Необычная вечность

Отцы и дети не должны дожидаться просьбы друг от друга, а должны предупредительно давать потребное друг другу, причем первенство принадлежит отцу. Диоген — Она в больнице, — выговорила девушка сквозь слёзы, — приезжай, пожалуйста, скорее, пожалуйста, — я услышала её плач и гудки в трубке.       Весь мир ушёл из-под ног. Я целую минуту, после отбоя подруги, стояла и соображала. Новообращённый, девушка, которую увезли на скорой, запах Эшли, звонок Мегги. Всё сошлось. Девушка, которая отвлекла вампира — Эшли. Oh, diosa! * — Лейли, всё нормально? — спросила Багира, положив руку на моё плечо. — Что? — Что-то случилось? — переспросила она. — Моя подруга попала в больницу, — ответила я. — Как она? — поинтересовались присутствующие. Наверняка, Эшли напугана до смерти. И, наверняка с ребёнком не всё в порядке. Это всё слишком далеко заходит. — Я не знаю, мне нечего не сказали. Подруга просто просила приехать. — Конечно, езжай, если надо, — кивнула Багира, — если что-то станет известно, мы тебе сообщим. — Спасибо, — поблагодарила я, — а вы установили личность той свидетельницы, которую увезли на скорой? — с надеждой спросила я. Несмотря на то, что все доказательства на лицо, я до последнего надеялась, что Эшли никак не связана с новообращённым вампиром, который свободно разгуливает по городу. — Ещё нет, — покачала головой Багира, — мы работаем над этим. — Это Эшли Блоссом, — ответила я, глотая ком в горле, — девушку, которая отвлекла убийцу, зовут Эшли Блоссом. Это та самая моя подруга, которая сейчас находиться в больнице.       Некоторое время была такая тишина, что был слышен ветер. Наконец, нарушая тишину, наставница сказала: — Тем более поезжай. — Если я, вдруг что-то узнаю, то сразу же сообщу, — пообещала я и быстрым шагом направилась к машине.       Сев в автомобиль, я вдавила педаль газа в пол и помчалась в больницу. В единственную больницу, которая была в нашем маленьком, богом забытом, городке.       Что же это такое? Не смогла уберечь подругу от вампира. Она только-только начала приходить в себя и тут на тебе! Только вот, что она делала на другом конце города? Насколько мне известно, у неё здесь никого нет. А, если это…тот самый мужчина из автосервиса, которому она сообщала про свою беременность и просила совета? Я схватила телефон с переднего сидения и набрала в участок, нашему компьютерному гению. Пошли гудки и, наконец-то, спустя десять секунд, мужской голос, произнёс; — Привет, Ляля. — Привет, Ноа, как ты? — Лучше всех! — промурлыкал он, — чем могу быть полезен? — Дело в том, что Багира вызвала меня на убийство, — начала я. — Да, я слышал. Я как раз ищу информацию о погибшей, — сообщил он, — тебе нужно это? — Чуть позже, — попросила я, — можешь узнать, что связывает Эшли Блоссом с местом преступления? Может у неё там какие-то знакомые есть? Или она с кем-то должна была встретиться? — Что там могла делать дочка Грэга Блоссома? — спросил он. — Это я у тебя спрашиваю, — вздохнула я. — Минуту, — сказала он, и я услышала, как его пальцы быстро застучали по клавиатуре, потом три клацанья мышкой, звук движения колёсика и протяжное, — Тааак. Значит, слушай. Её напрямую нечего не связывает, пока что. — Что это значит? — в нетерпении спросила я, припарковавшись на стоянке возле входа в больницу. Незамедлительно выйдя из автомобиля, я включила сигнализацию и поспешила в здание больницы. По пути я увидела машину патрульных. — Её двоюродный старший брат Чарли Хиллс, владелец автосервисов, купил квартиру, ровно неделю назад, но не в этом районе. Недалеко от места преступления, живёт нотариус семьи Хиллс, который должен был оформить дарственную на имя мисс Блоссом. — Он что, принимает только на дому? — заинтересовалась я, поднимаясь по ступенькам вверх. — Этого я не знаю, — ответил он. — Ладно, спасибо. — Всегда, пожалуйста, принцесса. — С меня причитается, — сказав это, я отключилась и сунула телефон в передний карман.       