pillowtalk

Чарли заметила, что ее раскрепощённость росла в геометрической прогрессии. Аластор словно открывал в ней второе дыхание, благодаря которому ей хотелось порхать по коридорам, кружиться в танце и петь, петь душевные романтические песни и пищать от восторга и радости, когда он смотрит на неё. Такое нежное и яркое чувство бушевало в ней фонтаном, из-за которого она порою с трудом сдерживалась от проявления чувств. Она не знала, что там насчёт бабочек в животе, но какое-то неясное, тёплое щекочущее чувство в груди точно присутствовало, растягивая ее угольные губы в счастливой улыбке. И замечали это многие, та же Вегги, с которой они расстались почти две недели назад - смотрела на неё с тоской и нескрываемой грустью, она понимала, что Чарли должно быть счастлива, и счастлива она точно без неё. Аластор же был более сдержан, его непроницаемая улыбка и дежурное выражение лица трудно было прочитать, однако, Чарли мечтательно закрыла глаза - когда он с ней, то он совершенно другой. В его рубиновых глазах плескаются океаны всепоглощающей нежности, в которую он окунал ее полностью, радовал ласковыми фразами по утрам и целовал с такой любовью, что Чарли определенно была готова раствориться в нем, принадлежать этому кровавому океану полностью, без остатка. Аластор не спешил и это ее успокаивало. Признаться честно, поначалу ей казалось, что он набросится на неё как животное, срывая одежду и целуя молочную кожу, окрашивая в красный ее хрупкую шею, однако, к ее приятному удивлению, он был терпелив и тактичен. И это ее безумно радовало, в ней просыпалась неясная гордость или может даже ещё большее уважение от того, что он не требовал от неё секса сию же минуту. Он вёл себя как настоящий джентльмен, не смущая Чарли пошлыми шутками, настойчивыми действиями и прочими грубостями. И от осознания этого ей хотелось целовать его с ещё большей преданностью и отдачей, посвящать ему стихи, радовать, поддерживать, делать комплименты, тешить его самолюбие, ей хотелось расстелиться перед ним розовым ковром от нежности. Может по-началу в ней все же играл какой-то страх и неуверенность в этих отношениях, но сейчас ее поглощало лишь доверие, преданность. И теперь ей хотелось лишь принадлежать ему одному.

***

Широкая кровать в его номере была застелена чёрными простынями. Мягкий шёлк любовно обтекал контуры ее миниатюрного тела, путаясь в небольшой комок ближе к ступням и сбиваясь в кучу. Чарли лежала раскинув руки в стороны, из одежды на ней была лишь легкая пижама, состоящая из розовой маечки и таких же шорт. На самом деле уже было давно за полночь и ничего такого в том, чтобы она легла спать одна не было - случалось и прежде, но в этот раз хотелось дождаться его. Укутаться вместе в тёплое одеяло, и прижать его к своей груди, перебирая пальцами прядки его волос, поглаживая высокие уши, слыша его довольное сопение. Спать вместе они стали не так давно, но ей определенно нравилось прижиматься к нему, аккуратно залезать под бок, чувствуя, как руки Аластора обнимают ее за талию и прижимают ближе, словно стараясь защитить. Из мыслей ее вырвал скрип двери. - Ещё не спишь? - Аластор вошёл в комнату грузным шагом, стоило ему только скинуть с себя пиджак, как он тут же завалился на кровать рядом с Чарли. - Уже поздно. - Знаю, но мне хотелось тебя дождаться. Сильно устал? - А что, есть какой-то повод меня дожидаться? - Он посмотрел ей в глаза. Их лица находились на расстоянии нескольких сантиметров, достаточно близко для влюблённых, но слишком далеко для поцелуя. Поэтому Чарли пришлось чуть подвинуться, чтобы коснуться его губ. Поцелуй был робким, скорее даже девственным, но эта