Мафия

Встречаешься с этими глазами единожды, но успеваешь запомнить цвет радужки, обрамляющий его глаза, даже выделяющиеся морщинки на лице. Ты знала, кто такой Огай Мори, имя которого узнаваемо с каждой щели. Он опасный, хотя, посмотрев на него, ты бы так не сказала. Огай выглядит умным, знающим себе цену, а самое главное — властным. Как же ты любишь тех, кто умеет подчинять себе чуть ли не весь мир. Огай твой мир сломал, переделав в корне, незапланированная современная революция. Строптивость и острый язык — единственное оружие, которым ты могла сразу в его сердце попасть, оставив будто невидимый след. Как же тебя будоражил лишь один шлейф его парфюма, что везде ходит по «пятам», заставляя гормоны играть на нервах. Быть секретарём такого человека, наверное, нереально, если склад твоего ума не как у Огая. Ты была не умной и не тупой, любимая всеми золотая середина. Мужчина был строг и придирчив, зная, что косяков нет и не должно быть. — Завалить одну миссию, — выдыхает так, что аж нос дергается, как у быка. — Знаете, я изначально говорила, что не справлюсь, — испуганно отвечаешь, глазами подыскивая какое-то спасение. Встаёт с кресла, делая круги вокруг тебя, прижимается грудью к твоей спине. Руками поглаживает и проводит по переносице, поднимаясь вверх. Электрический ток по телу проходит, оставляя после себя покалывание и табун мурашек. — Хочу нагнуть и жёстко выебать, чтобы лучше справлялась с работой, — ухо опаляет горячим дыханием. Голос, такой пробирающий, прям до боли бьёт в районе живота. Проводит за ухом языком, видя вниз, будто слизывает усладу. Он незаметно раздевает тебя, поцелуями и засосами усыпая лебединую шею. Ему хочется тобою всецело владеть, чтобы стонала только его имя, подчиняясь безоговорочно. Резко разворачивает тебя, заглядывая в глаза, а затем припадает к губам. Сминает губы совсем не нежно, а агрессивно и по-зверски, будто хочет высосать из них самый сок. Где-то внизу комочек нервов играет, ты не поддаёшься, мыча и игриво кусаясь. Мужчина хочет тобой полностью насладиться, ощутить ближе, подчинить себе не только физически и морально. Зубами цепляется за губы, облизывает их жадно, будто челюсть оторвать хочет с этим поцелуем. Немного подаёшься властной натуре Мори. — Я такой ненасытный сегодня, — на секунду отрывается от твоих губ. Хватается за тебя, поднимая и усаживая на рабочий стол, который чуть не сломался от сильных и агрессивных действий Мори. Маленькими ладошками проходишься по его волосам, цепляясь сильной хваткой за них. Дикая страсть заиграла, которая не даёт контролировать саму себя. Желаешь обуздать эти чувства, попробовать и податься Мори. В помещении стало слишком жарко, кожа под одеждой неприятной испариной покрылась, из-за которой все к телу липнет. Мужчина сам голоден и взбудоражен, отчего вся одежда с вас быстро исчезает, где-то свисая с ваших тел небрежно, где-то же валяясь у ног, как ненужный атрибут. Сразу льнёт губами к шее и ключицам, намазанным мёдом для него, не оставляет ни одного не поцелованного и укушенного участка. Тихо скулишь и хнычешь от похоти, от колющих, но новых ощущений. Прижимаешься к его паху, просишь быстрее утолить эту жажду по члену в себе. У Мори пах зудит, прося разрядки. Он входит медленно, мучая и наслаждаясь твоей узостью. Ком страха и некого волнения, что в груди засел, смещается куда-то вниз, смешиваясь с возбуждением в одну взрывную смесь. Кусаешь губы, понимая, что давно не было секса, будто стала опять трусливой девственницей. Ощущения обострились и удвоились. Немного покалывает внизу живота, но ты стараешься превозмочь мелкую боль с дрожью. Мори не придерживался одного темпа то размашисто вбивался, то нежно тянул толчки, как-будто карамель внутри заставляя растекаться. Так, чертовски приторно и сладко, подобно конфетам, медленно таящим во рту, оставляя послевкусие. Забываешься, думая только о мужчине и его члене в твоём теле, что так легко в тебе скользит от обилия смазки. Руки Мори сжимают грудь, играясь с сосками, и на каждое его касание чувствительное тело сразу реагирует. Полностью раскрыта перед мужчиной, восхищено смотрящим на изгибы идеального тела и наблюдающим за каждой твой эмоцией. Ему стыдно и неловко, что готов так сразу кончить лишь от тесноты, которая член сжимает так, что слегка набухает головка. Звуки толчков и хлюпанья смешались со стонами двух голосов. — Мори, — прикрикиваешь, совсем превращаясь в лужицу. Огай касается чувствительных точек, входя по самые яйца и доводя до оргазма, поглощающего вас. Дрожишь мелко, пытаясь оттянуть удовольствие, насладиться им полностью, запомнив каждое прикосновение. Готова пальцы облизывать, на которых остался весь сок и сладость от творящегося ранее. Мужчина выходит, кончая на твоё бедро. Вздыхает облегчено, сам отходя от этого кайфа, который получил от твоего нежного и бархатного тела.