Королева не может быть слабой

Согласно данным Текны и моим собственным подсчётам, противники имели, пусть и незначительное, численное превосходство, а если учесть ещё и воюющих сразу против обеих сторон монстров-охранников, в ситуации мы оказались отнюдь не выигрышной. И до тех пор, пока враги продолжали сидеть по углам и трусливо атаковать с расстояния, открыть тыл и сосредоточиться на добыче фрагмента не представлялось возможным. Не став дожидаться следующей атаки, я пулей вылетела из пещеры, тут же впечаталась лицом в недружелюбный ветер и, вильнув за угол, практически врезалась в девчонок. Я не знала, последуют ли неприятели за мной, поэтому времени было совсем немного. — Там засада, — выпалила я, стаскивая с пальца кольцо и вручая его опешившей Стелле. — Они не монстры, их предоставьте мне. Надень. — Я взглянула на всё ещё ничего не понимающую Стеллу и сжала её ладонь вместе с покоящимся на ней кольцом в кулак. — Я отвлеку их на себя, ты займёшься вторым чудищем, а Текна заберёт осколок. — З-зачем? — продолжила тупить Стелла, растерянно глядя на переданное ей кольцо. — От-вле-кать! — повторила я по слогам и встряхнула её за плечи. — Для этого они должны меня видеть! А вот тебе как раз лучше исчезнуть, чтобы мне не пришлось ещё и тебя защищать. — А… — протянула она наконец понимающе и переложила кольцо в другую ладонь — эта была уже занята магическим перстнем. — А монстр меня почувствует? — Если шарахнешь его чем-нибудь — ещё как. Главное, уведи его в сторону и ни за что не приближайся ко второму. Коснёшься — станешь частью электрической цепи. — Чего? — Стелла выпучила глаза, и я развернула её лицом к пещере. — Потом объясню. Надевай и выдвигайся. Текна весь мой план выслушала молча и возражений так и не высказала. Практически одновременно они со Стеллой растворились прямо у меня на глазах, и я выдохнула, разрешив себе потратить на моральную подготовку одну несчастную секунду. А затем снова нырнула в темноту — вот только на сей раз без какого-либо прикрытия. — Эй, уроды! — выкрикнула я, решив не церемониться и сразу заявить о своём присутствии. Выпущенный огонь услужливо осветил раскинувшуюся передо мной пещеру, и я наконец-то сумела оценить масштабы катастрофы: оба монстра расположились у дальней стены, прижимаясь друг к другу спинами и надёжно прикрывая кристалл своими многотонными тушами. Неприятелей по-прежнему видно не было. Практически незамедлительно в ответ на столь любезное приветствие в меня полетело сразу несколько заклинаний, и, распознав в чужой магии огонь, всё внутри меня возликовало. Несмотря на численный перевес и заранее организованную засаду, благодаря одному лишь этому вероятность благополучного исхода мгновенно взлетела до небес. Я действовала изящно и уверенно. Давно жаждущее помериться силами с другими огненными волшебниками сознание затопил адреналиновый восторг, и мир вокруг будто замедлился: я точно видела, где берут своё начало огненные змеи, и практически физически ощущала, как движется по воздуху чужое пламя. Крутанувшись вокруг своей оси, я разослала Огонь во все стороны, и он оплёл чужую магию подобно побегам плюща, стремительно добираясь до заклинателей. Вражеские заклятья просто разбились о моё тело, неспособные тягаться с подпитанной осколками Ядра мощью Дракона, в то время как моё пламя беспрепятственно достигло своей цели и впечаталось в выставленную колдунами защиту так свирепо, что она пошла рябью и трещинами. А затем эффект неожиданности улетучился, и из охотника я вновь превратилась в добычу. Так быстро я не убегала даже во время битвы с Небулой — хотя это-то как раз было и неудивительно: как-никак, тогда я была истощена Беливиксом и тренировками с Рокси, а сейчас, в своём родном мире и с полностью заряженной батарейкой, могла наконец-то оторваться на полную. Выписывая в воздухе такие пируэты, что даже человека с самым идеальным вестибулярным аппаратом вполне могло укачать, я едва успевала петлять между непрерывно летящими в меня заклинаниями, проклятиями и обычными потоками жаркого пламени, и лишь иногда перехватывала их и возвращала отправителю — в такие моменты стены пещеры жалобно потрескивали и осыпались. Атаковать в ответ необходимости не было: главное — отвлечь их внимание на себя и в процессе ненароком не поджариться. Нет, конечно, по-хорошему, следовало бы устроить полноценную драку, притеснить их и схватить за грудки, дабы сразу выяснить, кто они, чёрт возьми, такие, как узнали про восстановление Домино и про местонахождение осколков, как сюда попали и почему так этому противятся — но слишком много задач возникало для одного раза и всего трёх человек. Пламя Дракона было сильно, бесспорно, но в одиночку справиться с целой толпой… Словно решив откликнуться на невесёлые мысли, до этого сопутствующая мне удача вспорхнула с насиженного места и растворилась без осадка. Один из монстров, стараниями девчонок всё же поднявшийся с места и принявшийся защищать лежащего пластом товарища, успешно поддался на домогательства невидимой Стеллы и, болезненно рыкнув, попытался достать её лапой, но, понятное дело, не попал. Незамеченным этот выпад не остался: я не знала, обладал ли кто-нибудь из наших противников чудо-гаджетом, позволяющим видеть невидимое, но то, что со мной здесь был кто-то ещё, они поняли абсолютно точно. Спикировав вниз и замерев где-то посередине между монстром и притаившимися магами, я приготовилась держать оборону. А кто-то из них приготовился держать меня. Если честно, я совершенно не ожидала, что вместо заклинания в один момент в меня врежется чьё-то тело, хотя, если бы включила голову, вполне могла бы допустить возможность перехода нашего сражения из дальнего в ближнее. Потеряв равновесие от внезапного столкновения, я почувствовала, как руки мне с силой выкручивают назад, и услышала хруст сустава — к счастью, плечо оказалось целым, но вот из правильного положения его успешно выдернули. Вскрикнув от боли, — хотела сдержаться, да не удалось, — я попыталась лягнуть невидимого противника ногой, а затем отругала себя последними словами и, с трудом уйдя из-под летящей прямо в лицо атаки, но и его под неё, к сожалению, не подставив, направила всю ярость своего пламени на него. Атаковала я не абы как: Огонь Дракона последовательно выжигал всю его невидимую магию. Удивительно, как каждый из уроков Даркара, даже несмотря на то, что тогда он старался исключительно для самого себя, в моей жизни оказался на удивление чертовски востребован. За те пятнадцать секунд, что заклятие работало, я успела бесцеремонно втянуть в себя сразу две направленных мне в лицо огненных струи: раз так настойчиво предлагают — отказываться было бы невежливо, пускай и в восполнении сил я пока нисколько не нуждалась. А затем скрывающие чары рухнули, и, едва заметив появившийся на периферии зрения силуэт, я сосредоточила всё внимание на нём. Разглядывать нападающего, к сожалению, было некогда, так что дальше его серой накидки, полностью скрывающей лицо капюшоном, я не всматривалась. Только объяла крылья огнём, вынудив его отшатнуться и начать судорожно тушить загоревшуюся одежду, и вырвалась наконец из захвата, сразу же перебросив все силы на укрепление собственной защиты: даже если удар прилетит со спины, чужой огонь просто окажется поглощён моим. Вывихнутая рука ощутимо болела, но в данной ситуации не двигать ей никак не получалось, и я только материлась каждый раз сквозь зубы, чувствуя, как в ответ на локальную боль судорогой простреливает сразу всё тело. Исходя из того, что я видела, второй монстр всё ещё был увлечён старательно кружащей где-то возле