В регистратуре, у миниотюрной кареглазой блондинки в костюме медсестры, мне удалось выяснить, в какой палате лежит Эшли. Поблагодарив девушку, я поспешила на второй этаж и, довольно, быстро нашла палату номер 15. Перед палатой сидели всё наши: Джессика, успокаивающая Меган, которая из-за всех сил сдерживала слёзы, подступающие к горлу. Там также были Джаспер и Сэм. Увидев меня, слёзы Мег на время прекратились, но потом потекли с новой силой. А также с обоих сторон двери, стояли два крепко сложенных мужчины, в форме. Видимо это и была охрана, отправленная Багирой вслед за машиной скорой помощи. — Что говорят врачи? — спросила я, нерешительно сделав шаг вперёд. — Они молчат, — ответил Сэм. — Зачем здесь полицейские? — спросила Джессика, посмотрев на меня, — Ляля, что происходит?       Каково же было моё удивление, когда я увидела выходящую из палаты врача и узнала в ней маму Келен. — Здравствуйте, — поздоровалась я. — Здравствуй, Лейли, — кивнула она, запустив руки в карманы. — Как Эшли? — поинтересовалась я, посмотрев в её глаза. — Состояние стабильное, — ответила она, собираясь уйти. — Подождите, — остановила я её, — извините, а можно чуточку по подробнее, пожалуйста? — попросила я. — Как бы сильно я не хотела говорить, — вздохнула она, — не положено.       Она повернулась на каблуках и уже собиралась уходить, как мой мозг, лихорадочно сообразив, подкинул мне идею. Я достала из заднего кармана удостоверение следователя, открыла его и сказала: — Я спрашиваю это не только в качестве подруги пострадавшей, но и как следователь, которая ведёт её дело.       Ребята настороженно переглянулись между собой, а потом посмотрели на меня. Я же, в свою очередь, боялась даже вздохнуть. Стояла с прямой спиной и ждала, что скажет миссис Кинг. — У вашей подруги случился выкидыш, — опустив глаза на пол, тихо ответила она, — нам с большим трудом удалось сохранить ей жизнь, — я кивнула ей в знак благодарности и она ушла. — Эшли была беременна? — спросила Джессика. — Да, — ответила Мег, — она просила никому не рассказывать. Она только пришла в себя и тут.       Спустя ровно две минуты, после того, как миссис Кинг ушла по делам, я услышала приближающиеся, тяжёлые мужские шаги, сердцебиение и почувствовала знакомый запах. Повернувшись, узнала гостя. Молодой человек высокого роста, крепкого телосложения, с густыми короткими волнистыми волосами рыжего цвета, мелкие недоверчивые карие глаза оглядывали всех присутствующих. Широкое круглое лицо, которого украшал маленький нос, и маленькие губы. — Меган, — произнёс он. — Чарли! — воскликнула она, вскочив с места, но не сдала шагов к нему навстречу. — Как она? — спросил он, посмотрев на спящую сестру через окно в двери. — Она потеряла ребёнка и, вообще, врач сказала, что им еле удалось сохранить ей жизнь, — ответила Мег. — Мистер Хиллс, — произнесла я, от чего он моментально повернулся. — Вы? — он поднял вверх левую бровь, внимательно меня разглядывая. — Следователь Блэк, — представилась я, снова, в который раз за сегодня, открыв удостоверение, — мы можем поговорить? Без протокола, разумеется? — Ляля, сначала объясни нам, что происходит? — попросила Мег, взяв меня за руку, — и зачем здесь полицейские?       