Момент истины
27 декабря 2019 г., 23:05
— Давай не сегодня, я хочу спать.
Локи отмахнулся от Тора, словно тот был назойливой мухой, и попытался удобнее устроиться на жёстком матрасе. После снятия воротника приходилось следовать жестким рекомендациям, которые каждый раз портили Лафейсону настроение, а тут ещё Тор с таким усердием захотел его куда-то вытащить! Что за вздор? Как вообще можно так издеваться над другими?
Локи нехотя открыл глаза. Тор навис над ним и уходить явно никуда не намеревался.
— Почему сегодня? — обречённо спросил Лафейсон.
— Потому что, — с нажимом ответил Тор, будто разом высказал все аргументы из своего арсенала.
Одинсон не собирался сдаваться. Только не сегодня, когда всё было готово. Кольцо, заказанный столик в ресторане. А ещё…громовержец так волновался, что не мог отложить этот день. Второй раз он бы просто не вынес всего напряжения, которое копилось в нём на протяжении нескольких дней. Чего только стоило выдержать многозначительные взгляды Стрэнджа и его смешки себе под нос!
Тор протянул ладонь брату.
— Просто…давай сегодня. Это важно.
В глубине души Тору казалось, что к концу дня затея всё-таки провалится.
— Если это не будет важным, я поджарю твою печень и скормлю тебе же, — Локи нехотя протянул свою ладонь в ответ.
Его немного покачивало при резких движениях, но, в целом, выглядел он сносно. Лафейсон фыркнул, когда Тор победоносно улыбнулся. Что за детский сад? Почему нужно было устраивать цирк именно сегодня? Что за важная дата? Локи недоумевал, но решил подчиниться. На этот раз.
— Скажешь хоть, ради чего я встал?
— День выписки. У нас свидание.
Тор, очевидно, темнил — Локи мог легко прочесть брата, который напрочь не умел обманывать. Хотя один раз ему повезло надурить самого Бога Обмана. Тогда Лафейсон просто не ожидал от своего прямолинейного брата подставы.
— Просто доверься мне, — мягко отозвался Тор, подарив Локи тёплую улыбку. — Я надеюсь, что ты насладишься днём.
***
 По ощущениям Тора, свидание пролетело слишком быстро. Ресторан не пришёлся Лафейсону по вкусу: он сетовал на маленькие порции и отвратительное звучание живой музыки, навевающей скорее тоску, а не уютную атмосферу. Для благородного аса или же ледяного великана, неважно, несколько ломтиков мяса в вычурном окружении овощей и соуса служили разве что разогревом, а не полноценной пищей. Десерт так вообще выбил трикстера из колеи. Он долго рассматривал маленький кружочек какого-то нечто с языколомательным названием, недоумевая, как земляне могли платить за надругательства над собой деньги. В Асгарде, если ты пришёл поесть, то ты поел! Лафейсон жалел, что не настоял на своём. Он должен был остаться дома, выспаться, а не заниматься вот этим вот всем! — Тор, пошли домой. Я хочу прилечь. У Локи было паршивое настроение. В такие моменты он становился ещё более вредным. Тору действительно надо было послушаться Питера. Локи, который старался закрыться от назойливого ветра высоким воротником пальто, выглядел максимально недовольным. Тор уже не верил в счастливое завершение предприятия. Возможно, он так сильно пытался всё сделать красиво, что получилось с точностью наоборот. Одинсон виновато глянул на брата и заботливо поцеловал в висок. — Прости. Я волновался и немного…или много переборщил. Я не хотел тебя утомить, поэтому перейду к главной причине всего этого маскарада. — Маскарада? Под вопросительным взглядом Локи, Тор сделал шаг назад и тяжело вдохнул морозный воздух. Сердце билось так гулко, что громовержец не удивился, если бы Локи его услышал. — Я хотел изменить нашу привычную жизнь. Одинсон решительно посмотрел брату в глаза и опустился на одно колено. Едва заметно подрагивающими руками он достал коробочку из кармана куртки. — Я очень люблю тебя. Мы довольно давно вместе. Прошли через многое. Большинство шрамов на моём теле — это твои ножи. Я хочу, чтобы ты стал моим избранником. Мужем. Выходи за меня. Под открытой крышкой коробочки лежало аккуратное