Christmas magic and destructive reality

Со станции Энн и Гилберта забирал Томас Линд. Он сообщил, что Рэйчел и Марилла делают последние приготовления для праздничного стола, а Мэтью расчищает тропинку от снега. Все суетятся, ведь впервые за много лет, Зелёные крыши принимают там много гостей на Рождество. Также Мистер Линд сообщил, что Баш, его мама и Дэльфин прибудут примерно через час. —Это так волнующе, праздновать Рождество в большой компании, правда, Гилберт? — спросила Энн, пока они шли к дому. Глаза девушки светились счастьем. Она дома, со своей семьёй. Гилберт не мог наглядеться на неё. Он особенно любил моменты, когда Энн восхищалась чем-нибудь, её лицо сразу озаряло мечтательное выражение и детская улыбка. *** В кухне пахло запечённой курицей, которую готовила Марилла на каждое Рождество, яблочными пирогами и приближающимся праздником. Когда Энн вошла в дом, Марилла выронила нож и бросилась в объятия своей приёмной дочери. —Энн, дорогая, какая же ты стала взрослая! — восхищалась девушкой Рейчел. — Гилберт, ты так возмужал, наверное от невест отбоя нет! —Только от одной— Гилберт хитро улыбнулся и посмотрел на Энн. Девушка покраснела, но никто не придал этому большого значения. *** Комната Энн всегда была для девушки крепостью, где она плакала, радовалась, придавалась мечтам и играм. Но теперь комната казалась ей пустой и одинокой. Энн тяжело вздохнула и упала на кровать. В этот момент в дверь постучали. —Войдите! В дверях оказалась Марилла. —Энн, ты не против, если свой подарок я отдам тебе сейчас? *** Гости собрались в Зелёных крышах и в столовой стоял радостный гул голосов. Но все сразу затихли, когда вошла Энн. Подарком Мариллы оказалось очередное платье, но это платье было её величайшим творением. Оно было из шёлка, небесного цвета, украшенное вышивкой и белым кружевом. Рыжие волосы Энн были уложены в высокую прическу, а на макушке был любимый венок из искусственных цветов. Гилберт один встал из-за стола, чтобы отодвинуть стул для Энн. В комнате продолжала стоять напряжённая тишина. —Всё в порядке? Со мной что-то не так? —забеспокоилась Энн. —Ты восхитительно выглядишь, Энн.—успокоил её Гилберт. —Да, Энн, просто потрясающе! —подхватил Баш. —Ты такая взрослая! —сказала Марилла со слезами в голосе. Энн положила свою ладонь на неё и ободряюще сжала. —Ты просто красавица! Думаю, что была не права, тогда, в твой первый день тут.— откровение Рейчел стало для всех удивлением.— Не нужно так на меня смотреть, Мэттью! Мэттью лишь покачал головой. —Итак, время произнести молитву! *** Все сидели в гостиной около ёлки, раскрывали подарки и весело переговаривались между собой. Рука Энн лежала рядом с рукой Гилберта и он, время от времени, гладил её пальчики своими. Молодые люди думали, что их никто не замечает, но они глубоко ошибались. Из угла комнаты за ними наблюдал Баш и улыбался, как Чеширский кот. И всё-таки он выиграл. Это всегда была Энн. —Теперь моя очередь дарить подарки! —воскликнула Энн. Она протянула две маленькие коробочки Мэттью и Марилле, ещё одну Башу и свёрток Гилберту. —Открывайте скорее! Я так взволнована! Мэттью получил в подарок новую курительную трубку с позолоченным мундштуком, а сам корпус был сделан из красного дерева. Подарком Мариллы оказался гребень для волос, украшенный черными камнями, напоминавшими алмазы. Конечно, это были не алмазы, да и Марилле это было не важно. Важно, что её девочка снова дома и радует её своей улыбкой. Для Дэли Энн купила красивую погремушку, которая тотчас пришлась малышке по вкусу. Гилберт развернул свёрток и обнаружил в нём ручку. Ручку Энн. —Я подумала, что ты будешь рад снова забрать её. Как память.о нас. Мне. —Я буду хранить её. Как и в прошлый раз. —Энн, миссис Стейси не смогла приехать к нам сегодня, но она прислала тебе подарок— Марилла протянула Энн свёрток из коричневой бумаги, на котором знакомым почерком было выведено: Энн. Моей родственной душе. —Я открою его потом.