Ты—причина моей эйфории.

Очередной день. Ничего не меняется так часто, как настроение Чонгука. — Не приснился…— Чонгук не хотел открывать глаза. Он все ещё ждал.— Я подожду. Ещё. Но мир снов никак не впускал его в свои врата. —…Почему. Что я сделал не так? — он, наконец, разомкнул веки.— Как же больно. Он вытерпел так много говна, чтоб в итоге все потерять? Нет, Чонгук так быстро не сдаётся. Он будет пытаться каждый день и каждую ночь, пока снова не увидит изящную фигуру посреди ночи, пленящую своими изгибами и нутром. Он спал, но вроде как и нет. Глаза ужасно болели. Если вчера он был на 7 небе от счастья, то теперь под 7 слоями земли от пустоты. Ощущения как после принятия наркотика. Было классно, но эффект не долговечен. Он медленно плелся на кухню. Желания что-то делать не было. Приготовив себе сухой завтрак, он принялся есть. Секунды тянулись неторопливо. Это его бесило. Ему нужно чем-нибудь заняться. Но за что он мог взяться? Апатия проросла из его сердца, заменила кровь и лилась в органы, как в дешёвый сосуд. Мир вокруг обрёл темные тона как раньше. А ведь он так был близок к свету. Из вязких раздумий его вытащил звонок в дверь. Не имея никакого желания куда-то двигаться, он проигнорировал его и начал рассматривать стакан. Он казался более интересным, чем вся его жизнь. Человек вне квартиры не сдавался. Он упорно звенел, чем раздражал Чонгука. — Кто в такое раннее время приходит? — он заставил себя встать.— Кому-то сейчас морду набью. Он заглянул в глазок. На лестничной площадке стоял никто иной, как Хосок. Чонгука это не удивило. Не в первый раз. — Мог бы позвонить. Я в такую рань дверь открывать не собираюсь, — он рассматривал своего брата. Тот выглядел как полная противоположность Чонгука: с развеселой улыбкой, сияющими глазами. — Прости, телефон в квартире оставил, —он вошёл и заглянул на кухню.— Разреши присоединиться. — Хорошо Гук чуял, что тот пришел неспроста. Какие-то новости и, определенно, хорошие. Брат уселся напротив него. Он задумался и что-то хотел сказать, но как будто никак не мог подобрать слов. Парню интересно за этим наблюдать. Мимика Хосока поднимала настроение, проблемы вмиг забывались. — Чонгук, сегодня ко мне снова приезжают мои друзья-партнеры. И я очень хочу, чтобы ты пришел. Я им много про тебя рассказывал и у них сложилось хорошее мнение о тебе. Им хочется услышать, как ты играешь, — он замолчал, но потом сразу же продолжил.— Пожалуйста, приходи. Я не хочу перед ними предстать как дурак, не сдерживающий обещания. — Сразу бы так и сказал. Ну, — Чонгук подумал о делах, которые у него сегодня есть: на работу он не ходит уже как неделю. Ну, им то что, он там не на постоянке. Работать музыканту официантом не самое лучшее решение. А больше у него ничего и не было. Конечно, апатия говорила нет, но ведь брат ему никогда не отказывает. Глупо ему не ответить согласием.— Хорошо. Во сколько? — В семь часов. Желательно, чтоб ты пришел на час-два раньше. — Мм, ладно. Напомнишь мне если что. — Спасибо! Чтоб я без тебя делал — Но я вроде ничего и не сделал — Не суть. Я поехал. Нужно подготовиться, — Хосок помчался к выходу, так ничего и не поев. Чонгук не стал его держать. Он просидел на кухне длительное время. Его апатия еще бушевала, но он был готов к выполнению заданных целей. Он прошел в комнату. Там стояла его любимая гитара. Он невольно вспомнил про обещание. — Я должен начать петь Его руки потянулись к струнам инструмента. Он нежно прошёлся пальцами по железным нитям. Прозвучал хриплый звон. Он, если честно, не представлял, что петь. Классика — единственное, что он знал. Ему стало стыдно. Но тут голос сам выплеснулся из горла. Он начал петь. Он сочинял на ходу. Его душа сама вырывалась и разбивалась громким, звонким и в то же время нежным звуком. Рука уверенно играла на гитаре, гармонично сливаясь со сладким голосом. Что это, если не талант? Вот попробуй кто-нибудь другой взять инструмент и одновременно спеть, при этом делая это в первый раз. Если б у тебя вышло, то поздравляю, ты одарен богом. И ты бы мог вполне поравняться с Чонгуком. Он идеальный соперник и партнёр в подобных делах. Треск и шум наполняли небольшое помещение. Звук ударялся об стены, отскакивал туда-сюда, становился то ниже, то выше. Даже сквозь каменное покрытие песня пробивалась наружу. Мимо проходившие люди, услышав сопение, вырывавшееся из лёгких Чонгука, тут же оборачивались к источнику звука. Как будто бы это пел вовсе не парень, а молодая дриада, отклекающая своего суженого. А может, между этими двумя понятиями есть общее. После пения его начала томить жажда. Он бросился к крану, чтобы наполнить свой иссохший организм водой. Его мысли были забиты одним именем. Оно крутилось, не давая не на миг о себе забыть. Его обладателю он готов был отдать весь мир, склонить голову и молиться, как верующий в единственного идеального. Руки тряслись, пытаясь нащупать что-то несуществующее в воздухе. Огорченный, он сел за стол и погрузился в безграничные думы. Так хочется прикоснуться, вдохнуть приятный запах родного тела. Большие, искренние, неосуществимые мечты.