кольцо, которое, по словам Стрэнджа, только маг мог оценить по-настоящему. От волнения Тор не сумел улыбнуться. Он отвёл взгляд и стоял, ощущая себя дураком, перед уставшим Локи. Лафейсон поморщился, словно от зубной боли. Не то, чтобы он не был рад, но резкие порывы ветра, боль в шее и паршивое настроение мешали ему выдавить хоть какие-нибудь позитивные эмоции. Тор, конечно, старался, и был очень милым, но Локи, честно говоря, остался разочарован. Всё произошло скучно и нудно. — Кто мне сделал предложение? Ты или тот землянин с башни? — хмыкнул трикстер, стараясь закутаться в шарф. — Очень благодарен Старку за то, что он помог тебе с рестораном, а Стрэндж — с кольцом, но это не ты, Тор. Ты не настолько банален. Локи взял коробочку с кольцом, захлопнул ту и положил в карман своего пальто. Нечего такой вещи пропадать даром. — Сделай что-то глупое, неуместное, нелепое, как ты обычно делаешь. До тех пор кольцо я не надену и согласия не дам.***
Внутри Тора бурлили смешанные чувства. Они с братом молча шли к дому, никто не пытался начать разговор, объясниться, отшутиться или, на крайний случай, разругаться. Одинсон понимал, почему брат неожиданно взбеленился. Да, он ожидал чего-то официального (или нет?), но явно не земного. Тор испытывал непреодолимое желание провести рукой по лицу. Благо, что Локи ему не отказал, а просто дал второй шанс. Действительно, о чём громовержец только думал, полагая, что чужие традиции подойдут для Лафейсона? Они выросли совершенно в другом мире. Тору надо было думать головой, а не чужими советами, пускай и довольно дельными. Возле самого подъезда Локи неожиданно остановился. Его взгляд был намертво прикован к кафешке, приветливо светившей неоновый вывеской. Она находилась как раз напротив их дома. После неудавшегося ужина безумно хотелось одного — вонзить зубы в большую съедобную порцию. Неважно чего. Тор проследил за направлением взгляда брата и на опережение предложил: — Зайдём? Локи обернулся, всматриваясь в единственный глаз Тора, и неожиданно усмехнулся. Впервые за этот вечер. — Ты читаешь мои мысли. Обстановка внутри кафе была далеко не фонтан: стандартные столики выстроились в одинаковые ряды, только у окна располагались более-менее уютные диванчики. Поначалу Тор решил, что сейчас брат передумает, но Локи, напротив, подошёл к кассе, читая наименования блюд. — С каких пор ты любишь гамбургеры? — удивлённо спросил Одинсон. — А с каких пор ты готов несколько часов подряд слушать скрипку и давиться листьями салата? — парировал трикстер и наконец-то обратил внимание на стоявшего у кассы человека. — Два макси-гамбургера и две колы, пожалуйста. — Ого, — только и мог выдохнуть Тор. Невольно в его голову закралось предложение Паркера. Кажется, тогда Питер был прав. Возможно, Локи бы больше понравилось поесть вредной, но вкусной земной еды, и поиграть в видеоигры? Когда Паучок приходил, он часто брал с собой приставку, подключал её к телевизору, а затем на долгое время выпадал вместе с Локи из реального мира. Пока брат ожидал заказ, Одинсон отошёл в другой конец кафе, и достал телефон. Его большие пальцы временами попадали мимо нужных кнопок, отчего Тор недовольно шипел. Он готов был молиться богам (или самому себе), лишь бы человек по ту сторону взял трубку. — Мистер Тор? — голос Питера был бодрым и громким. Динамики немилостиво шипели от встречного ветра. Кажется, один дружелюбный сосед явно был на патрулировании. — Питер, выручай, — быстро начал Тор, пресекая автоматную череду вопросов, которой вполне мог разразиться собеседник. — Я тебе потом всё расскажу в подробностях, если ты как можно скорее принесёшь ту странную чёрную штуку ко мне домой. — Странную чёрную штуку? — Ну эту…как его…ты подключаешь её к телевизору. — Приставку что ли? — Да! Именно её! Это вопрос жизни и смерти! — Понял! Паучий экспресс уже в пути! Тор облегчённо выдохнул. Он подошёл к Локи, который уже занял столик, и сел напротив. — До сих пор не верю, что ты будешь