его морды Стеллой — он клацал в воздухе зубами и отчаянно пытался достать её когтями, но так ни разу и не попал. Текна же… понятия не имела, где именно находится осколок. Ситуация требовала принятия срочных мер, но под постоянным обстрелом, к которому теперь прибавились ещё и догонялки со ставшим видимым магом, решить, как именно мне нужно было выделить минутку на то, чтобы сосредоточиться и уловить точное местоположение кристалла, не представлялось возможным. Тогда, наверное, следовало вовлечь в нашу игру ещё одну фигуру? Долго над этим я не раздумывала. Затормозив несущегося по пятам мага, от бега с которым по кругу у меня уже начинала кружиться голова, огненной волной, растянувшейся от стены до стены и застывшей там, как облако ядовитого тумана в фильме ужасов, я спикировала вниз и что было сил врезала магией по морде лежащего бревном чудища. Вскинув голову, оно проследило за мной внимательным взглядом, но так и не шевельнулось. А возможно ли в принципе было разозлить его и заставить сдвинуться с места? Какие установки были заложены в нём Пламенем? Остался ли хоть какой-то инстинкт самосохранения? — Блум! — окликнула меня откуда-то со стороны невидимая Текна, и я понятия не имела, где именно она находилась, но каким-то неведомым образом безошибочно оттолкнула её в сторону: очередная огненная струя прошлась точно по тому месту, откуда звучал её голос. — Сейчас! — отозвалась я, вновь набрав скорость, и направилась обратно к монстру. Из-за разгоревшейся драки отголоски Огня заполнили практически всю пещеру, и сигнал Ядра просто растворился в них. В бедро мне всё-таки кто-то попал, но я была так сосредоточена на поиске осколка, что отметила эту боль какой-то далёкой частью сознания: не до этого было, подумаешь, ожог небольшой, и не с таким справлялась. Зато Тёмная Блум встрепенулась, вновь выбравшись из своей спячки. «И чего ты церемонишься?» — фыркнула она, словно специально сосредоточив все мои чувства на вывихнутой руке и раненой ноге. — «Сожги их к чертям собачьим! Не сдерживайся!» «Предлагаешь устроить резню?» — спросила я отстранённо, практически не придавая её словам смысла и по-прежнему полностью поглощённая поиском. «Сожжение ведьм! Выпусти меня, раз сама не можешь!» — Голос отражения отдался под черепом особо сильным раскатом, и меня повело в сторону. В следующий момент в меня снова попали, но на сей раз почти вся магическая сила оказалась поглощена защитным полем. «Может, и разберёшься, но ведь и девчонки под раздачу попадут!» — отрезала я непреклонно и всё же развернулась, пытаясь взглядом найти преследовавшего меня мага. Разделяло нас всего ничего: он пытался выждать момент и наброситься на меня сверху, видимо, чтобы сразу столкнуть чудовищу прямо в пасть. «Отдай контроль мне!» — ещё громче прежнего прогрохотала Тёмная Блум, и я зажмурилась, на мгновение полностью дезориентированная. «Заткнись!» — рявкнула я в ответ и, открыв глаза, поняла, что время для хоть сколько-нибудь неожиданного выпада было безнадёжно упущено. Значит, оставалось лишь снова идти на риск. Выкрутив мощность защитного поля на максимум, я замерла прямо над монстром и расставила руки в разные стороны. Пусть бьют, плевать. Пара ударов не сравнится с тем, что ждёт их самих. До этого совместить два различных по своей сущности пламени я ещё никогда не пыталась, но когда-то же следовало начинать? В живот прилетел первый удар: магию поглотил Огонь, а вот инерция её никуда не делась и ощутимо впечаталась мне прямо в рёбра. Я не шевельнулась, занятая отделением от пульсирующей ауры четырёх крошечных огоньков. Три. Рванув в разных направлениях, они, будто репейник, накрепко прицепились к скрывающимся в тенях колдунам. Я чувствовала сопротивление их магии, всем телом ощущала то давление, с которым их броня пыталась поскорее оторвать от себя посторонний сгусток энергии, но, даже когда всё это смешалось с болью от очередного попадания, — на сей раз не пламени, а чего-то инородного, и огненная защита даже наполовину не поглотила ударный импульс, — я не шелохнулась. Два. Словно щупальца морского чудовища, всего за несколько мгновений моё Пламя оплело тела противников нерушимыми коконами и на кратчайший промежуток времени заблокировало любые их попытки колдовать. Сил на это ушло немерено, и я сжала зубы, чувствуя, как разбушевавшийся Огонь стремится сорваться с поводка и просто сжечь своих жертв. Допустить этого было нельзя: и не потому, что я не хотела их убивать, а потому, что боялась, что в таком случае они сумеют загасить пламя и свести все мои усилия на нет. Один. Огонь вспыхнул. Я не была нацелена на самих людей — можно даже сказать, была бесконечно от них далека: всё моё внимание было сконцентрировано на скрывающих их чарах, и разрушить их я должна была во что бы то ни стало — иначе и дальше перевес всё время был бы только на их стороне. Бороться с неосязаемой магией было чем-то невероятным. Я и прежде сталкивалась с подобным: как минимум в те мгновения, когда выгоняла из головы иллюзии Дарси, — но там у меня был хоть какой-то физический ориентир, я могла представить, что выталкиваю их из черепа или выжигаю подчистую, как старый мусор, а здесь откровенно не знала, куда податься и за что зацепиться. Однако, если бы моему упрямству кто-то даровал физическое тело, оно несомненно стало бы одной из самых больших сверхновых во всём Магическом измерении. Я пересилила. Не выдержав яростного натиска Огня, чужая магия треснула, рябью спадая со всех оставшихся трёх тел. Тому же колдуну, что уже остался без защиты, не повезло больше остальных: его Пламя прожгло изнутри, и, как бы ни была сильна его воля, продолжать бой он уже не мог. Как минимум, из-за банальной потери сознания. Как максимум… об этом я решила не думать. На считаные мгновения противники оказались дезориентированы, и я воспользовалась этим временем по полной, рывком развернувшись к монстру и наконец-то отделив сигнал Ядра от общего фона. — В центре! При всём желании Текна не заставила бы монстра подняться на задние лапы — а иначе забрать осколок из-под его живота было попросту невозможно. Я поняла это, и план действий возник в голове так отчётливо, что я просто удалила весь окружающий мир из зоны восприятия. У нас не было времени для хитростей. Зато имелась сила для того, чтобы пойти напролом. Я шарахнула взрывом по полу пещеры, и с потолка посыпались увесистые булыжники. Скала пошла трещинами, медленно осыпаясь внутрь образовавшейся дыры, и я углубила её повторным ударом, в этот раз слегка скосив угол — чтобы его направление точно пересекалось с местоположением монстра. Когда меня окликнула неожиданно ставшая видимой Текна, я благополучно прозевала первый из трёх ударов. Вывихнутой руке досталось ещё больше: плечевую кость напрочь выбило из сустава, и я снова позволила себе вскрикнуть. Две следующих атаки, идущих одна за другой, она поглотила быстро созданным щитом и, развернув меня к себе, отняла мою ладонь от раненого плеча. — Ты как? — Можешь вправить? — выпалила я, и Текна только напряжённо кивнула. Я знала, что будет больно. Будет чертовски больно, чего греха таить, но куда лучше перетерпеть, чем мучиться весь оставшийся бой и работать только одной рукой. Одной ладонью взявшись за многострадальное плечо, а другой упёршись мне в лопатку, на счёт «раз» Текна с силой вдавила его обратно. Раздался хруст, и я закусила губу с такой силой, что вскоре почувствовала во рту металлический привкус. Боль прошибала шею острыми импульсами, и спрятаться от этого чувства казалось невозможным. Поблагодарить её за помощь я не успела. Впрочем, и в себя практически