Детство Оскара фон Ужасающего или Граф стал мамой.

— Если не будет хватать пергамента можешь сказать Оззи, он принесет из моего кабинета. — Да, дядя — Ты перепроверил книги, точно правильный год издания? — Да, дядя — Перья заточены? — Да, дядя. — Дай проверю под каким углом, ты их заточил, — Вампир отложил подклеенную книгу, мысленно оставляя пометку, о том что, нужно бы сделать ревизию в библиотеке и потянулся в отдельному футляру для перьев, — не хочу потом выслушивать от профессора Гематогена за твой почерк. — Граф перебирал книги в сумке, уже в третий раз пересчитывал свитки пергамента, поминутно заглядывая в расписание, и с каждым разом добавляя новый свиток, оправдывая это мысленной фразой «На всякий случай» И этот диалог длился без прикрас почти три часа, и Оскар уже откровенно говоря устал, последние летние ночи благоволили, так и хотелось гулять, до отбоя или плескаться в озере, а не сидеть в душном замке. Персефона наблюдавшая, за этим уже почти двадцать минут из своего укрытия, которое составлял каменный, арочный проход, тяжело вздохнула, Алрих наводил слишком много паники, через две ночи должен начаться новый учебный год и завтра прибудут последние ученики. А в прежде спокойном директоре неожиданно проснулся паникующий родитель, который, лишь сегодня после обеда понял, что его чадо, в этом году пойдет на обучение. Вампирша, покачала головой наблюдая, как тот, кто обернул ее вампиром, слишком уж придирчиво рассматривал несчастные гусиные перья, и мысленно пожалела племянника графа. — Дядя, а можно мне пойти погулять в лес ненадолго? — ребенок дошедший до пика своей усидчивости все же решился спросить разрешение на побег из душных покоев. Мужчина наконец отвлекся, переводя взгляд на племянника и прежде, чем успел сформировать даже внятную мысль, подключилась Персефона: — Алрих, до начала учебного года еще целых две ночи, и у Оскара все готово, так что сжалься над ребенком, в замке действительно невыносимая духота. Вампир едва заметно дернулся, так глубоко погрузился в свои мысли, что не заметил постороннего присутствия. Или же просто внутреннее ощущения, не воспринимают её как кого-то с кем нужно быть на стороже? Вздохнув Ужасающий смежил веки, приводя разбегающиеся, словно тарантулы мысли в порядок, ущипнув себя за переносицу. Открыв алые глаза, он перевел взгляд без зрачков на племянника, тот выглядел откровенно усталым, и каким-то подавленным, да уж похоже Персефона права, он и правда перегнул. Посмотрев на циферблат карманных часов, директор махнул рукой. — Иди, но за час до рассвета, что бы вернулся. — Хорошо, — Оскар тут же подорвался. «Спасибо», граф услышал, когда его неугомонная пиявка уже выпрыгивал из окна. — Ну что за ребенок. — Только и посетовал мужчина, растеряно переставляя пузырьки с разноцветными чернилами в линию. В ответ вампир получил, лишь тихий смешок, Склепина прошла в глубь комнаты, с присущей ей призрачной грацией она опустилась на край стула, около стола, расправляя несуществующие складки на бело-голубой ткани. — Чувствую, меня ждет много проблем. — Граф подавил в себе недостойное желание, лечь передней частью туловища на дубовый стол и пролежать так, как минимум минут двадцать, как максимум до следующего утра и все равно, что после такого будет несчадно болеть спина — Весь в тебя.