Мне пришлось всё рассказать, но ясное дело без упоминания имён и каких-либо деталей хода следствия. Ребята, слушали, меня не перебивая. И с каждым разом удивлялись всё больше и больше. — И какие у Вас ко мне вопросы? — На ты, если Вы не против, — попросила я. — Совсем нет, — покачал он головой, — спрашивай. — Почему ты сам её не забрал из школы к вашему нотариусу? — И об этом уже узнали? — грустно улыбнувшись, отметил он. — О каком нотариусе речь? — поинтересовалась Мег, — Чарли? — Я специально для Эшли купил квартиру и сегодня мы должны были ехать оформить всё, — ответил он. — Ответишь на мой вопрос? — переминаясь с ноги на ногу, осведомилась я, подняв бровь вверх. — Я собирался, — вздохнул он, — но меня вызвали в сервис. Там ЧП случилось. Я просил её подождать меня, но она сказала, что у неё есть ещё дела, мол, сделает и придёт прямо к нотариусу. — Ты не знаешь, что за дела? — К сожалению, — ответил он, тяжело вздохнул он, скрестив руки на груди. — Это печально, — сказала я, вздохнув. Подходя к окну, чтобы выглянуть на улицу, я заметила, что лицо Меган изменилось. Она опустила глаза в пол и начала выворачивать пальцы, будто чувствуя вину или собираясь с мыслями. Такое чувство, что она хочет сказать что-то чего не может. — Есть проблема посерьёзнее, — напомнила Джессика. — Да, — кивнула Меган, опустив пальцы рук и повернувшись к Джессике, — и эта проблема заключается в том, как сказать Эшли, что у неё больше нет ребёнка. — У меня есть одна идея, дети мои, — сообщила я, повернувшись к ним лицом. — Какая идея? — спросили ребята хором, посмотрев на меня. — Раз гору не пускают к Магомеду, — вздохнула я, снова достав телефон из кармана, — значит, Магомеду придётся отпрашивать гору. — Кому ты собираешься звонить? — поинтересовался Сэм, пока я лазила в телефоне в поисках нужного контактного номера. — Я собираюсь звонить дяде, — заявила я, поставив смартфон к уху.       Я до последнего надеялась, что мне не придётся этого делать, но, видимо, судьба распорядилась иначе. Была уверена, что он не откажет мне в моей просьбе, но одновременно с этим, не хотелось его в очередной раз беспокоить, всё ещё, спустя столько лет, чувствуя свою вину перед ним за маму. Но пересилив себя, я всё же набрала его, ведь на кону было состояние подруги. Он был нужен ей. Слушая гудок за гудком, я надеялась, что дядя возьмёт трубку. И вот, раздалось спасательное: — Да, Лейли? — Дядя, здравствуйте ещё раз. — Привет, как ты? — Я в порядке, спасибо. У меня к Вам будет просьба, — сказала я, надеясь на то, что он даст добро, а девочки не упадут в обморок от услышанного. — Я слушаю. — Дело в том, что я в больнице. И моя просьба несколько необычна. Возможно ли, — я сделала паузу, переведя дыхание, — привести сюда Ника Камертона? Под мою ответственность, разумеется. — Ты понимаешь, о чём просишь? — спросил он. — Понимаю дядя, — кивнула я, переведя взгляд на, сидящих на стульях, ребят, — если что-то пойдёт не так, отвечать всё равно буду я. Тем более мы с Вами понимаем, — последнюю фразу я сказала максимально тихо, чтобы меня слышал только дядя, — что Ник никакой не преступник. И никакой кражи он не совершал. — Ни много на себя берёшь, дочка? — Мама бы поступила так же, будь она на моём месте, — сказала я. — Я сильно недоволен твоим планом. Однако… Хорошо, — подумав согласился он, — я распоряжусь, ждите. — Спасибо, — облегчённо вздохнула я, — а Вы сейчас в участке? — Да. — Я заеду к Вам позже, поговорить насчёт сегодняшнего убийства, — сообщила я. — Уже есть догадки насчёт убийцы? — Ну, да, — ответила я, почесав затылок, — что-то вроде того. — Хорошо, я буду ждать. — До встречи и спасибо ещё раз, — поблагодарив дядю ещё раз, я сунула телефон в карман и, повернулась к ребятам. — Что ты…? — хотела было спросить Меган. — Скоро