Получай, старый напыщенный индюк!

Мир заклинателей и обычных жителей, что живут под их защитой, на пороге перемен. Над спокойствием и повседневностью нависла угроза войны.  Каждая крыса замызганной харчевни знала, что клан Вэнь всюду наводит хаос. Затевает незначительные, но селящие зерна вражды, стычки. Даже самая мелкая собака их клана стремится продемонстрировать свое превосходство, тут и там лая о величии и достоинстве их главы! - Как нам быть? Неровен час и ущемлять уже будут нас! Постоялый двор в Цайи. Витиеватый говор жителей звучал всюду. Хозяин трактира трёт прилавок, пышная и румяная помощница, видно, хозяйская дочка, хлопочет в зале. Группа работяг после насыщенного дня за чаркой с вином обсуждают новости, пришедшие с гостями их портового города.  - А что говорит староста? - вопрошает самый молодой из компании, с шапочкой набекрень и по мышинному вздернутой губой. Торговец рыбой Цыпан.  - А ничего не говорит, мол, наши заклинатели ничего по этому поводу не говорят, то он и подавно не полезет… - отвечает тот, что попухлее, задумчиво смотря в свою чашку.  - Да какое там дело заклинателям до торгашей вроде нас!  - А при чем тут торговля-то?  - Так енти Вэни силой заключают торговые сделки, угрожают!..  - Тиха ты! - испуганно вскакивает старик, стукнув худосочным кулаком по столу. Паровые булочки в судочке подпрыгнули. Все четверо притихли, уткнувшись взглядом в эти с самые булочки. К облегчению сплетников среди постояльцев не было видно ни одного заклинателя. У всех на уме было одно - страх перед войной. Страх навлечь на родной дом беду, а уж байки, что ходят по миру (о жестоких деяниях псов из Вэнь) способны напугать кого угодно. Те бесчинствовали, вынуждали заключать выгодные для себя сделки, притесняли мелкие кланы, а некоторые и вовсе поглощали, читай, завоевывали.  - Не мирное время впереди, ох не мирное, - поцокал, да покачал головой тот самый рыбак, вздыхая. Вэй Ин смеясь, перекатывается на ложе и свешивает руки к полу. Он почти сбежал от любимого Лань Чжаня, чтобы передохнуть, но сильные руки со следами укусов (Вэй Ин постарался), хватают его прямо за бедра и тянут обратно. - Нет! Перестань, Лань Чжань, дай Сянь-Сяню перевести дух! Вэй Усянь отчаянно, но не переставая ухохатываться, сопротивляется, вцепляется пальцами в пол цзинши. Над ним раздаётся смешное фырчание борющегося Ванцзи, выдыхающего горячий воздух прямо в поясницу. Вот же упрямый негодник! Омега дёргается от щекотки и смеется, сильнее вороша постель. Его голова и грудь почти касаются пола, как вдруг рядом с головой опускается широкая ладонь. Ванцзи оставил попытки затащить Вэй Ина обратно и просто решил зажать собой оставшуюся на ложе нижнюю часть тела. Вэй Ин сдавленно охает и крупно вздрагивает моментом позже. Лань Чжань не просто лёг сверху, но ещё и вошёл в податливое и нежное нутро. - Ах, как это… - горячечно выдохнул атакованный омега, со стоном закатив глаза. - Мм?... - прямо в ухо выдыхает Ванцзи, совершая сильный толчок. Требовательно, но тихо спрашивает еще, снова и снова пронзая своего возлюбленного. Пот капельками стекает с его висков. - Как это хорошо… - Вэй Ину нравится? - Да!.. М-ха... Лань Чжань в очередной раз получив подтверждение о том, что Ину хорошо, ласково целует открытый загривок. Ох, это ощущается дико нежным на фоне яростных движений его бёдер. Они вот уже целый день барахтаются в постели после бессонной ночи, занимаясь любовью, прерываясь лишь на короткий сон в объятиях друг друга и еду. Вот кстати она и закончилась, с чем пошёл разбираться Лань Хуань, оставив ненадолго взъерошенных Лань Чжаня и Вэй Ина одних. Вернее, уже Лань Ина. И этот Лань Ин не смотря на внимание одного супруга, уже успел соскучиться по другому. Где же его спаситель от неукротимого младшего братца? - Братец Хуань… - жалобно зовёт поверженный заклинатель. Скребя ногтями по полу, Усянь жалеет, что не осуществил побег до конца. Теперь, болтаясь головой вниз, он с трудом