усталость в его глазах... - Ну ладно, ради этого определенно стоило меня ждать. - Залезай ко мне, - она мягко улыбнулась, протягивая к нему свои руки. - Я так хочу тебя уже обнять и уснуть вместе. Демон коротко улыбнулся, стаскивая с себя рубашку вместе с брюками, бабочка улетела вслед за ними в шкаф. Оказавшись под одеялом в ее руках, мужчина расплылся в блаженной улыбке, обнимая ее поперёк живота. От Чарли пахло абрикосовым гелем для душа и корицей, видимо, она принимала ванну несколько минут назад. Ее тонкие пальцы оказалась у его ушек слегка почесывая и это окончательно выбило его в дрему, ощущения были успокаивающими. - Аластор... - Да? - он глухо отозвался в ее грудь даже не открывая глаз, продолжая млеть от почёсываний за ухом. - Я тут подумала... всего две недели назад я даже и представить не могла, что ты так ворвёшься в мою жизнь и изменишь ее, честно, сначала я боялась, опасалась с тобой разговаривать и все такое, а потом, когда ты меня поцеловал, когда я... рассталась с Вегги, знаешь, ты словно что-то переключил во мне, я никогда не испытывала себя настолько любимой в одних только объятиях и поцелуях. И то, что ты так терпеливо ко мне относишься, не настаиваешь, я так сильно уважаю тебя за это, я даже не думала, что такое возможно в аду. И я хотела сказать... - Тут Аластор поднял на неё свой взгляд. Он смотрел на неё пристально, в ее глазах мелькнуло секундное смущение и в ту же секунду сменилось бесконечной преданностью, она ласково провела по его щеке, решительно произнося: - Я хочу быть только твоей. Я хочу заняться с тобой любовью, Ал. Мужчина улыбнулся, присаживаясь на кровати, Чарли последовала его примеру. Она и не думала, что это окажется так просто сказать. Аластор лёгко рассмеялся. - А ты действительно чудо. Чарли посмотрела на него в полном замешательстве, он пояснил: - Ты хочешь заняться любовью, а не сексом. И это... - он на секунду задумался. - Так правильно. Я тоже хочу заняться с тобой любовью, Чарли, а не просто потрахаться и разбежаться. Теперь уже улыбалась она. - Я вся твоя. Больше он ничего не сказал, целуя Чарли в уста. По телу пробежала дрожь предвкушения, они сделают это прямо сейчас. Она невольно зажмурилась, чувствуя как ее переполняют чувства. Она сделает это с Аластором. С тем, кого она любит, кого боится весь ад, с демоном, который в ее руках превращался в невероятного мужчину из тридцатых годов. Нежные поцелуи сменялись более страстными, он усадил ее к себе на колени легким движением и теперь ей было удобно обнимать его за шею, целуя в ответ, покрывая его скулы нежными прикосновениями губ, в то время как Аластор исследовал ее шею. Он слегка прикусил участок кожи на ее ключице и Шарлотта не сдержала томного вздоха, выгибая шею сильнее, давая ему полный доступ к своей молочной шее. Его руки поглаживали ее талию, пробираясь под легкую майку с дурацким принтом. Его губы скрылись в ложбинке ее груди, одновременно с этим стаскивая с неё верх. Оставляя в одном бюстгальтере. Она облокотилась на его колени. Прикосновения его пальцев казались чём-то внеземным, вызывая по всему телу дрожь. - Черт, ты прекрасна. - Правда? - Безусловно, Чарли, - прошептал он, поочередно целуя ее грудь. - Безусловно. Длинные пальцы скользнули на ее лопатки, мгновение, и лифчик невесомо оседает на ее плечах. Аластор помогает ей от него избавиться и она все же заливается краской, чувствуя смущение, но и все же возбуждаясь, представая перед Аластором наполовину раздетой. Если бы на его месте был кто-то другой, то вряд ли бы это так заводило. Его поцелуи переместились на ее сосок, и стоило ему поймать его зубами, как Чарли почувствовала будто