привезут Ника, — сообщила я, — я только что говорила с дядей. Он сказал, что распорядиться. — Серьёзно? — спросила Джессика, — его, правда, привезут? — Ну, — протянула я, — под мою ответственность. Но все мы знаем, что он хороший мальчик и всё будет нормально. — Даже не знаю, как тебя благодарить, — сказала Мегги, обняв меня. — Ваших счастливых улыбок мне будет достаточно, зайка, — сказала я, стирая слёзы подруги, — ну, а новоселье, думаю будет лучше оставить до лучших времён, — предположила и ребята согласились. Сначала нужно разобраться с проблемой, и как можно скорее. Не могу я подвергать такой опасности ребят, они люди и этого не заслужили.       Мы сели ждать того момента, когда привезут Ника. Столько времени его не видела. Он, наверное, сильно изменился за те полтора месяца, что мы не виделись? Ребята сидели у палаты Эшли, а я подошла к окну и снова, через него взглянула во двор, будто намеренно кого-то искала. Уже начало темнеть.       Забыв слова стыд и стеснение, я села на подоконник и, прислонив голову к холодному стеклу, всё ещё продолжала смотреть в больничный двор, то закрывая, то открывая глаза. И вот в очередной раз, закрыв глаза, я увидела Дэвида Кинга, я тут же открыла глаза, спрыгнула с подоконника и уже хотела отойти от окна окончательно, как сердце снова забилось, и я почувствовала знакомый мужской запах. Он принадлежал Дэвиду Кингу. Я в одну секунду повернулась и прильнула к окну и там, среди деревьев, облокотившись на ствол, стоял, самодовольно ухмыляющийся Дэвид Кинг.       Не в силах выдержать его пристальный взгляд, я опустила глаза, а, когда подняла их, Дэвида Кинга уже не было. Я тяжело вздохнула, и приложилась лбом к холодному стеклу. Что ты хочешь? Как мне тебя понять, герой? Ты меня простил или всё ещё обижен? Я не знаю, каким образом мне вести себя рядом с тобой?       Ровно 10 минут назад проснулась Эшли, но никто из нас так и не смог зайти внутрь. Она сидела в кровати, накрывшись одеялом, и, сложив руки на животе, глядела перед собой. Смотрела и не моргала, еле сдерживая слёзы. Плечи её тряслись, и руки она заламывала точно так же, как Меган. А я смотрела в окно и надеялась, что они скоро подъедут.       Спустя некоторое время моих размышлений, таки произошло то, чего я ждала. Звук подъезжающей машины, а чуть позже показался сам автомобиль. Как ни странно, но он был не полицейский, а самый обычный. Сначала вышел водитель: мужчина высокого роста, крепкого телосложения, с короткими курчавыми волосами русого цвета, мелкие добрые глаза с равнодушным взглядом. Широкое квадратное лицо украшало прямой нос, и маленькие губы. Открылась передняя пассажирская дверь, и вышел Ник: молодой человек высокого роста, стройный, с густыми короткими волнистыми волосами каштанового цвета, узкие добрые глаза с удивлённым взглядом. Узкое квадратное лицо украшает курносый нос, и толстые губы.       А через некоторое время, я услышала, звук поднимающихся по лестнице мужских шагов. Очевидно сопровождающий Ника, которого приставил к нему дядя, быстрым и внятным голосом, выяснил, где находиться палата подруги, после чего шаги стали к нам приближаться, а чуть позже, прозвучал его охрипший голос: — Ребят, привет.       Я услышала, что все спокойно выдохнули и вымученно улыбнулись ему. Мы в общих чертах рассказали ему, что произошло. Он увидел, лежащую на кровати, Эшли, которая была подключена к капельнице. Сделав глубокий вздох, он открыл дверь и вошёл в палату. Мы остались ждать в коридоре.       