Хочешь попасть в сказку?

Ада сидела на лавке у сарая и от нечего делать строгала ножом палочку. Если сделать две одинаковых, то получатся китайские палочки для еды, подумала она, но вторую заточить не успела: из дома вышла гостья. В своей остроконечной шляпе она была похожа на волшебницу. — Милая, ты на меня так смотришь, точно приняла меня за волшебницу из сказки! — задорным голосом обратилась к Аде старушка, подтверждая её догадки. Девочка промолчала. — Не слишком-то ты приветлива, — покачала головой гостья, но уходить не спешила. — А ведь я и есть самая настоящая волшебница, и пришла из самой настоящей сказки. Не веришь? — Сказок не бывает, — неохотно ответила Ада. — Ошибаешься, дорогая моя. Как, кстати, тебя зовут? — Ада. — Прекрасное имя! Адочка, хочешь попасть в сказку? — Хочу, — ответила девочка, радуясь, что ей не стали читать нотации. По правде говоря, она ещё не пришла в себя после скандала и готова была удрать куда угодно, в сказку — так в сказку, лишь бы подальше от сердитой мамы. Она понимала, что незнакомка шутит, но не раздумывая подыграла ей. Взрослый, который не ругает — это так непривычно! — Вот и замечательно! — пропела гостья. — А то я боялась, что ты не согласишься. Я приготовила для тебя замечательную сказку, как раз такую, какую ты заслуживаешь. И прямо сейчас ты в неё попадёшь! — А как? — Это просто. Ты не представляешь, как легко маленькие девочки попадают в сказку! Тем более что волшебная палочка у тебя уже есть. Осталось дело за малым: нужно лишь ею взмахнуть — и откроется волшебная дверь. Только сперва положи ножик, девочкам не пристало играть с ножами. Ада оставила нож на скамейке, встала и неуклюже махнула палочкой — играть, так играть. — Ну и где же сказка? — хмыкнула она. — Все как было, так и осталось. — А вот и нет! — торжествующе воскликнула старушка. — Дверь уже открылась, просто ты её не замечаешь. А теперь отдай мне палочку, и я покажу тебе вход в сказку. Ада безропотно отдала палочку. — Вот и умница. Видишь дверь? Это и есть вход в сказку. — Но это же дверь в наш сарай. Вы шутите? — Я никогда не шучу, и другим не позволяю, — нахмурилась дама.— Присмотрись получше. Ничего не замечаешь? Ада посмотрела на старый сарай и оторопела. За деревянной дверью вместо пыльного полумрака и сваленных в кучу мётел расстилалось бесконечное пространство. Пустоватое, правда, и не особо красивое, но явно сказочное. Ведь сказки разные бывают. — Что это? — дрожащим голосом спросила Ада и попятилась. — Это и есть сказка. Смелей! Ты же хотела туда попасть? Вот и иди. Тебе достаточно лишь войти, и сразу начнётся сказочная жизнь... — голос дамы чуть заметно задрожал, и в нём проскользнули нотки нетерпения. — Ну! Что же ты медлишь? — Мне страшно. Я лучше останусь с мамой. — Я что, зря для тебя старалась? — прикрикнула дама. — Научила тебя пользоваться волшебной палочкой, помогла тебе открыть волшебную дверь, а ты на попятный? Струсила? К мамочке захотела? Опять будешь ей истерики устраивать? — Её лицо потемнело, нос заострился, глаза выпучились, а зрачки сузились до крохотных точек. — Бессовестная! — Я согласна! — быстро сказала Ада, готовая на всё, лишь бы её перестали ругать. — Вот и умничка! — медовым голосом пропела дама, вновь превратившись в добрую старушку. — Ступай, милая! — и добавила чуть слышно: — Моя сказка научит тебя послушанию. И Ада шагнула в сказку. * * * Внутри сарая оказалось совсем не так сказочно, как казалось снаружи — бесконечное поле тут же свернулось до размеров гостиной. Не успела Ада сделать и трёх шагов, как дверь с грохотом захлопнулась у неё за спиной. Ада бросилась обратно и толкнула дверь, но та не подавалась. — Откройте! — закричала девочка и принялась колотить изо