Часть 1
30 ноября 2019 г., 19:25
Дуся заболела, и Стас с Саней очень переживали, что старушечка покинет их, отправится к праотцам. Два крепких несгибаемых мужика не могли сдержать слёз, глядя на поникшую, всё время лежащую в своей корзине и стонущую собаку. Кололи ей уколы и витамины, впихивали в плотно сжатые челюсти таблетки и просили:
— Дусенька, ты только не умирай.
Лечение дало результаты, и уже через неделю Дуська пришла в норму. Конечно, прежней не стала, но Стас с Саней радовались всем тем вещам, за которые раньше нещадно ругали Дуську. Лает на звонки? Ты ж наша прелесть! Встречает, опять же, лаем хозяев? И мы рады тебя видеть! Запрыгивает на кровать? Нельзя, конечно, ну да ладно. Выпрашивает угощения? Да всё что хочешь, только не болей больше!
Корзина, в которой спала любимица, была перенесена в спальню, и ночью Стас с Саней то и дело просыпались и прислушивались: дышит ли, не стонет? Дуська не стонала — храпела как заправский сапожник после литра выпитой, поскуливала и дёргала лапами, во сне догоняя кого-то или убегая, учинив очередную пакость, на которые она была мастерица и когда бодрствовала.
Стас на радостях накупил ей новых игрушек и на удивлённый вопрос Сани «зачем столько?» ответил:
— Пусть радуется. Положительные эмоции в её возрасте очень нужны!
Саня скептически посмотрел на уже полностью пришедшую в себя любимицу, но спорить не стал. Это себя он считал мужланом, а у Стаськи душа нежная, ему тоже положительные эмоции нужны. Он очень удивился бы, если бы узнал, что Стас думает о нём точно так же.
Дуся к игрушкам не проявила никакого интереса, а вот к пакету, в котором Стас принёс продукты, очень активно принюхивалась.
— Сейчас, сейчас, моя девочка, — ворковал Стас, доставая из пакета множество маленьких пакетиков с собачьими лакомствами.
— Не многовато ли? — опять засомневался Саня, глядя на растущую на столе горку.
— Гав! — возразила Дуся.
— Смотри не обожрись, — погладил её Саня. — Стас, а нам ты что-нибудь купил? Холодильник девственно пуст.
Стас виновато взглянул на Саню, сложил пустой уже пакет и положил его в карман.
— Сейчас ещё раз схожу, всё куплю, не переживай, — заверил он, присаживаясь перед Дуськой и тиская её.
— Ну уж нет, — вздохнул Саня. — Сам схожу, а вы милуйтесь тут, — строго припечатал он.
— Са-а-аш, я не виноват, честно, оно само… — попытался оправдаться Стас, шлёпнувшись задницей на пол под Дуськиным натиском.
Надо сказать, что Дуся была девушка некрупная, весила всего восемь килограмм, но когда в ней просыпалась любовь к хозяевам (а надо сказать, она и не засыпала, дремала изредка), то справиться с ней было невозможно. Брала она не силой, а напором и скоростью, зализывала насмерть, а потом радостно топталась по залюбленным трупам Стаса и Сани.
Саня только хохотнул, глядя на эту идиллию, и пошёл собираться. Само, как же! Как пить дать, Стаська первым делом понёсся покупать гостинцы Дуське, а потом просто позабыл всё от счастья. Ну ничего, сейчас Саня всё исправит, а то будут они смотреть на жрущую Дуську и слюни глотать всю неделю. Вот сейчас затарится по полной, а потом можно будет собрать своих домочадцев и рвануть в лес. Дуське — свобода и простор, а им возможность подышать свежим воздухом. Ну и потискать уже друг друга без свидетелей — на природе Дуся почти не обращала на них внимания. А вот дома, стоило им хотя бы невинно обняться, лай поднимала такой, что даже звукоизоляция не спасала. Ревнивая зараза!
