Защитник.

****** Когда дверь в цветочный магазин открывается и колокольчик сообщает о новых клиентах, продавец, который только что принял новый товар и раскладывал по высоким, большим вазам, отвлекся и обратил внимание на красивого омегу с грустными глазами и маленького альфу, который крутился вокруг, нюхая цветочки. - День рождение, юбилей или свадьба? - приветливо улыбаясь, спрашивает продавец. - Мы с папой идем на кладбище, там мой отец спит! - громко, на весь магазин кричит малыш. - Простите. - виновато опускает глаза продавец. - Не стоит извинятся. - тихо говорит Дэхен и пытается успокоить ребенка, который чуть не роняет вазу с белыми розами. - Минсока, не мешай дяде работать! - и схватив сына за руку, заставляет успокоиться и не бегать по магазинчику. - Какие цветы вам упаковать? - мнется продавец. - Мой отец любит кактусы! - так же громко, как и в первый раз, кричит Минсок. - Кактус? - смотря на омегу, спрашивает продавец. - Да, пожалуйста. - кивает Дэхен. Они расплачиваются и покидают магазинчик, идут на остановку и ждут нужный автобус, который отвезет их к любимому мужу и отцу. С того момента как Дэхен узнал о смерти Чонопа прошло семь лет. Спустя месяц, Дэхен узнал что носит его ребенка. В тот момент он ушел в себя, потерялся, он отказался от свадьбы, послал всех к чертям и закрылся. Но Минсок вернул его к жизни и стал смыслом для того чтобы все еще существовать на этой проклятой планете. Они приехали на такое родное и уже хорошо знакомое место, где даже Минсок уже ориентируется. Он бежит мимо могил играя с ветерком, а Дэхен смотрит на надгробия и на каждом по две даты - родился и умер, а между ними только маленькое тире. Как-будто эта маленькая черточка все что заслужил умерший, все чего добился за тот отрезок времени что жил на этой грешной земле. Это разве справедливость? Но Дэхен ничего не говорит, ни с кем не говорит, потому что его теперь никто не слушает и не поддерживает. - Отец! - кричит Минсок, вырывая омегу из размышлений. - Я нашел отца, папа смотри, вот он здесь! - радуясь, показывает на могилу на которой маленькое фото Чонопа. Минсок хорошо знает отца, Дэхен постоянно говорит о нем, чтобы сын никогда не забывал. Маленький альфа гордится отцом, хоть никогда не видел его, он восхищается по рассказам папы и дяди Химчана, который их частенько навещает. - Здравствуй любимый. - посылает воздушный поцелуй и садится на землю, ставя кактус, напротив фотографии. - Привет отец, я скучал по тебе! - улыбается Минсок и также как папа посылает воздушный поцелуй. - Завтра наш Мини, пойдет в первый класс. - говорит Дэхен, - Знаешь, он растет таким хорошим мальчиком, очень похож на тебя. Я ему говорю что ты следишь за ним с небес, поэтому он старается не хулиганить, но все равно такой непоседа. - грустно улыбается омега. - Я самый сильный! - шепчет, приблизившись к фото, так чтобы только отец услышал, секретничая с Чонопом. Дэхен смотрит и не может сдержать слез. Он никогда не сможет свыкнуться с мыслью, что его больше нет, что он лежит там, в двухметровой яме и больше никогда не встанет, не проснется и что у них больше никогда не будет свидания. Дэхен держится только благодаря маленькой копии отца, которая каждый день заставляет вставать и проживать еще один день. - У Химчана и Дина, скоро пополнение, узи показывает что будет альфа, но пока не точно. Ты же помнишь, я рассказывал, что первым у них должен был быть альфа, но потом оказалось что родился маленький омега. Кстати, это пока секрет, но думаю наш Мини положил на него глаз. - и смеется, когда Минсок краснеет и бьет папу кулачком. - Ничего я не положил на Сонджина, он сам виноват! - Почему? - А чего он такой красивый и вкусно пахнет, когда я его вижу хочу скушать! - оправдывается альфа. - Нет, ну ты его слышал? Весь в тебя пошел. - улыбаясь, констатирует Дэхен. Они еще около часа разговаривают с Чонопом, а потом собираются уходить. - Пока отец, я еще приду, всегда буду приходить. Я люблю тебя! - говорит Минсок и бежит к выходу. Дэхен задерживается, подолгу смотрит на фотографию, стирает слезу и развернувшись уходит. - Я люблю тебя. Я скучаю. - шепчет. Когда Дэхен подходит к выходу он видит застывшего сына, который куда-то смотрел. - В чем дело Мини? Что ты там увидел? - спрашивает омега и смотрит в том