Змея с львиной душой

      — Ага, значит, не в Слизерин? — переспросил тихий голос. — Ты уверена? Знаешь ли, ты можешь стать великой, у тебя есть все задатки, я это вижу, а Слизерин поможет тебе достичь величия, это несомненно… Ну тогда… Извини, но я все же вижу тебя там… СЛИЗЕРИН! Дее показалось, что Шляпа выкрикнула этот вердикт куда громче, чем предыдущие. Она сняла Шляпу и, ощущая дрожь в ногах, медленно пошла к своему столу. Она испытывал такое сильное облегчение и огорчение со страхом по поводу того, что её все-таки выбрали, но она попала на Слизерин. Пожав руки всем желающим, Дея плюхнулась на свободный стул. Теперь она наконец получила возможность увидеть главный стол, за которым сидели учителя. В самом углу сидел Хагрид, который, поймав взгляд Деи, поддерживающе улыбнулся, Дея улыбнулась в ответ. А в центре стола стоял большой золотой стул, напоминавший трон, на котором восседал Альбус Дамблдор. Дея сразу поняла кто это. Серебряные волосы Дамблдора сияли ярче, чем привидения, ярче, чем что-либо в зале. Церемония подходила к концу, оставалось всего трое первокурсников. Лайзу Турпин зачислили в Когтевран. Дея посмотрела на стоявшую перед ним пустую золотую тарелку. Она только сейчас поняла, что безумно голодна. Альбус Дамблдор поднялся со своего трона и широко развел руки. На его лице играла лучезарная улыбка. У него был такой вид, словно ничто в мире не может порадовать его больше, чем сидящие перед ним ученики его школы. —Добро пожаловать! — произнес он.—Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнем наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Все, всем спасибо! Дамблдор сел на свое место. Зал разразился радостными криками и аплодисментами. Дея сидела и не знала, смеяться ей или нет. — Он… он немного ненормальный? — неуверенно спросила Дея, обращаясь к сидевшему слева от неё Хьюго. — Ненормальный? — рассеянно переспросил Хьюго, но тут же спохватился. — Он самый могущественный волшебник в мире! Но, в общем, ты прав, он немного сумасшедший. Как насчет жареной картошки, Дея? Дея посмотрела на стол и замерла от изумления. Стоявшие на столе тарелки были доверху наполнены едой. Дея никогда не видела на одном столе так много своих любимых блюд: ростбиф, жареный цыпленок, свиные и бараньи отбивные, сосиски, бекон и стейки, вареная картошка, жареная картошка, чипсы, йоркширский пудинг, горох, морковь, мясные подливки, кетчуп и непонятно, как и зачем здесь оказавшиеся мятные леденцы. — Неплохо выглядит, — грустно заметил призрак в трико, наблюдая, как Дея поедает стейк — Вы хотите… — начала было она, но призрак покачал головой. — Я не ем вот уже почти четыре сотни лет. У меня нет никакой необходимости в еде, но, по правде говоря, мне ее не хватает. Кстати, я, кажется, не представился. Кровавый Барон, к вашим услугам. Привидение, проживающее в подземельях Слизерина. — Итак, за новых учеников факультета Слизерина! Надеюсь, вы поможете нам выиграть в этом году соревнование между факультетами? Слизерин никогда не остаётся без награды. Когда все наелись — в смысле съели столько, сколько смогли съесть, — тарелки вдруг опустели, снова став идеально чистыми и так ярко заблестев в пламени свечей, словно на них и не было никакой еды. Но буквально через мгновение на них появилось сладкое. Мороженое всех мыслимых видов, яблочные пироги, фруктовые торты, шоколадные эклеры и пончики с джемом, бисквиты, клубника, желе, рисовые пудинги… Пока Дея наполняла свою тарелку разнообразными десертами, за столом заговорили о семьях. Все с факультета были чистокровными, лишь пару учеников оказались полукровками. — А ты, Дея, из какой семьи? Скорее всего из какой-то знаменитой, раз из России приехала сюда. — предположила Матильда Патил — Я… — застеснялась Дея, ведь здесь все чистокровные, а у неё нет магов семье — У меня нет волшебников в семье. — грустно произнесла она. — Как?! Не может быть! Ты грязнокровка?! — Удивление и разочарование Матильды было не передать словами. — Не грязнокровка, а маглорождённая! Извини за бестактность со стороны Патил. — поправил Матильду и извинился Хьюго — Ой, прости меня. Я не хотела тебя обидеть! — начала извиняться Патил. Дее по рассказам близнецов казалось, что все ученики со Слизерина заносчивые, но эти двое казались хорошими. — Конечно, это слово неприятное на слух, но почему я должна обижаться? — Грязнокровками называют магов, у которых в роду не било магов, они обычно слабее других магов. Вот чистокровные и решили такими словами унижать маглорожденных волшебников. — пояснил ей Хьюго — Ясно. Простите мне мою неграмотность по поводу магического мира. — Ничего. Я тебя быстро всему научу. Буду твоим профессором по маговедению — Резво произнесла Матильда, и все рассмеялись. Дея решила осмотреть преподавательский состав, и взгляд ее перенёсся на учительский стол. Хагрид что-то пил из большого кубка, профессор МакГонагалл беседовала с профессором Дамблдором, профессор в дурацком тюрбане преподавателем с сальными черными волосами, крючковатым носом и бледного цвета кожей. Все произошло совершенно внезапно. Крючконосый вдруг посмотрел прямо на Дею — и голову Деи пронзила острая боль. Ей показалось, что её левый глаз на мгновение раскалился. — Ой! — она закрыла ладонью глаз. — Что случилось? — поинтересовался Хьюго. — Н-н-ничего, — с трудом выдавила из себя Дея. Боль прошла так же быстро, как и появилась. Но вот ощущение, которое возникло у Деи, когда она поймала взгляд крючконосого, — ощущение, что этому преподавателю очень не нравится Дея Квин, осталось. — А кто это там разговаривает с профессором в дурацком тюрбане? — спросила она у Хьюго. — Профессор в тюрбане — это Профессор Квиррелл. А тот, что рядом с ним — это профессор Снейп. Он декан нашего факультета и учитель по зельеварению, хоть выглядит он и устрашающе, зло, сердито и тому подобное, на самом деле профессор заботится о своих учениках, никогда не снимает баллы и вообще он очень добрый. — Хьюго очень хорошо отзывался о нем, но Дее было не по себе. Она какое-то время понаблюдала за Снейпом, но тот больше не смотрел на неё. Когда все насытились десертом, сладкое исчезло с тарелок, и профессор Дамблдор снова поднялся со своего трона. Все затихли. — Хм-м-м! — громко прокашлялся Дамблдор. — Теперь, когда все мы сыты, я хотел бы сказать еще несколько слов. Прежде чем начнется семестр, вы должны кое-что усвоить. Первокурсники должны запомнить, что всем ученикам запрещено заходить в лес, находящийся на территории школы. Некоторым старшекурсникам для их же блага тоже следует помнить об этом… По просьбе мистера Филча, нашего школьного смотрителя, напоминаю, что не следует творить чудеса на переменах. А теперь насчет тренировок по квиддичу — они начнутся через неделю. Все, кто хотел бы играть за сборные своих факультетов, должны обратиться к мадам Трюк. И наконец, я должен сообщить вам, что в этом учебном году правая часть коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью. —А теперь, прежде чем пойти спать, давайте споем школьный гимн! — прокричал Дамблдор. Дея заметила, что у всех учителей застыли на лицах непонятные улыбки. Дамблдор встряхнул своей палочкой, словно прогонял севшую на ее конец муху. Из палочки вырвалась длинная золотая лента, которая начала подниматься над столами, а потом рассыпалась на повисшие в воздухе слова. — Каждый поет на свой любимый мотив, — сообщил Дамблдор. — Итак, начали! И весь зал заголосил:

Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс, Научи нас хоть чему-нибудь. Молодых и старых, лысых и косматых, Возраст ведь не важен, а важна лишь суть. В наших головах сейчас гуляет ветер, В них пусто и уныло, и кучи дохлых мух, Но для знаний место в них всегда найдется, Так что научи нас хоть чему-нибудь. Если что забудем, ты уж нам напомни, А если не знаем, ты нам объясни. Сделай все, что сможешь, наш любимый Хогвартс, А мы уж постараемся тебя не подвести.

Каждый пел, как хотел, — кто тихо, кто громко, кто весело, кто грустно, кто медленно, кто быстро. И естественно, все закончили петь в разное время. — О, музыка! — воскликнул он, вытирая глаза: похоже, Дамблдор прослезился от умиления. — Ее волшебство затмевает то, чем мы занимаемся здесь. А теперь спать. Рысью — марш! Первокурсники, возглавляемые Хьюго, прошли мимо еще болтающих за своими столами старшекурсников, вышли из Большого зала и отправились в подземелья. По дороге Дея ближе познакомилась с Матильдой. От нее она узнала о существовании такой игры, как квиддич, и ее правилах. Также кратко рассказала о зельях, зельеварение и зачем это впринципе нужно, упомянула о трансфигурации. Об магических уроках Дея знала более менее хорошо, месяц зубрёжки и чтения до дыр учебников помог ей лучше ориентироваться в магическом устройстве мира. Одной из интересных тем была происхождение и деление магов. Дея узнала больше о чистокровных, полукровных и маглорожденных волшебниках. — Запомни, если тебя кто-то называет грязнокровкой, тем самым унижая тебя, он хочет показать свое превосходство. Что-то типа ты нисшее, противное существо не от мира сего недостойное нормального обращения. Чаще это можно услышать от зазнавшихся чистокровных. Но в приличных обществах этот термин не употребляют. — Ясно, теперь я понимаю как обидно это слышать. — Прости меня, я сказа тогда неподумав! — Ой, Матильда, не извиняйся, я на тебя вовсе не обижаюсь. Ты единственный человек, который со мной общается, узнав о моем происхождении. — Слушай, моё имя слишком длинное, зови меня просто Моти. Хорошо? А как же Хьюго! Он же тоже с тобой общался. И вообще, мне кажется, что характер и сила человека не зависит от происхождения. — Хорошо, Моти. Я рада, что ты так считаешь. А что на счёт Хьюго, я думаю, он общался со мной чисто ради приличия. — Ну не знаю, поживём увидим. О, мы дошли до входа! — Да! Только здесь прохладно. — О, оказывается Хьюго староста, интересно, а на каком от курсе. — А что? Приглянулся? Я с тобой соглашусь довольно-таки симпатичный молодой человек. — Ахаха, ты как бабушка заговорила. — Хаха, ну ладно, давай его послушаем, может что важное скажет.