Королева не может быть слабой

В голове моей роилась тысяча разных вопросов. Как Дарси умудрилась получить Дисэнчантикс? Постигла ли та же судьба Айси со Сторми? Чем они занимались после ухода из Облачной Башни? Специально ли Дарси решила участвовать в Кубке, или же судьба столкнула нас здесь случайно? — Кажется, противницы узнали друг друга! — прервал мои размышления громкий голос ведущего, и я вынырнула в реальность. Дарси по-прежнему ждала — видимо, давала мне время переварить новую информацию, чтобы потом начать уже настоящий поединок. И я не была намерена ей в нём отказывать. — Всё по-настоящему, — произнесла она полувопросительно, и я с готовностью кивнула. — Как раньше. Ответ мой её полностью удовлетворил, и я сорвалась с места, практически сразу же пролетев точно мимо неё — уворачиваться Дарси всегда умела изящно и максимально эффективно. Грудь затопило тёплым чувством ностальгии, и я не смогла сдержать улыбки — и ведь даже подумать не могла, что напряжённый и волнительный Кубок в одно мгновение вдруг станет таким лёгким и весёлым. — Мне кажется, или ты стала медленнее? — усмехнулась Дарси, вновь уйдя вниз и уклонившись от моей атаки. — Быть может, просто разогреваюсь, — отозвалась я азартно и тут же подкрепила свои слова действиями: шарахнула по ней полноценной огненной волной, вынудив наконец-то сдвинуться с места, но так и не достав — и не понять было, то ли потому что она была такой быстрой, то ли потому что я сама подсознательно не хотела ей вредить. — В бою с Айви ты, кстати, тоже сильно мешкала, — сообщила Дарси между делом, и в этот момент в голове у меня будто набат зазвучал — вздрогнув от неожиданного и чрезвычайно громкого звука всем телом, я всё же потеряла несколько метров высоты и спешно избавилась от иллюзии, сконцентрировав всё Пламя на защите разума. Успокоившись, я вновь поравнялась со своей противницей. — Так просто меня больше не возьмёшь, — улыбнулась я, старательно борясь с остаточным эхом в голове, и Дарси неопределённо качнула головой. — Я тоже времени зря не теряла. Убедиться в этом мне предстояло на собственной шкуре: закончив с разговорами и любезностями, мы наконец-то перешли к настоящему сражению, и все мои предыдущие бои и рядом не стояли с этим — я не хотела даже думать о том, как сильно мастерство Дарси превосходило уровень практически всех присутствующих тут и уже выбывших участниц Кубка. Она создавала своих клонов, вынуждая меня тратить драгоценные секунды на их рассеивание, вновь атаковала слепотой и оглушением, с которыми я хоть и справлялась практически сразу же, но всё равно теряла неуловимые мгновения, обманывала зрение и слух, старательно убеждая, что находилась у меня за спиной, в то время как сама пряталась сверху или снизу, вновь пыталась атаковать иллюзиями, но так больше ни разу в этом и не преуспела — Огонь накрепко запечатал моё сознание от стороннего проникновения, и все её заклятия разбивались о невидимый щит моей магии. — Признаю, — выдохнула она, изрядно запыхавшись после десяти минут ожесточённой битвы. — Ты явно перескочила пару уровней. — Взаимно, — отозвалась я ничуть не менее задушенно: за всё время сражения мне удалось подпалить её всего несколько раз, а добраться до неё полноценно, казалось, было и вовсе невозможно — каждый раз Дарси придумывала какой-то новый трюк и играючи уходила от пытающейся поглотить её огненной клетки. И пускай нам наконец-то удалось продемонстрировать зрителям по-настоящему зрелищный бой, продолжать так вечно ни она, ни я не могла — в скором времени мы бы просто выдохлись из-за перенапряжения, сведя всё либо к ничьей, либо к победе по чистой случайности. Текна к этому моменту наверняка бы уже придумала как минимум по три беспроигрышных стратегии для каждой из нас, и оставаться в стороне я не желала — как бы плоха я ни была в стратегическом мышлении, сейчас следовало срочно что-то предпринять. — Отвлекаешься, Блум! — напомнила о себе Дарси, вновь лишив меня зрения, и, фыркнув, я тут же направила Пламя к глазам. Драгоценные секунды были потеряны, и, едва я вновь вернула себе способность видеть, уже поджидающая на расстоянии вытянутой руки Дарси наградила меня увесистым ударом в живот. Впрочем, если острым умом я похвастаться и не могла, быстрой реакцией — ещё как, и, перехватив её руку прямо на середине движения, я заломила