не пришла: подняла взгляд и сразу же наткнулась на две стремительно приближающиеся к нам фигуры. Тело как обычно действовало быстрее разума, и уже в следующий миг Текна была максимально, но всё же недостаточно аккуратно сбита на землю, а сама я раскинула руки в стороны и безо всякой задней мысли окружила ладони пламенем. Оно взорвалось. Летевших на меня магов отбросило назад, а одного так и вовсе очень удачно впечатало спиной в скалу. Отдачей прилетело и мне, но инерцию удалось загасить одним широким взмахом крыльев, а вот на удар третьего отреагировать я всё же не успела: снова получила, и как назло именно по многострадальному плечу. Вкус крови вновь наполнил рот. Неосознанно схватившись за плечо рукой, я совершенно забыла, как колдовать: человеческие инстинкты пересилили, закопав реакцию глубоко в подсознание. Запястье моё перехватила чужая грубая рука, кожу обожгло, плечо всё ещё словно резали по живому, а Тёмная Блум вопила, чтобы я скорее её выпустила, и под натиском всех этих радостей жизни я не придумала ничего лучше, кроме как просто выдохнуть струю огня обидчику в лицо. «Не смей затухать!» — велела я, и пещеру огласил дикий вопль. Хватка на моей руке разжалась. Отлетев на безопасное расстояние, маг изо всех сил старался сбить пламя руками и оттянуть его магией, но я упрямо стояла на своём: хотел играть серьёзно — пусть теперь не жалуется. Крики усиливались. Вместе с головой полыхала уже и накидка, и только в тот момент, когда из горла его вырвался булькающий хрип, я услышала безумный, испуганный оклик: — Блум! Меня словно выдернули из транса. Как я могла забыть, что с нами здесь была Стелла? Жизнерадостная, отходчивая, всегда старающаяся обходиться малой кровью, абсолютно миролюбивая и не особо жалующая насилие Стелла. И прямо сейчас у неё на глазах я заживо сжигала человека. — Хватит! — велела я вслух, и огонь тут же рассеялся, а вслед за ним и тело мага бесчувственно — или безжизненно? — полетело на землю. Я забылась. Категорически забылась. Я готова была убить его. — Отродье кровавых тиранов! — взревел один из откинутых мной ранее колдунов, и в руке его блеснул нож, кончик лезвия которого игриво выглядывал из-под длинного рукава мантии. Ужасно хотелось огрызнуться, но фактически он был прав — точнее, гнев его был праведным. На какой бы стороне мы ни сражались, у всех были свои товарищи. Он бросился вперёд, но я вильнула в сторону, не собираясь знакомиться с холодным оружием ещё ближе — хватило того раза на Андросе. Сбитая на землю Текна словно сканировала взглядом каждое наше движение, и в душе у меня разлилось странное спокойствие: перед ней не нужно было объясняться и просить прощения за излишнюю жестокость, она всегда принимала всё как есть, голыми фактами, и если о моральной стороне вопроса задумываться было ни к чему, она не считала нужным тратить на это время. — Достань осколок, — прошептала я едва слышно, на полной скорости пролетев мимо неё, и Текна в то же мгновение вновь стала невидимой. Я задала направление. Камень был пробит если не полностью, то уж точно наполовину. Со всем остальным она справится, а мне следовало сосредоточиться на возобновившейся игре в догонялки — только теперь вместо полыхающих сфер в руках противников блестели незамысловатые и небольшие, но наверняка чертовски острые кинжалы. Я не хотела думать о том, на что они могли быть зачарованы. В прошлый раз мне просто повезло нарваться на обычных заключённых, которые не имели с собой ни арсенала, ни стратегии и готовы были использовать в бою даже столовые ножи, лишь бы отвоевать себе долгожданную свободу. Разумеется, несмотря на клинки в руках, отказываться от помощи магии окончательно неизвестные не собирались, и в спину мне практически бесконечной вереницей летели всевозможные заклинания, отражать которые я даже не пыталась. Попадёт — да и пусть, и так болит уже добрая половина тела, беречь нечего. Они пытались взять меня в окружение. Пытались загнать в угол. Пытались прижать сверху и снизу. Только ножики свои так ни разу и не попытались бросить — видимо, запасных не было, а расставаться с единственным шансом прикончить меня за один удар очень не хотелось. Мы гонялись практически три минуты, и в закрытом и ставшем неожиданно маленьким пространстве они тянулись как все десять. Я уже практически перестала понимать, как остановить бешеную работу крыльев, и совсем не различала застывших внизу монстров, не замирая на месте ни на секунду, и, когда казалось, что сойти с ума можно будет безо всяких двойников и расслоения сознания, я услышала знакомый оклик: — Блум! Остановиться удалось не сразу. Набранная за всё время скорость потребовала изрядного тормозного пути, и на автомате я ещё несколько раз бездумно взмахнула крыльями, почему-то напрочь забыв, что за мной всё ещё гнались вооружённые люди. — Блум! — вновь позвал голос, но на сей раз он был ужасно взволнован. Раздался глухой лязг, и на мгновение взор мне заслонила взявшаяся из ниоткуда вспышка. Спустя секунду я поняла: это Стелла закрыла меня щитом от выброшенного вперёд ножа. А спустя ещё одну она и сама появилась передо мной, спешно вкладывая в руку кольцо. — Блум! — повторила она, пытаясь убедиться, что я её слышу. — Текна! — И указала в ту сторону, где лишённый своего сокровища монстр беспокойно оглядывал проделанную прямо под его пузом дыру, не в силах сообразить, куда исчез осколок. Реакция у меня была настолько заторможена, что я нашла Текну взглядом только после того, как Стелла успешно поймала брошенный нам кристалл, зато на его появление отреагировала мгновенно: выхватила из чужой ладони и не раздумывая вдавила себе в грудь, услышав за спиной полный разочарования крик. В тот же миг Стелла переместила меня в Алфею, и не успела я развернуться, загнанно дыша и пытаясь найти хоть какую-нибудь опору, как она возникла в гостиной уже вместе с Текной. Меня повело, и я упала бы, но Текна успела подхватить меня на полпути к земле и тут же дёрнула на себя. — Блум! — В голосе её звучала неприкрытая тревога, и Стелла вторила ей: — Блум, мы должны рассказать Фарагонде! — Нет, — выдавила я сквозь затопивший всё сознание жар. — Подожди. — Какое подожди?! — практически взвизгнула Стелла. — Они пытались тебя убить! Я согнулась, чувствуя, как из-за давления внутри усиливается пульсация во всех травмированных конечностях. Кислорода категорически не хватало, но каждый вдох обжигал горло, словно раскалённый воздух пустыни. — Дай мне… время… обдумать… — просипела я между выдохами, изо всех сил цепляясь за Текну и не давая себе упасть. — Пару минут… — Что тут обдумывать?! — не унималась Стелла. — Об этом нельзя умалчивать! Неужели не помнишь, что было, когда ведьмы охотились за моим кольцом?! Я снова попросила её подождать — но на сей раз неловкими жестами, потому что сил и возможностей говорить не осталось. Мне было так жарко, что казалось, тело вот-вот начнёт плавиться. Похороненные глубоко в груди осколки пульсировали с такой силой, что тупая боль физически отдавалась в рёбрах. Отведённая на все эти мучения минута тянулась невероятно долго, а слух и зрение до последнего не хотели возвращаться, потому что, очевидно, усталость от боя лишила мой организм значительной части устойчивости к побочным эффектам. С трудом собравшись с силами, я обеими руками вцепилась в спинку дивана и разогнулась, и без того, наверное, доставив Текне кучу неудобств. Картинка перед глазами всё ещё чуть-чуть плыла, но в целом жить было можно. — Если Фарагонда узнает, что всё пошло не по плану, не захочет больше нас отпускать, — произнесла я наконец хоть что-то связное, и глаза