всех сил. — Тётя волшебница! Зачем вы меня заперли? Мама! Выпустите меня кто-нибудь! Но никто ей не ответил. Более того, даже обычные звуки стихли — сюда не просачивались ни лай собак, ни гул машин, ни голоса. Ада прищурилась, силясь раглядеть в щелку родной двор, но увидела лишь туман. — Чего шумишь? — раздался недовольный детский голосок. Ада резко обернулась и увидела девочку своих лет, одетую в костюм Красной Шапочки. — Будто в сказке ни разу не была. — Не была, — подтвердила Ада. — Ну так привыкай! — расхохоталась девчонка. Ада не стала с ней разговаривать и снова попыталась открыть дверь, но та стала словно каменная. — Куда торопишься? — насмешливо спросила Красная Шапочка. — Тут у нас, знаешь, вход бесплатный, а выход заработать надо. Выполни задание, тогда вернёшься домой. Ада колотила в дверь и звала маму, не слушая девчонку в карнавальном костюме. — Мама! Я здесь, выпусти меня! — Она тебя не слышит. Хочешь совет? Не трать силы зря, они тебе ещё пригодятся, — и Красная Шапочка ушла, фальшиво напевая: «Вы меня впустили, чаем угостили...» Приблизившись к одной из туманных стен, она исчезла в ней прямо на глазах изумлённой Ады. Значит, это действительно сказка... Ада вытерла слёзы и огляделась. Одна стена была деревянной — та, где дверь — но не из досок, а из массивных брёвен. Пол — земляной, как в старинных деревенских домах. Кое-где росли чахлые кустики. — Есть тут кто-нибудь? — жалобно закричала Ада, и в ответ со всех сторон раздался противный старушечий голос, распевающий песенку без мелодии: — Я лежала на погосте, Но меня позвали в гости, Я из гроба встала, Долго шла, устала. Открывай, хозяйка, двери, Получи по полной мере! Ада заметалась в поисках старухи — ведь не бывает же так, чтобы голос звучал сам по себе? И вдруг у неё под ногами зашевелилась земля. Ада, вскрикнув, отскочила, и из земли вылезла маленькая уродливая кукла, сшитая из мешковины. Девочка оторопело глядела на ожившую игрушку, а та, отряхнув грязное лоскутное платье и пригладив спутанные нитяные волосы, уставилась на неё вышитыми глазами и заговорила нарисованным ртом: — Давай поиграем! — голос был тот же, скрипучий, старушечий. — Н-нет, — попятилась Ада. — Это почему ещё нет? Все девочки любят играть в куклы. Или я, по-твоему, некрасивая? — и кукла завертелась, выделывая коленца и напевая: — «Принесла я вам беду, и теперь я не уйду!» — У тебя песня страшная. — О, у меня много песенок, — чванливо сказала кукла и подбоченилась. — Вот весёлая, послушай. — И запела, кружась и притопывая: — Тебя мне подарили, И ты теперь моя. С тобою буду делать, Что пожелаю я. В ошейнике проснёшься Однажды поутру, И всю твою энергию Себе я заберу! — Нравится? — спросила кукла. — Ну что, теперь будешь со мной играть? — Не нравится. И играть не буду, потому что ты не кукла. Я знаю, кто ты — та самая бабка, которая к нам приходила. И в Красную Шапочку тоже ты превращалась. Тут никого нет, кроме тебя. Отпусти меня домой сейчас же! Кукла визгливо захохотала и покатилась по земле пёстрым клубком. Её смех был мерзким и тоненьким, как иногда смеются в кино сумасшедшие клоуны, и Ада зажала уши. Отсмеявшись, существо село, перевело дух и спокойно сообщило: — Ошибаешься, малышка. НАС МНОГО. И той бабки здесь нет, она сейчас наверняка идёт по обочине и собирает травы. Готова поспорить, что про тебя она уже забыла. Хочешь поспорить? — азартно предложила кукла, подскочив к Аде и протянув раскрытую ладонь, но девочка поспешно замотала головой. — Не хочешь... — разочарованно протянула кукла. — Экая ты бука: играть не хочешь, спорить не хочешь... Ладно, хватит развлечений. Не захотела играть — будешь работать. Существо с пыхтеньем зарылось в землю, и Ада осталась одна.