это есть. — Голод сделал меня менее привередливым. Тор усмехнулся. Конечно. Его брат и еда руками? Собственные потребности на время отошли на второй план. Гамбургер выглядел аппетитно, но Локи, будучи педантичным, долго думал, как лучше взять его через салфетку, чтобы та не прилипла. Его потуги были довольно занимательными. — Глупая была затея, — задумчиво протянул Тор, наблюдая, как Локи откусил от своей порции небольшой кусочек, чтобы не запачкать лицо соусом. — Кольцо, преклонить колено, сделать предложение, — Одинсон развернул свой гамбургер и одним укусом умудрился его уполовинить. — Было бы здорово сделать это в Асгарде. Готов поспорить, что это было бы тем ещё шоком, но зато по всем правилам. Раздели со мной мою власть во веки веков в девяти мирах и покуда моло… пардон, секиру способен я держать, наши пути будут едины. Я бы даже отыскал осколок Биврёста тебе в кольцо. Что ещё сказать — громовержец не знал. Локи хотел чего-то другого. Но что такое романтика в его понимании? Чему он был бы рад? Для Тора вполне приятным было бы и признание в домашней обстановке. Локи промолчал. Признание в Асгарде — предел мечтаний, но признаваться больше не перед кем. Отца нет, матери нет, как и самого величественного города. Воспоминания приносили боль. Жизнь в другом мире, с чужой культурой, становилась невыносимой день ото дня. — Идея была умной, — наконец-то отозвался трикстер, потянув через трубочку колу. — Но не твоей. Впрочем, ты в коленопреклонённой позе очень хорошо смотришься. Особенно между моих ног, — Локи бросил на брата насмешливый взгляд и невинно хлопнул ресницами. — Если попросишь, могу принять эту позу хоть сейчас, — с энтузиазмом отозвался Тор. Полноценного секса у них не было очень давно, потому что шею нельзя было напрягать и тревожить. Любое случайное резкое действие могло вызвать необратимые последствия. Локи выдохнул, впился в трубочку зубами, и посмотрел на соседний дом. Его чувствительные глаза могли желательно рассмотреть людей, мелькающих в свете горящих ламп мимо рам. Эти люди были дома, а он — нет. — Я немного устал от этого мира. Несколько лет назад я был здесь, как захватчик, раб посоха и чужой воли, но меня всё равно продолжают обвинять во всех существующих грехах. Одинсон тепло улыбнулся брату. Его большая нога прижалась к колену Локи — Тор был рад касаться своей половинки при любой возможности. Даже самой косвенной. — Они ничего не знают, — отозвался громовержец. — Ни про нашу семью, нашу родину, нашу историю, — Тор протянул руку, завладев свободной ладонью брата. — Я знаю, что ты не чудовище, не ужасный монстр. Мне жаль, что я не могу показать людям, какой ты. Хотя, я бы очень ревновал, если бы у тебя появилось ещё больше фанаток. Вон та, позади тебя, пялится и пускает слюни уже целую вечность. Локи обернулся через плечо. Он слабо верил в свою привлекательность. Обычно всегда замечали Тора, а он просто таял на его фоне, но девушка действительно смотрела на него. — Довольно симпатичная землянка, — насмешливо отозвался Локи, задорно блеснув глазами в сторону девушки. Тор едва ли не потерял дар речи от подобной наглости. Он тут же перестал отдавать отчёт своим действиям — инстинкты взяли своё. Когда Лафейсон обернулся, Одинсон притянул его к себе, впившись в губы требовательным поцелуем. Локи усмехнулся в чужие обветренные губы. Его дорогой братец всегда вёлся на провокации. Кажется, или землянка разочарованно выдохнула? Локи так и видел, как она судорожно жаловалась какой-нибудь лучшей подружке на жизнь со словами: «Почему все красавчики геи?». Что же, один пункт в списке дел был выполнен. Следующим на повестке дня стоял Тони Старк. Лафейсон уже придумал коварный план мести. Завтра он примет облик недогения, сделает довольно интимные фотографии и зальёт их на сайт гей-знакомств, не забыв указать все контактные телефоны, выведанные у Питера. «Железный человек в поиске железного болта», — будет гласить статус профиля. Тор отстранился