Стеллы округлились: — И будет абсолютно права! Убиться хочешь, Блум?! Мы даже не представляем, кто или что ещё может нас там ждать! — Вас — нет, — отрезала я, замотав головой и быстро пожалев об этом действии. — Вас я туда больше не возьму. Для Текны это стало весомой причиной присоединиться к нашему жаркому спору, но в тот момент, когда с губ её сорвалось категорическое «Блум!», из комнаты Стеллы раздалась пронзительная трель сотового. Подпрыгнув, она обернулась на дверь и, поколебавшись несколько секунд и чертыхнувшись, всё-таки побежала отвечать на звонок — видимо, по пустякам принцессу обычно старались не тревожить. Но, даже если Стелла была временно устранена, Текна всё ещё оставалась тут. А виски мне сдавило так, будто давление резко опустилось до критической отметки. Я неосознанно поморщилась. — Пап? — раздался из-за дверей приглушённый голос Стеллы, а Текна только тихо выдохнула. — Возможно, в Архиве про них будет какая-то информация, — произнесла она явно раздосадованно и направилась к себе — комната оказалась закрыта, но ключ быстро щёлкнул в замке, и Текна скользнула внутрь. За время, что я боролась с головной болью, она успела включить компьютер и начать вбивать в поисковую строку ключевые слова, и я устроилась возле косяка, принявшись сквозь пелену наблюдать за неизменной точностью её движений. — Ничего, — ещё более раздражённо констатировала она, когда даже легендарный Архив Зенита выдал на все её запросы гордый ноль. — Текна… — позвала я негромко, прекрасно понимая, что слова мои ей совершенно не понравятся, но отказываться от них не собиралась. — Я говорила серьёзно. Вы со мной больше не пойдёте. Отвернувшись от монитора, Текна медленно распрямилась и смерила меня долгим, внимательным взглядом. — Блум, это не обсуждается, — произнесла она наконец почти спокойно, но я судорожно замотала головой. — Я не дам вам так рисковать. Стелла права, они действительно были настроены на убийство. Одно дело — безмозглые монстры, самое сложное в сражении с которыми — сдвинуть их. Другое… — Блум, — прервала меня Текна, шагнув вперёд, но я отзеркалила её движение и вынудила остановиться на середине пути. — На что ты рассчитываешь? Что пойдёшь туда одна? Даже если в следующий раз их будет в разы больше? — Буду одна — не придётся отвлекаться и тратить силы на защиту, — возразила я и сделала ещё один шаг. Текна стояла на месте. — Я не буду беспокоиться о вашей безопасности, не буду сдерживаться и бояться вас задеть, просто спущу магию с цепи и уничтожу всё, что встанет на пути. — А что будет после того, как ты доберёшься до Ядра? Они не исчезнут так же, как и монстры! — протестовала Текна, и впервые я слышала в её голосе столько эмоций. От былой выдержки и спокойствия не осталось и следа, хотя того, кто был плохо с ней знаком, умеренно напряжённое выражение лица всё ещё могло обмануть. Она говорила что-то ещё. Вообще-то, разразилась целой тирадой, ни на секунду не отводя взгляда от моих глаз, но я не услышала практически ничего из её речи: боль в висках усилилась, частично заблокировав слух, и я почти наверняка могла сказать, что за этим последует. А раз скоро мне всё станет фиолетово, можно было творить любые глупости. Сделав последний шаг на своём коротком пути, я обхватила её лицо ладонями и заткнула самым эффективным способом. Реакция Текны не заставила себя ждать: сердито отстранившись, она схватила мои запястья и вынудила меня потерять равновесие — да так, что я не устояла на ногах и шлёпнулась на расположившуюся за спиной кровать. Так и не отпустив моих рук, Текна намертво зафиксировала их у меня над головой и нависла сверху: рассерженная, с потемневшими глазами и сведёнными к переносице бровями, кажется, по-настоящему злящаяся — и не на кого-то, а на меня, меня одну. Сделав кувырок где-то в горле, сердце восторженно затрепетало, и я сглотнула, по-прежнему не слушая всё, что она продолжала говорить. Картинка перед глазами помутнела. Прикрыв глаза, я издала едва слышный болезненный стон, а когда открыла их, совершенно невежливо перебила: — Поцелуй меня. Текна замолчала, удивлённая настолько, что описать не хватит слов. Мы тут, вроде как, ссорились. — Ты вообще меня не слушала? — прищурившись, поинтересовалась она, но я уже чувствовала, как начинаю проваливаться в темноту, и напоследок ужасно хотела ещё раз коснуться её губ. — Поцелуй меня… — повторила я, изо всех сил стараясь сфокусироваться на её лице. — Пожалуйста. Текна прожигала меня взглядом так долго, что я уже отчаялась услышать ответ, но внезапно она выдохнула: «Проклятье, Блум» — и, склонившись, на мгновение замерла в считаных миллиметрах от моего лица, будто специально проверяя мою выдержку. Когда она всё же выполнила мою просьбу, я почувствовала себя такой счастливой, что безо всяких сожалений готова была не то что потерять сознание, а в принципе наконец-то отойти в мир иной. Язык её скользнул внутрь моего рта, — где-то подсознательно я отметила, что обычно инициатором всегда выступала я, и от этого пришла в ещё больший восторг, — и он был практически таким же горячим, как и всё моё тело. Длилось моё счастье ровно пять секунд. Текна отстранилась, задержавшись у моих губ будто бы в нерешительности, а затем разогнулась обратно и сильнее прижала мои руки к кровати. — Я сейчас отключусь, — сообщила я вполголоса, очень нечестно самоустраняясь с поля боя, и в тот момент, когда она собиралась и от этого, наверное, меня отговорить, действительно потеряла сознание. Хотела добавить ещё «только не волнуйся», но, кажется, эти слова застряли где-то на середине пути.

***

Я просыпалась медленно. Сначала в отдохнувшее сознание ворвались звуки: чьё-то неторопливое дыхание рядом, отдалённый шум в коридоре, шаги в какой-то из комнат и громкое сопение — тут даже гадать не нужно было чьё. Затем в тело начала возвращаться сила: прогоняя блаженную слабость, постепенно я завладела каждой клеточкой своего организма, и последним до меня снизошло зрение — точнее, я просто наконец-то открыла глаза, боясь даже представить, сколько времени прошло. — Я слышу, что ты проснулась, — услужливо сообщила мне сидящая на стуле у рабочего стола Муза, но у меня даже в мыслях не было притворяться спящей. Приподнявшись на локтях, я несколько раз моргнула и обвела пустую — и отнюдь не мою — комнату взглядом. Кроме сторожащей меня Музы и заснувшего прямо у кровати Рафа, больше здесь никого не было. — А где… все? — спросила я, чувствуя, как лёгкая хрипотца щекочет сухое горло. — Флора была у себя. Стелла тоже болталась где-то неподалёку и просила сообщить, когда ты придёшь в себя. А Текну я буквально пять минут назад еле-еле заставила пойти пообедать и пообещала ей приглядеть за тобой, — отрапортовала Муза, крутясь на стуле из стороны в сторону и глядя куда-то в дверь. — За мной?.. — тупо переспросила я и окончательно села. — Подожди, Текна не вызвала Фарагонду? Она никому ни о чём не рассказала? Муза усмехнулась. — Не знаю, что у вас произошло во время моего отсутствия, но, когда я вернулась, она не отходила от тебя дальше, чем на пару шагов. В любой другой ситуации я бы смутилась и растрогалась, а может, даже и отругала себя за то, что снова доставляю всем вокруг сплошные неприятности, но сейчас мне было совершенно не до этого. Если ни Текна, ни Стелла действительно так и не отчитались перед Фарагондой о нашей вылазке, — а ещё хуже, если соврали, что всё прошло хорошо, — я должна была срочно это исправить. А заодно наверняка пресечь любые их попытки отправиться на Домино ещё раз. — Спасибо, что приглядела, — поблагодарила я, спустив ноги с кровати, и