дышит, а живот больно давит в край кровати, глубокие толчки же не прекращаются. Лань Чжань двигается сильно, с тихими и горячими выдохами входя до самого конца. Ему не составляет труда упираться руками в пол и вбиваться в любимое тело, как ему хочется. - Вот тебе знаменитая сила рук адептов Лань…- бормочет раскрасневшийся заклинатель, натужно ойкая. Грудью он уже лежит на полу, с определённого ракурса являя собой занимательную картину. - Братец Хуань! Тут же кричит Лань Ин, стоит заслышать шаги второго мужа. Усянь до сих пор мысленно умирает от избытка чувств от того, что может называть их мужьями. Но вслух озвучить пока не решается, благо они все заняты брачными играми, чтобы заметить подобную заминку. Может быть это непонятное смущение и робость пройдёт, стоит ему чуть дольше начать жить в Облачных Глубинах. Ведь пока он до сих пор осознает себя как сорванца, сына слуги ордена Цзян, ворующего лотосы в пруду старика Чана и стреляющего фазанов на обед совместно с любимыми шиди. Но теперь он муж обоих наследников прославленного ордена Лань. Такие большие перемены пока не уложились в умной головушке Вэй Усяня. Первый Нефрит появляется в комнате с подносом в руках и тут же притормаживает в дверях с вопросительно вскинутыми бровями. Его карие глаза заметно темнеют. - О… Развлекаетесь тут без меня. Ванцзи, Вэй Ину неудобно… - Брат! - рыком отвечает Ванцзи, едва не добавляя "не вмешивайся", но по взгляду Сичэнь все понимает. И сильнее сжимает в руках поднос, когда младший альфа с глухим стоном кончает, демонстративно не выпуская из объятия тела Ина, даже как будто сильнее обволакивает собой. Юноша под ним сдавленно что-то бормочет, прикрывая глаза. Послеоргазменная нега прошла, оставляя за собой усталость и желание насытиться уже пищей обычной. - Как ты себя чувствуешь? Вэй Ин нежится в тёплой воде, наслаждаясь ласковыми руками Лань Хуаня. Так любезно с его стороны было предложить помощь. В самый первый раз, когда муж спросил, Вэй Ин смутился, неловко отшутившись, мол, где это видано, чтобы уважаемый господин помогал с омовением сыну слуги? Что-то сложное тогда промелькнуло в выражении супруга. А потом он очень приятно объяснил, что Вэй Ин может и являлся когда-то сыном слуги, но сейчас он супруг двух наследников великого ордена Гусу Лань. А значит, без пяти минут третий хозяин Облачных Глубин. Тишина в ответ затянулась, прерываемая лишь плеском воды. Редкое явление. Вэй Ин смотрел перед собой. Голос у Лань Хуаня такой тёплый и родной, будто бы это шицзе привычно спрашивает как его дела. И он сейчас дома, среди лотосовых озёр. Голову чуть припекает солнце. Вот вот из-за угла выйдет Цзян Чэн и наорет на него почему-нибудь… - Вэй Ин? - с нотками беспокойства вновь зовёт Лань Сичэнь. Не обычная тишина от младшего мужа и напряжённость в плечах, что в полумраке догорающих свеч будто заострились. Неужели они с братом в чем-то перегнули палку? Кто-то обидел Вэй Усяня в их отсутствие? Тишина прервалась. - Я… - отрывисто выдохнул Усянь, выныривая из состояния беззаботности. Вновь в реальность, от которой неизвестно чего ждать. В горле ощущался непонятный ком. Да что же это... С неожиданным стыдом юноша попытался встать и чуть не перевернулся вместе с бочкой, благо альфа среагировал и прижал мокрое тело мужа к себе. Его одеяние тут же пропиталось влагой. - В чем дело? Где-то бол… - Я сильно скучаю… По шицзееее, - понимая, что избежать позорных слез не получится, Вэй Ин как можно сильнее вжался в уютное тело мужа и заревел. По Вэйусяневски так, с размахом. Подолгу всхлипывая, а потом истошно завывая. Лань Сичэнь, на секундочку так, почти глава великого ордена, был в откате. Растерялся, замер как истукан, только рука будто сама по себе наглаживала спину любимого. Такого чувствительного, оказывается, любимого… Ох. Вэй Ин жизнерадостный и неунывающий парнишка, кажется, Лань Сичэнь видел его слезы только в порыве страсти и тут вдруг… О Великая Лань И! Дай больше сил