же направлении. - Ты видишь папа? Там отец. Он машет нам и улыбается, видишь? - с удивлением, которое перетекает в радость, малыш поворачивается к папе и смеется. - Там мой отец! Папа ты видишь? Пойдем, папа идем же, чего ты стоишь?! - кричит Минсок, разрывая грудную клетку Дэхена, который тоже смотрит туда но ничего не видит. - Папа идем, он ждет нас, скорее, папа! - громче и громче кричит малыш, но Дэхен никак не реагирует. - Минсока, хватит. - шепчет омега, - Там никого нет родной, успокойся. - пытаясь самому не заплакать, говорит Дэхен. - Нет же, вот он стоит, неужели ты не видишь?! Папа, просто посмотри вперед, отец там! - повторяет Минсок, - Чоноп там, он там! Посмотри, он там! - Чонопа нет! - срывается омега, встряхивая сына. - Чоноп умер, его нет, он умер! Чоноп умер! Его убили... убили! - кричит Дэхен нечеловеческим голосом и резко просыпается, чувствуя как горло сдавило и трудно дышать. Его тут же обнимает Ли и что-то нашептывает в ушко, но Дэхену плевать на все слова и утешения, он потерял то, ради чего жил и дышал, ради кого родился и вырос. Он все потерял. Дэхен думал что знает о боли все, изучил ее вдоль и поперек, но нет, она всегда разная, то душит десятью пальцами, то рвет на части, как стая гиен, обгладывая каждую кость. Она толкает сердце к горлу и заставляет судорожно выплюнуть, потому что теперь оно не нужно. Ровно в полночь принцесса узнала, что дракон убил её принца. Ровно в полночь, карета превратилась в тыкву и владельца хрустальной туфельки теперь никто не будет искать. Дэхен потерял сознание прямо у двери кабинета отца, подошедший Ли успел подхватить его и тихо отнести в комнату. Он спал от силы час, гонимый воспоминаниями недавнего прошлого, в котором было очень хорошо. А теперь он проснулся прошиваемый острой болью, которая жгучей инъекцией льется по венам, прямо в кровь, заражая неизлечимой и смертельной болезнью - одиночеством. Эта боль настолько огромная и всепоглощающая, что Дэхен даже чувствует вкус собственной крови, а от рыка зверя хочется долбануться об дверь и перестать дышать. Омега не плачет, ему хочется выть и орать, разодрать свое горло и больше никогда не произносить даже звука, больше не разговаривать, больше не смотреть и ослепнуть, оглохнуть чтобы не слышать эти звуки и лживые слова. Дэхен хочет вернуться назад, не подходить к двери, не слышать, не знать. Кто сказал что знание это хорошо, пусть сдохнет в сточной канаве. Ему не нужно такое знание, не нужна эта информация пропитанная невыносимой болью. В груди что-то рвется, образуя черную дыру, образуя пустоту. Внутри Дэхена даже пустота начинает выть от беспомощности и от бессилия. Дэхена рвет прямо на пол, он выплёвывает остатки своего сердца, ошметки разорванной души и бьётся в агонии нестерпимой боли. Он хочет проснуться. Он хочет позвонить. Но не проснется, потому что не спит, потому что реальность, потому что это ебучая реальность, которая как цунами идет к берегам, мечтая разнести все и всех. С единственной целью - убить! Не позвонит. Потому что не ответят. Потому что идиотский голос оператора будет повторять что абонент не доступен и теперь уже никогда не ответит на ваш звонок. Омега сквозь пелену слез смотрит на Ли и в который раз убеждается что это не шутка и не розыгрыш, он так смотрел тогда, в день смерти папы, но что за тяжелая реальность, почему она перед тем как прийти не спрашивает, сможет ли Дэхен справится с ней, сможет ли поднять её вес? Сможет ли вынести это и не разорвется ли его маленькое и так хрупкое сердце от такой новости? Почему никто не спрашивает? Почему никто не понимает? Дэхен так и лежит а полу прибитый собственной, персональной болью. - Разрешите мне его еще раз увидеть? - просит. - Позвольте еще разок сказать как сильно я его люблю? - просит. - Позвольте мне обнять его и постоять так всего минуту? - просит. - Позвольте мне пригласить его на свидание? - просит. Сколько бы он теперь не просил, ему не разрешат, никогда не разрешали. Чоноп ведь просил довериться ему, что все будет хорошо и Дэхен верил, даже сейчас верит, не смотря на то, что знает, что хорошо уже никогда не будет. Он не смог. Дэхен не смог защитить Чонопа, не смог. Не хватило сил противостоять дракону, и теперь придется вечность волочить жалкое существование. Омега жалеет