Ноябрьская ночь

Прохлада линолеумного пола резко сменяется ворсистым ковром, когда Мэрри переходит из одной комнаты в другую. "Под тремя одеялами тепло…" — Возникает у него мысль, когда он оказывается в кровати. За окном тихо стучит редкий дождь. Вместе с прохладным воздухом в комнату влетает запах озона, взбитой тяжелыми каплями земли и лежащих на ней прелых листьев, легкий запах дыма. Неожиданно ветки ореха освещаются резкой, неравномерной вспышкой молнии. Но она не достигает своей цели, не вонзается в земную твердь — за окном все так же лишь стучит дождь. После глухого чиха к запахам дождя прибавляется запах назального спрея — видимо, мелкие капли остались на верхней губе. Глаза начинают слезиться, и синие звездочки светящегося ночника, застрявшие в полупрозрачной шторе, теряют четкие очертания, складываясь в размытые созвездия. Аккуратно стерев лишнюю влагу с ресниц, он вслушивается в затухающий голос Софико Чаурелли, твердящей «Рири» о его толстолобости из гостинной. Дом погружается в тишину, и теперь звуки дождя становятся ярче, четче. Голова практически тонет в мягкой подушке, а одеяла вообще ощущаются будто рай на земле. Поудобнее закапываясь в них, Мэрри постепенно засыпает в мыслях о дожде и завтрашней самостоятельной, которую надеется написать…