыльный силуэт. Знакомый голос. — О-Отелло? — спросила та, ещё не пришедшим после выкриков в норму голосом. — Ох, прости меня. Начальник настиг тебя раньше меня. Явно это все специально было устроено. Мне очень жаль. Грелль сейчас с новичками возится, бесится, тихий ужас просто. И обидно обзывается, — жнец усмехнулся, а затем помог девушке сесть для того, чтобы она смогла увидеть таблицу проверки зрения, — Видишь что-нибудь? Она помотала головой. Слёзы, казалось, были готовы вновь политься градом. — Я теперь жнец? — спросила она, — Можно будет с ним увидеться? С Греллем. Ей всё ещё было нехорошо. После слёз её преследовало странное состояние, которое и не описать словами. Слабость в теле и то, что не описать словами. — Тебе нужно отдыхать сейчас, а не на свидания бегать, милая Анночка. Швы опять разошлись, но я поправил всё, зашил и обработал вновь. Но на первое занятие все же нужно будет прийти. Оно завтра в восемь утра. Сейчас уже пять часов вечера. Так что я сейчас тебе в глазки лекарство закапаю и принесу готовые очки, а затем ужин. Жнецам тоже нужно хорошо питаться, как и людям. А еще мы очень плохо видим без очков. Ничего не бойся. Привыкнешь быстро. Он буквально на секунду выбежал из палаты, чтобы взять специальное расслабляющее средство для глаз, после чего вернулся и расположил Анну поудобнее, убрав подушки, и по несколько капель закапал в глаза. — Если будет больно, то обязательно говори. Всё исправим. — С-спасибо, — она ненадолго прикрыла глаза. — Как долго я была без сознания? Голос потихоньку приходил в норму, а мысли собирались в кучку. — Я… Я не понимаю. Зачем он спровоцировал меня? Зачем сказал, что Грелля убили? Ты. Ты был прав. Прости. — «Как я могла повестись на такую очевидную провокацию? Господи…» — думала она. — Мистер Спирс очень сильно хотел, чтобы ты не осталась безнаказанной. Вот и произошло это. Если бы я успел вернуться раньше, чем он пришел, то этого не случилось бы. Но с другой стороны подумай. Он ведь дал тебе возможность быть здесь, когда при помощи провокации обратил в жнеца. Может быть он вообще из хороших побуждений действует. Ведь никаких отношений между шинигами и человеком и быть не может, просто потому что это ломает сотрудников. Ведь людям свойственно умирать. От старости, от болезней. От тяжелых ран. А жнецы… Жнецам помереть очень сложно. Если знать наше слабое место, то да, это другое дело. Но во всех других случаях, даже с оторванными конечностями, мы выживаем. Руки и ноги можно пришить, раны любой глубины залатать. Но сердце заменить ничто не может. Тем более, что оно у нас особенное. Как полное отражение души. Замирает тогда, когда мы переживаем или влюбляемся. И во время сна происходит то же самое. Мёртвые спят спокойным чутким сном до самого утра. Но любой шорох может их разбудить. Ну, шорох, который будет указывать на опасность, конечно же. В остальное время разбудить сложно. Так мы и живем. Спим без дыхания и без сердцебиения. Словно так и должно быть. А ещё, милая Анночка, нам запрещено иметь детей. Потому что просто представь, сколько с этим мороки. А жнец должен работать всегда усердно, особенно если это простой сотрудник. Оплачиваемый отпуск нам не положен. Только начальству, при условии, что есть кого оставить за старшего. Поэтому, если вдруг окажется, что ты беременна, — на этом жнец прищурился, — То наш Уилли непременно прикажет сделать аборт. И тебя не будут спрашивать, согласна ты, или нет. Я бы с радостью в этом случае побыл на твоей стороне, но тут мистер Спирс прав. Мы сюда приходим не для того, чтобы строить новую жизнь, а для того, чтобы отбывать наказание. Быть счастливыми по-человечески нам просто не дозволено. — Да, понимаю. Здесь всё логично, — произнесла она и резко осознала одну вещь. Слабое удивление отобразилось на лице. — Как ты… Как ты узнал про отношения с Греллем? — щёки немного покраснели. — Я, вроде, не говорила про это. — «Неужели он услышал? Услышал ли Грелль?» — на этой мысли щёки покраснели чуточку сильнее. — Ну блин, это же очевидно. Ты