***

Утреннее принятие ванны никогда не было во вред. Когда ты омываешь свое нечистое тело, ты каким-то образом и очищаешь душу с головой. Тэхён был расслаблен до мозга костей. Его прерывистое дыхание отдавалось в тягучей тишине. Треск белой пены наполнял уши. Глаза были прикрыты, не желая видеть бессмысленное окружение вещей и предметов. Своими мыслями он был на райском острове, пил кокосовое молочко, услаждал себя различными забавами, таял под солнцем. Ноги чуть касались морской воды и проводили приятный ток по всему Тэхену. Вот бы сейчас в такое место. Он открыл глаза. Серое помещение заставило вздрогнуть. Конечно, не Гаваи, но не так уж и плохо. Он встал, оделся и направился в комнату. Его жизнь теперь кажется такой невинной и безызъяной. Фильтрование мыслей значительно улучшило состояние В голове остался лишь он— целится в него как в единственную недосягаемую мишень. Он сделал его амбициозным, критичным И до ужаса циничным. Приняв полезный, малокалорийный завтрак, Тэхён направился в школу. Чимин встретил его возле ворот. Он был в очень приподнятом настроении. Тэхён сразу же обратил на это внимание. Текущие события устраивали его и он ни о чем не волновался. — Привет. Ты такой улыбчивый, — он ответил тем же рыжеволосому.— Что является причиной? — Ты… — он, по своей старой привычке, начал вращаться вокруг себя.— Юнги скоро выпустит альбом! — Я за тебя искренне рад, — он слегка приобнял друга, —У меня тоже есть небольшая новость — Какая? — Чимин осмотрелся. Убедившись, что никого нет, он продолжил, — Девушку нашел, да? — Эм, что? — это было крайне неожиданно.— Нет — Ты в последнее время просто какой-то другой. Уже забыл, что произошло вчера? —Я…а, — он опешил. Точно—та самая недоссора.— Прости, у меня тогда было не лучшее состояние. Но с сегодняшнего дня все меняется. Я начну жизнь с чистого листа. Чимин, кажется, подавился слюной. Его лицо стало каким-то каменно- неестественным. Он вздохнул и снова обратился: — Хочешь бросить меня, — он это утверждал.— Нашел мне замену и я теперь ненужный мусор. Блин, больно… — Что?! С чего ты взял?! — Тэхену не ясно, как он мог о таком подумать.— Да нет же, я собираюсь стать лучше. Ну, то есть, саморазвиваться и всякое такое. Типо хочу научиться играть на пианино… — Эм…ты серьезно? — Чимин как-то нерадостно это воспринял.— Тебе ещё мозги поменяли? — Я ведь не хочу с тобой ссориться…почему ты меня не понимаешь? — он смотрел на друга так пристально, что тот вздрогнул.— Никогда я не искал тебе замену. Ты- мой единственный лучший друг. А причина-то вот в чем… Я ведь так беспамятно влюблен… — Ты? — Чимин переменился в лице.— Ну если твоя смена мировоззрения связана с желанием твоей половинкой, то я не против! Как ее зовут? — Его… Чонгук, — он покраснел — Это что…тот что из сна? — теперь его лицо стало удивлённым, озадаченным.— Не, браток, так дело не пойдет. Ты же никогда его не увидишь. — Увижу. Я в этом уверен. А ещё я ему обещал научиться играть, — он посмотрел на небо.— Думаю, он тоже иногда так смотрит наверх и вспоминает меня. — Ок… допустим, я не буду тебя осуждать… — Спасибо. Спасибо, что понял — Да ладно тебе. Я верю, что он спуститься к тебе, когда та звезда исчезнет с небосклона. Он указал на еле видимую звёздочку, которая вот-вот растворится. Он обменялись взглядами и расплылись в улыбке. Как приятно, когда рядом с тобой человек, который повидал мир из того же бинокля, что и ты. Он примет тебя любым, даже если сначала возникнет недопонимание. Вы как два зверька, росшие вместе и проимевшие одни и те же привычки. Даже если ты—тигр, а он — пушистый котенок. Ему можно всецело доверять, делясь даже самым сокровенным. Пожалуйста, пусть каждый из вас встретит своего друга! После школы они вместе отправились записываться на музыкальный кружок. Тэхён волновался, потому что никогда не притрагивался к инструментам, но его любовь подталкивала вперёд, да и он сам не меньше того хотел. Главное-усилия, приложенные от самого сердца. Любовь к труду способствует эффективному освоению нового материала. А Тэхен не такой. Но ради полета он готов падать и падать, пусть это будет длиться бесконечное время. Его амбициозность не давала сойти с пути. — Здравствуйте, а у вас можно записаться на музыкальный кружок? —Извините, все места заняты Мрачный, он пошел дальше. Ничто не могло его остановить. Даже настроение, при котором ты готов сброситься с 6-го этажа.