***

      Наконец-то свежий воздух, и ни какой библиотечной пыли, или спертого воздуха с ощутимым запахом очередного кулинарного «Шедевра» Оззи. Как же давно Оскар не летел, даже крылья поослабли, да мадам Склепина будет крайне недовольна его физической формой, и очень скоро любые его фокусы разжалобить эту вампиршу уже не пройдут. Пролетев над темной водой озере, что уже стало по немногу мутнеть из-за тины, и провернув пару маневров с рассечением воды крылом, при этом едва не свалившись в воду, Оскар приземлился на ближайшей ветке, сложив крылья и свесился головой вниз, вдыхая такой сладкий летний, лесной воздух. «Вот и закончились беззаботные деньки» с долей грусти подумал вампирчик, хотя радости все же было больше, ведь совсем скоро, приедут Букварь и Готика… И Драко. Мысленно Ужасающий вздохнул, да Драко все же придется терпеть, но Оскар надеется, что слишком много проблем тот не будет доставлять. Размышляя об будущих одноклассниках, Оскар вспомнил важную деталь из-за чего вслух ойкнул. Надо же было забыть попросить у дяди разрешение, привести в порядок теплицу на крыше и лабораторию в северной башне, с тех пор как Агата выпустилась, за четыре года теплица совсем обветшала, остальные ученики не особо любили возится с растениями, но Готика кажется снова обживет её, если он правильно истолковал её письма. Во всяком случае это должно быть проще, чем выканючивать более-менее целое помещение для мастерской Букваря. Дядя утверждал, что для такой поспешности нет необходимости и в течение первого месяца Оззи сможет подготовить, если понадобится дополнительное помещение, но Оскару с его логикой хотелось, чтобы друг сразу мог обустроить комфортный рабочий уголок, а не ждать месяц или и того больше, зная Оззи с его загруженностью. Потому он две недели талдычил с упрямством мула об своей просьбе, граф конечно для вида хмурил брови и ворчал, но Оскар знал, что дядя все же рад его вовлеченности к размещению друзей.       Отпустив ветку и приземлившись уже в истинном облике Оскар потянулся, отряхнув с волос осыпавшиеся иголки и не спеша пошел по тропе на излюбленное место отдыха. Вот только удача ему не улыбалась, на поляне был какой-то старик из города, настроение тут же упало, дядя строго запрещал контактировать с людьми. Оскар на инстинктах шмыгает за дерево и принюхивается, запах вокруг не был тревожным, но ужасно несло, чесноком и машинным маслом, осмелев младший ужас крадучись выходит из своего укрытия, вампирское обоняние не подводит и Оскар едва подавляет в себе громкий, недовольный стон. «Чесноков» От одной фамилии передергивает от отвращения, хотя порой его даже жаль, столько лет потратил на охоту на обитателей школы, а в городе его считают сумасшедшим. Хотя им же лучше. Решив не маячить по близости от этого не особо опасного, но непредсказуемого охотника, Оскар идет в противоположную сторону от старого мужчины, что весело напивает отвратную песенку о убийстве вампиров и чесноке. И в какой-то момент улавливает запах еще одного человека. Чуть поотдаль между разросшихся корней была вырыта небольшая, но глубокая яма. Дядя как-то показывал на прогулки, эти до нелепого смешные ловушки старого охотника на вампиров, что регулярно досаждает школе. Эти ловушки подходили больше животным, нежели вампирам, максимум кто в такую может попасть это неопытный оборотень, или волк, но Ужасающий надеялся не встречать ни первых, ни вторых. Пол года назад в лесах разбушевалась стая волков, а может быть снова, оборотни нарушили границу, но они с дядей и профессором Гематогеном стали свидетелями не очень хорошей картины — результат действий, ни то волков, ни то оборотней. И Оскару до сих пор становилось дурно стоило вспомнить тех растерзанных туристов. Внутри оказалась судя по запаху человеческая девчонка, перепачкана землей и глиной. — Дедушка! Вытащи меня отсюда! Голосок совсем тонкий, едва не срывается от страха, слышен звук возни, и оборонных корней, а в воздухе витает стойкий запах нарастающего страха. Похоже провалилась, думается Оскару, и в душе мелкого упыреныша клокочут сомнения. Перед глазами стоит ужасная картина расправы диких животных над людьми, а с другой, ему же нельзя помогать людям, даже приближаться не стоит. Оскар все взвесив, все же отступает, решив приманить старика по тропе, но от сильного непривычного ему человеческого запаха, не удержавшись чихает. — Эй кто тут? — тут же реагирует напуганная девочка. Оскар обреченно вздыхает, он себя уже выдал. — Эм, Привет, тебе нужна помощь? — неуверенно спрашивает он, осторожно подходя к краю ямы. — Привет, сможешь помочь мне выбраться? — голос звучит уже не так напугано, а запах страха совсем чуть-чуть притухает, вампиренышу, даже дышать становится легче. Если честно Ужасающий не особо понимает как ее вытянуть, ну не оборачиваться же ему мышю. Да даже если и можно было, девочке на вид лет девять, он не сможет ее поднять. Быстро осмотревшись он замечает склоненную ветку. Достаточно прочную, чтобы выдержать вес человека. Немного повозившись и содрав кожу на ладонях ему удается помочь ей выбраться. Светловолосая девочка пыхтя, и скользя по влажной земле выбирается из западни, крепко хватаясь за протянутую руку. Она тяжело дышит и безуспешно пытается отряхнуть от налипший земли одежду, но запах от нее исходит уже не столь удушающий, даже сладко цветочный, Оскару от этого хочется снова чихнуть. Почти полная луна выходит из-за деревьев и виконту Фон Хорикуса удается рассмотреть ее лучше. И на его взгляд она была крайне необычной; светлые волосы, голубые глаза, веснушки, чуть загорелая от солнца кожа и очень теплые ладони. Она так сильно отличалась от вампирш, что он встречал раньше, это не сравнится ни с острой красотой аристократок, ни эфемерно-призрачной грацией леди Склепины, но в этом было что-то красивое. Непонятное, но определенно красивое. Отдышавшись она, замечает на себе изучающий взгляд и мило улыбнувшись, протягивает запачканную руку. — Я Светлана, но друзья и родные зовут Солнышко. — Оскар Фон Ужасающий, — автоматически представляется вампир. — Ого даже так, тогда Светлана Чеснокова. — Удивляется блондинка, стараясь убрать налипшие пряди с лица, без рук. Оскар от этого имени едва не отшатывается, но удерживает себя на месте, однако руку все же дергается, и Светлана расценивает это по своему и неловко улыбается. Её не понаслышке известно, какие слухи об ее родственнике ходят в маленьком туристическом городке. — Спасибо, что помог, — благодарит она спустя пару секунд напряженного молчания, озадаченно изучая неожиданного спасителя. Тот в свете луны кажется болезненно бледным, руки ледяные, не смотря на удушающую жару леса, а в глубине карих глаз, кажется есть маленькие алые искорки, хорошо заметные при холодном свете луны. Невольно на ум приходят все те страшилки, что рассказывает дедушка, но вампиров же не существует. Светловолосая моргает, и трясет головой пытаясь убрать щекочущие пряди с глаз. «Нет глупость какая, просто нужно меньше листать все те старые книги дедушки» — Прости, что так бесцеремонно спрашиваю, но что ты тут делаешь, так поздно? — Эм, я… у нас тут поход с классом, — быстро сориентировавшись придумал Ужасающий. — И мне уже пора возвращаться, он махает себе куда-то за спину, надеясь, что она не попросится вслед за ним. — А, — протягивает она понимающе и смерившись с грязью обтирает руки об ткань свободных, льняных штанов. — А пожилого мужчину ты тут не видел? — Видел метров семьсот вперед, по тропе, — облегчено выдыхает молодой вампир, в носу свербит от цветочного запаха. — Спасибо, что помог, пока, может еще встретимся, — машет она рукой и идет чуть прихрамывая по тропе в указанном направление. Оскар облегченны выдыхает, утирая вспотевшие руки, все удалось, да и пожалуй хватит с него прогулок по лесу, наверное стоит пойти полежать к озеру, подальше от всех представителей фамилии Чесноковых. Да только это явно не его день, так как чуткий слух улавливает волчий вой, и что самое страшное в направление этой девочки.