между делом отметила, что головокружение сошло на нет. — Мне нужно к Фарагонде. — Может, к Стелле сначала? — не особо настойчиво предложила Муза, но я покачала головой и встала на ноги. Проснувшийся Раф мгновенно подскочил следом и принялся приветственно облизывать мою ладонь. — Привет, дружище, — улыбнулась я, потрепав его по голове, и повернулась к Музе: — Если кто-то спросит, убедишь их, что я не сбежала? — А куда деваться? — спросила она риторически и поднялась с приватизированного стула. Благодарно кивнув, я достаточно уверенной походкой покинула их с Текной комнату, прошмыгнула через пустую гостиную и выскочила за дверь, не совсем понимая, от кого и для чего пряталась, но точно зная, что сначала непременно должна была поговорить с Фарагондой. Раф следовал за мной, словно одна из даркаровых теней: практически копировал каждое движение, ступая лапами мягко и осторожно, и даже хвостом вилять на время перестал. В обеденное время — особенно в последние его минуты — народу в коридорах было немного, так что на бегущего без поводка Рафа внимания почти никто не обращал. Пройдя два поворота и один длинный коридор, мы вышли на финишную прямую к кабинету директрисы и уже спустя пятнадцать секунд стояли у дверей. Закрыто или открыто? Дверная ручка легко поддалась давлению моей руки, и я без стука завалилась внутрь, не удосужившись даже Рафа попросить подождать снаружи. — Блум! — удивлённо воскликнула Фарагонда, взгляд которой как раз был направлен на большие настенные часы. — Почему вы так задержались? Я уже начинала волноваться. — Простите, мадам, — отозвалась я и, приблизившись к столу, упёрлась в него руками. — Пожалуйста, запретите девочкам посещать Домино. Это опасно. — Что случилось? — Брови Фарагонды сошлись на переносице, и я вывалила всё как есть: — Прямо возле осколка Ядра нас сегодня поджидали неизвестные маги. Судя по моим ощущениям, они тоже как-то связаны с Огнём Дракона, хотя самой его силой и не владеют. Услышав, что я собираюсь разморозить планету, они пришли в ярость. Заявили, что Домино ни за что не должно быть восстановлено, что его тирании наконец-то пришёл конец… Я не хочу, чтобы девочки подвергали себя такому риску. Одно дело — сражаться против безмозглых монстров, другое — против фанатично настроенных людей. Губы у Фарагонды сжимались прямо пропорционально количеству произнесённых мной фраз. На сей раз я даже не думала спорить: ситуация действительно была серьёзной, опасной, ни черта не понятной и вообще отвратительной, и ввязывать в неё непричастных было нельзя, просто недопустимо. — Что именно вы от меня хотите, Блум? — произнесла наконец Фарагонда, по-прежнему сжимая губы в тонкую белую линию. — Что вы планируете сделать после того, как я запрещу вашим подругам помогать вам? — Я согласна на любое сопровождение, мадам, — отчеканила я без колебаний. — Кого поставите, с тем и буду работать. Только не допустите того, чтобы в критической ситуации мы принялись жертвовать собой друг ради друга. — Так вот что на самом деле вас беспокоит, — почему-то с облегчением выдохнула директриса и, кажется, самую малость расслабилась. — Хорошо, я принимаю ваше предложение. Однако перед этим в деталях расскажите мне обо всём, что сегодня произошло. — Да практически нечего рассказывать… — Я опустилась на стул и свесила одну руку вниз, отдавая её Рафу на растерзание: он тут же устроился на ней подбородком и устремил на меня свой щенячий взгляд. — Первой их засекла Текна. Когда я отправилась проверить, что да как, они принялись кричать про Домино и его тиранию. Сначала прятались по углам и пытались атаковать издалека, но вскоре вступили в ближний бой, вооружившись какими-то кинжалами. А затем мы достали осколок и вернулись в Алфею. — С кинжалами? — переспросила Фарагонда и озадаченно поправила очки на носу. — Обычными? Я пожала плечами. — Не знаю. Испытать на своей шкуре как-то не удалось. — И не вздумайте! — тут же спохватилась она и сцепила руки в замок. — Сколько именно их было? Каждый владел магией огня? — Не уверена… — отозвалась я с заминкой. В пылу сражения уследить за тем, кто, чем и откуда атакует, было весьма затруднительно. — Кажется, четверо… В любом случае, в отличие от монстров, на них моя магия действует в полном объёме, так что с этим никаких проблем не возникнет. — Никаких проблем? — Брови Фарагонды взлетели вверх, и я состроила глупую рожицу. Видимо, ход был удачным: тяжело вздохнув, она опустила голову и на какое-то время замолчала. А затем распрямилась и объявила: — В сопровождающие вам я назначу профессора Авалона. С этим ведь тоже не будет никаких проблем, Блум? — Она устремила пытливый взгляд мне в глаза, и я понурила голову. — Нет, мадам. — Замечательно. — Она откинулась на спинку своего кресла и перевела задумчивый взгляд на стену. — Но одного его будет мало. Комбинация с мисс Текной и мисс Стеллой была разумной: команда должна состоять как минимум из трёх человек, чтобы один сопровождал вас, а другой мог отвлечь противников. Но… — Её голос вдруг затих, и она забормотала себе под нос так тихо, что даже я с трудом могла различить слова: — У профессора Палладиума и Гризельды и без того слишком большая нагрузка, а госпожа Дю Фор и профессор Уизгис не являются боевыми магами… — Мадам… — прервала я и тут же поймала её вопросительный взгляд. — Могу я подумать об этом? Есть у меня на примете несколько кандидатур. Для начала задумалась Фарагонда. Серьёзно и почти на целую минуту — но, видимо, проблема занятости профессоров действительно была ощутимой, так что она всё же разрешила: — Хорошо. Сообщите мне сразу же, как решите, а дальше мы разберёмся. — Конечно. Спасибо большое! — Я почтенно склонила голову и поднялась на ноги, краем глаза заметив, как следом за мной подскочил и Раф. В квартиру мы отправились не сразу. Выйдя из кабинета, я осторожно закрыла за собой дверь, присела и положила ладонь Рафу на голову. Склонив её набок, он заглянул мне в глаза с явным желанием хоть как-то помочь, но, увы, сейчас он не мог сделать ничего, кроме как просто отвлекать меня от печальных размышлений. Сколько роста в нём уже было? Полметра? Чуть больше? Ещё совсем немного, и, подтянувшись, Раф смог бы боднуть меня прямо в бедро. — У-ву, — сказал он, извернувшись и лизнув мою ладонь, а затем совсем понимающе положил лапу на колено. — Ты ж мой хороший, — растрогалась я, заключив его в объятия и чуть не получив по лицу бешено мечущимся хвостом. Длилась наша идиллия недолго. «Что за кандидатуры?» — раздался в голове знакомый насмешливый голос. — «Просветишь хотя бы меня, или ещё сама не придумала?» «Она никак не могла решить, и я запаниковала, ясно?» — отозвалась я и, распрямившись, хлопнула по бедру: за мной. Поднявшись на лапы, Раф потрусил следом. — «В любом случае, из профессоров просить больше действительно некого. Какие ещё есть идеи? Люди из Совета? Или, может, маги Чёрного Круга?» «А неплохой вариант», — развеселилось отражение, судя по всему, питавшее к ним куда более тёплые чувства, нежели ко всем остальным знакомым мне тёмным колдунам. «За исключением того, что на Домино они будут совершенно бесполезны», — напомнила я, но её это не сильно смутило. — «В любом случае, у меня ещё есть время. Что-нибудь придумаю». «Уже в предвкушении», — заверила меня Тёмная Блум и завершила трансляцию. И, если учитывать то, что она могла выносить мне мозг двадцать четыре часа в сутки, сегодня она была на удивление немногословна. Проделав оставшуюся половину пути в умиротворяющем молчании и на повороте к столовой отметив, что есть я совершенно не хочу, — а потому сворачивать туда я не стала и