Хорошо хоть ночью Дуся спала крепко и позволяла хозяевам заниматься всем, чем угодно, лишь бы подальше от её корзины.
Одобрив собственные планы, Саня решительно вошёл в торговый зал, толкая перед собой тележку. Он шёл по рядам, методично заполняя её НУЖНЫМИ товарами, и старательно обходил те места, где что-то могло сбить с пути истинного — например, мимо сладкого. Саня обожал сладости, и Стас постоянно смеялся над ним. Но и сам ведь тайком таскал у него шоколад! В общем, стоили они друг друга, чего уж там, так, может, всё-таки взять одну? Маленькую совсем, чтобы отпраздновать за завтраком Дуськино выздоровление.
Он честно положил в тележку только одну шоколадку, каким образом там оказалось ещё несколько её подружек, две коробки с зефиром, конфеты и печенье — Саня не знал, но выкладывать товар обратно на полки не стал. Что сделано, то сделано, и он с гордым видом пошёл на выход. Уже у самой кассы наткнулся на контейнер с игрушками. Руки сами потянулись перебирать их, проверяя на мягкость. Одна особенно заинтересовала Саню: то ли мышка, то ли дракон — непонятно, но она пищала! «Дуська будет в восторге, — подумал он, усаживая неведомую зверушку поверх горы продуктов. — И Стаську отвлеку от сладкого».
Дома он первым делом вручил презент Евдокии. Та поначалу не проявила особого интереса — ещё бы, когда там целая гора Стаськиных подарков навалена! — но стоило Сане сжать игрушку и пискнуть, Дуся радостно затявкала, выхватила зверя у него из рук и утащила в корзину знакомиться.
— А на мои даже и не смотрит, — ревниво заметил Стас.
— Главное — она сейчас занята, а у нас есть время, — с намёком заметил Саня и потащил Стаса на кухню. — Пойдём-ка поможешь… — И когда Стас предвкушающе и понимающе улыбнулся, ехидно добавил: — Сумки разбирать.
Они немного увлеклись и о продуктах вспомнили, когда на кухню притопала Дуська. Они бы, пожалуй, и не заметили бы её, но Дуся сжимала в зубах свою новую забаву, и та пищала на каждом собачьем шагу.
— Предлагаю быстро со всем этим разобраться и рвануть в лес, — немного разочарованно проговорил Саня и, пользуясь моментом, пока Стаська был не совсем в себе, поспешил незаметно распихать шоколад по полкам.
Дуся, услышав волшебное слово «лес», радостно завиляла хвостом и шлёпнула свой мохнатый зад на пол, всем своим видом подгоняя хозяев.
Естественно, новый Дусин друг поехал с ними.
***
Погода стояла сказочная. В начале недели не переставая шли дожди, а последние дни ударил морозец, сковав грязь и украсив деревья инеем. Снега всё ещё не было, но троицу это не расстраивало. Дуська, сжав игрушку в зубах, унеслась вперёд, а Саня со Стасом не торопясь шли за ней. Иногда Саня прижимал Стаса к стволу потолще, забирался холодными руками ему под куртку и продолжал то, от чего их так бесцеремонно отвлекла Евдокия. Свежий воздух, тишина и никого вокруг — что ещё надо для счастья! — Гав! — уточнила Дуся, прочитав мысли Сани. — Ну куда же без тебя! — согласился он и прижал Стаса к очередному дереву.***