Пение птиц, раздавшееся из моего кармана, оповестило меня о том, что пришло сообщение. Я надеялась, что это не Райан и мои надежды оправдались, Это была Багира, она оповестила меня, что на месте преступления был отец Эшли и поручила выяснить, что он там делал. Вернув смартфон обратно в карман, я подошла к ребятам. Я всё думала, как они отреагируют на то, что мне приходиться вот так вот их бросить и уехать. — Что-то случилось? — спросила Джессика. — Да, — кивнула я, — ребят, мне нужно уехать, допросить…кое-кого. — Езжай раз надо, — вздохнула Мегги, — и…спасибо тебе. — Не стоит, — выдавив из себя улыбку, проговорила я, — если я буду нужна звоните мне.       Попрощавшись с ребятами, я вышла на улицу и направилась к машине. Постояв немного около автомобиля, я вдохнула свежий воздух полной грудью, чтобы привести мысли в порядок, после чего уехала со стоянки больницы прямиком к дому Эшли.       Сколько я знаю Эшли, её вечно сопровождает напряжение, что отцу опять что-нибудь придётся не по вкусу, что, безусловно, действует на неё, как упавшая на голову наковальня. Неожиданное горе из-за того, что не в состоянии подействовать на судьбу любимого человека и обида на отца за то, что Грэг подкупил всех кого надо, чтобы Ника посадили за подставу, которую организовал сам мистер Блоссом. Обида на мачеху, которая тоже, по сути, любит её, но из-за боязни и любви к мужу не может ему и слова сказать. Испугалась потому, что больше никогда может и не увидеть Ника. Даже, если он и выйдет из тюрьмы, Грэг сделает всё возможное, чтобы Ник не увидел и даже не смог подойти к его дочери. Испугалась за двоюродного брата, который то и дело пытается что-то сделать, чтобы помешать Грэгу. Он даже хотел, чтобы Эшли переехала жить к нему и его семье, но она предпочла остаться здесь, ведь, как она сказала, «у меня здесь друзья, семья, любимый человек и вся жизнь». И наконец, событие этого дня, то бишь нападение вампира, сделали своё дело и она потеряла ребёнка. Хорошо, что миссис Кинг удалось сохранить ей жизнь.       Если её отец так печётся о том, чтобы его дочь и Ник Камертон не могли встретиться, то почему бы ему просто не приказать запереть Ника в другом КПЗ, находящейся вообще в другом штате или в другом городе? Насколько мне известно, у него большое влияние в высшем свете и так много денег. Я продолжаю всё больше и больше не понимать Грэга Блоссома. Кроме того, за всё время, что мы находились в больнице, он не то, что не пришёл, даже не позвонил поинтересоваться, как там его дочь. Жива она или, прости Богиня, мертва? Ну, ясно, почему не может прийти его жена Кайла и домработница Алла. Первая-его боится, а вторая-не может потерять работу, ибо надо кормить маленького внука. А, что у него в голове-для меня загадка.       Стоп! Точно! Кого Эшли любит больше всех на свете? Конечно это Ник. Возможно ли, что то самое дело, которое было у подруги это Ник. Вполне возможно, что она ездила к друзьям Ника, чтобы что-то разузнать о том самом дне, который и стал раковым для её любимого. Она наконец решила, что пора взять всё в свои руки. Ещё одной загадкой в моей жизни стало меньше.       Итак, что мы имеем? Вампир, убивший Сиеру и напавший на Эшли один и тот же. Он однозначно новообращённый. Волне возможно, что с ним как-то связан тот белый, который пытался меня убить…дважды и та девушка со «смутно знакомым» запахом. О, а он же охотник. Раз столько лет не терял надежды меня убить и выслеживал меня. А та девушка со «смутно знакомым» запахом его приёмная сестра. Точно это они были на горе семь лет назад, вместе со своей матерью.        