удар током, вздрагивая всем телом. Скрывать румянец уже было невозможно, все, что она могла, так это хватать воздух ртом и блаженно закатывать глаза. Его язык прошёлся по влажному бугорку, пока пальцами он массировал другой. В таком положении, откинувшись на его колени, удовольствие могла получать только она, что ее совершенно не устраивало, но Аластор только перехватил ее запястья, когда она потянулась к резинке его трусов. - Не торопись, мы никуда не спешим. - Я просто хочу, чтобы тебе тоже было хорошо, - и это преданный взгляд, Аластор таял. - Я могу... Ее пальцы коснулись его члена и Аластор криво улыбнулся. - Просто получай удовольствие. - Но я... - Чарли. Этот небольшой спор о том кто кому хочет доставить удовольствие казался ей до нелепого глупым, но она все же позволила себе просто расслабиться и получать удовольствие, хотя бы она могла массировать его уши, которые тоже в какой-то мере были эрогенной зоной. Аластор вновь припал к ее груди, играясь с сосками, которые уже покраснели от его покусываний. Его поцелуи спустились ниже и он переложил Чарли со своих бёдер на спину, чтобы было удобней. Она наконец увидела, что у него почти стоит, но тут же забыла обо всем, когда Аластор развёл ее ноги, склоняясь над ней и вновь целуя в губы. Скорее невольно чем сознательно, она пыталась удержать его - чтобы он не спускался ниже, - покусывая его губу, зарываясь в волосы на затылке. Может все же пока слишком рано? Может стоит подождать ещё немного? У него же наверняка были девушки и красивее, и опытней, и более желанные, чем она, зачем ему вообще нужная такая дурочка.. - Прекрати волноваться. - А? - Она уставилась на него, краснея до кончиков ушей, она что, сказала это вслух? - Тебя насквозь видно, Чарли. Не волнуйся. Я люблю тебя и... - Я тебя тоже! Аластор усмехнулся, поглаживая ее по волосам. - Я люблю тебя и поэтому прикасаться к твоему телу для меня все равно, что касаться произведения искусства. Невероятно возбуждает, - он отстранится, между слов целуя ее шею. - Восхищает... - Поцелуи переместились на ее грудь. - И просто сводит с ума. Он коснулся губами ее живота, и Чарли смотрела на него опустив глаза, заливаясь краской. Аластор продолжал говорить: - Я просто не могу причинить тебе вреда. - Я знаю... поэтому и доверяю тебе. Кажется, он улыбнулся. Одна его рука продолжала массировать ее грудь, вторая поглаживала внутреннюю сторону бедра, подбираясь все выше, вызывая по телу Чарли мурашки. Все внутри напряглось, когда его руки исчезли и обхватили резинку ее шорт, стаскивая их вместе с бельём. Она невольно свела ноги вместе, прикрываясь, но Аластор развёл их обратно, раскрывая Чарли перед собой полностью. - Ты прекрасна... - он вновь наклонился к ней, целуя в кончик носа, горящие щеки, проводя рукой вдоль всего ее тела. Внизу все потяжелело от возбуждения, от того как его низкий голос касался слуха, как он шептал о том, что Чарли самая невероятная, красивая, ласковая. Его пальцы скользнули по ее влажному лону, очерчивая круг вокруг бугорка и Чарли подавилась воздухом, когда два пальца вошли в нее, распирая узкие стенки внутри. - Аластор!.. ох... Она вцепилась в его плечи, ощущая как от его действий она возбуждается ещё сильнее. Большим пальцем он продолжал массировать ее клитор, пока его пальцы продолжали врываться в ее тело. Стоны срывались с губ и он ловил их в поцелуях, она уже даже не различала его шёпот, сосредоточившись лишь на безмерном возбуждении. Член, что упирался ей в бедро только подливал масла в огонь, ей же поскорее хотелось почувствовать его внутри, слиться в одно целое и стонать, кричать, царапая ему спину от его толчков. - Аластор, я!... ах... о