направилась сразу в квартиру, — я толкнула зелёную дверь и ступила в гостиную. Там меня уже ждали. — Прости за причинённые неудобства, — сходу извинилась я и раньше, чем Текна успела ответить, заключила её в объятия и уткнулась в плечо. — Я всё рассказала Фарагонде. Теперь на Домино меня будет сопровождать Авалон. — Какая же ты упрямая, — выдохнула она мне в макушку, и спустя секунду я почувствовала её руки у себя на пояснице. Конфликт исчерпал себя, даже не успев начаться. Почему-то захотелось улыбнуться. В тот момент, когда я всё же это сделала, дверь в квартиру с треском распахнулась, и на пороге возникла Стелла — ужасно разозлённая и всё ещё почему-то сжимающая в руке телефон. — Я тебя ещё в коридоре увидела! — объявила она, влетев в гостиную, и упёрла руки в бока. — Возвращаюсь я, значит, после звонка, а ты уже в отключке! Ещё и Текна говорит, что пока с Фарагондой лучше не связываться и ни о чём ей не говорить! Верни ей её мозги, Блум! — Да я, как бы… — растерялась я, но Стелла продолжала негодовать: — Я с тобой ещё по поводу этого «вас я туда больше не возьму» не закончила! В разборках с магами мне, значит, участвовать нельзя! Когда ты мутишь что-то с Валтором — тоже! И даже помочь тебе планету спасти я, оказывается, тоже не могу! Протестую! — Стелла, — позвала я негромко, но настойчиво, желая прервать наконец её тираду. Гневно выдохнув, она устремила взгляд на меня. — Я… не хочу на тебя давить, но ты и сама забываешь кое о чём. — О чём же? — вопросила она с вызовом. — Ты принцесса. Подумай о том, что станет с Солярией, если с тобой вдруг что-нибудь случится. Готова оставить её без следующего правителя? В одно неуловимое мгновение Стелла полностью изменилась в лице: видимо, она действительно никогда не думала об этой стороне вопроса. Всё происходящее казалось ей игрой, не более, и перспектива погибнуть в бою, ударив тем самым не только по родным, но и по целому королевству, казалась чем-то далёким и несущественным. — Ненавижу, — прошептала Стелла себе под нос. Я вопросительно изогнула брови, и она пояснила: — Проигрывать в спорах. Особенно когда нечем крыть. — Мы здесь не соревнуемся, — успокоила я её. — Просто не забывай об этом. А обо мне позаботится Авалон. Сама же говорила, что он какой-то суперкрутой паладин, вот и не волнуйся. — Авалон? — переспросила Стелла скептически, и я кивнула: — По индивидуальному распоряжению Фарагонды. Это добило её окончательно, и Стелла сдалась, позволив этому спору остаться в прошлом. И до того, как уставший ждать моего внимания Раф принялся настойчиво тягать меня за штанину, я успела узнать, что король Радиус заболел — хоть это и была какая-то несерьёзная простуда, его всё равно уже вовсю обхаживали придворные лекари, а потому бояться было совершенно нечего. И больше всего Стеллу расстроила, казалось, не болезнь отца, а то, что её мама так и не пришла его навестить.

***

Той ночью мне всё-таки удалось увидеться с Дафной. После прошедшей радости от долгожданной встречи я долго думала, стоит ли говорить ей про встреченных сегодня магов, но, видимо, думала об этом слишком старательно — потому что в один момент она не выдержала и спросила напрямую: — Блум, что случилось? К теме я подводила осторожно, решив не вываливать на неё сразу все невесёлые новости. — А Домино… точнее, король с королевой были… хорошими правителями? — Что именно тебя интересует? — уточнила Дафна обеспокоенно, и я запросто могла бы ответить «всё». По сути, я не знала про Домино ничего. Ни его политику, ни уровень легитимности, ни систему наказаний, ни отношения с другими королевствами — за исключением не пришедшего на помощь Эраклиона и, кажется, более-менее дружественной Солярии. И… теоретически, вполне могла действительно пытаться возродить кровавого тирана, разве нет? — Блум? — позвала Дафна, поняв, что я ушла слишком глубоко в себя. — В чём дело? Что тебя беспокоит? Я вздохнула и, подтянув колени к себе, устроилась на них подбородком. — Сегодня на Домино мы столкнулись с какими-то колдунами. Они… кричали, что королевство не должно быть восстановлено… и его тирания должна навсегда остаться в прошлом… И я… Нет, ничего. Дафна выслушала меня внимательно. Спокойно обдумала услышанное, положила свою ладонь поверх моей и ободряюще улыбнулась. — В последние годы обстановка на Домино, честно, была неспокойной. Уж не знаю, с подачи ли ведьм или просто по стечению обстоятельств, но в королевстве возникло сразу несколько очагов сопротивления, которых почему-то категорически не устраивали методы правления родителей. Прибавить к этому готовящуюся атаку и… в общем, — Дафна печально выдохнула, — по разным причинам врагов у Домино было порядочно. Но клянусь тебе всем святым: мама с папой всегда действовали лишь в интересах нашего народа. Им было… тяжело, но они никогда не сдавались. У меня не было причин ей не верить. Пусть Дафна и могла знать далеко не всё, что на самом деле происходило в стенах дворца, и смотреть на всё со своей, предвзятой позиции, но в своих словах она была искренна и… в принципе очень добра по своей натуре. Несправедливости и излишней жестокости она бы ни за что не допустила. Наш разговор меня успокоил. Не то чтобы я особо из-за этого волновалась, — разборки королевств между собой никак меня не касались, — но всё равно сражаться с уверенностью, что ты борешься за правое дело, было легче. Следующие два дня практически ничем не отметились, если не считать урока физкультуры на открытом воздухе, во время которого мадам Трено организовала нам мудрёную полосу препятствий прямо над окружающим Алфею лесом и нашу троицу по ней прогнала аж дважды: один раз для общего зачёта на базовых крыльях, а второй — уже в Энчантиксе в качестве тренировки перед Кубком. С принятием решения Фарагонда меня не торопила и своих вариантов пока не предлагала. Авалон тоже делал вид, будто совершенно ничего не произошло, и мне мало верилось в то, что ему пока просто ещё ни о чём не рассказали. Перспектива сражаться с ним плечом к плечу была… заманчивой. И не потому, что в пылу борьбы я хотела вновь воспользоваться шансом и набить ему морду, — просто я в принципе знала о нём так мало, в то время как он успел изучить меня вдоль и поперёк, включая все самые неприглядные стороны, что мне тоже хотелось узнать из его биографии что-нибудь эдакое. Во вторник отражению окончательно надоело отсиживаться. Ещё с утра я чувствовала себя не особо бодро: то жар накатывал, распирая грудь и мешая дышать, то голова начинала гудеть на ровном месте, и я была вынуждена бежать к мадам Офелии за обезболивающим. А потом, услышав прямо под черепом её оглушительный голос, поняла: это просто предупреждение о грядущем. Всё-таки представление о развлечениях у неё было чертовски странное. Я стояла в гостиной. Занятия давно закончились. Мы только-только вернулись с ужина, и Раф жадно долизывал с тарелки последние крошки. Стелла расположилась в кресле, Муза — на диване прямо с кроссовками, а Текна прислонилась к дверному косяку и задумчиво смотрела куда-то в сторону. В компании не хватало только Флоры, но она так и не сумела договориться со своим адениумом и решительно направилась в Магикс на поиски садоводческого магазина, хотя, по-моему, ей ничего не мешало реанимировать его с помощью магии. На сей раз меня даже в подсознание не пытались запихнуть. Оставив в моём распоряжении все пять органов чувств, отражение неожиданно перехватило в своё пользование одну лишь руку и без предупреждения замахнулось ей. Спустя мгновение мой собственный кулак с силой впечатался мне в живот, и, выдохнув сквозь зубы, я как подкошенная рухнула