Тогда я была права в том, что он и его сестра охотятся на людей, в нашем городе? Тогда кто этот новообращённый и если бы это было так, то было бы много заявлений о пропаже, так как взрослый новообращённый, достаточно умён, чтобы спрятать «пустое» тело, так что их просто должны были объявить в розыск. У нас, как и во многих странах Европы создана система молниеносного оповещения о пропавших детях. При поступлении информации о пропаже ребенка в течение 30 минут приводятся в полную готовность соответствующие службы, поэтому какая-то информация всё же должна быть. Он появился, когда прошло соревнование в школе Алтипра, то есть во вторник вечером. Снова схватила телефон и набрала Ноа. — Слушаю тебя, Лейли. — Можно ещё кое о чём тебя попрошу? — Да, конечно. — Проверь, пожалуйста, список пропавших со среды по сегодняшний день, — попросила я. — У тебя есть какие-то догадки? — донёсся прерывистый и тихий голос Багиры. — Да, — ответила я. — А ты сейчас где? — На пути к дому Блоссомов, — сообщила я. — Хорошо, — ответила она, — будь осторожна. — Поняла. — Так, — протянул Ноа, — какие-либо фильтры к поиску? — Фильтры? — подумала я, — прости. — Ты хоть представляешь себе, сколько это пропавших? А нет, тебе повезло их всего одиннадцать. — Из них кого-нибудь нашли. Возможно живыми или…может быть…мёртвыми? — спросила я, надеясь, что они живы. — Из одиннадцати было найдено всего лишь пять тел, — ответил Ноа, — кстати, погибшая Сиера Питерсон, была той самой одиннадцатой пропавшей и пятой из тех, кого нашли. — Когда её объявили в розыск? — спросила я, припарковав машину чуть дальше от дома Блоссомов. — Сегодня в 12 часов дня, — ответил он, — её мама пришла в участок и написала заявление о пропаже дочери. — Ты думаешь, они…связаны между собой? — спросила Багира, — думаешь это серия? — Возможно, — ответила я. — Как, например? Они жили в разных районах, вообще никак не были связаны, — перечисляла Багира, — даже не были знакомы. Разве, что только по способу убийства, — осенило наставницу, — я поговорю с Мирандой. До встречи, — сказав это она, хлопнула дверью кабинета. — Ладно, спасибо, Ноа, — поблагодарив я, отключила телефон и, сунув в карман, вышла из машины.       Но далеко уходить не пришлось, так как я стала свидетельницей разговора между мужем и женой. — Вот что ты там делал? — это определённо был звонкий и мелодичный голос Кайлы, — почему ты поехал за моей дочерью? Почему? — сорвавшись на крик, спросила она, — а скорую помощь ей вызвали какие-то посторонние люди на улице? Ну, что ты молчишь? — Не надо так кричать, — пытаясь её успокоить, сказал Грэг, — меня к тому времени уже не было там, я уже уехал. Я ездил к своему нотариусу, менять завещание.       У него дома две беременные женщины. А он мало того, что нервирует жену, так ещё и был на месте преступления и, судя по разговору не вызвал скорую, потому что уже уехал.       Однако, каким бы плохим отцом он не был, сейчас он говорит правду. Его сердце стучит спокойно, и тембр голоса нетороплив. — А почему сейчас ты сидишь, дома и, мало того, что сам не хочешь ехать в больницу, так ещё и мне с Аллой ехать запрещаешь. У меня, что, вообще, никаких прав в этом доме ни на что нет? — Есть. — А чего тогда? — Я ей сказал уже, если она ещё раз пойдёт встречаться к этому щенку, я откажусь от неё. Было дело? Было. Она меня не послушала. — Да, что ты за человек такой? — до моих ушей дошёл сорвавшийся голос женщины, — что ты привязался к ней? Что она тебе сделала? Она такая же твоя дочь, как и тот ребёнок, которого я ношу под сердцем. — Это разное, — сказал он, я услышала звук воды, наполняющей стакан. — Это одно и тоже, — плачущий голос мачехи Эшли я слышала отчётливо. Позже в комнате появилось ещё одно сердцебиение. Это Алла, принесла попить Кайле, чтобы она немного успокоилась. Но женщина проигнорировала воду и продолжила, — да, что я