Ласточкин хвост

Солнце садилось все раньше. Тяжелая, тревожная темнота - ни света, ни снега, одна пустая земля, заполненная шорохами и звуками, слишком дикими для людей. Все чаще приходилось проводить научную работу вечерами, при слабом свете горящей лучины. Днем времени едва хватило, чтобы проверить ловушки для животных и птиц, собрать хворост для костра, помыть многочисленные кувшины, почистить мех на одежде, растереть травы, набрать воды, согреть воду - поддержание минимальной гигиены требовало каких-то невероятных усилий. Даже с Тайджу было непросто успеть провернуть все это каждый день. Ужасный вес слова "выживание" падал на Сенку ежедневно вместе с новыми проблемами давлением в сто нервных атмосфер. Кто-то более реалистичный на его месте давно бы отчаялся и потерял голову, приняв судьбу быть жертвой обстоятельств. Сенку не умел терять голову в принципе - нельзя потерять основу своей личности, даже если очень захотелось и все вокруг настаивает. Но он человек. И видеть предел своих возможностей, которые заключаются в том, что они с Тайджу все еще живы, это не то, чтобы унизительно, но категорически недостаточно. Каждый день они могли умереть несколькими возможными способами, банальными и не очень. Сенку не был пессимистом, все эти исходы он просчитывал мысленно чисто автоматически одновременно с принятием решения. Понимание того, что любое, по сути, их действие, это действие наперекор, вопреки и часто не смотря на здравый смысл, не могло поддерживать в оптимистичной форме. Тайджу относился ко всему проще - он не парился. Зачем думать, если можно пойти и сделать. А сделав - отдохнуть, и заняться еще чем-нибудь. В один из очередных вечеров, пока Сенку записывал результаты исследования различных пород дерева, как наиболее подходящих для изготовления инструментов, Тайджу резал овощи для кипящего рыбного бульона. Спустя несколько минут Сенку машинально отметил, что не слышит от Тайджу привычного бубнежа о еде на фоне готовки и, не отрываясь от текста, спросил: - О чем задумался, придурок? - Не моя обязанность, - рассмеялся Тайджу. Но смех был непривычно грустный и какой-то слишком... взрослый. Так смеялся отец Сенку, рассказывая о полупустых аудиториях на лекциях. - Скучаешь? - Не нужно быть психологом, чтобы понять Тайджу. У него на лбу не только написано, но еще и подчеркнуто и неоном светится. - Ага. - Честный с собой и окружающими, как всегда. Потому что не умеет врать так же, как и Сенку терять голову. Они замолчали. Сенку перестал писать, отложив заточенный кусок угля. Тишина не давила, но было в ней что-то щемящее сердце и не позволяло прервать. Тоска. "Стомиллионпроцентно это плохой способ. Депрессия максимально лишняя и вообще опасна в такой ситуации. Нельзя останавливаться, нельзя падать духом, нельзя болеть, как физически, так и психически." - Сенку собрался и решил, что решать задачу нужно конструктивно. И быстро. И до конца, во избежание. - А по чему скучаешь больше всего? - будничным тоном спросил он. Тайджу нахмурился. - По смартфону... - Сенку хмыкнул. - Про это я уже в курсе. - Ну тогда... - Мыслительный процесс бегущей строкой шел по лицу Тайджу. - Не знаю, по всему. По сыру, школе, запаху свежевыглаженного белья, музыке, зубной щетке, фонарям, голосу диктора при объявлении следующей станции, взбитым сливкам, кино, бетонным заборам, велосипеду, по чашкам в раковине. - Чашкам в раковине? – Сенку, конечно, понимал, что бытовые детали образуют большую часть окружения человека, но чтобы до такой степени. - Ага. – Тайджу как-то слишком тяжело вздохнул. Тишина опять вернулась, но он продолжил. – Знаешь, Сенку, я всегда видел, как ты что-то делаешь, проводишь эксперименты. Со всем этим научным оборудованием и все такое. – Тайджу улыбнулся. – Не всегда удачные, но это неважно! И это всегда было за гранью и это здорово! И непонятно тоже, почти как фокус! – Сенку на пару секунд замешкался. Да, несомненно, здорово. Но для него проводить эксперименты и узнавать новое так же естественно, как думать. Он просто не смог бы жить без этого, вот и все. Это базовая потребность, и ее ничто не может заменить. Все довольно прозаично и просто. Очевидно же. - Спасибо. Только это не фокус, а закономерность. – Сенку улыбнулся. Все равно, как естественно для него это не было, приятно слышать такое. Даже если знаешь, что это равноценно похвале за дыхание… - И кроме как чашкам в раковине, больше ни по чему не скучаешь? - И по манге! Столько крутых экранизаций и игр не вышло из-за этого окаменения! - Тайджу улыбнулся. - А ты по чему больше всего скучаешь, Сенку? - По трусам из Юникло. - Ответил сходу. - Ааааа, черт! Да! - Тайджу стукнул кулаком об пол в знак глубочайшей солидарности. Пол хрустнул. Сенку задумчиво прислушался к глухому звуку падающей на землю недооблицовки из глины. - Подъем, здоровяк, готовься делать глину на завтра. - Тайджу вскочил, чуть не уронив одну из корзин с сушеными овощами. - И не думай, что все закончилось. Цивилизацию просто поставили на паузу, пока мы не найдем способ снять окаменение. А когда это произойдет, - Сенку широко улыбнулся, - все вернется, и экранизации твоей манги тоже наступят, рано или поздно, но мы добьемся этого силой науки. Потому что у нас просто нет другого способа! Тайджу смотрел на друга и единственного, кроме него, человека в сознании в этом сложном, тяжелом мире и чувствовал, что все так и должно быть. Сенку будет думать, а он - стараться изо всех сил, потому что другого способа у них, очевидно, и правда нет.