первым, ощутив лёгкий, но неприятный укус нижней губы. Он недовольно замычал и бросил на брата несколько обиженный взгляд. — За что? — Разве мне когда-нибудь нужен был повод? — усмехнулся Локи, подперев голову согнутой в локте рукой. Мобильник в кармане Одинсона издал короткую трель. На главном экране красовалось сообщение: «Посылка прибыла! Пожалуйста, оцените работу курьера». Ох уж этот Паркер! — Локи, пошли домой. — Я ещё не наелся. — Возьми с собой что хочешь и пошли! Тор побыстрее хотел оказаться дома. Во-первых, он жутко вымотался, а, во-вторых, ему было очень интересно, как Питер доставил приставку. Оставалось надеяться, он не разбил какой-нибудь паучьей бомбой окно. В приступе самоотверженного альтруизма дружелюбный сосед был способен на всё. Тем временем, Локи набрал для себя целое пособие вредной еды, которой можно было пугать приверженцев правильного питания. Тор недоумевал, но предпочёл держать мысли при себе. Если брату мешать заедать стресс, он возьмётся за ножи.***
Со второй попытки Тору-таки удалось вставить ключ в замок. Он открыл дверь, на ощупь потянулся к выключателю (разумеется, промахнулся), и небрежно сбросил ботинки. Локи попал пальцем ровно по центру кнопки, не забыв подарить брату насмешливый взгляд. Когда у Лафейсона что-то получалось лучше, даже какая-то мелочь, он радовался, как ребёнок. Может, действительно надо было начать с приставки и не тратить время на официальные земные заморочки? Локи потянулся, прикрыв сладкий зевок ладонью. — Я пойду спать, — безапелляционно заявил Лафейсон. Тор пробежался взглядом по кухне, заглянул в гостиную и победоносно улыбнулся. Локи встретил его энтузиазм вопросительно приподнятой бровью. — Ты, конечно, можешь пойти спать, если хочешь так скучно закончить этот день, — вкрадчиво начал Одинсон и отступил в сторону, давая возможность брату разглядеть приставку. Зелёные глаза вспыхнули азартом. Вот это земное изобретение было очень даже ничего! — Ты будешь играть со мной? — с нотками подозрения уточнил трикстер. Обычно брат не дружил с техникой. Та либо взрывалась, либо ломалась под напором неконтролируемой божественной силы. — Буду, — уверенно ответил Одинсон, тут же уточнив: — Я очень осторожно. Питер будет не очень рад, если я верну её…в плохом состоянии. Локи усмехнулся, представив попытки бедного Паучка мужественно удержать лицо при виде сломанной игрушки. — Как знаешь, братец. Я не буду сдерживаться. Питер был настолько любезен (либо попросту не доверял двум богам), что подключил приставку сам. Лафейсону осталось всего лишь нажать на кнопку и загрузить нужную игру. Тор с недоверием взял в руки предложенный геймпад, покрутил его со всех сторон, явно пытаясь понять, с какой стороны брать. Локи до конца думал, что брат сделает неправильный выбор, но Тор оказался не безнадёжным техническим идиотом. — Во что будем играть? — В файтинги! — Что? — Бить тебя буду. — А, — глубокомысленно протянул Одинсон, залипнув на главное меню игры. — Странные земляне. Устроили бы себе боевые турниры. — Это немного другое, Тор. Если люди играют в подобные игры, далеко не факт, что они хотят с кем-нибудь драться. Это я хочу тебе врезать всеми возможными способами, но доктор, к сожалению, запретил. — Именно поэтому ты ночами сталкиваешь меня с кровати, — недовольно пробурчал громовержец. — Компенсирую, — усмехнулся Локи, наконец-то выбрав своего персонажа. Тор тыкнул наугад. Он не собирался выигрывать. К слову, у него бы не вышло, даже при особом желании. Функцию автокомбинации Локи предусмотрительно выключил. — Ты погоди. Невелика наука, — после каждого проигрыша повторял громовержец, терроризируя своего персонажа самым недовольным взглядом. — Я только разминаюсь. — Уже как полчаса, — в ответ хохотнул Локи. В его голосе проскочили игривые нотки. В этот момент Одинсон подумал, что неплохо было бы действительно приобрести это людское диво, раз оно было способно заменить брату полноценную драку. Локи явно скидывал