Рождественский календарь Наруто. И вот опять

— У тебя случится отвал всего, гарантирую! — обещал Наруто, задыхаясь по ту сторону трубки. Не то чтобы Саске находился в томящем ожидании, но подобные слова заставляли чувствовать себя неуютно, и столбики-цифры не желали складываться в едином подытоге. — Давай лучше ты оставишь всё, как есть, — не отрываясь от монитора, отозвался Саске, зная, что вряд ли его просьбам внемлют. И оказался прав — Наруто еще долго возбужденно рассказывал, насколько знаменательным будет возвращение домой и насколько яркой будет реакция. В том, что на пороге ждет нечто «неожиданное», Саске уже не сомневался, предпочитая обойтись без сюрпризов и узнать о чем-то вроде протекающего бойлера или раскуреженной новым диваном стены сейчас, нежели постфактум. Поэтому остаток рабочего-выходного дня Саске провел разрываясь между желанием быстрее сорваться домой и вовсе там никогда не появляться. Наруто юлил и только распалял интерес, раздражая еще больше. И, уже на подходе, Саске с замиранием сердца и ожиданием чего-то (плохого или хорошего — еще не определился) задирал голову вверх, дабы убедиться — свет в комнате горит, а стекла целы. Восседая на груде подушек и уставившись в ноутбук, Наруто бездумно махнул рукой, то ли приветствуя, то ли приглашая. По крайней мере дома еще оставались крыша и стены, а значит «шалости», о которых думалось по дороге, были не столь уж и масштабные. Так думал Саске, присаживаясь на край дивана и оглядывая всё тот же матрас да подушки. Все было на месте. И даже Наруто привычно кликал мышкой. Быть может, и не случится никакого «отвала»? — Смотри! Наруто щелкнул по папке, названной многозначительно «архив», и видеоплеер воспроизвел прыгающую блеклую картинку, где пухлощекий мальчишка, в коротких белых шортах, пытался забраться на стул и рассказать о морозе, что сковал все реки и озера. Смеялись фоном малочисленные гости, умиляясь проглатываемой «р», смущая маленького Саске и заставляя повторять одну и ту же строчку. Снимал отец на первую кассетную видеокамеру, и Саске казалось, что та давно утеряна, покоится под грудами бумаг или в помойке. Но Наруто смотрел на лицо партнера и улыбался, желая ощутить все то же, что ощущал сейчас Учиха. Кончики ушей становились алыми, но на лице не дернулось и мышцы. И даже вышедший в центр Итачи, на полторы головы выше, смотрелся вытянутым и несуразным со своим каре и ровной челкой. — Как ты «р» научился выговаривать? — с язвой поинтересовался Наруто. Но Саске не желал отвечать. Если бы он мог, то выключил бы эту запись, настаивал бы на лоботомии, но эти позабытые когда-то кадры действительно были перед ним и вызывали позабытое чувство ощущения чуда наступающего года. Наруто был прав. Это действительно «отвал всего».