её, дёрнула на себя и развернула Дарси спиной. — Скорее, размышляю, — усмехнулась я ей практически на ухо и тут же вильнула в сторону, затылком почувствовав движение сзади: её копия накинулась на меня со спины, вынудив отпустить оригинал. — Какое напряжённое противостояние! — голосил ведущий в микрофон, и, полностью поглощённая поединком, я не разбирала большую часть его восклицаний. — Участницы демонстрируют нам не только магическую подготовку, но и боевую! Этих дам была бы рада заполучить любая королевская стража! Дарси издала тихий смешок, и, зависнув на мгновение, я тоже не смогла не улыбнуться: если бы он только знал, кто сейчас перед ним сражался… В следующий момент крылья мне прострелило острой волной боли, и я не сразу поняла, что, смеясь, Дарси не теряла времени зря и вновь создала позади меня свою копию. Издав сдавленное, но чрезвычайно болезненное шипение, я забыла про всякий самоконтроль и тут же воспламенила воздух в радиусе нескольких метров, начисто рассеяв атаковавшего меня двойника. Действительно, мы всё ещё сражались. Не время было расслабляться. Поединок продолжался. Он длился долгие-долгие минуты: мы по-прежнему практически безрезультатно пытались друг друга достать, не в силах пробиться сквозь слишком уж абсолютную защиту, и кружили над ареной, мысленно просчитывая все возможные варианты развития событий. И в один момент меня осенило: словно рубильник в голове щёлкнул, выдвинув из целого роя шальных мыслей одну-единственную — чрезвычайно простую, но по-настоящему спасительную. Я засмеялась. Действительно схватилась за живот руками и захохотала, заставив зрителей удивлённо замолкнуть, а Дарси — устремить на меня вопросительный взгляд. — Что с тобой? — поинтересовалась она, склонив голову набок, и я сделала глубокий вдох, изо всех сил пытаясь успокоиться: смех был практически истерическим и совсем неуместным для прицелов десятков видеокамер. — Прости, — отозвалась я сдавленно и, расправив плечи, устремила на неё взгляд. — Просто ты проиграла. Дарси не успела больше задать ни одного вопроса — набрав полные лёгкие воздуха, я выдохнула в неё плотную струю серого дыма, которая вмиг окутала её непроницаемым облаком. Послышался сдавленный кашель. По трибунам прокатилась волна изумлённых вздохов. Спланировав под клубящееся над головой облако, я приказала ему взорваться, категорически запретив пламени серьёзно вредить Дарси, и в то же мгновение раздался её короткий, умеренно болезненный вскрик. Дым вспыхнул, озарив арену неожиданным мягким светом, и горячий воздух стремительной волной прокатился по трибунам, беззастенчиво портя зрительские причёски. Потерявшая равновесие и ориентацию в пространстве Дарси полетела вниз, но я уже ждала её, по возможности мягко подхватив на руки и тут же с ног до головы опутав огненными лентами. Дёрнувшись пару раз для вида, но и без того прекрасно понимая, что из этих пут ей уже не вырваться, она позволила мне осторожно ссадить её на землю и тяжело вздохнула, безмолвно признавая своё поражение. Ведущий деликатно выждал ещё несколько секунд, надеясь, что Дарси предпримет хоть какую-нибудь попытку освободиться, но судьбу свою она приняла со всем смирением, и всё же он заголосил: — Дамы и господа, поприветствуйте первую финалистку! Блум одерживает победу в этом сражении! Зрители на трибунах разразились оглушительными аплодисментами, а я спешно рассеяла сдерживающие Дарси путы и протянула ей руку, помогая встать. — Ты действительно прокачалась, — признала она с ухмылкой, и я не без гордости улыбнулась. Хоть какая-то польза была от этих постоянных заигрываний со смертью. Трибуны продолжали бесноваться, но я не обращала на них совершенно никакого внимания. Так и продолжая на автомате сжимать затянутую перчаткой руку Дарси, я сбросила трансформацию и направилась к своему выходу, совсем забыв, что её ложа, судя по всему, находилась на другой стороне трибун. Роящимся в моей голове вопросам не терпелось поскорее сорваться с языка. И, едва дверь за нами закрылась, а дежурящая возле них девушка осталась за ближайшим поворотом, я развернулась на сто восемьдесят и вперила в Дарси призывный взгляд. — Как ты получила Дисэнчантикс? — вопросила я, сгорая от любопытства. — Когда?! Дарси понимающе вздохнула. — Помнишь, как вы с Валтором выпустили заклятие четырёх стихий? — ответила она