Не надо поддаваться эмоциям—провокаторам. Стремись дальше и выше. — Здравствуйте, а вы набирае… — Извините, но класс переполнен Чимин шел за другом. Тот постоянно видел его грустные глаза, но не говорил об этом. Это будет лишним. Нельзя заставлять его думать, что он выглядит жалким и беспомощным. Это не так, но Тэхён бы все неправильно понял. — Простите, вы берете… — Больше не обучаем Гнев и слабость тащили вниз, но цель ведь наверху. Поэтому ни при каких условиях и обстоятельствах нельзя сдаваться. Это ещё только цветочки. До ягодок ещё расти и расти. —Мы обошли все, что рядом. Тащиться дальше нет смысла— слишком большое расстояние. — Может тебе нанять репетитора на дому? Тэхён посмотрел на него с болью. Ну конечно! Почему нельзя было сразу так и сделать. Не учел. Осталось сказать все маме и организовать. С этой недели он обязан начать свою музыкальную жизнь. Поэтому, быстро попрощавшись, он помчался домой.

***

— Когда твой брат придет? Играла какая-то старая пластинка. Уже в который раз. Никто ничего не менял, как будто так и нужно. Хосок разлёгся на собственном диване, согнув ноги в коленях. В руке он держал свой новенький айфон, по экрану которого его тёмные глаза жадно пробегали. В углу с сигаретой в руках сидел Юнги. Он что-то пересматривал в мужском журнале, который явно его не интересовал. Голова прислонилась к холодной стене. Ноги были сложены накрест. Губы сомкнуты в трубочку. Как будто бы он не голых женщин рассматривал, а читал очень важную научную статью, рассказывающая о мировом открытии. Один Намджун не знал, что делать. Их планом на этот вечер было лишь знакомство с младшим братом Хосока. А того до сих пор не было. Он сидел и мучал пустоту своим гнусным взлядом. Чем заняться— неизвестно. —Ну? — никто не отвечал, потому что никому не было известно. Он сложил руки у груди, выпрямил спину и продолжил свои гляделки в никуда. Но вдруг шум за дверью заставил всех обернуться. — Неужели пришел Хосок, запыхавшись, подбежал к двери. Открыв ее, он сразу затащил брата в дом. Тот был очень замёрзший и зяблый. — Ты что? Заболел? Если да, то мог бы остаться дома, — он переживал за младшего — Все хорошо, просто вышел в одной футболке и тонкой куртке — Не шути со своим здоровьем. Он пропустил его внутрь. Тот сразу же оглянулся и заметил тех самым, о которых так воодушевленно твердил его брат. В его лице разыгралась неприязнь, но это скорее из-за того, что он был не совсем счастливым ближайшее время. Дело не в людях. Дело в нем. — А вот и наш долгожданный! Хосок торжественно, под звуки собственного смеха и хлопков, пропустил Чонгука в зал. Друзья начали анализировать рассматривать его с ног до головы: обычная азиатская внешность, непримечательная одежда, лёгкий макияж. Все так, как описывал Чон старший. Они пропустили его к столу и начали допрашивать. — Профессионально играешь на гитаре? —Да —Чем—нибудь ещё увлекаешься? —Нет Он явно не хотел вести этот скучный разговор. И даже как-то наплевать, что обо всем его спрашивает популярный на всю страну Агуст Ди. —Ну же, Гук-и, будь повежливей. Они всё-таки тебя ждали. —Простите, я сегодня не в настроении Он удалился прочь. Его руки были запрятаны в карманы тёмно-синих джинс. Он хотел выбежать наружу, но теплая рука брата его остановила. — Пожалуйста, не уходи. Останься и посиди отдельно от всех в комнате. Мы подождем, пока тебе не станет легче. Он послушался и завернул в угол, где находилось небольшое помещение. Разложившись на кровати, он сосредоточился на мыслях о себе. Неужели это все из-за неудачи со сном? Или недосып? Неизвестно никому. В любом случае, вскоре он придет в норму. Нужно лишь время. Про свое новое увлечение он рассказывать дружкам брата не собирался.