Дурачки, или Как мальчики любятся/сборник драбблов

Алекс не знает, что значит "личное пространство". Он может взять кого-нибудь за плечо, локоть, ляжку чтобы пройти, куда ему нужно. Может елозить на стуле так, что одному мешает его голова, другому не хватает места, третий отвлекается на него, а четвёртый... просто смотрит. Алекс нутром чувствует этот взгляд. Он может пройтись по слегка волнистым мягким волосам, мысленно пропуская их через свои пальцы. Он скользнёт чуть ниже на шею и выступающий кадык, далее перейдёт зачаровано к спине, далее на руки, тетрадь, ручку и, что бывает редко, на лицо. Он внимательно посмотрит и запомнит абсолютно всё: выразительные глаза, хмурые иногда брови, складка между ними, поджатые или закусанные губы. Абсолютно всё. Сначала Алексу было дискомфортно. Он пытался вычислить обладателя наглых глаз: резко оборачивался, наблюдал на всеми с задней парты. Но сколько бы Алекс не вертелся, не перепрыгивал с места на место, эти глаза преследовали его везде. Всё оказалось безрезультатно и бесполезно. Крупинки здравого мышления по этому поводу почти иссякли, из-за чего он, как человек простой, просто забил на это. Забил на внимательный, изучающий, пытливый, будто преследующий везде и всюду взгляд. И на их обладателя он тоже забил, кто бы это не был. Алекс никогда не был обделён чужим вниманием. Со взрослыми быстро находил общий язык, с учителями вполне хорошие отношения, с одноклассниками прекрасные, около 20 или даже 30 девушек признавались ему за последние 8 лет (девушки были не только одноклассницами, но и одногруппницами с многочисленных алексовых занятий и тренировок). "Кто это, мать вашу?" Эта мысль начала посещать его не самую светлую лохматую голову всё чаще и чаще, когда взгляд стал настолько отчётливым, что мурашки шли после него. Список подозреваемых сократился до 9 человек, а у Алекса заканчивалось терпение... Взгляд менялся. Если сначала он был медленным и нескрываемым, то теперь стал каким-то быстрым и осторожным. Словно у обладателя стало меньше времени, но он хотел запомнить каждую мелкую, самую незначительную деталь, хотел спрятать в самом дальнем уголке своей памяти с яркой, источающей какую-то доброту и немое восхищение (если не обожание) надписью "Алекс" с продолжением мелким почерком рядом, гласящее: "...и всё, что с ним связано (от цвета трусов и рубашек до мыслей и чувств)". Именно так представлял себе этого человека, со всеми тараканами и подобной хернёй. Обладатель взгляда творил всякое: мог вогнать в краску объект своего наблюдения, мог запустить разные мысли о себе, о причинах данного действия, о выгоде, о мнении других людей, о многих теориях и ещё неокрепших, необоснованных, но фактов. И вот однажды... Урок биологии. Сегодня 6 декабря, у всех начинает появляться предновогоднее настроение, разные песни по типу "Праздник к нам приходит" уже заседают в голове, подарки обсуждаются, мандарины потихоньку закупаются. Утро Алекса начинается не с кофе. С лёгкого завтрака, небольшой пробежки, тёплого душа и сборов в школу. Но никак не с кофе. Но это обычная жизнь. А вот школьная... Алекс переваривает информацию о жизненном цикле мха. "Гаметофиты, сперматозоид, яйцеклетка, оплодотворение и зигота, спорофит (коробочка), споры, мейоз, Какая-то палка, новый гаметофит. Всё йухня, давай по-новой. И жизненный цикл опять повторяется. Из мыслей буквально выдернул тот самый взгляд и его обладатель. Вот он прошёл по кисте алексовой руки с ручкой в длинных пальцах, скользнул по рельефному предплечью, по шею и кадыку, подбородку, по пальцам другой руки, которые поддерживают щёку, по удивлённо распахнутым глазам... которые смотрят прямо на обладателя этого взгляда. - Блять, - на грани слышимости на протяжном выдохе сказал замеченный, уткнувшись лбом в запястье и проведя носом по слегка видневшимся венам. Совершая эти действия, обладатель ни на одну секунду не свёл взгляда с Алекса, который пребывал сейчас в некотором шоке. Тот, кто смотрел на него всё это время... Дави. Как же Алекс сам до этого не додумался? Спустя несколько минут бессмысленных переглядок, Алекс, вздохнув, кивнул ему вопросительно. Дави, тоже вздохнув, лишь пожал плечами и отвёл взгляд. Вопросов в голове Алекса стало ещё больше. Но думать о них не хотелось, от слова, совсем.