тут распинаюсь перед тобой, ты всё равно не понимаешь нечего. Ты дурак. Как я могла выйти, за тебя? — Ты не вышла, — напомнил он, — тебя выдали. Забыла? У тебя не было выбора. — Нет, не забыла. Ты постоянно мне это напоминаешь. Но проблема в том, что со временем я тебя полюбила, только вот не понимаю за что? Ты слишком алчный и жестокий человек. Ты не любишь свою дочь, а, значит, оскверняешь память своей погибшей жены. А это значит, что ты…., — Кайла не договорила, потому что он ударил её. До меня отчётливо донёсся звук пощёчины. А потом, видимо, осознав, что натворил, начал извиняться перед женой. — Правильно говорит Эшли, я здесь точно погибну, — сказала она, плачущим голосом, — Алла, собери, пожалуйста, мои вещи. Когда я вернусь, сразу же уеду. — Куда ты собралась? — Поеду обратно домой, к отцу. Подам на развод и ребёнка ты не увидишь, — пообещала она, пригрозив ему пальцем. — Я не собираюсь с тобой разводиться, — сказала он. — Тогда встретимся в суде, — бросив напоследок, она подошла к двери совсем близко, но не открыла её. — Что мне сделать, чтобы ты осталась и не разводилась со мной? — Попросить прощения у своей дочери и Ника, а также забрать это чёртово заявление. Он нечего не крал. Я прекрасно знаю, что это всё ты подстроил. — Ни за что. — За что ты так не любишь свою дочь, скажи мне? За то, что рожая её, твоя первая жена умерла? За это? — перед моими глазами сразу же возникла единственная фотография мамы в юности, которую она позволила сделать, а также тот разговор, в котором дядя мне сказал, что она умерла после моего рождения, — ты прав это бессмысленно и бесполезно. — С чего вдруг ты меняешься? — Ты когда-нибудь интересовался у неё, что она чувствует? Ты когда-нибудь слушал, что она тебе говорила? Ты никогда не следишь за тем, что говоришь дочери, даже не извиняешь потом за это. Ты всё время ею командуешь, тебе постоянно что-то не нравиться в Эшли. Никогда не хвалишь, не показываешь, что любишь её. А вопрос любишь ли вообще? Ты постоянно ей диктуешь какие-то свои правила и не даешь вздохнуть ей спокойно. — Потому что я хочу ей нормального будущего, а с этим Камертоном, ей нечего не светит. Это поколение целиком и полностью испорчено до мозга костей. — Испорчено? А ты знаешь, что твоя дочь благодаря своей испорченности, как ты говоришь, выиграла конкурс, в прошлом месяце? Нет, не знаешь. Откуда тебе это знать? — Она мне этого не говорила, — пытался он оправдаться. — Говорила, но ты, как всегда её не услышал или не захотел услышать. В общем, я развожусь, отсужу у тебя Эшли, ведь я имею на неё такие же законные права, как и ты. Или ты извиняешь перед дочерью и Ником и забираешь заявление. — Хорошо-хорошо, — подумав, сдался он, — хорошо. — Что хорошо? — Извинюсь и….заберу заявление — Неужели, потеря бизнеса и влияния в высшем обществе для тебя дороже семьи? — Что? — Я ведь знаю, что ты заключил с моим отцом договор. Если мы разведёмся, то ты потеряешь абсолютно всё. — Откуда ты….? — Я слышала ваш разговор с моим отцом перед нашей свадьбой. Сейчас мы идём в полицию, забирать заявление, а после вместе с Ником в больницу к Эшли, — почему она раньше ему не высказала претензии? Страх перед мужем выше, чем жизнь дочери? Неужели Эшли обязательно нужно было оказаться на волосок от гибели, чтобы мачеха включила внутреннего героя? Просто кошмар!       