вопросом на вопрос, и я на полном серьёзе уже практически готова была изумиться неожиданному факту их знакомства, но в последний момент таки вспомнила, что сама тогда направила его к ведьмам, а потому лишь закивала. — Сторми отправилась разбираться с ураганом. А мы с Айси — с водой. В процессе она чуть не утонула под одной особо взбесившейся волной, но я выручила её и… собственно, вот. — Она пожала плечами, на мгновение проявив свою безумно стильную трансформацию, и я уставилась на неё донельзя восхищённым взглядом. — А ты? Смысл вопроса до меня дошёл не сразу. Переведя взгляд на её лицо, я несколько раз глупо хлопнула глазами и не менее глупо переспросила: — Что я? — Ты кого спасла? — с усмешкой повторила Дарси, и я застопорилась на мгновение — способ получения моего Энчантикса всё ещё оставался для всех загадкой, но я решила не вдаваться в пространные объяснения. — Валтора, я так полагаю. И вас заодно. Слова слетели с языка раньше всяких мыслей, и я испуганно оборвалась, совсем не желая, чтобы это прозвучало как-то… чтобы в принципе прозвучало. Я не собиралась хвалиться этим и вообще никогда не планировала поднимать эту тему в разговоре — честно говоря, даже не помнила про неё до этого момента, но сейчас чертовски неосмотрительно проговорилась. — Нас? — переспросила Дарси задумчиво, и я спешно замахала руками: — Не подумай ничего, не следовало мне этого говорить! Это меньшее, что я могла для вас сделать, вот и… — Поняв, что снова несу что-то не то, я прикусила язык, но Дарси, казалось, вовсе меня не слушала. — Так вот что это было, — произнесла она вдруг, и я непонимающе нахмурилась. — Ведьмы-прародительницы, — пояснила она, подняв на меня взгляд. — В один момент они просто пропали из наших голов. Ты же их имеешь в виду, верно? — Ага… — кивнула я неуверенно, и Дарси задумчиво надула губы. — Как именно ты это сделала? — Ну… — Я замялась, неготовая к тому, что разговор неожиданно поднимет воспоминания давно минувших дней. — В голове Валтора закрепились их, можно сказать, оригиналы… И, когда я выжгла их оттуда, они убрались и из ваших голов… Дарси размышляла над этим долгих несколько секунд, а затем вдруг улыбнулась — так открыто, как не улыбалась ещё никогда до этого. — Вот как, — произнесла она с практически неуловимо изменившейся интонацией. — Спасибо. Правда. Без Белладонны выносить Айси стало гораздо проще. Я не дышала ещё пару мгновений, а затем всё же позволила себе неслышно выдохнуть и тоже коротко улыбнуться. — Не за что. Я всё равно была у вас в долгу. — Вот уж точно. — Дарси хмыкнула и сунула руки в карманы. — Но не сказать, что я скучаю по домашке. С этим я могла согласиться. И только я открыла рот для того, чтобы задать новый вопрос, как за спиной послышалась знакомая мягкая поступь — кто-то быстро спускался по лестнице, возле которой я уже во второй раз за сегодня зависла, чтобы с кем-то поболтать. Вот только на сей раз это была не несущаяся встречать подругу Кристалл — уже спустя мгновение перед нами появилась Текна. — Ты чего тут? — спросила я непонимающе, и брови Текны взметнулись вверх, вновь вызвав у меня мучительное чувство дежавю. — Блум, моя очередь, — объяснила она совсем как несмышлёному ребёнку, и глаза мои судорожно раскрылись: и правда ведь! До финала оставался лишь один поединок, и именно он решал, с кем мне предстояло сразиться уже через считаные минуты: с Текной или же Дженни. Я искренне не могла сказать, какого исхода хотела больше. — Я… — пролепетала я, беспомощно оглянувшись на Дарси, и она понимающе кивнула: — Иди посмотри. Пересечёмся после церемонии награждения. — Ага! — Просияв, я одарила её благодарным взглядом и, взлетев на ступеньки, без зазрения совести чмокнула Текну прямо у Дарси на глазах. — Болею только за тебя! — Ещё бы, — улыбнулась она коротко и, спустившись вниз, прошла мимо моей собеседницы. Одарив меня многозначительным взглядом, Дарси развернулась на каблуках и направилась следом — я полагала, этот длинный коридор шёл в обход всей арены, и она легко могла добраться до своего крыла не только по стадиону, но и под трибунами. Сама я стремглав полетела наверх, и в моей ложе меня уже ждали. — Блу-у-у-ум! — бросилась мне на шею Стелла, горячо поздравляя с победой. — Это был невероятный бой! По-моему, так вообще лучший! — Вполне, — согласно кивнула Муза. — Я бы даже