о тех днях, когда говорил ему гадости, когда игнорировал, когда ругался и делал больно. Он хочет отмотать время и вернуться в самое начало, в первую их встречу и сбежать тогда после нападения, когда альфа в первые спас его и заставил тогда дышать. Дэхен вдруг подрывается, он так сильно захотел увидеть альфу, что ничего не имеет значения, ничего не может его остановить. Повар Кан ловит его у двери, но омега вырывается, от воя собственного зверя глохнет, он кричит и разрываемый жгучим страхом, имя любимого выкрикивает. Словно Чоноп услышит его и вернется. Он обреченно смотрит на руки и видит как палец, каждый по одному волдырями покрываются, как-будто говорят, что больше ни кому не притронутся. Его снова рвет. Кан тащит его в ванную и холодной водой пытается привести в чувства, но делает только хуже. Дэхен входит в душ и вскрикивает, потому что видит там Чонопа в первый день течки, видит как тот с любовью и нежностью смотрит на него, потом приближается и целует, пряча в своих объятьях от всего мира. Омега прикрывает рот ладонью, не потому что не может дышать, а потому что дышать больше не хочет. Он отпихивает повара и сползает по стене вниз, растекаясь лужей по кафелю. Ли приносит успокоительное и колит ничего не чувствующему омеге препарат и когда Дэ засыпает, Кан относит его в постель и укрывает теплым пледом. Дэхен даже во сне не может перестать плакать. Говорят, что люди и не такое могут вытерпеть, правда ли это? Нет, не правда! У тебя есть деньги, власть, есть связи и много подчиненных которые выполнят любой твой каприз, но она - Смерть, ей ничего этого не нужно, она приходит за тобой в определенный день, час, минуту. Бывает, она дышит тебе в затылок, предупреждая, чтобы ты аккуратнее переходил через улицу или тише ездил на машине, но мы ее не слушаем, всегда делаем по-своему, думая, что эта старушка спустит нам с рук нашу глупость. Но она только закатывает глаза и забирает, а потом с легкой улыбкой сообщает всем родным, каким глупцом был их любимый сын, отец или брат. Дэхен плачет даже во сне. Плакать кажется теперь он будет всю жизнь, это единственное что он может делать, остальное за него делает боль и сожаления. Его поглощает чувство вины, запирает в камере смертников и выносит приговор - НАВЕЧНО! Дэхен знает что время не лечит, никогда не лечила, она просто могла немного заштопать раны, а при сильном ветре раны вновь открывались, разрывая лоскутки и нажимая на рану с двойной силой. Врут те, кто говорит что выдержал боль, она ушла - нагло врут. Потому что боль не уходит. Твоя боль принадлежит только тебе, никому до нее нет дела и поэтому она остается только с тобой, внутри тебя и жрет, как вечно голодный червь, с каждым разом откусывая все больше и больше, пока от тебя ничего не останется. Дэхен знает. Проходил уже, когда папа умер. До сих пор ведь ноет, кровоточит, полосует расстоянием времени не давая даже вздохнуть. Это наказание! Наказание за трусость, за то, что отвернулся от Чонопа, за то, что поверил Хенсику и его слову, за то, что вообще вернулся с альфой с моря. Да, Дэхен теперь навсегда остался в том домике у моря, в том последнем пятом дне, он снова просыпается в объятьях альфы, снова чистит зубы, снова готовит вместе с ним, снова бегает по пляжу, снова сидит у него на коленях и кладет голову на его плечо во время первого свидания. Просто позвольте проживать этот день снова и снова, ему больше ничего не надо. Если нет... тогда почему старушка не может и его с собой забрать, нечестно оставить в живых только его, если забирать то вместе, неужели нельзя так сделать? Какой бессмысленной была жизнь Дэхена. И стоило ли? Господи, как не поправимо прошла его жизнь, его словно оставили на улице и закрыли дверь на все замки. Он мерзнет, покрывается толстой коркой льда, еще чуть-чуть и до сердца доберется, хотя, не страшно, пусть замерзнет и остановится. Пусть прекратит эту боль, которая даже через успокоительное в кровь пробирается, колючками задевая вены. Дворецкий Ли всю ночь охраняет Дэхена, держит за руку, словно он таким образом сможет забрать хотя бы частичку той агонии, что сковывает тело его господина. Он помнит как учил его ездить на велосипеде, помнит как омега падал много раз, но всегда поднимался и не смотря на боль упорно шел вперед, до самого