скопившееся внутри напряжение. Жаль, что в Асгарде не было таких полезных вещей. — Конец тебе, — самодовольно произнёс трикстер. Удачное комбо нанесло критический урон, который добил противника. Тор раздражённо фыркнул и поджал нижнюю губу. Обычно он так делал, когда был максимально сосредоточен на какой-нибудь мелочи. В нём одновременно играло желание угодить брату и отстоять свою воинскую честь. Но, честно говоря, проигрывая раз за разом, Одинсон получал удовольствие: Локи преображался на глазах. Ему нравилось не просто бить Тора (конечно, не без этого), а проводить время вместе, как в далёком детстве. Рестораны, романтичные места, классическая музыка — это всё было не нужно. Внезапно Тор ощутил: это был тот самый момент. Инстинкты говорили, что Локи был доволен. Тор отложил геймпад в сторону и освободившимися руками притянул трикстера к себе, поцеловав. На экране появилась надпись «К.О», оповещая об очередной победе младшего-царевича, но обоим братьями сейчас было всё равно — они были заняты друг другом. — Ты согласен быть моим мужем? — В самые губы выдохнул Одинсон, нежно поглаживая брата за талию большими пальцами. Локи улыбнулся. Честно говоря, он не ожидал от Тора такой быстрой второй попытки, но на этот раз Одинсон действовал искреннее, а не по чужому наитию. — Всегда согласен, — прошептал Лафейсон, обняв брата за шею. — Лучше твоя глупость, чем чужой ум. — Звучит одновременно оскорбительно и романтично. — Я старался. Локи отстранился первым и вытянул руку вперёд. Его кисть описала несколько кругов в воздухе, а над ладонью завертелся маленький голубой кубик. Лафейсон давно уже думал над этим. Ещё до того, как Тор дал ему кольцо. Желание показать всему миру, что этот перекаченный идиот принадлежал только ему было слишком сильным, что Локи готов был поломать голову над подарком. Кубик стремительно закрутился, его очертания изменились, углы сгладились. Тор с любопытством наблюдал за процессом. Ещё в детстве, когда брат колдовал, Одинсон испытывал необъяснимый трепет. Воину не пристало любоваться чем-то, кроме своего оружия, но Локи и магия смотрелись слишком восхитительно, чтобы оторвать от них взгляд. Когда кубик перестал крутиться, Тор с удивлением увидел на ладони брата аккуратное круглое кольцо. Оно было голубым с лёгкой примесью белого. — Похоже на вьюгу, — озвучил первую ассоциацию громовержец, вызвав у трикстера усмешку. — Не только чернокнижники умеют колдовать. Пока ты носишь его, я всегда знаю, где ты. Во всех девяти мирах. — Никуда от тебя не сбежать, — добродушно пошутил Тор, позволив брату наконец-то окольцевать себя. Локи достал из кармана ту самую заветную коробочку. Даже если кольцо сотворил недомаг, Лафейсон не собирался от него отказываться. Он усовершенствует его и утрёт нос жалкому землянину. Тот ещё не ответил за получасовое унизительное падение в темноте. — Надень его на меня. Поначалу Тор стушевался, но быстро взял себя в руки. Он прикоснулся к прохладной коже брата, откровенно любуясь его длинными пальцами, и осторожно надел заветное колечко, откровенно любуясь им. Красный камень в обрамлении чёрного дерева вспыхнул и сразу же вернулся в прежнюю форму. Локи уже успел проверить подарочек Стрэнджа на чужеродную магию, но на этот раз Стивен решил не совать свой нос в чужие дела. В его стиле было бы добавить парочку следящих заклинаний, прикрывшись опасением за безопасность Земли. — Как ты умудрился уговорить чернокнижника? — поинтересовался Локи, предвкушая ответ. — Я обещал, что замужество сделает тебя миролюбивым. Лафейсон улыбнулся, а после тихо рассмеялся. Нет, он и без кольца не планировал устраивать новую попытку захвата миров, но наивность недомага была забавной. — Моё миролюбие полностью зависит от тебя, по крайней мере тогда, когда моей шее ничего не будет угрожать, но аванс можешь внести сейчас, — вкрадчиво мурлыкнул Локи, придвинувшись к Тору едва ли не вплотную. — Коленопреклонённая поза? — Коленопреклонённая поза.