Она открыла дверь, а я за вторую долю секунды ретировалась, чтобы меня не поймали, всё равно то, что мне нужно я услышала. Уехала я оттуда, только тогда, когда выехала их машина и помчалась прямиком в участок к дяде. Когда я приехала, их машины не было. Я вышла из вольво и поспешила к дяде. Но остановилась у кабинета, услышав голос Багиры, но постучалась. После дядиного: — Войдите, — я зашла, — Лейли, садись, — я присела на стул, рядом с Ноа. — Ты узнала? — спросила Багира. — Да, — кивнула я, — он ездил туда к своему нотариусу, чтобы изменить завещание. И, кстати, уехал с места убийства задолго до нападения на дочь. — Ясно, — вздохнула наставница, — спешу тебя огорчить. — Что такое? — поинтересовалась я, выровняв и без того ровную спину. — У нас серия, — сообщила она, — все найденные трупы убиты одинаково. В них нет крови и сломаны рёбра. Только не так, как у последней жертвы, — ну, ясное дело, тут вампира прервала Эшли, а в тех случаях, некому было прерывать вампира. — Это очень печально, — опустив глаза, еле слышно произнесла я. — Ладно, отрабатывайте версию с неизвестным, которого описывала свидетельница. — Что? Есть фоторобот? — Примерный, — кивнул Ноа, — но всё же кое-что. — Пока ты ездила допрашивать Грэга, лейтенант сообщил, что твоя подруга пришла в себя. Он нарисовал нападавшего со слов мисс Блоссом и отправил мне, — пояснила Багира. — Можно взглянуть? — Конечно, — Ноэ протянул мне картинку. Мужчина с фоторобота, показался мне знакомым: широкое квадратное лицо, вздёрнутый нос, маленькие губы и, смотрящие на меня, узкие злые глаза с недоверчивым взглядом. И я его вспомнила, но при ребятах сказать этого не могла, поэтому пришлось соврать. Дядя удивлённо взглянул на меня, ибо почувствовал, что я только что солгала, однако промолчал. — Знаешь, кто это? — спросила Багира. — К сожалению, нет. — Разрешите идти работать? — встав, спросила Багира, а за ней остальные и я. — Идите. — Есть! —ребята двинулись ко входу, однако я осталась сидеть на месте. — Ты не идёшь? — поинтересовалась Багира. — Я скоро подойду Багира, — кивнула я.       Только, когда все ушли и, дверь закрылась, я могла говорить с дядей откровенно, не боясь чужих ушей. Потому как присутствие людей за дверью мы бы непременно почувствовали оба. — Какие у тебя есть догадки? — спросил он, глядя мне в глаза.       Я рассказала ему всё о чём мне удалось узнать и к каким выводам я пришла в ходе расследования. — Дядя, я ведь вспомнила кто этот человек с фоторобота. я — Поэтому солгала? — осведомился он. — Да, — кивнула, виновато опустив глаза, — простите, но при всём уважении к ребятам, им этого знать не нужно. — Не нужно делать виноватый вид, — улыбнулся дядя, — я всё понимаю. Расскаывай, дочка. — Он числился в пропавших без вести ровно год назад. Его зовут Ричард Леви. Только я не уверена, что он всё ещё человек. — Да, с учётом того, что ты рассказала, — сказала дядя, — это точно он. И он охотился, чтобы насытиться. — Он себя не контролирует, надо его скорее найти, пока он ещё кого-нибудь ради крови не убил, — я тяжело вздохнула и встала, чтобы уйти, но дядя снова заговорил со мной с неожиданно, нежно улыбкой на устах. — Лейли? — Да, дядя. — Скажи-ка, ты как-то причастна к тому, что Грэг забрал заявление на Камертона? — Я нет, — сообщила я, улыбаясь самым краешком губ, — его жена причастна. — Ясно. Что ты собираешься делать? — Буду его искать, — честно призналась я. — Одна ты никуда не пойдёшь. Через три часа будет совет с семьёй Кинг на нейтральной территории. Приходи и ты. Обсудим всё. — Хорошо, дядя. Кстати, со всем этим, я отменила эту вечеринку в воскресенье. Ребятам из школы сейчас не до этого, ведь Эшли в больнице. Что думаете? — Думаю, что ты правильно поступила, что не отменила встречу в субботу — согласился дядя, — ведь мы всё же должны собраться. Хочется посмотреть, что этот Райан за фрукт. — Я могу идти? — Да, — кивнул он, встав из-за стола, — только не опаздывай, дорогая. — Есть!