— девушка подумала, что ей очень хотелось бы открыть этот подарок наедине. —Мой подарок ты найдёшь в комнате—тихо шепнул Гилберт на ухо Энн, пока никто не видит. По всему телу пробежал табун мурашек, ей очень хотелось, чтобы парень продолжал шептать разные глупости ей на ухо, но он отошёл от неё слишком скоро. На лице Энн отразилось огорчение. *** —Думаю, что вам всем стоит остаться в Зелёных крышах. На улице жуткая метель, а комнат тут вполне хватит—сказала Марилла, когда гости стали собираться домой. —Да, вы можете заблудиться в такую пургу. Отправитесь домой с утра—поддержала её Энн. Отдельная комната досталась Томасу и Рейчел Линд, Баш и Гилберт уместились в соседней, а миссис Лакруа и Дэльфин легли в самой маленькой и дальней комнате. Энн вошла в свою крепость и развернула подарок от миссис Стейси. Восторгу Энн не было предела. Штаны! Настоящие! Внутри лежала записка: С Рождеством, Энн. Запомни, мир меняют мечтатели.и ты. —Ох, дорогой отец небесный, пошли миссис Стейси мою благодарность и безграничную любовь! Надеюсь, что я увижу её на этих каникулах. Взгляд девушки упал на крошечный мешочек, лежавший на туалетном столике. —Гилберт. —догадалась Энн. Трясущимися руками она раскрыла мешочек и с её губ вырвался вздох удивления. Кольцо…золотое, с зелёным камнем. Что это значит? Он делает ей предложение? Или это просто…просто украшение? Рядом с подарком Энн обнаружила маленькое письмо: Дорогая Энн, Не пугайся. Это кольцо принадлежало моей маме и я очень хочу, чтобы оно было у тебя и ждало своего часа. Наденешь его на палец, когда будешь готова. С любовью, Гилберт. Господи. Это был явный намёк на то, что Гилберт намерен на ней жениться! На Энн, рыжей Энн, с веснушками на лице, на сироте… Наверное, Энн никогда не поймёт любовь и то, что ей движет. *** —Так ты и Энн… вместе? — спросил Баш, расправляя кровать перед сном. —Кто тебе сказал об этом? —Никто не сказал. Я сам догадался. И это значит, что я всё-таки выиграл! Какой я молодец! —Не обольщайся. —Блайт, да ты покраснел! —И ничего я не краснел! —пробубнил Гилберт, отворачиваясь от друга. —Когда всё это произошло? —Ну…в день отъезда в Торонто. Я узнал от Дианы, что Энн оставила мне письмо с признанием, которое я так и не получил, ну мне ничего не оставалось, как сойти с поезда. Я прибежал к её пансионату и поцеловал. —Вот это да! А ты оказывается романтик! — рассмеялся Баш. Гилберт лишь пихнул его плечом и тоже рассмеялся.—Я рад за тебя, брат. Только не делай глупостей. —Постараюсь. Но всё-таки глупость он совершил. *** Энн долго ворочалась в кровати, пытаясь уснуть, но как после всего, что произошло, можно спать! А ещё девушка не могла уснуть из-за чувства одиночества. Не хватало Дианы. Они были соседками по комнате полгода и теперь её нет рядом. А так хотелось бы. Внезапно девушка услышала шаги за дверью. Страх охватил грудную клетку. Энн пыталась успокоить себя тем, что в доме куча гостей и, вероятно, кто-то встал попить. Так и было. Шаги затихли. И как только Энн расслабилась, дверь в комнату открылась. На лице девушки застыло выражения ужаса. Она хотела закричать, а затем мягкий знакомый шепот успокоил её: —Это я. Гилберт. —Что ты…что ты тут забыл? — девушка посильнее натянула на себя одеяло. —Мне очень сильно захотелось увидеть тебя. —А если бы я спала? —Я слишком хорошо тебя знаю. Можно присесть? Энн кивнула. Сердце билось с бешеной скоростью, дыхание участилось. Гилберт нашёл в темноте руку Энн и сжал. Этот момент показался девушке очень интимным. Им нельзя было сидеть в комнате наедине, тем более ночью. Но это не остановило молодых людей. Губы Гилберта коснулись губ Энн. Он понял, что всё так и должно быть, его губы на её- это самое правильное в этом мире. Девушка двигалась всё ближе к парню, пока её грудь не коснулась груди Гилберта. Его руки сжали её тонкую талию, а её руки блуждали у него в волосах. Пальцы девушки нежно сжимали и разжимали тёмные кудри. Их языки сплелись в страстном танце, внутри обоих бушевал пожар. И всё зашло бы слишком далеко, если бы не Марилла, которая тоже не могла уснуть и слышала шаги, направляющиеся к комнате Энн. Она