своему глупому потомку. Со стороны Лань Сичэня послышался вздох. Его муж уже как два месяца в положении, лекарь же вскользь упомянул об излишней эмоциональности... В цзинши вошёл Ванцзи. Он как раз уходил переговорить с дядей о делах, но, услышав плач, стремительно вбежал к супругам за ширму, с чуть приподнятыми бровями уставившись на рыдающего омегу. Лань Сичэнь с надеждой посмотрел на брата, но по его лицу понял, что он в полнейшем шоке и тоже не знает что делать. Придётся все брать в свои руки. - Ванцзи, сходи к лекарю за успокаивающими настойками. Быстро. Как только указание сорвалось с губ, Лань Хуань попытался заговорить с Вэй Усянем. -Нам скоро доведётся повидать чету Цзян, в следующем месяце будет совет. Хочешь, прямо сейчас напишем письмо? Ласковая рука нежным движением убрала чёрный локон за ухо. Медовые глаза с теплотой заглянули в серые. Всхлипывания стали реже и в глазах появилась осмысленность. Усянь, прерываясь, спросил.  - В… В следу…дующем? Здесь?  Сичэнь поспешил кивнуть, и кажется этим совершил ошибку, ведь юноша разразился новыми рыданиями, вводя обыкновенно собранного Первого Нефрита в ужас.  - Я хочу сейчас! В пристань Лотосаааа! К своей шиицзее и…и…и, - расклеившегося заклинателя будто закоротило, пока он пытался выговорить, к кому из своей любимой семьи он хочет прямо вот сейчас.  Со дня свадьбы и за два месяца совместной жизни Вэй Ин впервые вёл себя подобным образом, не просто озвучивая просьбу или например шутливо капризничая, а вот так, грозясь потерять сознание от истерики! Сичэнь порывисто прижал сопротивляющегося мужа к груди, думая, как поступить и какие слова подобрать. Ведь он не мог согласиться и отправить младшего супруга в такую даль, а клановые дела не могут позволить отправиться альфам вместе с ним.  Ещё больше злясь от чужого молчания, Усянь бессильно рыкнул и ударил в крепкую грудь. Поморщившись, Сичэнь сжал рукой подбородок Вэй Усяня и приподнял, вглядываясь в заплаканные глаза.  - Вэй Ин, мы с Ванцзи рядом, все хорошо, тебе нужно просто успокоиться и мы решим…  - Решите?! Решите что, Хуань, запереть меня?!  Из расклеявшегося и грустного состояния омега превратился в разъяренную кошку, что шипит, царапается и грозно выгибает спину. Бедный Сичэнь едва держит себя в руках, впрочем, не удерживает в них мужа, который порывисто двигается и выбирается из ванны. Плошка с маслом летит на пол, разбиваясь, а вода щедро капает с волос на пол цзинши. В глазах Лань Хуаня младший муж был словно цунами, неостановим и последствия казались непредсказуемыми. О боги, где же носит Ванцзи? Его холодный разум наверняка бы подсказал, что делать, раз мягкие увещевания не сработали. Что могло произойти, что их смешливый муж так вскипел? - Вэй Ин, никто тебя не будет запирать, просто тебе опасно отправляться в столь долгое путешествие, - превозмогая себя от желания прикоснутся к супругу, обнять, объять физически и успокоить, он лишь беспомощно смотрит как нервно тот одевается.  - Я кто по вашему такой? Я заклинатель, Хуань! Первый ученик ордена Цзян! Я что, думаешь, не смогу долететь до дома своих близких?!  На этих словах в комнату вошли двое заклинателей ордена, Ванцзи и лекарь. Второй тут же поклонился и упер глаза в пол.  - Молодые господа Лань, - произнёс он, глядя лишь на нервного омегу. Опытному лекарю могло хватить и такого краткого осмотра, чтобы предпринять правильные действия. Заметив, что Усянь чуть стушевался присутствия лекаря, Сичэнь едва заметно выдохнул. Хорошо что Ванцзи привёл и его. Судя по чуть сдвинутым бровям и поджатым губам младший брат волновался. Без его внимания не осталась почти перевернутая купальня и взбешенный Вэй Ин, зло зыркаюший из под мокрой чёлки. Он безмолвно спрашивал, что произошло. - Вэй Ин очень заскучал по семье и хочет в пристань Лотоса, - пояснил причину истерики Лань Сичэнь, на что Ванцзи нахмурился сильнее, а лекарь понимающе кивнул, но не успел ничего сказать, младший альфа