Счастье любит тишину

      Утро было безмятежным и холодным, Жуковский нежился в постели и то и дело думал, как встать и собраться, чтобы опять поехать давать знания и поддерживать цесаревича. Он скинул с себя одеяло, и, почувствовав дрожь и холод, накинул его обратно и сжался. Почувствовал насколько он горяч, и насколько его тело ноет и зудит, стал понимать, что произошло       - Ост...-голос охрип и крикнуть, чтобы позвать слугу, не получилось.       По комнате разнесся громкий кашель и тяжелый вздох, Василий понял, что с ним случилось - он заболел.

***

      Николай Павлович вошел в классный кабинет, когда-то и его уроки проходили в этом чудном месте, он помнит, как ему учитель делал строгие, но честные замечания и как он, ещё ребенком, пытался измениться. Сегодня у него было намерение понаблюдать за проведением урока учителя Василия Андреевича - великого поэта, историка, прекрасного ментора и человека, с мудрой, красивой душой, а его внешность туманила разум..       Его сын, уже почти взрослый, сидел за партой и громко вздыхал, учителя почему-то не наблюдалось, Николай нежно потрепал сына за волосы и слегка улыбнулся:       - Сашка, а где Василий Андреевич?       - Я не знаю, папа. Я переживаю, он всегда приходил во время. - настроение сына упало, а в глазах читался страх, удивительно, как он привязался к нему, и как он его любит, не одного учителя, великий князь, так не любил.       Лицо Николая расцвело в улыбке, он поцеловал сына в макушку       - Сынок, иди к себе и отдыхай, а я всё решу, - Александр вышел, а царь подошел к окну и стал задумчиво глядеть в тусклое, достаточно мрачное небо, покрытое черными тучами

***

      Император едет в карете, чтобы лично узнать и удостовериться в том, что его тайная любовь в порядке. Его транспортное средство передвижения останавливается и он подходит к дому Василия Андреевича. Заходит, встречают слуги, кланятся, говорят, что к барину нельзя, но Романову все равно, его душу охватил страх, он вбегает в его покои.       Василий Андреевич испуганно взглянул на царя, его глаза были уставши и грустны, под глазами были мешки и синяки, а лицо было покрыто болезненной бледностью, но он всё равно был настолько прекрасен, что у Ники прихватило дыхание. Сам же Жуковский, быстро встал и поклонился, на нем всё ещё была ночная рубашка, которая в наглую сползла на одно плечо       - Добро пожаловать, ваше величество, - он все еще стоял в позе поклона, а Николай Павлович, словно маленький мальчишка, стоял, не дыша и в ступоре. - Что-то случилось? Почему вы посетили меня? - не унимался поэт       - А? Да, здравствуйте, Василий Андреевич. - промямлил монарх, историк вкрадчиво посмотрел на него, явно пытаясь найти ответ на свой вопрос, но он смог увидеть лишь небесно-голубые глаза, усыпанные светлыми, длинными ресницами, в которых читались...любовь и нежность? - Вы заболели, Василий Андреевич? Что же вы стоите? Ложитесь, прошу вас, вы не должны были вставать       Жуковский со своей непритворной элегантностью осел на кровать и укрылся одеялом, лицо его озарила милая и нежная улыбка и она освятила весь мир государю       - Да, приболел.. Простите, что я не в подобающем виде.       Вместо ответа самодержец сел на край кровати и молча смотрел, наслаждаясь им, сердце билось быстро, а в горле пересохло.       Поэт чувствовал тоже самое и это было чертовски больно, каждый раз, когда он имел счастье лицезреть его - ему было невыносим плохо. Его сердце пропускало удары, щеки розовели, хотелось писать стихи и говорить миру, что он самый счастливый, а ещё хотелось рыдать, что он и делал, часто, находясь в депрессивном состоянии и меланхолии. Жуковский ненавидел себя за это, за то, что он не может быть с ним, за то что старше, за то что его ангел женат, за то что он император и Вася рядом с ним никто, за то, что они не рядом...

***

      Они сидели долго, молча, пересекаясь взглядами и, думая о друг друге, проклиная эту жизнь. Николай, сам этого не ожидая, накрыл своей рукой руку учителя и мягко сжал, мужчина залился румянцем и взял его руку в ответ. Коля приближается, заставляя сердце Васи трепетать, и целует в лоб, невесомо и очень-очень нежно, парень смотрит царю в глаза       - Жар спал, - шепчет Коля, и спускается поцелуями по лицу, целует всю длину носа, а потом носогубную впадину и замирает, а через несколько секунд нежно целует в губы, опуская руки на талию Жуковского, и по-хозяйски сжимая её, Вася обхватывает его шею руками и отвечает, мило мурча и хихикая.

***

      За окном лил дождь, на улице было мрачно, холодно и безлюдно. Погода, будто, была создана для грусти и печальных мыслей, но в доме наших героев никогда не было так тепло и спокойно. Они сидели в обнимку, нарушая тишину словами о любви.       Они никогда не были так счастливы, как сейчас, их счастье было тихим и бесценным.