решила проверить, всё ли в порядке и тихо подошла к двери. Ничего не было слышно. Но зато Энн и Гилберт услышали. В момент, когда дверь открылась, они уже сидели на противоположных сторонах кровати. —Гилберт? Что тут делаешь? —с возмущением спросила женщина. —Я услышал шаги и решил проверить, всё ли в порядке. Марилла подозрительно посмотрела на Энн. Девушка была укрыта одеялом по самую шею, глаза были испуганными, а щёки красными. —Вы не занимались ничем непристойным? —Марилла! — жалобно воскликнула Энн и ещё сильнее покраснела. —Нет, миссис Катберт, я бы не посмел! —Тебе всё равно не следует быть тут. Иди в постель. —Конечно, миссис Катберт, доброй ночи. Доброй ночи, Энн. —парень быстро выскочил за дверь и через секунду уже лежал на матрасе. Сердце билось с неимоверной силой. Чувства были очень странными. Гилберт уже ощущал себя так. Во время танца с Энн. Нужно узнать у Баша об этом подробнее. *** Энн проснулась ближе к полудню, когда гости уже ушли. Ушёл и Гилберт. —А теперь объясни мне, Энн, что такое было ночью? —Марилла, Гилберт сказал правду. Ему показалось, что кто-то ходит по дому и решил удостовериться, что всё в порядке. Заодно зашёл ко мне, чтобы проверить. Вот мы и разговорились. —Ладно. Но расскажи мне, Гилберт знает… знает о твоих чувствах? —Да, знает. —Вы помолвлены? —Что? Нет, конечно! Марилла, казалось, выдохнула с облегчением. —Ладно, хватит болтать, помоги мне с ужином. —Хорошо. Но сегодня в Кармоди будут выступать чтецы и я очень хотела бы пойти. Можно? —Ты уже взрослая, Энн. Тем более, это твои каникулы. —Спасибоспасибоспасибо! *** Каникулы проходили весело, даже более чем весело. Энн никогда не была одна. С ней были подруги или Гилберт. С Гилбертом они часто гуляли по снежному лесу и говорили-говорили-говорили. Казалось, что темы для разговоров никогда не исчерпают себя. —Я хотела бы жить на берегу океана. Чтобы каждое утро просыпаться под крики чаек, гулять по пляжу, вдыхать свежий запах, провожать закаты на крылечке дома, а потом долго сидеть и считать звёзды. Около океана большой простор для воображения, ты так не думаешь? —Я думаю, что это замечательно. —А о чём ты мечтаешь? —Я мечтаю о большой семье. Чтобы приходить в уютный дом, а тебя встречают пять, нет, шесть ребятишек и красивая рыжеволосая жена. В гостиной, около камина, спит собака и два кота, а по выходным в этом доме шум и смех твоих друзей смешивается со смехом твоих детей и твоим собственным. Энн закрыла глаза и представила такую картину: как она стоит с шестью детьми на пороге дома и ждёт Гилберта с работы. Да, пожалуй, такая мечта ей по душе. —Красивая у тебя мечта, Гилберт. —Такая же красивая, как и ты. *** В тот вечер Энн осталась в Зелёных крышах. Ей хотелось провести вечер со своими любимыми Катбертами. Марилла сидела около огня и вышивала что-то на платке, Мэттью читал газету, а Энн смотрела в огонь и размышляла. Но их тишину нарушил крик снаружи. —Энн! Энн! Ты срочно нужна мне! —Диана? — Энн не задумываясь выбежала на улицу в одном платье, —дорогая, с тобой всё в порядке? У Дианы было взволнованное лицо, но глаза улыбались. —Ты не поверишь! —Давай мы зайдём в дом, я заварю нам чаю и всё мне расскажешь, договорились? Диана расслабилась и кивнула. Когда девушки были в тепле, а в чашках был чай, Барри продолжила: —Мне написал Фред! —Фред? Тот самый Фред? —Да! Мне сначала показалось, что это моё воображение сыграло со мной злую шутку, но это правда! —Не томи, Диана! Что он написал? Диана достала письмо из сумочки и начала читать: — Дорогая Диана, прошу простить меня за гордость и упрямство. Мне очень льстило ваше внимание, но я боялся, что моё положение в обществе заставит вас передумать и усомниться в ваших чувствах. Теперь же я вижу истинную картину мира. Я влюблён в вас и горю желанием быть с вами рядом всю свою жизнь. Жду встречи после каникул. Ваш покорный слуга, Фред. —Ох Диана, это так романтично! Он тоже любит тебя! —Энн, я так счастлива! Я никогда не была счастлива так, как сегодня! —А я счастлива за тебя, моя