опередил. - Нельзя. Вэй Ин, тебе сейчас… Об ленту упрямого нефрита звучно стукнулась баночка, впрочем, не раскрывшись. Не расстроившись, Вэй Усянь следом запустил черпак. Пожалев нервы всех троих, лекарь немилосердно вытолкнул неопытных мужей наружу, велев проветрить головы, а сам остался с беременным омегой. Ох эти дети… Добавят же седин на его голову, пока не разродятся. Лань Ванцзи безусловно самый преуспеващий молодой господин своего поколения. Его ум, сила, все это не поддаётся сомнению, ещё год-два и к его мнению будут прислушиваться и за пределами Облачных глубин, однако... Он ещё такой юный, и неопытный в делах амурных. А ведь в их жизни с Вэй Ином был весьма смешной цветочный период... Ведь один только господин Вэй был смел и беззаботен за них троих, чтобы дарить цветы и улыбки, всячески зазывать на прогулки. Вряд ли конечно озорной заклинатель подразумевал за своими приглашениями что-то... Что-то такое. А вот оба Нефрита, думая об этом всем, не решались сделать первый шаг, один из-за противоречий и не осознания влечения, другой из-за уступчивости и любви к брату. Лань Сичэнь прекрасно понимает, что его младший брат плох в социализации и не всегда может понять чужое настроение, в этом ему не достаёт практики. Впрочем, житье с Вэй Усянем значительно ускоряет развитие Ванцзи в этом плане, хотя бы потому, что тот способен поддерживать беседу за пятерых и не обижается по пустякам. Но в настоящем времени с Вэй Усянем случилось…случилась беременность. Это сложно принять не то, что Ванцзи, но самому Вэй Усяню. Ванцзи же ранее видел в омеге непослушного ученика, союзника заклинателя на ночной охоте, соперника в части духовного развития, спарринг-партнёра, а уже потом как потенциальную пару. А этап "я альфа, а Вэй Ин моя омега, хрупкая беременная омега" в его голове ещё не наступил. Брату стоило подсказать, что грубые методы в обращении с Вэй Ином теперь не сработают. Наказать, заткнуть рот заклятием молчания, сразиться на мечах или врукопашую и так выбрать правого… Все это ребячество позади. Теперь Вэй Ина надо защищать, оберегать. Воздействовать иначе... - Послушай, брат, - обратился Сичэнь к Ванцзи, смещая свой взгляд с дорожки на него. Лобная лента Второго Нефрита чуть скосилась, но тот этого не замечал, упрямо шагая вперёд. Хуань прямо видел, как мысли рождаются в его голове. Брат всегда был таким, ему нужно прежде обдумать самому, а потом принять совет. И сейчас он явно не понимал, что сделал не так, а потому хмуро, но смиренно посмотрел в ответ. - Вэй Ину сейчас нужна наша с тобой поддержка. Он должен знать, что мы любим его и никогда не оставим. Поэтому иногда стоит согласиться... даже если он не прав. Лань Чжань хмуро посмотрел перед собой. - Я люблю Вэй Ина, - сказал он, продолжив, - и должен соглашаться с ним... Тем самым врать ему? Сичэнь повернулся к брату и чуть улыбнулся. - Не совсем. Через время он успокоится и может вообще забыть о просьбе. Но зато никаких ссор, верно? Ещё можно переключить его внимание на что-то другое... Заметив взгляд, Хуань улыбнулся, на что внутренний зверь Лань Чжаня раздражённо выдохнул.  - Я хочу, чтобы у нас царила гармония, Ванцзи, для этого нужно стараться всем троим. Действовать командой. Согласен?  Спустя бесконечное долгое, а на деле минутное молчание, Лань Чжань кивнул. - Успокойтесь, господин Лань, я сделаю нам чай и мы поговорим, - обратился к юноше Лань Цзычень. Вэй Ин, вновь переодевающийся за ширмой, замедлился, услышав обращение. Задумчиво посмотрел на белое одеяние, в которое облачался, вздохнул. Ему и впрямь следовало успокоиться, повёл себя как... Как истеричная госпожа, наорал на мужей, боги, да ещё и в присутствии лекаря! Нужно наверное будет извиниться перед Лань Чжанем... А вот хрен! Сам виноват! Какой же... Какой же!.. Вэй Ин сурово вздохнул, его эмоции прыгали от пола до потолка за считанные мгновения. - Не терзайте себя за непривычные эмоции, Господин Лань, так и должно быть... Вэй Усянь раздражённо перебивает лекаря: - Только если прекратите меня так называть, - сдвинув брови к переносице, он вышел из-за ширмы. За столиком уже сидел Лань Цзычень, а от наполненных чашечек исходил приятный аромат и едва заметный пар. - Вы теперь Лань и...