Женщины, вы что творите?

Шепард, в очередной раз кисло улыбнувшись психологической надоеде. Нет, Чамберс конечно была хорошим собеседником, но неизвестно кто, может, Призрак, в качестве мести, подговорил обязательно лезть со своими психологическими причудами. То ей показалось, что Шепард в депрессии после Алкеры (да там просто холодно было, хорошо что Гаррус не смог все же напроситься!), то Эшли наорала и (откуда?????) вызвала сильную психологическую травму. Гаррус только посмеивался, когда довольного капитана (ксенофобия была в числе нелюбимых капитаном черт, так что Эшли слегка его бесила) осадила Келли, пытаясь «успокоить» и «ободрить». Получив информацию о новом сообщении на терминале (И Гаррус и он отлично замечали огонёк на терминале, о чем и устали говорить девушке), он ответил, что посмотрит потом из своей каюты. Спустившись на лифте, он уже не мог дождаться, когда он расскажет Гаррусу о происходящем. Едва не повторив романтический подвиг Гарруса, но на этот раз со створками лифта (какого черта они так медленно открываются?), Шепард пролетел по коридору к отсеку главной батареи, сопровождаемый на удивление тихими перешептываниями Заида и Самары, которые, видимо, все же нашли общий язык. Обнаружив отсутствие не только долгожданного турианца, но и львиной доли его вещей, капитан с подозрением вперил взгляд в вошедшую в помещение столовой кварианку, как основную подозреваемую. Кварианка, которую слегка качало после бессонной ночи (и благодаря кому же она не спала, Джек?), даже не почесалась в ответ на взгляд, подойдя к Гарденеру и начиная любимую войну на тему двойных порций. Мимоходом хмыкнув по поводу обжорства девушки и несоответствия её аппетита и фигурки, Шепард все же решил проверить свою каюту. Что-то в районе груди подсказало громким шепотом, что приз будет уже там, на постаменте. Приз обнаглел. Это Шепард понял сразу, ведь наглая турианская фигура поленилась надеть что-то кроме штанов после душа в капитанской (!!!) душевой. Сия фигура сейчас валялась поперёк кровати и бессовестно дрыхла, снова подмяв под себя все одеяло. Слегка потеряв запас слов к ситуации, Шепард подошёл поближе и стал рассматривать тушку турианца, который вытянулся в ещё более наглую (наглую ли?)) позу — руки вытянуты над головой, а ноги свисают на пол. Тяжело вздохнув, Шепард уже хотел рявкнуть что-то возмущенное, как заметил кое-что странное. Он наклонился вперёд и пригляделся к лицу товарища. Синие отметины местами сошли, видимо смылись во время душа. Тут турианец, выбрав наиболее подходящий момент, проснулся. И увидел над собой рожу дорогого во всех смыслах начальства. — эм… Шепард? — о, спящая красавица проснулась! Тут же ответил капитан, слегка отстраняясь и ухмыляясь — и целовать не пришлось, к сожалению. — боюсь представить, что бы произошло, если бы я и после поцелуя не проснулся… Фантазия мигом подкинула пару вариантов развития событий обоим и посиневшая и покрасневшая физиономии тут же отвели взгляды. — кхм… Так что у тебя с краской? Она похоже смылась? — спросил капитан, выбирая, как ему показалось нейтральную тему для разговора. — может, я могу помочь подновить их? Только вот глаза турианца округлились излишне широко. — Шепард… — вкрадчивым голосом начал турианец, но тут же был бессовестно перебит — что такое, сладкий? — невинно улыбнулся капитан, вызвав новый скачок в сторону синего на лице турианца — ГРМ! Клановые отметины наносят только крайне близкие существа… Родители, я сам, или… Кхм. — партнёры по кровати — с ещё более невинной улыбкой закончил поганец — Шепард, да ты… — восхитителен, я знаю — …невыносим — турианец страдальчески вздохнул и поднялся — спасибо, я сам подновлю краску - ладно уж. Но потом мы выпьем и заодно почитаем лучшее чтиво на ночь! - твои рапорты Совету? - скептически поинтересовался турианец, скрывая добрую ухмылку - рапорт Миранды о сегодняшней операции! А затем спать. Завтра будет доустановлен модуль свой-чужой и можно будет лететь в террариум, объяснять жукам, что мы невкусные. Гаррус чуть вздохнул, слегка нервно. Прилагательное "самоубийственная" перед "миссия" оптимизма особого не внушали... Правда эти мысли не помешали обновлять краску на лице, в этот раз с каким-то голубым оттенком. - капитан, вы не знаете, моя краска тут никем не использовалась? Официальным тоном поинтересовался турианец, душа в себе нервное хихиканье и начиная наносить краску, даже не смотрясь в зеркало. Шепард в ответ довольно ухмыльнулся, предчувствуя знатный сюпризец завтра с утра первому попавшемуся - через пару часиков субстанция краски станет обратно синей, но с эффектом блёсток... Гламурный турианец ещё долго будет сниться в эротических кошмарах экипажа... Спустя десяток минут турианец наконец присоединился к уютно устроившемуся капитану. Правда чтобы читать с датапада и попивать какой-то слабоалкогольный напиток пришлось буквально облокотиться на плечо командира, но он похоже не особо возражал. Отчёт вызвал некоторый ступор у турианца и слезы восторга у человека. Фразы "жестокое столкновение", "оружие высокой мощности", "серьезный урон для комплекса" и тому подобные не способствовали Гаррусу в его нелегкой задаче по пониманию сего документа. Наконец, Шепард перевел документ "с русского на русский", выложив приятелю подробности биотической атаки на базу. Смех парочки продолжался минут пять без перерыва, прерываемый попытками капитана дополнить и без того яркое описание сцены, что произошла там. Вскоре они все же угомонились и задремали, причем капитан был нахальным образом использован в качестве подушки, без его ведома. Установка модуля должна была закончиться "ночью" по расписанию Нормандии, так что всем следовало быть отдохнувшими.