на пол. Несмотря на то, что рука принадлежала мне, подсознательно контролировать силу удара я не могла, а потому вышел он увесистым и чрезвычайно болезненным — настолько, что из лёгких выбило весь воздух, а под веками вспыхнули искры. Рука у меня, оказывается, была тяжёлая. Глаза всех присутствующих в комнате изумлённо округлились, а Стелла подскочила со своего кресла и перевесилась через спинку дивана. — Я цела, — прохрипела я, заранее предугадав её вопрос, но всё ещё морщась от боли. Внутри всё будто из дробовика разнесло. — Опять двойник… развлекается. — Ничего себе у неё шуточки! — возмутилась Стелла, резво перепрыгнув через спинку и практически насильно меня разогнув. — Ну-ка. — Отняв мои руки от живота, она устроила на их месте свои ладони. Спустя мгновение из них полился тёплый живительный свет — я не удержалась от блаженного глубокого вдоха, чувствуя, как боль стремительно отступает. Бросив на меня быстрый взгляд, Стелла удостоверилась, что задумка её сработала, и помогла мне встать обратно на ноги. — Спасибо. — Я благодарно улыбнулась ей, и в ту же секунду мой кулак снова впечатался ровно в то же место. Издав сдавленное «гха», я шлёпнулась обратно на пол. — Блум! — взвизгнула Стелла, бросившись следом за мной и встряхнув за плечи. — Прекрати! — обратилась она уже к другой постоялице моей головы, взволнованно заглядывая в наши с ней общие глаза. — Блум же больно! — Да ты просто гений, златовласка, — отозвалось отражение моими губами и фыркнуло. Стелла насупилась, но вновь прислонила ладонь к моему животу, унимая боль. — Я ведь ещё раз так сделаю. — Разом сводя все её старания на нет, Тёмная Блум улыбнулась радостно, искренне и совсем как дитя малое. За спиной у меня что-то характерно треснуло, и я так и не поняла, кто из нас двоих в тот момент повернул голову. На кончиках пальцев замершей позади Текны искрили голубые разряды, и мы обе поняли всё моментально: не уймётся — получит билет прямиком в отключку. — Как скучно. — Тёмная Блум снова закатила глаза, но всё-таки поспешила ретироваться, наконец-то вернув тело в моё исключительное пользование. Выдохнув, я отвернулась обратно к Стелле и дождалась, пока она закончит своё магическое лечение, а затем схватилась за спинку дивана и рывком поднялась на ноги. — Ваша взяла. Спасибо. — Обращайся! — Беззаботно подмигнув, Стелла похлопала меня по плечу и вернулась обратно в кресло. Наблюдающая за нашим перфомансом Муза только хмыкнула: её выходки отражения, в отличие от всех остальных, почему-то веселили. В тот день Тёмная Блум меня больше не беспокоила, и, быстренько выгуляв Рафа перед сном, я с чистой совестью отрубилась. Зато на следующий день она решила разгуляться вовсю: контроль над телом у меня перехватывался практически безостановочно. Сначала отражение сочло отличной идеей до смерти напугать выходящую из ванной Флору: казалось, я просто моргнула, но когда открыла глаза, обнаружила свою полыхающую руку в опасной близости от её лица и так сильно поспешила скорее её отдёрнуть, что чуть не грохнулась на пол. Раф за спиной оглушительно лаял, ясно давая понять, что знает, кто на самом деле за всем этим стоит, но, кроме как просто предупредить, сделать ничего не мог. — Прости, бога ради, Флора, прости, пожалуйста! — затараторила я, не зная, куда податься: хотелось и обнять её, и одновременно спрятать руки за спину, дабы не пугать лишний раз. Я прекрасно понимала, чего именно Тёмная Блум добивалась, напоминая Флоре о том чёртовом случае, и оттого боялась ещё сильнее, не вполне уверенная, действительно ли она давно забыла тот раз или же просто храбрилась, не желая, чтобы я чувствовала себя виноватой. — Всё в порядке. — Флора слабо улыбнулась и наконец сошла с порога ванной. — Я в порядке. — Мне всё равно безумно жаль, — повторила я, понурив голову. — Всё. Хорошо. Блум. Поняла? — отчеканила она в разы твёрже и вынудила меня взглянуть ей в глаза. Насколько я могла судить, они действительно не лгали, и мне стало самую чуточку легче. Затем настала очередь Рафа. Я не знала, что именно отражение собиралось сделать, потому что, как только оно вновь перехватило контроль и подняло руку, тенью следующий за мной Раф разразился грозным лаем. — Как же ты меня достал! — рявкнула Тёмная Блум, и я почувствовала, что она действительно была доведена практически до белого каления. — Заткнись! — Она замахнулась ногой, намереваясь наградить его увесистым пинком, но Раф успел отскочить даже раньше, чем я — выкрикнуть испуганное «не смей!». В следующее мгновение зубы его сомкнулись на моей щиколотке, и, грязно выругавшись, Тёмная Блум исчезла в глубинах моего сознания. — Ой-ёй-ёй! — запричитала я, шипя и жмурясь. — Раф, Раф, это я, отбой! На сей раз извинялись уже передо мной: разжав зубы и оставив на коже их чёткий отпечаток, но, к счастью, не прокусив до крови, Раф быстро-быстро завилял хвостом и прижал уши к голове, виновато заглядывая мне в глаза. — Не бойся, всё в порядке, — успокоила я его, поглаживая по голове, и он тут же принялся вылизывать мою ладонь в качестве извинений. Лодыжка после этого, кстати, ныла весь день. Добить весь утренний переполох Тёмная Блум решила с размахом: чтобы у всех на глазах и как-нибудь пошикарнее. Поэтому на уроке Дю Фор, когда большая часть класса как обычно скучающе изучала класс взглядом, а сама профессор монотонно вещала об особенностях ведьмовского этикета позапрошлого века, я с грохотом вскочила из-за парты, перепугав половину учениц, рывком открыла окно и незамедлительно попыталась в него выйти. — Блум! — взвизгнула сидящая рядом Стелла и схватила меня поперёк живота, изо всех сил пытаясь оттащить обратно в класс. — Пусти! — засопротивлялось отражение, старательно строя из себя и меня заодно дурочку. — Я хочу полетать! — Летают не так! — испуганно отрезала Стелла и всё-таки пересилила, рванув назад так, что я завалилась на неё сверху, прижав к полу. Довольная устроенным представлением, Тёмная Блум резво спряталась в подсознании и оставила меня с изумлёнными однокурсницами один на один. — Вообще не смешно! Шутки шутками, а ведь так и убиться можно ненароком! — продолжила бушевать раздавленная Стелла, будто бы совершенно не замечая своего положения и даже не пытаясь спихнуть меня куда-нибудь в сторону. — Блум! — раздался высокий оклик мадам Дю Фор, и я как можно быстрее подскочила на ноги. Не отрывая от неё растерянного взгляда, я принялась поднимать с пола уже Стеллу. — Как это называется?! — Это недоразумение, мадам… — пролепетала я, лишь ухудшая своё положение. — Будьте добры объясниться с госпожой Фарагондой! — Дю Фор указала на дверь, и я обречённо побрела на выход, мимоходом бросив Стелле тихое «спасибо». В коридорах было абсолютно пусто. Велик был соблазн просто развернуться и пойти к себе, потому что урок этот на сегодня всё равно был последним, но не хотелось подставлять саму Фарагонду: даже если она и знала в общих чертах про то, что у меня были некоторые проблемы со своим вторым «я», вряд ли она смогла бы внятно ответить на вполне конкретный вопрос Дю Фор по поводу сегодняшнего происшествия. — Мадам? — Я постучалась в кабинет, и по счастливому — или не очень — стечению обстоятельств Фарагонда действительно оказалась там: урока у неё сейчас не было. — Блум? — Моё появление в разгар учебного дня явно её удивило, и она замерла над лежащей перед ней стопкой тетрадей — видимо, до этого была занята проверкой домашнего задания. — Я, эм… В классе у профессора Дю Фор кое-что произошло, и… ну… она отправила меня к вам. Отложив ручку в сторону, Фарагонда подняла голову и продемонстрировала, что внимательно