конца, пока не научился. Это глупо, но он надеется, что эта боль будет также проигнорирована омегой и он продолжит свой путь, улыбаясь. Ведь улыбка младшего господина это лучшее творение природы. Старик впервые после смерти папы Дэхена роняет горькую слезу, сглатывает торчащий словно кость в горле, ком и пытается не захлебнуться ядовитой желчью и ненавистью к Дэсону. ****** Дэхену с утра еще раз вкололи успокоительное, поэтому проснулся он ближе к полудню. Лучше бы не просыпался. Так и уснул, не открывая глаз, ушел бы тихо во сне, туда где Чоноп, плевать где он, в раю или в аду, но он был бы с ним. Жизнь без него это наказание хуже ада, Дэхен бы предпочел пройти все его семь кругов, чем прожить еще один день без альфы, без его улыбки. Та концентрация боли, которая балансирует в омеге между "сойти с ума" и "сдохнуть", граничит лишь с желанием убить, уничтожить тех, кто посмел забрать жизнь у Чонопа. Дэхен давит подступающую панику, он пустым взглядом смотрит в потолок, позволяя слезам течь и скрыться где-то за ухом. Ли входит в комнату Дэхена очень тихо, будто боится быть услышанным. - Господин Дэхен прошу, поешьте... - не успевает договорить, как комнату заливает громкий смех омеги. Дэхен смеется. Это не заразительный, звонкий смех, нет, это тот вид смеха, когда мучительно больно, когда до костей, до черепа, когда вырывают душу и в блендере несколько раз пропускают, измельчают. Это смех пропитанный отчаянием. Смех потери. Смех горечи. Смех утраты. Смех скорби. - Господин... - Ли не может произнести даже слова, от того что омега, который еще совсем ребенок, познал этот вид смеха. Дэхен все еще смеется, стирая слезы с щек, они такие обжигающие, как-будто кожа вместе с соленой водой плавится, стекает в водосток. Слезы не заканчиваются. - Свадьба... - Ли ненавидит себя за то, что напоминает о таком омеге. Дэхен вмиг перестает смеяться и будто пощечиной приходит в себя. - Свадьба? - тихо спрашивает Дэ. - Через час приедут мастера из салона чтобы подготовить вас к ней. - на одном дыхании говорит дворецкий и желает ослепнуть, оглохнуть и стать немым, потому что невозможно смотреть на Дэхена. Он чувствует себя предателем. - Хорошо. - также тихо отвечает Дэхен. - Вы можете отказаться... - Нет не могу, в отличии от них, я сдержу свое слово! - безучастно произносит омега, все также всматриваясь в потолок, словно хочет увидеть там что-то. Дэхен долго моется в ванной, натирает мочалкой, словно пытается не только всю грязь с тела смыть, но и душу очистить. Он игнорирует слезы, игнорирует боль, не замечает как воды в ванной остывает и омега начинает дрожать. Стук в дверь приводит его в чувства и он обернувшись в полотенце выходит. В комнате его уже ожидали мастера и консультант из свадебного салона, который привез его свадебный костюм. Он аккуратно лежал на кровати, абсолютно белоснежный, как первый снег. Омега даже улыбнулся, но вышло треснуто и натянуто. Свадебный кортеж должен приехать в семь вечера, у них в запасе есть еще четыре, мастера работают в ускоренном режиме, стараются чтобы все было максимально естественно и очень красиво. Дэхен не мешает, не сопротивляется, позволяет колдовать над собой, иногда даже советует как сделать лучше. Он просто хочет выглядеть красиво в этот день, в день когда снова сможет увидеть Чонопа. Да. Дэхен так решил. И вы, никто из вас не смеете его в этом упрекать или говорить что он слабый! Ему уже не для кого быть сильным, он устал. Того что было в его короткой жизни, ему хватило с лихвой, поэтому, пожалуйста, позвольте ему уйти к Чонопу, таким красивым, не запачканным чужими грязными руками. Пусть это тело помнит только прикосновения его альфы, губы помнят вкус его губ, руки - нежность его огрубевших ладоней, сердце - пусть навсегда запомнит биение его сердца, также как и душа, помнит его чистую и непорочную душу. Дэхен долго смотрит на костюм перед тем как его надеть. Он идеальный. Ему ни капельки не жалко умирать в этом костюме. Когда Чоноп увидит его в нем, то сразу же снова влюбится. Он медленно, боясь испортить одевает его, потом обувается в такие же белые туфли, кладет сложенный в треугольник платочек в левый нагрудный карман и любуется собой в зеркале. Как бы сильно не старались визажисты, они не смогли зажечь огонь в глазах омеги, а