Сказки на ночь

Скотти был наслышан о том, с какими проблемами столкнулся Спок, когда сидел с маленькой Астрид. Но главного инженера трудности не пугали, поэтому он и согласился принять эстафету. (На самом-то деле, он просто не понял, о чем его просят, потому что в это время что-то усердно чинил, а когда понял, было уже поздно.) Монтгомери был уверен в том, что уж он точно справится с этой ответственной миссией идеально. Ну а как иначе? Против природного обаяния никто не устоит. Против природного обаяния Кинсера. Может быть, это и было неправильно подставлять вот так своего товарища, но и самому страдать от проделок маленькой бестии не больно хотелось. Пока его зеленый друг стоически исполнял роль живой игрушки для младшей Ухуры, Скотти был занят невероятно важным делом. Мемуары писал. «Для потомков», - как он сам выражался, гордо цитируя наиболее удачные, по его мнению, моменты. Увлеченный своим занятием, он даже не замечал, с каким жалобным видом несчастный Кинсер пытался привлечь его внимания, стараясь спастись от «человеческого детеныша». Только когда его записи стали походить на юмористическую пародию на журнал «Занимательная механика», а стрелка часов была близка к тому, чтобы завершить свой суточный оборот, Скотти наконец обратил внимание на происходящее. Кинсер, одетый в розовое платьице, с огромным бантом на голове, сидел на стульчике и держал в руках крошечную чашечку из сервиза для кукол. -Где ваши манеры, мисс? Я буду вынуждена оставить вас без сладкого, - строгим тоном выговаривала Астрид замученному созданию, которое уже и не понимало, чего от него вообще хотят. - Кажется, вам пора спать, мисс «никого не оставляю в покое» Ухура, - пытаясь не засмеяться от увиденного, произнес Скотти, отмечая про себя, что после такого испытания он просто обязан быть добрее к Кинсеру, которому за один день пришлось вытерпеть больше, чем за всю жизнь. Астрид скорчила недовольную рожицу, но все же направилась в постель, таща с собой за руку Кинсера, который уже не особенно и сопротивлялся. - Расскажешь сказку, отпущу твоего друга. Решать тебе. Скотти понимал, что девочка сейчас не шутить, и только поражался, откуда вообще столько неуемной энергии и фантастической наглости в столь юном создании. - Ладно, слушай. В одном царстве-государстве жила заносчивая принцесса. Творила, что хотела, ну просто полнейший беспредел. А самое главное, не прислушивалась к мнению подданных. Говорил же я ей, нужно мне 3 часа, 3 часа на починку, а она мне в ответ знаешь что? «У вас 30 минут, вы справитесь». И ладно бы один раз, да так постоянно! Нет, ну понимаешь, никакого житья с этой принцессой нет. «Сказка» Скотти как-то внезапно стала не особенно сказочной, и кто знает, сколько бы еще продолжалась его возмущенная речь, если бы ее не прервала Астрид. - Ты про Кирка? Да не переживай, он еще свое получит, за все ответит. Ой, как я на нем отыграюсь. Монтгомери ошарашено смотрел на девочку, мечтательно закатившую глаза, предвкушая расправу над капитаном. Непонятно, чего ей там Нийота про него понарассказывала, но явно ничего хорошего. - Можешь идти. И друга своего милашного забери. Не дождусь я, видимо, от вас, энтерпрайзовцев, нормальной сказки. Девочка сонно потерла глаза, чмокнула Кинсера на прощание и указала Скотти пальцем на дверь, показывая, что больше его не задерживает. «Не завидую я Кирку, ох как не завидую. Хотя, сам виноват, говорил же я ему, 3 часа, 3 часа…»