***

      Запах агрессии животного и запах человеческого страха почти оглушает, что можно сознание потерять, но сейчас этого делать никак нельзя. В боку колет от сбитого дыхания, но сжавшийся девчачий силуэт уже виден, меж тонких стволов деревьев, светловолосая пятится, распространяя такие удушающие волны страха, что у Ужасающего моментально разболелась голова. Подобрав на ходу камень и швырнув в хищника для привлечения внимания, Оскар переключает внимание на себя, выступая вперёд, внучка, Чеснокова была в полнейшем оцепенение страха и смогла, лишь сдавлено охнуть, на его появление. — А ну проваливай! В ответ раздается, голодное рычание, и клацанье зубов. Поняв, что агрессией не победить, а показывать клыки и глаза при людях не желательно, Оскар на пару секунд прикрыл глаза, воспользовавшись тем, что смертная стоит у него за спиной. — Повинуйся — едва слышно, произносит юный виконт, применяя еще не окрепший осознанный навык, но Гематоген говорил, что Оскару легко давался гипноз еще в детстве, а значит и сейчас должно получиться. — Прочь. — Почти не разжимая зубов произносит Оскар, на столько тихо, что человек позади него услышать не способен. Животное поджимает уши и прижимается к земле, почувствовав угрозу, глаза вампиреныша все же полыхнули алым, но почти моментально вернули себе природный карий цвет, лишь где-то в глубине были едва заметные всплохи, а затем заскулив убегает прочь от создания тьмы. Фон Ужасающий выдыхает. — Ох Оскар, — Светлана наконец отмирает и неверя смотря на спину мальчишки, что не побоялся и спас её от волка. Её пробирает крупная дрожь, от одной мысли, чтобы с ней стало, если бы не этот странный, болезненный мальчик. Она чувствует как к глазам подступают слезы, и отчаянно их смаргивает, нет плакать она не будет. — Тебе нужно найти своего дедушку, — не оборачиваясь говорит он, и оказывается в крепких теплых объятиях. — Я очень испугалась, — признается Светлана, и отпускает спасителя, через несколько секунд, — Спасибо, ты очень храбрый, — выпаливает она и улыбается, почти через силу, лишь бы не заплакать. — Идем, — говорит он, кажется смущено не поднимая глаз беря ее за запястье.       Чеснокова они не догнали и Оскар решил проводить девчушку до дома, благо дом охотника находился на самой окраине почти в плотную к лесу, Светлана из-за шока была притихшей, и даже какой-то сонной, но не мудрено, ведь время переваливало за три ночи, и Оскар уже опаздывал к возвращению, которое обещал дядюшке. Зайдя на крыльцо она все же улыбнулась. Напряжение ее отпустило, и навалилась неподъемная усталость. — Спасибо тебе ещё раз, и за то что, вытащил и за то что спас, — поблагодарила она. Брюнет лишь слегка улыбнулся. — Ерунда, любой бы так сделал. — Надеюсь мы еще увидимся. — Обязательно, — Заверил её Фон Ужасающий, — а теперь мне пора. — Пока. Отойдя подальше и убедившись, что девчонка скрылась в доме Оскар обернулся мышю и полетел в замок, и лишь подходящий к дому Кузьма Чесноков стал невольным, свидетелем его трансформации…