Большие рекламы

Гном бежал по тоннелю с фонарём. Тоннели были тёмные и ничего не было видно. Тут, гном в кого-то влетел. Он поднял голову и увидел перед собой одноглазого пирата. За сценой кто-то себя ударил по лицу — Лютер! Не мог бы ты уже дать нам снять рекламу, а? — послышался голос режиссера. — Ну, ладно! — не стал спорить пират и ушёл со сцены. Ведь дубль уже испорчен! Гном бежал по тоннелю с фонарём. Тоннели были тёмные и ничего не было видно. Вокруг, камни, скелеты, железки, пират… пираты… За сценой кто-то себя ударил по лицу — Лютер, убери пожалуйста за собой всех этих пиратов. Пожалуйста. — сказал режиссер и когда пиратов больше не было, послышался голос: — О луны до луны дубль сорок четыре! Гном бежал по тоннелю с фонарём. Тоннели были тёмные и ничего не было видно. Гном пробежал по коридору и попал в небольшую комнатку, где стоял вертолёт. Оперевшись на машину гнома стоял одноглазый пират и когда он попал в камеру начал: — Вы меня простите, я тут чуть чуть его подкрутил. А то развалиться ещё при съёмках. — Лютер! Хватит уже прикалываться! Дай нам снять! Вчера мы весь день снимали трёх минутную рекламу. Сегодня тоже будем возиться до вечера? — выругался режиссер, а Лютер недовольно отошёл в сторону. Гном бежал по тоннелю с фонарём. Тоннели были тёмные и ничего не было видно. Гном пробежал по коридору и попал в небольшую комнату, где стоял вертолёт. Что там подкрутив, винт начал вертеться, но потом прекратил. Гном отчаянно взмахнул руками. Тут, кто-то пронёсся мимо. Гном обернулся, но никого не увидел. Опять покрутив, он услышал что-то позади и когда он повернулся, увидел как из тьмы, выползает огромный… краб, на котором сидит Лютер Харкон. Он старался держать серьёзное лицо, но из-за смеха, который был за сценой у всей публики, заставили Лютера расплыться в улыбке. — Простите, я не смог удержаться! Публику повеселить никогда не грех! — засмеялся Лютер. — Слушай… — сказал режиссер подойдя к пирату. — Пожалуйста, давай сейчас снимем сцену, а потом ты будешь прикалываться и может тебя кто-то снимет… Ладно? Пират вздохнул и развернув краба направился в глубь пещеры. Гном бежал по тоннелю с фонарём. Тоннели были тёмные и ничего не было видно. Гном пробежал по коридору и попал в небольшую комнату, где стоял вертолёт. Что там подкрутив, винт начал вертеться, но потом прекратил. Гном отчаянно взмахнул руками. Тут, кто-то пронёсся мимо. Гном обернулся, но никого не увидел. Опять покрутив, он услышал что-то позади и когда он повернулся, увидел как из тьмы, выползает огромный паук, на котором сидел гоблин. Кадр сменился и показался гном, который сидел и записывал что-то в книге. Потом сражение и наконец-то последняя сцена. Гном говорит последнюю фразу как тут… — Здрасьте! — послышался крик и никто даже не разобрал что произошло. Откуда-то сверху свалился крыс и встал на конторку, где лежала книга. Все офигели, но потом засмеялись. Крыс спрыгнул с конторки и увидев съёмки как будто вспомнил: — А, да! Я задержался на чуть чуть! У меня было задание, так что пришёл когда успел. А вы ещё до меня не дошли? Ох, какая прелесть! Очень подоспел! Да что вы так смеётесь? Вам что, плохо? — спросил крыс видя как все хохочут. — Ну ладно, не хотите говорить и не надо! Так, что ты тут пишешь? — крыс подошёл к конторке и сняв книгу повертел в руках. — Как вы это читаете? Что за каракули такие? А! Погоди, чем-то на квикиш похоже! Сейчас! Крыс пошёл по сцене взад вперёд, а гном выронил перо из рук. Офигел настолько. — Значит… Тааак… — и крыс зачитал: — Приехал принц к принцессе, На вороном коне, Она ему сказала Ты не подходишь мне. А он ей Аргументы, Хотя-бы предъяви, Ведь ехал я три ночи, И дня, конечно, три. Она ему ответила, ответила она Ты маленький и толстый, И лысина видна А запах, Боже запах, Как в твоего коня… — Ну, да, ничего удивительного. — пожал плечами крыс и захлопнув книгу сунул в руки гному. А публика вся просто кисла от смеха. У самых слабых уже болели животы, ведь мало того что их тогда Лютер до слёз смешил, а тут ещё и этот появился так невовремя. А режиссер просто молча выключил камеру… Когда крысу всё растолковали что происходит, тот тоже покатился со смеху и был рад что ему пришла в голову такая мудрая мысль, как изуродовать последнюю и самую эпичную сцену. — Почему ты не сказал ничего, Сникч? — спросил Квиг когда волна смеха закончилась. — Не люблю особенно кричать о своих действиях. Лучше постоять в стороне. — ответил крыс. — Завтра, когда наконец-то закончим с гномами, перейдем на хаос! — заявил режиссер собирая камеры до следующего дня. — Наконец-то! — воскликнул Архаон вставая со стула. — Только тебя там не будет! — заявил тут-же режиссер. — Да что-ж такое, а? Ну ладно, тогда я пошёл! — психанул Архаон и ушёл за шторку где лежали декорации. В общем, психовать пошёл.