Да и зря он сказал об этом Хосоку. Надеюсь, он посчитал это несерьёзным. Чонгук думал, что это секрет, который хранится между ним и Тэхеном. Его нельзя показывать другим, иначе он потеряет смысл. Да и неясно, как отреагирует семья и знакомые на его новые увлечения. Конечно, положительно, но ему не надо лишних похвал. Людям угодно сказать «молодец», что сбивает с пути и стирает надежду на дальнейшее развитие таланта. А он не хочет думать, что это высшая точка. Есть ещё выше. Лучше уж пусть пение будет неожиданностью, нежели чем-то обыденным. Он надел наушники и решил послушать то, что никогда не слушал. В подборках с популярными треками он искал то, что подойдёт именно ему. Скучно перелистывая треки, он не заметил, как в комнату вошёл брат. — Все хорошо? — он выглядел очень обеспокоенно.— Они все ещё там. Если не хочешь выходить—не выходи. Я как-нибудь объяснюсь. — Я скоро, — он поднялся и отправился в уборную.— Надо сделать кое-какие дела. Хосок с улыбкой отреагировал и пошел к заждавшимся рэперам. Чонгук пришел сюда, чтобы наконец успокоиться. Умывая лицо под краном, он нарочно думал, что стирает весь негатив, накопившийся в нем за долгое время. Сделав свои процедуры, он с чистыми душой и сердцем тронулся к ребятам. Все мигом обернулись на него. Ему стало неловко от такого количества внимания, но он не подал виду. Все-таки грубо он поступил с Юнги. Надо заладить дело. Он сел рядом с ним и сначала просто слушал их разговор. Они говорили о своем будущем треке. Из полученной информации он вынес, что релиз будет совсем скоро. Каких-то 2-3 недели. Потом он попытался влиться в их компанию, правда совершенно не представлял как: они обсуждали то, в чем Чонгук не разбирался. Хосок, заметив неловкость брата, обратил внимание в его сторону. — А, кстати, ты же собирался, — он остановился и взглянул на брата, — Точнее, мы собирались послушать твою игру. Не против сыграть? — Сейчас все будет Он сходил за своей первой любовью и тотчас начал исполнять должное. Струны под его ладонями были настолько послушны, словно они и Чонгук-одно целое. Юнги и Намджун наблюдали за ним с открытими ртами, порой комментируя и даря комплименты в сторону музыканта. Но Чонгуку не нужны лишние слова. Он сам на уровне чувств понимает: гитара—его альтер-эго.Когда она звучит. Потому что ничто ему не кажется настолько родным, чем деревянный инструмент. Пусть ему твердят, что это бесполезное дело, многому от этого не наберёшься или что у него вообще нет таланта (такое часто можно услышать от завистников)— ему плевать. Потому что он считает иначе. Да и искренние люди подтвердят, что он и вправду мастер собственного дела. Закончив на звонком, отзывчивом звуке, он осмотрелся вокруг. Он доволен тем, что сделал— реакция вокруг бесподобна. Рэперы глядели, как будто с застывшей маской. Первым от действия музыкального наркотика отошёл Юнги и начал шариться в кармане. Достав красный платок, он по-театральному заявил: — Ох, боже вы сломили мой железный щит! Даже сердце растопили! — ребята отнеслись к этому странно. Они не знали, что Юнги вообще может быть эмоционален. —Я благодарен за такую бурную реакцию на мое творчество, —подыграл он. Как никак, но парень он неплохой и долго дуться не может. —Парень, серьезно, — Намджун светился в улыбке, — Ты буквально управляешь гитарой силой мысли. Мелодия такая… завораживающая Он мило улыбнулся в ответ. Так много похвал он редко слышит, ведь в кругу его слушателей молодых так мало. Хосок отвлёк все внимание на себя щелчком пальцев. Достав большую бутылку шампанского, он с энтузиазмом произнес: —За лучшего гитариста —За лучшего гитариста! — издалось хором. Это вызвало непроизвольный румянец на лице. Приятно осознавать, что ты ещё нужен.