постоянно только о нём и говоришь. Да и ко всему прочему, мистер Спирс рассказал о том, чем вы тогда занимались, когда я вас попросил погулять. И если успели до того момента, как начальник забрал Грелля, то у вас мог бы быть ребеночек. Маленький и миленький. Мальчик или девочка. Кстати о детях. Все новички это лондонские беспризорники. Кажется я видел половину из них раньше, когда ходил искать нашего начальника во время агрессивных убийств Джека-потрошителя. А вот тебя не видел. Ты из дома не выходила никогда? Потому что я каждую улочку обошел по десять раз, но тебя тогда не видел. — Прости. Я этого не помню. Мне уже стёрли воспоминания на этот счёт, — она вздохнула. — Если не видел — значит так и есть. Я запомнила тот разговор с Рональдом, так что помню немного, но сама, — немного помотала головой, — Мало что помню, — она задумалась. — Мне не кажется, что я куда-то выходила. В департаменте я считала всех врагами, однако, и отдых от всей этой осторожности должен быть, значит да. Была дома. — Ну, это уже не важно. Тебе придется здесь работать. Пока что лежи. Я скоро принесу очки и ужин. И одежду. Тебе нужно научиться сейчас ходить нормально по крайней мере, потому что дисциплина у новичков неимоверная. Все для того, чтобы не пришлось большинство отсылать на какую-то внутреннюю работу. В людском мире в последнее время участились смерти. Это прибавило нам работы. Новичков на такие задания не отсылают, поскольку не считают из психику достаточно стабильной для этого. На этом Отелло исчез из виду, чтобы все подготовить. Эту девушку повесили на него. Он и рад этому. Сможет больше времени проводить с новой подружкой и помогать ей делать домашку. Она частично ослушалась указания. Ей надоело лежать и она села, подложив под спину подушку. Зрительно ничего не удаётся разобрать, но примерное представление комнаты в голове всё ещё осталось. В её сознание пробрались мысли о Грелле, от которых она невольно покраснела и улыбнулась. — Тот поцелуй, его действия, они великолепны, — влюблённо прошептала она и потом осознала, что проговорила мысли в слух, но в комнате сейчас никого, так что можно не стесняться. — Сильный, умный, понимающий, заботливый, — не унималась она. Она осознавала своё положение и что поблажек не будет, то, что им нельзя иметь детей, но ведь их нет, она в этом уверена. Единственное, что её неимоверно радовало, это то, что воспоминания о нём сохранились и она может видеться с ним, а если не сможет, то на уме будут планы для достижения этого. Заявился назад Отелло только минут через двадцать. То там помочь, то тут новичков сопроводить в общежитие. То Грелль налетит весь радостный и счастливый непонятно от чего. Впрочем, раньше это было его обычное состояние. Спасло от удушения только то, что Уилл проходил мимо, так что красноволосый тут же переклеился на него. Весьма странно снова видеть такое поведение со стороны жнеца-потрошителя. Вроде как он был убитым после того, как его приговорили к постановочной казни. Может быть память подчистили? Да нет, не было похоже. В глазах все такой же холод. Значит просто притворяется. Парнишка вздохнул и наконец открыл дверь палаты, чтобы зайти и протянуть Анне поднос с наивкуснейшей едой, а также надеть на нее очки. — Теперь ты всё видишь. А я говорил, что скоро твои глаза потеряют первозданный цвет. И это немного печально. Но, ничего страшного. Менее прекрасной от этого ты не стала. Приятного аппетита. Снова ушел. По делам. И чтобы принести одежду. Это тоже важно. — Спасибо, — было сказано, прежде чем тот ушёл. — «И всё-таки, всё не так плохо» — с улыбкой подумала та. — «Безнаказанно я бы тоже жить не смогла, а так всё честно» Она с удовольствием ела принесённую Отелло еду. — Интересно, кто повар? — «А ещё, каким был Грелль до того, как мы пришли в департамент?» — подумала та. Доев, она приспустила очки и, увидев крайне мыльную картину, снова надела. — Все жнецы так видят? Это же неудобно. — Если не терять очки, то очень даже удобно, — послышался игривый голос слева, — Привет, красавица. Словно