- лекарь замолк, ведь что-то такое промелькнуло во взгляде юного заклинателя, что вопросов к его вспышке гнева стало меньше. Вэй Усянь наконец сел напротив и взялся за пиалу, лишь бы чем-то занять эти трясущиеся руки. - Всё ведь случилось очень быстро, - догадливо проговорил мужчина, чуть вскидывая бровь. Заклинатель удивлённо посмотрел в ответ, открыл рот, чтобы что-то сказать, но закрыл его. - Вы можете сказать мне, сказанное не выйдет за пределы этой комнаты. Юноша опустил взгляд и наконец проговорил, тихо-тихо: - Я... Я сильный заклинатель, всю свою жизнь я совершенствовался, чтобы помогать людям и своему ордену. А сейчас... Я едва добиваюсь разрешения сам отполировать свой меч! Неожиданно для себя лекарь поперхнулся чаем, едва не залив стол. Омега ничего не заметил, продолжая рассказывать что было у него душе. - Даже за то, что я ударил Старейшину, меня наказали всего лишь переписыванием правил, только потому что я бе... Бе.. Юный омега, глядя куда-то вниз, отчего-то не мог озвучить вслух то положение, в котором оказался. Лань Цзычень поспешил спрятать улыбку за фарфоровой чашечкой. Он несомненно был в курсе произошедшего тогда возмутительного случая! И совсем необязательно мальчику знать, что наказали его лишь из приличия, а того Старейшину не просто сняли с должности. Нынешний Глава Ордена, Лань Цижэнь, тогда самолично исхлестал спину наглеца дисциплинарным кнутом, когда узнал какие слова тот смел извергать из своего рта в адрес мужа его племянников. Но что беспокоило лекаря, так это то, что происходящее вскрылось лишь через месяц обучения Вэй Усяня у учителя Лян. Оказалось, Вэй Усянь, вынужденный у того познавать углубленные правила Ордена, новый для себя этикет, иными словами, ознакамливаться со своим теперешним положением и статусом, терпел унижения в свой адрес все то время. Вскрылось все в момент, когда личный учитель, привычный что Усянь терпит, позволил себе перейти на личности Нефритов и их будущих детей. Вэй Усянь не выдержал, и ударил Старейшину кулаком. Ох, и шума тогда наделалось... На бедного омегу посыпалась тьма обвинений, лишь запретная, обновлённая техника Сопереживания все расставила на свои места. - Не только поэтому, Господин Вэй. Вас наказали переписыванием правил, потому что вы были виновны... - мужчина отметил, как опустилась голова юноши, - в том, что молчали. Молчали что на третьего Господина Лань оказывали давление в собственном Ордене. Это можно приравнять к покушению на жизнь вас и будущих наследников, вы ведь понимаете? Вэй Усянь удивлённо поморгал, вскинув голову. - Вы должны знать как защитить себя не только физически, но и политически. Неужели вы думали, что кто-то может унижать вас и остаться безнаказанным? Заклинатель весь немного сжался, начиная осознавать. - Это так... Моя жизнь, все теперь совсем по другому!.. Я просто не знал, что... Усянь замолк, не зная как выразить, что имел в виду, и при том не оскорбив чести семьи Цзян. Он ведь действительно первое время думал, что заслуживает к себе такого обращения, заслуживает всех тех слов о том, что ему просто повезло "захомутать" сразу обоих Нефритов. Что если бы не их гон, то он оставался бы никем и прочее, прочее, прочее... Лань Цзычэнь видит внутренние метания юноши и понимающе кивает. Протянув руку, он лишь кончиками пальцев касается худого плеча и вливает свою Ци. Волна спокойствия течет по телу младшего заклинателя. - Всё будет хорошо, Господин Вэй, теперь у вас новая семья и вся возможная поддержка прежней. А добиваться своего теперь не обязательно кулаками и громкими словами. Вы ведь весьма обаятельный молодой юноша, Вэй Усянь, просто нужно... Находить подход. Вэй Ин любопытно подобрался на своём месте.