Дома Дуська начала вести себя странно, Стас и Саня с тревогой наблюдали за беспокойно бегающей по квартире собакой. — Слушай, а мы не перегуляли с ней? — испуганно спросил Стас. — Вдруг опять заболела? — Сегодня посмотрим, а завтра, если не успокоится, опять к врачу пойдём, — попытался успокоить его Саня. — А может, сейчас? — Стас продолжал следить за собакой. — Саш, по-моему, она сошла с ума! — воскликнул он, когда Дуська начала интенсивно рыться в своей корзине. — Угу, передоз у неё. Свежего воздуха, — сдерживая смех, чтобы не обижать Стаську, ответил Саня. А ржать было от чего: Дуська рыла не только лапами, но и головой пыталась пробиться к чему-то. Потом падала на бок и кружила по своей лежанке. Поднималась, смотрела на хозяев, словно прося помощи, и всё начиналось по новой. От этих манипуляций шерсть у неё встала дыбом, и видок Дуська имела и впрямь слегка придурковатый. Наконец она успокоилась, осмотрелась и, увидев временно позабытую игрушку, схватила её в зубы и поволокла в корзину, порыкивая на ходу. Тут уж Саня не выдержал и заржал, поняв, в чём, собственно, дело. — Ты чего? — всё-таки обиделся Стас. — Ой, не могу, — давился смехом Саня. — Ща… Сам посмотри, — он развернул Стаса за плечи к корзине с недовольной Дуськой, — она опять мамашкой себя возомнила. Дуся лежала на своём месте, обнимая лапами игрушку и вылизывая её, и строго, даже осуждающе смотрела на Саню. — Гав, — обиженно огрызнулась она и отвернулась. Такое уже случалось, и ветеринар настоятельно рекомендовал стерилизовать Дуську, но Стас был категорически против, стоял насмерть. — Не дам собаку резать! — кричал он, когда Саня пытался его убедить в необходимости операции. — Ей больно будет! Саня не особо и спорил — спокойствие в семье важнее, а то, что у Дуськи время от времени крышу будет сносить — да и чёрт с ней! Правда, последние года два Евдокия успокоилась, и приступов внезапного материнства у неё не случалось, а тут вот, пожалуйте. Видимо, собачья психика после тяжёлой болезни решила, что самое время оставить после себя след на грешной земле (как будто было мало тех следов, что Дуська оставляла после каждой прогулки!), и срочно решила обзавестись потомством. А так как в реальности это было невозможно — никто Дусеньку на поругание всяким кобелям отдавать не собирался, — то наследником была выбрана понравившаяся игрушка. А что! Мягкая, в пасть помещается, ещё и пищит как настоящий щенок! Стас и Саня успокоились было, но рано! Ночь прошла под Дуськино ворчание, громкие шорохи и поскрёбывания. Успокоилась она только под утро. — Наконец-то, — простонал Стаська, прижимаясь к Сане и зевая. — Хоть немного посплю. — Спи, — обнял его Саня, а сам всё прислушивался, не учудит ли Дуська ещё чего. Наутро они проснулись от слюнявых поцелуев. — Дуся, фу! — ворчал Стас, отпихивая псину от себя. Та не особо расстроилась и переключилась на Саню, радостно прыгая по нему и пытаясь пробраться под одеяло. — Ну уж нет, дорогая, — строго сказал он, вставая. — Иди к себе, тебя там… — Он замолчал на полуслове, разглядывая то, что ещё ночью было любимой игрушкой и по совместительству детёнышем этой старой… Саня даже мысленно не стал произносить то, как ему хотелось сейчас назвать Евдокию. По всей спальне был разбросан синтепон, которым, как подозревал Саня, была набита игрушка. Останки самой страдалицы скомканной тряпочкой валялись в корзине, а рядом лежала резиновая пищалка. — М-да… — Саня задумчиво осмотрел устроенный Дуськой беспорядок. — Что там опять такое? — простонал за спиной Стаська. — Сам посмотри. — Саня решил, что лучше всё это один раз увидеть. — Господи! — воскликнул Стас, свесившись с кровати. — Не, не он, а Дуська, — поправил его Саня и заржал. Неприлично бодро для — он взглянул на часы — шести утра. Стас вторил ему, всхлипывая: — Страшная ты женщина, Евдокия! Лучше тебя не злить...
