Кольцо от Harry Winston

15. Блэр сидела за столиком, наблюдая, как на сцене ее мужу вручают приз с четырьмя поблескивающими в вечернем освещении столбиками. Шквал аплодисментов, знакомое пощипывание пузырьков шампанского на языке, привычные вспышки фотокамер - она тонула в океане света и звука. А внутри у нее бушевал океан совсем не соответствующей случаю злости. Вставая для общего снимка победителя и его основных партнеров, Блэр чуть прищурила глаза, сознательно отходя как можно дальше от мужа. «Что, черт возьми, он о себе мнит! - подумала она, складывая губы в подобие улыбки. - Да, я виновата, но это же 12 лет назад было! Сейчас уже ничего не изменить! Или он хочет, чтобы я всю жизнь мучилась? Я и так это делаю и без его указок. Хочет заставить меня приползти к нему?» - Замечательно, - довольно кивнул им фотограф. Блэр тут же схватила с подноса официанта бокал с шампанским и сделала большой глоток. Не удостоив победителя даже взгляда, она развернулась пошла к выходу на балкон. Чак продолжил улыбаться и пожимать бесконечное число рук в толпе партнеров, конкурентов, других лауреатов премии и прессы. Блэр спиной чувствовала его удивленный взгляд. Она толкнула прозрачную дверь на балкон. - Леди, - две азиатки у перил улыбнулись ей в ответ на приветствие, - вы не могли бы меня оставить? Женщина в длинном платье совершенно не подходящего ей винного цвета недоуменно посмотрела на нее. Блэр, все так же лучезарно улыбаясь, повторила просьбу на японском. - Присоединяюсь, - так же по-японски, пусть с намного худшим произношением, сказал Чак из-за ее спины. Азиатки моча переглянулись, пожали плечами и прошли мимо победителя, окутав его ненадолго шлейфами из тонких духов. - Что с тобой? - спросил Чак, подходя к перилам. - Я же сказала, я устала от неопределенности, - посмотрела в его глаза Блэр. - Раз ты не можешь принять решение, его приму я. Она сняла с пальца кольцо и протянула ему. Чак не шелохнулся. Блэр положила драгоценность на холодный мрамор перил, совершенно, казалось, не озаботившим тем, как опасно порыв ветра подтолкнул сверкающий комочек искр к темноте города под их ногами. - Как только я вернусь в Нью-Йорк, я подам на развод. Сама. После этого выйду на работу. Хочешь меня уволить - издавай приказ. Она развернулась, как он за полчаса до этого, и пошла к выходу. - То есть работа для тебя важнее, чем я? - спросил Чак ее удаляющуюся спину. - Я этого не говорила, - развернулась Блэр. - Но я не знаю, чего ты добиваешься своим молчанием, Басс. Ты полгода держишь меня в подвешенном состоянии. Мне нужна определенность. Или дай мне ее, или я решу все сама, подбросив монетку. - Прошлый раз ты приняла решение так же? - Прошлый раз я вообще не принимала решения, - краешком сознания Блэр отметила, что злится все больше. - Прошлый раз ТЫ сказал, что я должна быть с Луи. Я, позволь тебе напомнить, ехала в Констанс, чтобы порвать с ним. Это ты вылез со своим благословением, которого никто не просил. - Я думал, для тебя это будет лучше. - А я думала, для тебя будет лучше не знать о том, что произошло потом. - Чем лучше? Это был мой ребенок! - Замечательно! – возмутилась Блэр. - То есть ты, оберегающий меня - томный страдалец, а я, делающая то же самое для тебя - подлая дрянь? - Я имел право знать о его существовании! - Его существования не случилось! - А если бы! Ты и тогда не сказала бы? - Да какая разница, Чак! Если бы да кабы! Что случилось, то случилось! Я и так до конца жизни буду мучиться, что потеряла то единственное, что могло бы нас связать! Вот только твоего осуждения мне не еще хватало! - То единственное? - переспросил он. - То есть все, что было до этого, все года, когда мы трепали друг другу нервы и разбивали сердца...! - Ты послал все это к черту! И отправил меня замуж за Луи! - Перестань говорить так, как будто ты моя рабыня, и я продал тебя другому хозяину! Это был и твой выбор тоже! - Моим выбором всегда был ты, ублюдок! Не смей обвинять меня в моем браке! - В котором, интересно? - То есть и в нашем тоже Я виновата? - А кто отказался отдавать мне кольцо? Блэр задохнулась от возмущения. - Ах так! К черту, Басс! Никаких возвращений в Нью-Йорк! Я СЕЙЧАС ЖЕ звоню своему адвокату! - И предашь все огласке? - Плевать! Лишь бы избавится от тебя до конца недели! - Избавится от меня? То есть я тебя типа преследую? - Да! Всю мою жизнь, засранец! - Вообще-то это ты не вылезаешь из моей головы с шестнадцати лет! Со стороны открытой двери раздалось тихое покашливание. - Позже!!! - хором крикнули двое, синхронно повернув головы к небольшой толпе из представителей Ernst & Young, репортеров, приглашенного на прием мэра и нескольких глав очень немаленьких международных фирм. - Все, Чак! Хватит! Это была последняя капля! - О, нет! - ответил он. - Ты уволена! Вот - последняя капля! - Ничего подобного! Ты не можешь меня уволить! Потому что я увольняюсь САМА! Возись