***

Гости разъехались по домам. Чонгук, окрылённый сегодняшними событиями, решил остаться у брата. Вечер обещал быть интересным: они собирались раскрыть друг другу свои секреты. Они—родные люди, поэтому особого страха за свои тайны не проявлялось. Хоть Гук и совсем недавно жалел, что сказал брату о своей цели, —развить пение— уже к вечеру все напряжение исчезло так, как будто его и не было. — Ну что, может поделишься чем-нибудь? — первым начал Хосок.—Еще не передумал петь? — Нет, я уверен в том, что хочу, — он задумчиво смотрел куда-то в пустоту.— Тем более это обещание. — Кому ты дал его? — Чон старший, повторяя за Гуком, рассматривал белую стену напротив.— Не бойся, я не стану тебя ругать. — Но… Тэхену, — выдохнул он.—Пожалуйста, не говори, что это все бред. Для меня это важнее всей жизни. — Хорошо, — он понимающе взглянул в глаза.— Какой бы ты не был: агрессивный, грустный, напряженный, эгоистичный… странный, — я люблю тебя любым. Надеюсь, Тэхён тоже примет тебя настоящим. Чонгук удивленно распахнул глаза. Он не ожидал, что его слова воспримут серьезно. Теперь желание когда-либо ссориться с братом исчезло. Он был слеп и никогда не замечал, что тот всегда пытается ему помочь, как бы придерживая его на лестнице жизни, чтоб он не упал, а сам Хосок всегда шел сзади. Братская любовь слишком крепка и прозрачна—простые на смогут ее заметить. — Прости, что так вел себя, — он опустил взгляд на пол.— Просто из-за всех событий, происходящих в моей жизни…ну, точнее во сне, я потерял рассудок. Мое настроение стало до невозможности изменчиво и я сам этого не контролирую. Как будто снова стал подростком. —Я понимаю, не вини себя, — Хосок с нежностью приобнял брата за плечо.— Я тоже не прав: вместо того, чтоб вовремя помогать, загружал тебя в трудные минуты. Мы пришли к тому, что оба отчасти виноваты. Чонгук улыбнулся. Забавная ситуация сложилась в его жизни. Никогда прежде подобного не было. Но зато эти все события изменила его, он стал лучше понимать суть вещей, и теперь с новыми силой и опытом готов сделать шаг вперёд. — А как ты… как твои продвижения в рэпе? — он нежно приподнял уголки губ и стал похож на маленького мальчика — Не сказать, что идеально, но вполне неплохо для первого раза, — этот вопрос как будто разбудил какую-то часть него.— Как я и говорил ранее, до завершения создания трека ещё около 3-х недель. За это время мне нужно набраться уверенности в себе, ведь мне придется выступать на туре Юнги. И вообще, будет стыдно, если я залажаю. —Я верю в тебя, ведь ты никогда не сдавался, — он встал с дивана и начал изображать какую-то драму.— Пожалуйста, мой господин, научите меня вашей мудрости — Мудрости не учатся, Чонгук, — он стал вмиг каким-то серьезным.— Слова будут пустыми, если ты не знаешь, что скрывается за ними. А их тайны ты сможешь раскрыть только сам, в пути, длиною в жизнь. — Это было очень умно, но кажется я подобрал не то слово, — он покраснел, потому что ему стало стыдно.— Типо, я имел ввиду…научи меня писать текста для песен. — А, вот что, — его лицо по-прежнему оставалось сосредоточенным.— Знаешь, это тоже то, что нельзя так просто объяснить. На самом деле, писать текста песен— это выражать свои взгляды на мир на бумаге. Типо, знаешь, что ты видишь по словами радость, счастье, любовь и так далее. — Тогда, я постараюсь. —Ты будешь сочинять свою песню? — Да, и мелодию тоже. Раз это что-то вроде порыва души, то мне есть, что написать.