боже... - Не поминай имя Господа всуе, - произнёс он нарочито низким голосом сильнее толкаясь в ее влагалище и после сгибая пальцы, от чего Шарлотта простонала так громко, что их точно было слышно даже на первом этаже. Чарли же было плевать на господа и поминального лихом или нет, весь мир сузился до их кровати и пальцев Аластора, что с хлюпаньем врывались внутрь. Она даже не могла подстроится под это ритм, что он задал. Все что она могла, так это шире разводить ноги и метаться по простыням, обнимая Аластора за плечи. Он продолжал целовать ее грудь, и от всех этих ласк ей казалось, что она вот вот распадется на атомы, не в силах сосредоточиться на чём-то едином. Внезапно пальцы исчезли и она не могла сдержать разочарованного стона. Пелена перед глазами застелила все, демон стянул с себя боксеры и Чарли только сейчас осознала все происходящее. - Ал... - Что, родная? - Я девственница. - Вот так просто. - Ты должен знать это чтобы... Эмоции на лице Аластора сменялись одна за другой: сначала было удивление, затем озадаченность, а после он ласково улыбнулся. И как-то даже счастливо, победно. Он взял ее руку, целуя миниатюрную ладошку. И это ее успокоило, не сильно, но она заметно расслабилась, стоило Аластору надеть презерватив. Мысли о неизбежной боли не покидали голову, ей невольно вспомнилось, как Вегги однажды предложила ей попробовать секс с игрушками и как Чарли с позором сбежала. Сейчас сбегать не хотелось. Она окинула Аластора быстрым взглядом и доверчиво откинулась на подушки - он сделает все, чтобы причинить ей как можно меньше боли. И мысль о том, что это делает ее мужчина, Аластор, тот, кого она безумно любит - затемняет собой все. Чарли нашла его ладонь и переплела их пальцы. Пристроившись у входа в ее влагалище, он наклонился, почти укладываясь на неё всем своим весом, занимая ее поцелуем. - Будет сильно больно - говори. Она быстро закивала, чувствуя как его член проникает внутрь, доставляя дискомфорт. Продолжая целовать, она пыталась отвлечься на его поглаживания по ее волосам, на поцелуй, на мысли, что она лишается девственности с радио-демоном. Он входил в неё медленно, и в какой-то момент тело словно пронзила боль, она могла лишь беспомощно хвататься за его плечи и постанывать от жгучей боли между ног. Она рефлекторно пыталась отстраниться, чувствуя как в уголках глаз собираются слезы. - Ал... - Тшш... Тише, моя хорошая, потерпи... - Он качнул бёдрами, и Чарли вцепилась в его плечи ногтями, царапая кожу и взвывая от боли. - Тише... - Так больно... - Ещё немного, - он стёр с ее лица бусины слез, катящиеся по ее щекам и нежно поцеловал. - Потерпи. Наконец, когда Аластор вошёл до конца, он дал ей расслабиться и привыкнуть, он сам едва не сходил с ума, от поразительной узости Чарли. Да, у него были девственные партнерши и до этого, но ещё никогда это не приносило столько удовольствия. Ее лоно обхватывало его член мягко, чуть сжимаясь. И ему почти сорвало крышу, когда его член скрылся полностью в этом поразительном тепле ее влажного влагалища. Чарли под ним лежала расхристанная, кусая губы и не переставая гладить его по лицу, притягивать к себе для поцелуев и шептать это пошлое: «о боже, Аластор, боже... о боже...». Бога тут нет и тому остаётся только завидовать, как демон делает из его ангела грешницу. Даже в таком виде Чарли была прекрасна и вызывала внутри щемящее чувство холить и лелеять, он был, блять, готов читать молитвы Богу, ведь невозможно, чтобы такое чудо досталось ему! Он просто недостоин ее, ее сладких стонов, этих крохотных слез и поразительной узости, невозможно, чтобы она была его. Чтобы эти белокурые волосы