со своими проблемами сам, мне плевать, даже если ты разоришься и пойдешь по миру! Я умываю руки! - Как на тебя это похоже! Но я сделаю заявление раньше, чем ты, так что ты уволена! Блэр прищурила глаза, потом резко развернулась и пошла к выходу. Толпа, все еще стоящая на пороге испуганно всколыхнулась. Чак в два шага нагнал женщину на шпильках и, схватив за руку, развернул к себе. - Я не позволял тебе уйти, Басс! - Иди к черту, ублюдок! И не смей так меня называть! - Вообще-то это твоя фамилия, Басс! - Вы что, женаты? - удивленно уточнил Бизнесмен года - Великобритания. - Да! - ответил Чак. - Нет! - ответила Блэр. - Посмеешь подать на развод без моего согласия, я тебе такую рекомендацию выдам, будешь до конца жизни журналистом в «Glamour-Никарагуа»! - Посмеешь меня уволить до того, как я сама напишу заявление... - А это мы называем шантаж, - заметил китайский бизнесмен. - Противозаконно в моей стране. - Нам поговорить можно? - прикрикнула на него Блэр. - Оставьте нас! - согласился с женой Чак. - Мы спустимся, когда закончим! - Как представитель власти, - возразил мэр Монте-Карло, - я против этого. Судя по всему, оставлять вас сейчас вдвоем чревато для статистики убийств по городу. Двое на минуту замерли, потом синхронно развернулись к двери и скрестили руки на груди. Стоя перед элитой со всего мира плечом к плечу они, казалось, представляли собой не меньшую, а то и большую силу. - Господа, - чуть растягивая слова, сказала Блэр, - я повторяю свою просьбу. - Не могли ли бы вы, - продолжил за нее Чак, - оставить нас? Ненадолго? - Пожалуйста, - Блэр прищурилась. Женская улыбка лезвием полоснула по чувству самосохранения всех присутствующих. Некоторые переглянулись. Представители власти напряглись. Пара бизнесменов растерянно моргнули. Первым отреагировал австралийский медиа-магнат. Отпихнув плечом предпринимателя из Южной Африки, он быстро покинул поле боя. Остальные тут же последовали его примеру. Скоро Чак и Блэр остались на балконе одни. Они снова повернулись друг к другу. Секундная передышка и такая знакомая обоим уверенность, что второй, если потребуется, всегда сыграет на нужной стороне, охладили пыл и умерили взаимную злость. Двое стояли и смотрели в карие глаза напротив. Потом Чак отошел к перилам и забрал все еще чудом не свалившееся вниз кольцо. - Я не хочу разводиться, - сказал он, возвращаясь к жене. - Но я был так зол на тебя, Басс! - Я тоже не хочу разводиться, - призналась Блэр. - Но я устала, Чак. Я 12 лет живу с чувством вины. Неужели этого недостаточно? Он снова посмотрел на нее. - Достаточно. Но ты все равно уволена. - Что!? - Поверь, тебе будет не до этого. - О чем ты? - Ты будешь занята. Организуй такую свадьбу, чтобы весь мир знал, что ты моя. Мне надоело, что я не имею права уничтожить любого, кто смотрит в твой вырез, без придумывания каких-то причин. - И почему я должна этим заниматься? - Ты только что сказала, что не хочешь разводиться, - напомнил он и, протянув руку, взял ее ладонь. Блэр пару раз удивленно моргнула, глядя, как он пытается надеть на ее палец все то же, уже почти проклятое ею кольцо. Потом упрямо вырвала руку, вжала кулаки в бока и тряхнула головой, гордо выпрямляясь. - Если хочешь, чтобы я вышла за тебя, попроси. - Блэр, ты УЖЕ замужем. За мной, кстати. Она все так же молча сжала губы. - Басс, - поморщился Чак, - ты не можешь заставлять меня делать это после всего, что мы уже наворочали. Она упрямо молчала. По твердости его взгляда, Чак понял, что вариантов у него немного. - Ты чертова стерва с завышенным самомнением. - Это все, что ты хочешь мне сказать? - Нет. Еще ты должна мне! Ребенка. Не позднее, чем через год. - Через три. Еще условия? - Ты становишься Блэр Басс, увольняешься, переезжаешь ко мне и становишься домохозяйкой из журналов. Никаких скандалов, кидающих тень на нашу фамилию, никаких «Уолдорф» в твоем паспорте, никаких интриг против меня и безропотное подчинение в спальне. - Фамилию сменю, свадьбу организую, в отель не перееду, но могу подобрать нам дом. На остальное даже не надейся. - Я не хочу, чтобы ты работала. - Брошу, когда сочту нужным. - Эгоистка. - Манипулятор. Блэр приподняла одну бровь и одними глазами указала ему на пол. Чак с явным неудовольствием опустился перед ней на колено. - Имя ребенку выбираю я, - уже поднося кольцо к тонкому пальцу, добавил он. - Хорошо, - кивнула Блэр. - Из списка, который дам тебе Я. И только если будет девочка. Мальчики - все мои. - Ну хоть право вето у меня есть? - Конечно. Для девочек. Чак снова вздохнул и посмотрел в ее глаза снизу вверх. - Блэр Уолдорф, чтоб ты провалилась, стерва, ты ОСТАНЕШЬСЯ моей женой? - Чак Басс, черт тебя дери, грязный ублюдок, ДА. Он надел на ее руку вспыхнувшее в свете звезд кольцо и поцеловал красивые пальцы. - Я люблю тебя, Басс, - сказал Чак, вставая. - Я тоже тебя люблю, Басс, - ответила Блэр, обнимая мужа за шею.