хитрый кот, блестя глазами в темноте, с лёгкостью пробрался в палату и уже нагло приставал, прожигая своим взглядом. — Грелль? — она обернулась, чтобы поцеловать его. — «Неужели он пришёл? Не думала, что его манера речи изменится после того, что мы сделали. Значит, я действительно ему нравлюсь? Он любит меня? Назвал меня красавицей?» — влюбленно промелькнуло в мыслях. Казалось бы, если бы она была сахаром, то давно бы растаяла от одной лишь мысли о Грелле. Поцелуй задался с самого начала на страстной ноте. Окна закрыты занавесками, и никто не увидит то, что они могут начать вытворять. Но, это наврятли произойдет. А причина тому — Отелло, который болтается кругом. Может внезапно зайти и будет нехорошо. Пусть он и кажется хорошим другом, но все что видит, сразу докладывает начальнику. — Мне удалось уломать Уилли разрешить поселить тебя со мной, чтобы тебе не пришлось толпиться с новичками в общежитии. Квартиры нам выдают только при завершении обучения. Как ты себя чувствуешь? — спросил он по завершении поцелуя, нежно проведя рукой по скуле девушки, — Как-то неважно выглядишь. Она прижалась к Греллю. Не хотелось отпускать его. — Переживала за тебя. Плакала. Уилл обманул. Сказал что тебя убили. Спровоцировал. Она едва снова не заплакала, но в этот раз от радости того, что он рядом. Обняла его за шею, желая вновь поцеловать. Анна уже успела по нему соскучиться. — Плохой Уилли. Но ничего. В ближайшее время я его точно накажу. Очень жестоко. А пока что. Тебе стоит быть немного аккуратнее. Потому что у меня болит всё тело. От лица до кончиков пальцев ног. Тоже Уилли постарался. Второй поцелуй не состоялся, поскольку Отелло снова притащился, держа в руках комплект одежды. — Уже нежитесь, голубки? Милый Грелль, не забывай про запреты отношений на работе. Иначе мистер Спирс тебя покарает еще раз. Мне пришлось долго отмывать стены около его кабинета и внутри от твоей крови. Сатклифф тяжело вздохнул и отстранился, отойдя к окну. — Не понравилось мне то, как он со мной обошелся. Анна снова оцепенела. — «Уилл ранил его? До такой степени?» — проговорила в мыслях та. В глазах промелькнул гнев. Затем она немного помотала головой. — Уилл хуже дьявола. Как он может быть жнецом? — тихо прошептала себе под нос Анна. — «Он заслуживает кары. Он ко всем суров. Слишком» — проговаривала в мыслях та. Она отвела взгляд немного в сторону. — Ох, вы продолжаете считать его самым плохим в Департаменте? Он же только лишь выполняет свою работу. Не более того. Начальнику положено так поступать с провинившимися подчинёнными. Милый Грелль, ты получил за дело, — прощебетал парнишка и протянул одежду Анне, — Со временем он остынет и все будет как обычно. — Хочется верить. Но это избиение я ни за что ему не прощу, — прошипел Грелль и пошел в сторону двери. Она смотрела на Грелля, хотелось остановить, но тогда Уилл бы точно мог снова наказать его, чего ей не хотелось. — Береги себя, ладно? — попросила она любимого, пока тот не ушёл. Она знает, что раньше не переживала за кого-либо так, как за Грелля. Даже когда Отелло или Рональда ранили, она не чувствовала почти ничего, но, ради Грелля, она готова на всё. Даже на самый безрассудный поступок. — Любви все возрасты покорны. Он старше тебя на добрую сотню лет, — одежда была отложена на столик рядом с кроватью, а сразу после этого дверь резко хлопнула, будто бы Грелль был озлоблен, — Будь с ним осторожна. Мало ли что случиться может, — затем забрал поднос с тарелками и также пошел к выходу, — Ты находишься в группе номер шесть. Угадай, кто её ведёт, — жнец последний раз улыбнулся и вышел. — Хм… Значит это кто-то из тех, кого я знаю. Отелло? Грелль? Или же… Уилл, наверное, не станет этим заниматься, но это не точно, — затем в голову прокралась неприятная для девушки мысль, от которой та нахмурилась. — Только не тот извращенец. Спустя некоторое время она легла спать, не забыв перед этим сложить очки на столик. — Надеюсь, что это окажется не он, — тихо проговорила и, устроившись поудобней, заснула.