волной оплетали его запястья, чтобы эта молочная кожа (что так невероятно сочеталась с ее сливочными глазами) не покрывалась синяками от его прикосновений, он явно что-то упустил в мироздании, раз теперь Шарлотта так сладко постанывала, сжимаясь на его члене. Он наклонился, чтобы вновь поцеловать ее и осторожно двинулся. Она по-прежнему болезненно морщилась, но уже не вскрикивала и после пары осторожных движений, Аластор уже наконец смог задать ритм. Не бешеный, но и не сильно медленный, в котором было комфортно обоим, Чарли обнимала его всеми конечностями, наслаждаясь движением его члена внутри. Боль уже прошла, но все ещё немного тянуло, из-за чего временами она закусывала губу, срываясь на протяжный стон. И, черт возьми, Аластор находил это действие чертовски возбуждающим. Они целовались, обмениваясь любовью, она гладила его по плечам, он - ласкал ее грудь, иногда спускаясь к ней и покрывая поцелуями. Понятное дело, что ни о каком бешеном животном сексе и речи быть не могло, при каждом резком движении Чарли вздрагивала, поэтому кончил Аластор только спустя какое-то продолжительное время, изливаясь в презерватив. Чарли прижала его к себе, ощущая, как он выскальзывает из ее тела. Завязанная резинка летит в помойку, а Аластор укладывается рядом с ней на лопатки. Внезапно, на него навалилась вся та усталость за прошедший день, вновь уступая место изнурению. Чарли рядом зашевелилась, чувствуя на бёдрах кровь. Она прижалась ближе к нему, забираясь под бок. - Как ты себя чувствуешь? - Хорошо, даже очень... немного тянет внизу, но а так... - она подняла на него неуверенный взгляд. - Тебе понравилось? - Я только что занялся любовью с ангелом, разве такое может не понравится? Она хихикнула, и наконец позволила себе закрыть глаза. Это было приятно. - Спокойной ночи, Ал. - Bonne nuit mon ange.* Она хотела спросить что это значит, но Аластор уже провалился в сон. Ей оставалось лишь счастливо улыбаться, прижимаясь к его груди. Чтобы там ни было - она его тоже.

***

Утром она проснулась от шума за окном, кто-то настойчиво вопил где-то внизу. Принцесса хотела было встать и проверить, но сморщилась от резкой боли в бёдрах. - Больно?.. - сонный голос Аластора раздался низким басом около ее уха. Она вдруг вспомнила, что было прошлой ночью, и крики за окном уже перестали ее интересовать. - Да, немножко... - Она прислонилась ближе к его груди, наслаждаясь прохладой руки на своём животе. Чарли уже даже не стеснялась того, что лежала перед ним с оголенной грудью, наоборот, даже как-то... приятно. Приятно, что это происходит с ним, что он восхищается ее телом и от этого просыпалась какая-то неясная самоуверенность. Кажется, мужчина рядом с ней вновь задремал и ей захотелось сказать наконец то, о чем она давно размышляла. - Аластор, знаешь, - ее пальцы коснулись его скул, он приоткрыл один глаз. - Я никогда не верила в любовь с первого взгляда или в то, что возможно всю жизнь любить только одного человека, я понимала, что это все сказки, но... давай попробуем? - Что именно? - Ну... Быть вместе так долго, как мы сможем. Я не хочу, чтобы меня касался кто-то чужой, я не могу это объяснить, но я словно нашла в тебе часть себя. Мне хочется быть только с тобой. И если повезёт, то всю жизнь... - Чарли, - он расплывался в снисходительной улыбке, прижимая девушку к своей груди. - Мы ведь в аду. Мы не можем жить «долго и счастливо». - Но если попробовать? Ты бы стал... пробовать со мной хоть что-то? Хоть что-то, изначально зная, что все может измениться? - Да. - его голос прозвучал серьезно и Чарли не сдержала счастливой улыбки. - Я бы «не стал», я хочу. * - спокойной ночи, ангел.