дорогая! Сначала я думала, что буду ненавидеть твоего избранника, но теперь вижу, как Фред нравится тебе, а значит, нравится и мне. —Спасибо, твоё мнение очень многое для меня значит. А как твои дела с Гилбертом? —Мои чувства переполняют меня, Диана. Я никогда не думала, что каникулы могут быть такими восхитительными! —У тебя такие влюблённые глаза! —Как и у тебя! *** Предпоследний день каникул запомнился Энн сильнее всего. У неё были планы поехать в Кармоди на танцы, но всё отменилось, потому что началась сильная метель. Настолько сильная, что ничего кроме снега не было видно. Девушка весь день сидела у камина и смотрела в огонь. Все дела выходили из рук вон плохо, поэтому Марилла освободила её от домашних дел. В такую погоду даже в гости не сходишь! А ведь сегодня предпоследний день каникул! Совершенно неожиданно раздался стук в дверь. Энн открыла её и обнаружила за ней заваленного снегом Гилберта. —Ты похож на сугроб! —засмеялась Энн.—Проходи, тебе нужно согреться. Поставлю чайник. Гилберт отогревался долго. Энн надела на него две пары шерстяных носок, укрыла самым теплым одеялом, напоила тремя чашками горячего чая, но он продолжал дрожать от холода. —Зачем же ты пришёл? —Сегодня последний день, когда мы сможем побыть вместе! Завтра будут только сборы вещей и подготовка к отъезду. Ты не хочешь меня видеть? —Что? Конечно хочу! Просто ты жертвуешь своим здоровьем! Я не переживу, если с тобой что-нибудь случится! —Не случится. —Ты не можешь знать наверняка.—Энн посмотрела на парня свирепым взглядом и это означало, что их спор закончен. Когда стемнело, Марилла позвала всех к ужину, а после него все собрались в гостиной. Мэттью с Мариллой сидели не долго, но прежде чем уйти, Миссис Катберт строго посмотрела на Энн и Гилберта, как бы предупреждая не переходить рамки дозволенного. —Энн, ты никогда не думала о том, что мы предназначены друг для друга? —неожиданно спросил Гилберт. —Конечно думала. —И когда ты думала об этом? —С ярмарки и до сих пор. —С ярмарки? О Боже, я такой дурак! Ты уже тогда думала о нас, а я крутил роман с Уинни. —Я тоже виновата в этом. Нужно было быть мягче по отношению к тебе. Если бы я была мягче, то, возможно, ты бы не закрутил с мисс Роуз. —Если бы я не был таким импульсивным! —Мы можем продолжать это до бесконечности, но в итоге не придём к выводу, кто же больше всего виноват. Мы оба виновны в этом. Но согласись, на ошибках учатся. И мы больше их не повторим. Давай дадим клятву на мизинцах? —Энн протянула свой тоненький мизинец Гилберту и тот обхватил его своим, —мы должны поклясться, что все наши ошибки и промахи останутся в прошлом и в будущее мы шагнём лишь только с любовью в сердце. Клянусь. —Клянусь. А теперь потанцуем? —Что? —Ты же хотела на танцы сегодня. Но не пошла. Устроим танцы сейчас! —Гилберт встал с дивана и вытащил за собой Энн.— Представь, что я — принц, а ты принцесса и мы танцуем в своём волшебном замке, окружённом океаном! Сначала они неумело кружились по гостиной и мило хихикали, но потом Гилберт взял Энн за талию, а голова девушки легла ему на плечо. Они тихо покачивались из стороны в сторону и не думали ни о чём, кроме друг друга. —Я не хочу быть принцессой, если принц- не ты, Гилберт. Рядом с тобой я хочу быть просто Энн, твоей Энн.—шептала Энн. Сердце парня сжалось от нежности и он прижал девушку к себе ещё крепче. —Ты всегда будешь моей. *** Марилла встала с рассветом и сразу же пошла проведать Энн. В комнате её не оказалось и паника сдавила горло женщины. В голову начали закрадываться ужасные мысли. Марилла быстро спустилась вниз и застала в гостиной очень странную картину: Энн спала на диване, держа за руку Гилберта, который спал на полу на старом покрывале. Женщина не стала злиться на них, ведь им снова предстояло расстаться на долгие шесть месяцев. Как же два этих юных сердца перенесут разлуку? —Нужно приготовить для них вкусный завтрак, чтобы укрепить силу духа и поднять настроение.— прошептала себе Марилла и ушла на кухню, оставив молодых людей в обществе друг друга.