пустой взгляд портил всю атмосферу праздника. Они промолчали, списывая все на волнение перед свадьбой и продолжали улыбаться, пытаясь хоть как-то отвлечь жениха от дурных мыслей. Интересно, чтобы они сделали, зная к чему его готовят и для кого конкретно он хочет выглядеть прекрасно? - Лимузин приехал. - сообщает Ли. - Хочу попрощаться с комнатой. - тихо говорит омега и просит всех выйти и оставить его одного ненадолго. Ли дежурит у дверей, не хочет оставлять его. Дэхен в последний раз смотрит на себя в зеркало, подходит к тумбочке, достает оттуда аптечку, берет тюбик с большим красным предупреждением "Опасно для жизни, употреблять в малых дозах", высыпает горсть на теплые ладони и открыв по шире рот, глотает все, затем медленно идет в ванную делает несколько глотков воды, чтобы быстрее начало действовать, выходит, тихо прикрывая за собой дверь, в которую уже никогда не вернется. "Принцесса откусывает ядовитое яблоко и засыпает вечным сном" Внизу его ждет отец, повар Кан и дворецкий Ли, двое последних стоят опустив головы, ведь только они знают о скрываемой омегой боли. Отец улыбается, подходит к сыну и обнимает, Дэхен обнимает в ответ. - Я никогда не говорил тебе этого раньше, но я горжусь тобой сын. Ты оправдал все возложенные на тебя ожидания! - говорит Дэсон. - Жаль, что я не могу сказать этого в ответ. - тихо отвечает Дэхен, проходит мимо него, обнимает Кана, прощается с дворецким Ли. - Когда я назвал тебя отцом вчера, это была не ошибка, я правда так думаю. - омега целует в щечку и в последний раз обняв, садится в лимузин. Кортеж состоит из пяти машин, два джипа спереди, лимузин и два джипа сзади. Омега смотрит в окно, думает о том, что не успел попрощаться с Ендже, мысленно посылает ему всех самых лучших благ. Смотрит на вечерний город, когда люди уходят от дневных забот и хотят насладится спокойным вечером. Думает, смог бы и он так просто насладится этим моментом? Смог бы, взяв Чонопа за руку, просто пройтись по городу, болтая о всякой разной каждодневной ерунде, смог бы? Дэхен качает головой отбрасывая совсем ненужные сейчас мысли далеко в сторону и смотрит вперед. Он один. Сейчас в машине он один, даже хорошо что никого не будет рядом когда его душа покинет тело. Даже спокойнее стало. Они только что проехали больницу, и шанс спасти его жизнь, если бы кто-то знал о поступке омеги. Дальше они въедут в тоннель, а на выезде его уже не будет, по крайней мере он надеется на это. Он безумно скучает по Чонопу и не терпится уйти, оказаться в его руках, слиться в нежном поцелуе. Они въезжают в тоннель и резко тормозят. Дэхен подается в перед и чуть не падает, он не видит что творится на улице и не слышит, он чувствует как внутри начинает гореть и сжимать горло. Что-то горячей лавой поднимается к горлу, грозится разорвать омегу изнутри и делает больно. Дэхен чувствует как слабеет, видит как силы его покидают, но тут в ноздри, в самые потаенные уголки легких вбивается до боли знакомый аромат, запах. Это яблоки? Яблоко? Или ему мерещится? Наверное сходит с ума или воображение решило напомнить, воспроизвести в голове запах Чонопа? Это шутка? Это плохая шутка! Злодейка судьба даже умереть не дает спокойно но разбередив рану, сука! Дверь лимузина открывается и Дэхен думает что умер, потому что видит перед собой Чонопа, такого прекрасного и встревоженного. - Идем! - где-то вдалеке, слышит голос любимого Дэхен, но не может двинуться, силы совсем покинули его. - Идем со мной! - также вдалеке слышит омега, он хочет пойти, очень хочет, но тело не слушается. Видение в лице Чонопа хватает его за локоть и вытаскивает из машины. Дэхен тут же безвольной куклой виснет на руках. - Что с тобой? - более близко, отчетливо, с тревогой, спрашивает альфа. Дэхен все силы вкладывает на то, чтобы поднять руку и провести по щеке альфы. - Это ты? - Дэхен не верит, боится верить. - Ты жив? Ты правда жив? - спрашивает омега и тот пожар внутри наконец проталкивается и через горло выливается горячей кровью, через подбородок, пачкая красным белоснежный костюм. - Что ты наделал?! - в шоке, спрашивает альфа, крепче удерживая омегу в руках. - Я думал... думал что ты... Я думал ты умер. Я хотел к тебе... - омегу вновь вырывает собственной кровью, он делает несколько жадных глотков, а затем... а затем...