меня слушает. — Да это опять двойник с ума сходит, — почему-то смущённо объяснилась я и принялась нервно накручивать прядь волос на палец. — Она попыталась выйти в окно, и Стелла меня оттащила. — В окно? — Брови Фарагонды взметнулись вверх. — Убивать она меня не собирается. — Я махнула рукой, рассеивая все её опасения. — Просто внимание привлекает. Фарагонда тяжело вздохнула. — Хотите, чтобы я наказала вас за эту выходку? — А что вы можете предложить? — так же невесело отозвалась я, и на несколько секунд в кабинете повисла тишина. А затем мы обе тихо засмеялись от всей абсурдности ситуации. — Думаю, вы и сами предпочтёте отбывать наказание, нежели объяснять профессорам, в чём на самом деле состоит причина вашего странного поведения, — первой взяв себя в руки, произнесла Фарагонда и взглянула на меня полувопросительно. — Я права? — Да. — Я кивнула. — Давайте наказание. Вышло оно ироническим: раз Тёмная Блум так стремилась полетать, ей было велено тщательно вымыть все школьные окна — и изнутри, и снаружи. Пользоваться крыльями, к счастью, мне было разрешено, а все необходимые приспособления на днях должна была выдать Гризельда. Чуть не поблагодарив Фарагонду за назначенные мне исправительные работы, я покинула её кабинет. Звонок, оказывается, уже прозвенел: коридоры наполнились спешащими поскорее распрощаться с учебниками студентками, и мой был ожидаемо захвачен с собой заботливой Стеллой. — Ну что? — Встречали они меня всем составом прямо в гостиной. Я чуть не засмеялась: всё это действительно было настолько же забавным, насколько и нелепым. — Жить буду, — стараясь сдержать улыбку, успокоила я сразу всех. — Но для вида придётся отмотать срок. — Всё серьёзно? — Флора нахмурилась, и я помотала головой: — Просто формальность. Инцидент был улажен. А сама я впоследствии — утянута Стеллой в Магикс, и если обычно она болтала без умолку, то в этот раз была на удивление молчалива. Аппетита у неё тоже не наблюдалось: стоило только мадам Лодовике порекомендовать ей новые заварные пирожные, как она спешно замотала головой и ограничилась чашкой простого кофе. — Стелла, — позвала я наконец, устав наблюдать за этим беспросветным депресняком и намереваясь выяснить, что случилось. — Что с тобой? Ты сама не своя. — Не знаю, — пожаловалась она с готовностью. — Вообще не пойму, что вдруг стряслось. Просто бац — и стало грустно-грустно. — Настроение испортилось? — то ли уточнила, то ли переспросила я, и она сгорбила плечи, склонившись над своим одиноким кофе. — Не то чтобы настроение… Я не понимаю. — Стелла отчаянно замотала головой и пару раз точно полоснула длинные пряди в чашке, но огорчать её ещё больше я не стала. — Такое страшное одиночество накатило, что хоть в петлю лезь, — призналась она наконец, и что-то у меня в голове щёлкнуло. — А с Брендоном ты давно виделась? — Больше недели назад, — совсем жалобно проскулила Стелла, и я готова была поклясться: на глаза ей навернулись слёзы. Всё сразу стало ясно. — Это гормоны, солнце моё, — улыбнулась я и ободряюще погладила её по плечу. — Ты ж энергетический вампир, вот и зачахла без подзарядки. — Хочешь сказать, встречусь с ним, и всё пройдёт? — почему-то неверяще спросила она, и я кивнула: — Более чем уверена. Стелла снова замолчала. Но ненадолго: спустя всего несколько секунд она отодвинула чашку в сторону и с глухим стуком ткнулась лбом в стол. — Он будет занят до завтра, — едва различимо произнесла она, и я только сильнее сжала её плечо. — Крепись. Я в тебя верю. И даже Раф, кажется, сочувствующе заскулил из-под соседнего стула. К концу прогулки Стелла немного ожила: говорила уже гораздо больше и на пути к остановке даже прилипла к витрине какого-то бутика, голодным взглядом пожирая платья новой коллекции. Но в Алфее всей её радости и след простыл: снова скуксившись в районе ворот, в комнату она заползала совсем подавленная и разбитая. — Стелла, господи, я не могу на тебя такую смотреть, — взмолилась я, ступая на порог следом за ней. Ни слова не сказав, она завалилась на кровать и сгребла одну из подушек в охапку. — Стелла-а-а. — Я присела рядом, жестом велев Рафу ждать в гостиной, и осторожно убрала её разметавшиеся волосы на другую сторону, дабы не придавить их случайно. — Давай, взбодрись. Такому состоянию нельзя поддаваться, иначе потом совсем погрязнешь в меланхолии. — Как? — прогудела она из-под подушки. — Шоколадное печенье? — предложила я, но она замотала головой. — Может, полетаем? — Снова отказ. — Ну хочешь, я уговорю Рафа позволить тебе его обнять? — А сможешь? — Стелла неверяще выглянула из-за подушки, и я задумалась. Смогу ли?.. — Если хочешь — давай попытаемся. — Не хочу, — застонала она и улеглась обратно. — Стелла! — возмутилась я, выдёргивая из-под неё подушку. — Соберись, тряпка! Раф, шуруй сюда! Словно только и ждал моей команды, он одним изящным прыжком заскочил через приоткрытую дверь и уселся возле кровати, преданно заглядывая мне в глаза. — Раф, — начала я серьёзно: так, будто действительно вела разговор с разумным человеком, — смотри, Стелле сейчас очень плохо. Ты знал, что животные отлично помогают снять стресс? Давай ты будешь хорошим мальчиком и позволишь ей себя потискать? Косо мотнув головой, Раф подскочил на лапы и утробно рыкнул. Я уставилась на него испытующим взглядом, по-учительски недовольно изогнув брови, и так наши гляделки и начались. Раф держал оборону долго. Вжимал голову в плечи, снова пытался ей покачивать, раздражённо бил хвостом по земле и порыкивал на меня, выражая всё своё несогласие с ситуацией. Однако в конечном итоге я просто задавила его авторитетом, и, поняв, что другого выхода всё равно нет, Раф обречённо опустил голову и тяжело запрыгнул на кровать. — Помощь прибыла, — объявила я, и Стелла выглянула из-под растрёпанных волос. Упорно глядя куда угодно, но только не на неё, Раф напряжённо выпрямился и приготовился к экзекуции. — У-у-у-у! — захныкала Стелла и сгребла его в охапку, тут же подмяв под себя. — Спасибо, Блум. И тебе, Раф. Весь его вид говорил о том, что лучшей благодарностью было бы поскорее его отпустить, но дорвавшаяся до игрушки Стелла не была намерена так быстро с ней расставаться, а потому мучила его ещё добрую минуту, старательно наглаживая по голове и почему-то баюкая. В конце концов гордость Рафа не выдержала: издав невероятный жалобный скулёж, он устремил на меня взгляд с отчаянной мольбой о помощи, и я сжалилась, кивком разрешив ему вырваться из объятий. Резво распутав обездвижившие его руки, Раф спрыгнул на пол и пулей вылетел за двери, отправившись зализывать душевные раны, а потерявшая свою игрушку Стелла моментально сменила объект своего внимания и завалила меня рядом с собой на кровать. — Ставлю десятку на то, что первый же вошедший сюда человек поймёт всё более чем неправильно, — рассмеялась я, даже не думая мешать совсем впавшей в детство Стелле поудобнее устраиваться у меня на рёбрах. — Особенно Текна, — согласилась она с усмешкой и, перевернувшись на спину, устремила взгляд в потолок, полностью довольная получившейся из меня подушкой. В этом положении мы провели по меньшей мере десять минут. Не двигались, смотрели в разные стороны и думали о своём — и казалось это таким привычным и спокойным, что я была совершенно не против пролежать так до самого вечера. И я бы пролежала. Наверное. Если бы судьба не решила по-другому, конечно. Потому что в гостиной раздались шаги, — я так и не поняла, из комнаты ли это кто-то шёл или из коридора, — и спустя несколько секунд я услышала слегка неуверенное «Блум?». Конечно же, на пороге замерла именно Текна. Разве могло быть иначе?