Великий из бродячих псов: хэдканоны

Фёдор и Агата сошлись тихо, незаметно для окружающих. Со стороны казалось, что они просто работают и всё. Но на самом деле они выкраивали время и встречались. Достоевского заинтересовала эта англичанка с длинными волосами и трубкой, из которой струится синеватый дым. Агата отличалась от всех женщин, которых он ранее встречал. Она была невероятно рассудительной, спокойной и красиво улыбалась, хоть и редко. А Кристи было интересно посмотреть, что же этот русский гений в ушанке из себя представляет. Они встречались раз в неделю, в маленькой кафешке на окраине города. Там подавали достаточно вкусный чай, было тихо и уютно. Разговаривали буквально обо всём. У них были схожи вкусы в музыке: оба любили классику, особенно Чайковского. Читали одни и те же книги, делились друг с другом новыми авторами. Схожими были и предпочтения в чае. Они больше не могли без этих встреч и без друг друга. Поэтому через какое-то время стали встречаться.

***

— Их дом похож на то, если бы британский средневековый замок и цитадель объединились. Соседи обходят сие архитектурное строение стороной, от греха подальше. — Есть огромная двухэтажная библиотека, в которой любит засиживаться Фёдор. Иногда он увлекается книгами настолько, что забывает про время и еду. Кристи этим недовольна, потому закрывает книгу и тащит мужчину на кухню. — Достоевский отметил, что его избраннице очень к лицу красное кружево. Поэтому он не упускает возможности нарядить в него Агату. Девушка, конечно, слышала про его знаменитую фразу про мир и кровь грешников, но про одержимость мужчины красным цветом ничего. Фигура в красной ночной сорочке радует глаз, но Кристи никогда не понимает его удовлетворённого выражения лица. — А вот корсеты Фёдор не одобряет. Отрицательно влияет на работу органов и вообще всего организма. В какие-то моменты он берёт мешок и начинает собирать в него корсеты, которые есть у Агаты. Пусть их немного, но Достоевский против них. Методы уничтожения у него весьма древние. Фёдор со спокойным лицом разводит костёр и сжигает корсеты. Соседи шарахаются ещё больше. — Девушку не устраивает, что Фёдор плохо питается, а иногда не ест вообще. Она заставляет его спускаться на завтрак, на обед, на ужин и иногда на полдник. Но Достоевский, будучи невероятно хитрым и изворотливым, каждый раз старается избежать вкусного наказания. Не привык он к такому разнообразию и обилию еды. Так ещё и есть нужно в одно время. — Агата умеет играть на скрипке, а Фёдор на виолончели. И вечерами они собираются в гостинной или на веранде и начинают играть. Им прекрасно известно, что соседи, которые обычно сторонятся их, выползают на задний двор, чтобы послушать игру. — Утром и вечером устраивают небольшие чаепития. Накрывают небольшой круглый столик, ставят любимый расписной сервиз и заваривают ароматнейший чай. В это время они могут поговорить по душам в спокойной обстановке без суеты и беготни. — Фёдору часто снятся кошмары, а иногда случаются панические атаки. Поэтому девушка старается не оставлять его одного ночевать, а наоборот, ложится с ним, чтобы в случае чего быть рядом. — Кристи пусть и не показывает, но очень любит обниматься. Особенно с Фёдором. Она каждый раз тихо подплывает к нему со спины и обхватывает его своими тонкими руками. — Достоевский помогает расчёсывать Агате волосы после ванной. Он вообще не понимает, зачем ей такие длинные волосы и почему бы просто не укоротить их. Но при этом ему нравится украшать светлые локоны заколками. — Умеют ссорится и ругаться молча. По одному взгляду друг друга понимают, что кого не устраивает и кто на что обижается. Но в ссоре долго находиться не могут. Дома становится слишком тихо, не с кем поиграть на инструменте, а Достоевскому тяжело сосредоточиться на книге, пока он не помирится с Агатой. — Фёдор очень ревнивый и собственник, хоть с виду не скажешь. Если он что-то заподозрит, то мало не покажется. Достоевский может зажать Агату в углу и наоставлять синих засосов. Следы от зубов в подарок. Такое не скроешь никакой одеждой и косметикой. Кристи знает несколько правил, которые нужно соблюдать, чтобы лишний раз не доводить Фёдора до ручки.