***
Володя заглушил двигатель, оборачиваясь сначала к Вике, а затем кидая взгляд на незнакомую женщину. Она молча собрала свой чемодан и посмотрела на мужчину. — Кстати, спасибо, что подвезли, — женщина покинула автомобиль вместе с Викой и Володей и направилась к школе. Кузнецова подняла голову и посмотрела на пансион. Ей казалось, что она не была здесь несколько лет, а не месяц. Не думала, что будет скучать по этому месту. — У нас получилось, — прошептала она, улыбаясь. Мужчина кивнул и похлопал её по плечу. Синхронно обернувшись, они увидели Марию, которая развешивала белье на бельевой веревке. Вика заметила, как загорелись глаза бывшего повара. — Увидимся позже, — добавила она, направляясь в школу. Зайдя в холл, брюнетка довольно втянула знакомый запах. Ей казалось, что у этого места он свой, собственный запах. Несмотря на все ужасы, что они пережили, сюда хотелось возвращаться снова и снова. Хотя бы для того, чтобы вновь окунуться с головой в учебу, в ночные посиделки, тайные встречи, секретные записки. Школа хранила в себе воспоминания, что были так дороги сердцу. — Виктор Николаевич, мы едва ли продвинулись, сейчас в подземелье спустилась группа Павла Петровича, — Кузнецова повернула голову к учительской, где стоял Поляков в компании своего племянника и Старковой. Последняя тяжело вздохнула, понимая, что их плачевное состояние становиться только хуже. Тот запас ампул, которые они нашли под завалами, быстро испарялся, а зараженных в изоляторе становилось только больше. Вытерев невидимый пот со лба, Дарья повернула голову в сторону Кузнецовой, замерев с широко распахнутыми глазами. Авдеев проследил за взглядом своей девушки и повернулся к Вике лицом, удивленно хлопая ресницами. — Ты жива, — хриплым голосом произнесла Старкова, сглатывая ком, вставший в горле. По щекам покатились слезы, когда брюнетка упала в объятия своей лучшей подруги. — Господи, этого не может быть, ты жива, — повторяла Дарья, не сдерживая своих слез. Друзья быстро преодолели коридоры, буквально влетая в комнату парней. Там Вика увидела Рому, который видимо только пришел с подземелья. Об этом свидетельствовали спортивные штаны и пыльная футболка. Морозов же сидел на подоконнике, прикуривая сигарету. Но когда тот увидел Кузнецову, зажигалка выпала из его рук. — У меня уже галлюцинации из-за вируса? — спросил Павленко, рассматривая свою подругу, которую долгое время считали погибшей. — Ага, коллективные, — поддержал Максим, спрыгивая с подоконника и сгребая девушку в свои объятия. — А ты, оказывается, живучая, Кузнецова, — не удержался он, вдыхая аромат подруги. — А где Артем? — спросила она, освободившись из объятий своих друзей. Именно в этот момент входная дверь открылась, впуская в помещение еще одного жильца этой комнаты. И Вика увидела Его. Тот, по кому она скучала, кто приходил к ней во снах. Парень, чувства которого, она долгое время не замечала. Или не хотела замечать, так как была увлечена своим одноклассником, Морозовым. Сейчас парень выглядел не особо. Усталый и понурый вид, помятая футболка и недовольные глаза, будто кто-то прямо сейчас перешел ему дорогу. Бросив на свою кровать пачку сигарет, Калинин повернулся к друзьям и остановил свой взгляд на Кузнецовой. Не дожидаясь его реакции, та быстро сократила расстояние, впиваясь в мягкие губы парня резким поцелуем. В нос ударил едкий запах никотина, коим пахли волосы и одежда Артема. Сначала опешив от такой реакции, парень незамедлительно сориентировался и сжал брюнетку в своих объятиях, отвечая на поцелуй. — Ты жива, — прошептал он, соприкасаясь с её лбом. Вика лишь облегченно выдохнула, закрывая глаза от осознания, что она «дома».***
Антон вышел из душа, вытирая волосы полотенцем. Долгое пребывание в подземелье ужасно сказывалось на состоянии не только учителей, но и школьников. Он поражался мужеству и стойкости Авдеева, который хотел найти свою семью, мать и сестренку, которые остались в подземелье. С другой стороны, Уваров был единственный, кто понимал его. Где-то там, под грудами камней, находился его родной брат. Он потерял свою сестренку, и потерять Вадима он просто не имел права. Каждый раз он с невообразимой любовью и нежностью смотрел на свою мать. Столько лет прошло, он считал её погибшей в аварии, а сейчас он наблюдает, как та сидит в кресле, зашивая его футболку, которую он порвал при разборе завалов. Ему не терпелось найти брата, а затем отправиться на поиски отца. Антон не знал, откуда начинать, но был уверен, что мужчина жив. Екатерина Юрьевна последний раз видела его около трех лет назад, тогда они вместе находились в подземелье, затем их разъединили. Ночами Антон слышал, как она плакала в подушку, прижимая к себе фотографию маленькой Аделины. Неожиданно дверь в комнату отворилась, впуская нежданного гостя. Повернувшись, Антон увидел девушку, одетую в джинсы, майку и ветровку. Её волосы были взъерошены, а грудь вздымалась от быстрого бега. Карие глаза горели. Горели огнем и счастьем. Уваров застыл на месте, узнавая в девушке свою родную сестру, со смертью которой долгое время не мог смириться. Долгое время пил, страдал, не желал воспринимать действительность. Они так и продолжали стоять, смотря в глаза друг другу, не веря, что встретились вновь. Антон не мог поверить, что видит её живой, а Вика была просто счастлива встретить его после того, как вспомнила свое прошлое. — Я все вспомнила, — сообщила она, натягивая на лицо глупую улыбку. — Антон, — воскликнула она, прыгая в объятия своего брата. — Сестренка, — прошептал он, сдерживая на глазах слезы. Вот он снова прижимает её к себе, вдыхает запах, знакомый с детства, а она такая маленькая в его руках. Такая нежная и беззащитная, словно ангел. Вика перевела взгляд за спину брата, сталкиваясь с карими глазами, которые с удивлением рассматривали её. Это была она. Та женщина, что она видела в подземелье. Та, кто вырубила охранника и попыталась сбежать. У неё получилось. Это была ее мама. Годы практически не изменили её, лишь волосы стали длиннее, а в уголках глаз показались первые морщинки. — Аделина? — удивленно спросила она, не веря в происходящее. — Да, мама, это она, — улыбнулся Антон, поворачиваясь к женщине и прижимая сестру к себе. — Наш ангел, — добавил он. Преодолев расстояние, мать и дочь прижались друг к другу, томно выдыхая.