Любовь к истории или к историчке.

      Влада проснулась от шороха в комнате, который доносился с противоположной стороны. Маша искала что-то в шкафу, чертыхаясь, видимо, не могла найти то, что ей нужно. Влада повернулась на другой бок, перед ее лицом теперь была мирно спящая Полина. Влада лишь прижалась к ней поближе и тут же провалилась в сон. Проснулась она спустя два часа, все также в объятиях.       — Ты уже проснулась, — сонно прошептала Полина.       — Да. Ты знаешь, который сейчас час? — в ответ Полина пожала плечами. — Сейчас полпервого, мы проспали полдня. И Машка нас не разбудила, зараза.       — Возможно, она просто дала нам поспать, за что я ей очень благодарна. Так как я выспалась и полна сил, если к нам никто не торопится, я бы хотела заняться с тобой…       — Давай не сейчас, она на самом деле может прийти.       — Хорошо, раз утреннего секса у меня не будет, то я хотела бы поесть. Где у вас тут столовая? — потирая живот, сказала Полина.       — Ну вот, теперь ты на меня обижаешься, — Влада села на кровати.       — С чего это ты взяла? — удивилась Полина.       — Ты даже не поцеловала меня с утра и сразу заговорила о еде, — обижено сказала учительница. Полина повалила Владу на кровать и нависла над ней, аккуратно поцеловала в щеку, потом прошлась дорожкой из поцелуев по шее и спустилась к ключице, отстранилась и припала к губам. Поцелуй был медленным, можно сказать, ленивым. Когда Полина закончила ее целовать, Влада не на шутку возбудилась, а Полина просто навалилась на нее и закрыла глаза, говоря тем, что будет дальше спать.       — Тебя ничего не смущает? — спустя пару минут спросила Влада.       — Нет.       — Тебе удобно? — с сарказмом спросила учительница.       — Ты даже не представляешь насколько, — Полина повернула голову, которая лежала на груди учительницы. Влада стала перебирать рукой волосы девушки, нежно поглаживая. Так они пролежали до тех пор, пока в комнату не забежала Мария Сергеевна. От испуга Влада скинула Полину с себя, а та, не ожидавшая этого, упала на пол, ударившись головой об тумбочку. Полина попыталась встать, но голова закружилась и она упала обратно. Учительницы прекратили смеяться над абсурдностью ситуации и ломанулись к Полине. Она лежала на спине, держась за висок рукой, по руке уже стекала струйка крови.       — Полина, прости, пожалуйста, я не хотела. Как ты, сильно болит? — Влада упала на колени и стала смотреть на девушку.       — Да все хорошо, упала, ничего страшного, — начала оправдываться Полина и пытаться встать.       — Стой, подожди, у тебя кровь, убери руку. У тебя много крови, — Мария Сергеевна побежала за аптечкой.       — Черт, — Полина посмотрела на руку, которая вся была в крови. — Влад, успокойся, ничего страшного, сейчас в медпункт сходим и нормально будет, — видя панику на лице своей девушки, сказала Полина и погладила ее по руке. Мария Сергеевна прибежала с аптечкой, и Влада тут же начала доставать оттуда вату, бинты и перекись — все, что хоть как-то могло остановить этот поток крови. Она зажала своей рукой рану и помогла Полине одеться. В медпункте Полине сделали обезболивающий укол и стали зашивать рассечение. Медсестра средних лет ругала девушку за неосторожность.       — Носитесь, как сумасшедшие, а нам за вас отвечать. Вроде не маленькая уже, где так умудрилась то? — всю процедуру рядом с Полиной сидела Влада и держала ее за руку для ее же спокойствия, хотя Полина, конечно, не нервничала. Поэтому, когда ее спросили, из-за чего она пострадала, она посмотрела на Владу, а потом медленно сказала.       — Испугалась просто и упала. Сон плохой приснился, ладно вот Владислава Максимовна рядом проходила, спасла, считайте, — Полина немного сжала руку учительницы, на которой лица не было.       — Конечно, повезло, вон, смотри, как Владиславу Максимовну перепугала, головой-то нужно думать. Правильно я говорю, Владислава Максимовна? — обратилась женщина к учительнице.       Полине пришлось немного сжать руку учительницы, чтобы хоть как-то привести ее в чувства. Влада вообще находилась в каком-то трансе, ничего не говорила и не реагировала. Когда она поняла, что к ней обращаются, Влада просто кивнула головой, не вникая в суть разговора.       — Так, ладно, сейчас будет больно, терпи, — женщина начала делать что-то с раной, скорее всего зашивать, было терпимо, но неприятные ощущения давали о себе знать, поэтому пришлось закрыть глаза. Когда со всем было покончено, медсестра сделала еще несколько уколов и дала таблетки. Сказав учительнице, как их принимать и чтобы она проконтролировала, отправила их в комнату.       — С тобой все хорошо? — Полина остановила Владу в небольшом коридорчике, где не было людей.       — Ты сейчас серьезно спрашиваешь у меня как дела? — учительница уставилась на девушку.       — Ну да, ты какая-то поникшая, что ли. У тебя все хорошо? — Полина положила руки на щеки учительницы и быстро чмокнула ту в губы.       — Ты только что чуть не умерла из-за меня!       — Ну ты не преувеличивай давай тут, ударилась, с кем не бывает. Все у меня хорошо, плавать я на этой неделе все равно не собираюсь, так что заживет быстро. Зачем так переживать? — Полина обняла ее и начала поглаживать спину.       — Не уходи от меня, — тихо прошептала учительница где-то в районе ключицы.       — С чего такие мысли? Вообще, знаешь, я так-то рассчитываю на долгую счастливую жизнь. Ну, знаешь, ты, я, двое детей, можно больше, это не главное, — Полина также тихо шептала это на ухо. — А теперь пойдем обратно, эта злая тетка накачала меня чем-то, мне ужасно хочется спать, — девушка взяла учительницу за руку и повела к ее домику.       — Не боишься, что нас заметят разгуливающих под ручку? — уже с улыбкой сказала Влада.       — Нет. Чего мне бояться? У меня потрясающая девушка, пусть все завидуют.       — Ну я же серьезно.       — Пусть думают, что ты просто сопровождаешь меня до кровати, большего им знать необязательно, — Полина поцеловала руку, которую держала в руке, и пошла дальше. Придя в комнату, Влада помогла девушке переодеться, хотя она и сама бы с этим справилась, но не сказала ни слова, ей нравилось то, что делала учительница. Потом Полина легла на кровать, а Влада поправила одеяло и, поцеловав в лоб, вышла из комнаты. Она итак пол дня провела с Полиной, пока Маша возилась с остальными. Выходя из домика, она столкнулась с Егором и Катей, которые бежали не смотря под ноги.       — Тише, тише, вы куда так бежите?       — Мы.. там… Полина, что с ней? — пытался отдышаться парень.       — Уже все хорошо, она сейчас спит. Дайте ей отдохнуть, а потом проведаете.       — Что случилось то? — спросила Катя.       — С кровати упала, висок рассекла.       — Как упала? А где она спала сегодня? — не переставала сыпать вопросами девушка.       — Кать пошли, я тебе все объясню, — Егор все понял по лицу своей старшей сестры. На нем читалась забота, страх и смущение сразу, поэтому, чтобы и дальше не вгонять Владу в краску, он решил увести девушку.       Полина так и проспала весь день. Препараты и вправду были сильными, да и переутомление из-за такого режима тоже сказалось. Поэтому ее не будили на обед и на ужин. Катя заходила несколько раз в комнату, чтобы переодеться и взять какие-то вещи. Влада заходила несколько раз, чтобы посмотреть как тут девушка, поправляла одеяло и уходила. Вечером все, как обычно, сидели возле костра, разговаривая о своем. К Владе подсела подруга.       — Если бы я знала, что ты так отреагируешь, не зашла бы в комнату. Прости меня, пожалуйста, — с виноватым выражением лица говорила подруга.       — Да тут нет твоей вины. Просто понимаешь, мне так хорошо с ней, что я совсем расслабилась и не думаю о последствиях. Знаешь, возникает такое безмятежное чувство, как будто я все время под защитой. У меня такого никогда не было. А пугает меня то, что я никогда не думала об отношениях с девушками.       — Ну, знаешь, возможно ты и не сможешь быть с другими девушками. Я имею в виду, Полина, она же лучше любого мужика, почему тогда, ты думаешь, в нее влюблена большая половина здесь сидящих, да и вообще школы? Но при этом они не считают себя лесбиянками и не обращают внимание на других девушек. Тебе просто повезло, что ты ее встретила, и вы полюбили друг друга.       — Да, мне тоже так кажется, я и представить не могу, что кого-то смогу полюбить также. Я сегодня так перепугалась, когда увидела всю эту кровь, ещё медсестра сказала... В общем я представила, что ее не стало, и я до жути перепугалась. Мне действительно стало страшно.       — Это нормально, ну не представлять, что ее не стало, а то, что ты боишься ее потерять. Но не зацикливайся на этом, пожалуйста, так можно и свихнуться.       — Да, ты права. Спасибо, что выслушала меня. Мне действительно нужно было с кем-то поговорить.       Дальше они сидели в тишине, слушая треск костра, сверчков и разговоры учеников. Влада снова услышала разговор одинадцатикласниц.       — Да зачем сейчас то? Она же вроде болеет, страдает.       — Вот именно поэтому и сейчас, я лягу к ней в кровать, пожалею, приласкаю, и она будет моей. Запомни: ничто не действует на людей так, как жалость.       — Ага, только мне казалось, что все должно быть от обратного. Ну, типо она должна тебя пожалеть.       — Вот что ты докапываешься? Значит, просто позабочусь о ней. Вон, все тут сидят, ее лучшая подруга с Егором развлекается, учителям тоже дела нет, это мой шанс. Ладно пожелай мне удачи.       — Ага, удачи!       Владислава не на шутку разозлилась. Она знала, что ее девушка, конечно, отвергнет эту девчонку, но в ее состоянии могло произойти все что угодно, поэтому она решила все проконтролировать сама. Влада еще немного посидела у костра и пошла в домик к Полине.       Тем временем в комнате, где спала девушка…