Кольцо

      «Хватит притворяться, мистер Главный Аврор. Мы все знаем, как вы “добродетельны”, когда дело касается волшебников Лютого», — мысленно ругает Поттера Панси. Тот выступает с докладом об успехах авроров в борьбе с чернокнижниками. Он акцентирует внимание, что под запретом не тёмная магия, а преступления, совмещаемые с использованием тёмной магии. Это, видите ли, гуманно.       Зал шумно и долго аплодирует Главному Аврору. Панси закатывает глаза, не понимая, зачем вообще сюда пришла.       Или не хочет признавать. Она до дрожи хочет его видеть чаще, хочет коснуться и наконец хочет его присвоить себе. У неё даже есть прочный план, а посещение публичного мероприятия с участием Гарри Поттера — выход за грань намеченного пути. Гарри Поттер — примерный семьянин, отец троих детей и любимый муж. Он безуспешно старается не задерживаться на работе, дарит лучшие подарки детям (к тем счётам в Гринготтсе, которые из года в год пополняются). Супруга у него — светская львица, завершившая карьеру в квиддиче на пике, не скатываясь до уровня тренера или судьи. Джинни Поттер получает подарки, которые Космополитен описывает на нескольких страницах.       От этой роскошно-слащавой картинки семьи у Панси рвотные позывы, тошнота и смех, вызываемый бесконечным лицемерием. Джинни давно уже ходит налево, дети выросли, лишь Лили ещё в Хогвартсе, Главный Аврор сутками на работе.       — Сэр, Вас вызывает Министр Шелкбот, — сообщает секретарша, заглядывая в дверь.       Гарри удивлён. Никогда такого не было. Обычно они решают даже рабочие вопросы в неформальной обстановке: за обедом в ресторане или за ужином дома. Он не подаёт виду, словно знает, зачем туда идёт.       — Министр? Вы хотели меня видеть?       — Да, Гарри, — серьёзно и строго отвечает Шелкбот. — Проходи.       — Я Вас слушаю.       — Мерлин, дай мне сил… не знаю, с чего начать. Давай так: почему ты не сообщил о несчастном случае с Берками?       — Что…       — Твой стажёр случайно обронил всю полку в магазинчике Берка и прибил старого волшебника. Да, это несчастный случай, и авроры тут ни при чём. Но почему так сложно было сообщить?       — Кто Вам об этом рассказал? Случай был. Но он был слишком незначительный, чтобы докладывать Министру. Несчастный случай, я подчеркну. Я не хотел рушить судьбу парня из-за старого Берка. Теперь он мой самый преданный аврор, я уверен в нем, как в себе. Кстати, последнее дело раскрыл он.       — Гарри… пойми, — заговорщическим шепотом начал Министр. — Наша единственная фронда — чистокровные традиционные семьи. Скоро выборы. Я не могу позволить, чтобы этот и другие случаи всплыли. Да, о других я тоже знаю, — кивнул он на немой вопрос Поттера.       «Да кто же тебе доложил? Если кто-то из моих, я такую показательную порку устрою…»       — Есть условие, при котором всё останется забытым. Тебе нужно кое с кем поговорить, я сейчас позову…       Министр встал, провожаемый взглядом Поттера, и вышел. Вместо него в кабинет вошла Панси.       — Ты?       — Я, — довольно кивнула Паркинсон. — У меня сейчас правда нет времени, поэтому сначала говорю я, а потом… нет, на этом и закончим.       — Да что происх…       — Тише. Ты же не хочешь, чтобы каждая секретарша в Министерстве знала о том, с кем в кабинете Министра Магии проводит время Гарри Поттер? — Панси хищно улыбнулась. Она заняла министерское кресло, закинув одну ногу на другую.       — Мне крайне не нравится, — Паркинсон расслабленно откикнулась на спинку, — что Главный Аврор позволяет себе слишком многое. Позволяет нарушать рамки дозволенных полномочий, позволяет прикрывать подчиненных, позволяет навязывать свои интересы Министру, позволяет ходить жене к другим… Гарри вспыхнул. «Что эта стерва о себе возомнила?». Но перебивать не стал. Хотелось быстрее закончить с этим разговором.       — …поэтому я предлагаю сделку: Вы женитесь на мне, остаётесь в своём кресле, а Министр Шелкбот не беспокоится о выборах. Все в выигрыше.       Гарри озадаченно уставился на неё. «Она же не серьёзно…?». Но Панси не улыбалась, не смотрела насмешливо, она была абсолютно серьёзна и внимательна.       — У меня есть время подумать?       Она взглянула на настенные часы.       — Минуты три есть, пока Министр идёт от дальней уборной.       «Что здесь происходит? Это всё чей-то розыгрыш?»       — Мистер Поттер, если Вы усиленно ищете подвох своим умом, наученном опытом раскрытия преступлений, то не утруждайтесь. Единственная Ваша слабость — работа. Единственная забота Министра — выборы. И единственная моя цель — Вы. Всё просто.       «Это признание в любви? Смешно».       — Мерлин… что Вы хотите от меня? Денег? Славы? Я могу это все дать, не руша собственный брак.       — Я хочу забрать себе своё, — сладко улыбнувшись, ответила Панси. Поттер судорожно искал пути отступления, но прямой отказ означал крах всего, над чем он трудился последние 15 лет.       Она встала, поправила мантию и вопросительно взглянула на него.       Гарри устало вздохнул.

***

      Через 3 недели все газеты были поглощены обсуждением самого громкого расставания в послевоенной истории магической Британии. Лили Поттер отбивалась от бесконечных вопросов в школе, Джинни по-английски исчезла (по всей видимости, не одна), а Гарри Поттер стоял, глядя на собственную невесту, и пытался понять, как до этого дошло.