Леди. Наследие Анахора

      Первое, что бросилось Ханне в глаза, едва она вошла в комнату, — обилие зелени. Малахитовая каминная полка, салатовая скатерть на круглом столе, изумрудные портьеры и цветы. Массивные горшки на полу с чуть ли не целыми деревьями, аккуратные кашпо с цветами поменьше, букеты в вазах… На фоне этого сочного великолепия даже потерялся тот самый охранник, который стоял у шкафа и листал какую-то книгу. Услышав, как щёлкнула дверь, он поднял голову и уставился на Ханну. Она тоже позволила себе задержать взгляд, рассматривая высокого мужчину, одетого в обычную светлую рубашку и штаны из плотной ткани, такие же зачарованные, как и висящая на спинке стула кожаная куртка.       Мужчина положил книгу на полку и откинул с глаз темно-русую челку, а Ханна, с трудом сдерживая расплывающиеся в улыбке губы, выдохнула:       — Сегодня явно мой день.       — Да, неожиданная встреча, — спокойно согласился будущий попутчик.       — Зато какая желанная, — Ханна сама удивилась тому коктейлю эмоций, что бушевал в ней сейчас. С одной стороны её захлёстывало злорадное веселье от того, что мечта найти засранца исполнилась таким вот странным образом. С другой — шквальной волной изнутри поднималось бешенство: ярко вспомнились все те неприятные моменты, что Ханна пережила в катакомбах Калами и после. И к её же удивлению — совсем уж неуместные воспоминания, от которых впору было смущаться, а этого никак не хотелось, особенно при том, что Клаус с вежливым интересом ожидал, пока она переживает все свои эмоции, которые прекрасно видел. И совсем не потому, что Ханна их не скрывала. Нет, потому, что он был чертовым эмпатом!       Глядя в наглые его глаза, Ханна всерьёз задумалась, а не использовать ли яблоко из той вазы, что на столе, не по назначению? Хотя, какой смысл: яблоко до цели даже не долетит — разобьётся о защитный барьер и запачкает идеально чистый пол.       — Успокоилась? — вырвав Ханну из её мыслей, участливо поинтересовался Клаус.       — А то ты не видишь, — съязвила девушка и резко спросила: — Где моя Чаша?       — Понятия не имею, — спокойно пожал плечами мужчина. — Почему я должен знать, где твоя чаша?       — Потому что ты её забрал у меня из-под носа!       — Уточнение: я забрал из-под твоего носа Чашу слёз. Которая никогда не была твоей.       — Это я её нашла, я выяснила, где она, — Ханне пришлось до боли в ладонях сжать кулаки, чтоб не сорваться на крик, — я тебе говорила, что она для меня значит.       — На память не жалуюсь. Но заказ есть заказ.       — Кому ты её отдал? Я… я поговорю с заказчиком, я…       — У тебя денег не хватит выкупить её, — отмахнулся Клаус, снова поворачиваясь к полке с книгой, — да и такие люди не отдают свои предметы коллекционирования даже для исследований. Забудь о Чаше. Лучше думай о предстоящем деле.       — Вот уж не представляла даже, что встречу тебя вот так, — удивляясь своему внезапному спокойствию, Ханна выдвинула из-за стола стул с резными ножками и спинкой и села, растирая на ладонях следы от собственных ногтей.       Она столько думала об этой встрече, столько всего насочиняла, чтобы сказать, а в итоге просто сидит и даже злиться не хочется, словно на него и злиться нель…       — Перестань, — прошипела Ханна, — манипулятор несчастный.       — Я не корректирую твои эмоции и твоё восприятие, — усмехнулся Клаус. — Я всего лишь вбираю их и отзеркаливаю. Не моя вина, что на самом деле ты вовсе не хочешь на меня злиться, ты хочешь… совсем другого.       — Не твоего ума дело, чего я от тебя хочу, и прекрати лыбиться!       — Может быть, я просто рад тебя видеть? И как отличного специалиста для дела и как… попутчицу.       — Граф знал, кого подбирать для своего задания. Твои навыки тоже идеально подойдут, — нет, это не было обменом комплиментами, просто констатацией фактов: Ханна — отличный артефактолог, Клаус специализируется на всевозможных барьерах. И в катакомбах Калами они прекрасно сработались, когда вместе продвигались по коридорам вниз, разгадывали головоломки и проходили через ловушки. И это было прекрасное время. Ханна давно уже не получала такого удовольствия от своих командировок, ровно до того момента, как Клаус заблокировал её своим пресловутым барьером и не унес Чашу…       — Не начинай, — предупредил её эмпат, и Ханна, сверкнув на него глазами, принялась осматривать то множество артефактов, что носила с собой: кольца, браслеты, подвески, пытаясь найти тот, на который можно было бы наложить новые чары. Тонкая цепочка, на которой висела подвеска-перышко, подошла и, сняв её с себя, Ханна решительно принялась за дело.       Клаус наблюдал с интересом, хотя вопросов не задавал. Ханна сочиняла формулы на ходу, вплетая в звенья цепи. Подобные артефакты лично она ещё не делала, но принцип изготовления, конечно же, знала. Оставалось надеяться, что всё получится и заработает как надо.       — Ну вот, — закончив и нацепив на шею цепочку, заявила довольная Ханна, — теперь ты меня читать не сможешь.       Клаус прищурился, криво улыбнулся:       — Верь в это, тебе же будет спокойнее.       — Мои артефакты всегда работают! И этот защитит от эмпатического воздействия.        — Ради твоего душевного спокойствия я даже соглашусь с этим, — наигранно серьезно кивнул Клаус, но Ханна упорно считала, что он делает это лишь для того, чтобы позлить её.       Он хотел что-то добавить, но не успел: в коридоре послышались шаги, и дверь в комнату открылась…