сказала, весьма жаркий. — Профессия обязывает, — улыбнулась я смущённо и нашла рукой холку тут же прильнувшего ко мне Рафа. — Представляете, это Дарси была. До сих пор в голове не укладывается. Вопреки моим ожиданиям, ответа не последовало. Наоборот — в ложе почему-то повисло непонимающее молчание. — Ну да? — отозвалась наконец Муза, и в голосе её отчётливо звучала неуверенность. — А что, это новости? Я обвела всех присутствующих удивлённым взглядом, а затем на полном автомате устремила его в небо, где над нашими головами светилась таблица со всеми сражающимися парами. Имя, которое до этого выглядело для меня размытым пятном, наконец приобрело чёткость и сложилось во вполне конкретные пять букв. Медленно и мучительно до меня начинало доходить. Иллюзия Дарси, с помощью которой она прикидывалась другим человеком, действовала только на меня, и именно поэтому ей было так весело наблюдать за тем, как я упорно её не узнаю: для всех остальных она с самого начала представала собой, а моё стойкое нежелание просматривать записи прошедших туров, дабы сохранить для себя интригу столкновения с другими участницами, лишь сыграло ей на руку, оставив её прикрытие нераскрытым до самого конца. — О боже. — Закрыв лицо руками, я отчаянно затрясла головой и сдавленно засмеялась. В ложе по-прежнему висела напряжённая тишина — мой глобальный мозговой штурм оставался для всех загадкой, и я в двух словах обрисовала им ситуацию. — Гений от мира смекалки, ага, — хмыкнула Муза беззлобно, в то время как Стелла только закатила глаза, нисколько не удивлённая моей недогадливостью. Не особо владеющие ситуацией и не знакомые с Дарси лично Флора с Рокси деликатно молчали, поочерёдно переводя взгляд с меня на девчонок, и я махнула рукой, призвав их не обращать на меня внимания. Главное, что мы со всем разобрались. — Дамы и господа! Встречайте вторых полуфиналисток! — провозгласил тем временем ведущий, и наши взгляды мгновенно оказались прикованы к арене — подлетев к перилам, я чуть через них не перевесилась, но приклеившийся к моей ноге Раф не позволил мне соскользнуть вниз и устроился рядом, бесцеремонно опустив свою тяжёлую задницу практически на ботинок Хелии. Происходящее на арене его совершенно не волновало, и, привалившись головой к моему бедру, он довольно заскулил. Услышав объявление о начале боя, Текна с Дженни поднялись в воздух, и… Я правда не верила своим глазам. Что бы Текна ни делала, какие бы атаки она ни применяла и с какой бы стороны ни пыталась подобраться, все её удары не причиняли Дженни абсолютно никакого вреда — словно Огрон, она даже не двигалась, спокойно принимая все направленные на неё заклинания. Вот только если он поглощал чужую магию, она её просто рассеивала: врезаясь в её тело, колдовство разбивалось на бессильные энергетические волны и таяли в и без того на максимум заряженном волшебством воздухе. Минута шла за минутой. Текна использовала даже те приёмы, которые никогда не применяла в боях со мной или Стеллой, комбинируя различные атаки и не оставляя Дженни возможности избежать заготовленной ловушки, но стоило только клетке появиться вокруг чужого тела, как она тут же рассыпалась на тысячу мелких всполохов, и лишь в тот момент я в полной мере поняла, почему девчонки были так взволнованы её предыдущими сражениями. — У неё как будто нет ни шанса… — прошептала Рокси откуда-то у меня из-за спины, и, не в силах оторвать взгляда от арены, я нервно сглотнула. Текна выдыхалась. Не имея подпитки в лице Огня Дракона, как и любая другая колдунья, она обладала своим пределом на трату энергии и прямо сейчас стремительно приближалась к лимиту, в то время как Дженни не использовала на ней ещё ни единого заклятия. Казалось, ей не нужно было даже сражаться — достаточно было дождаться момента, когда противница просто не сможет продолжать бой. — Смотреть больно, — проскулила замершая возле моего плеча Стелла. — Особенно после того, как она легко уделывала нас во время тренировок. — Сейчас Дженни достаточно просто взять её измором, — озвучил мои мысли внимательно наблюдающий за поединком Хелия, и слова их совершенно не внушали мне оптимизма. Я ужасно не хотела сражаться с Текной в Финале, но и проигрыш её сейчас принять категорически не могла — он просто не вязался с тем непобедимым образом, что успел надёжно закрепиться в моём сознании. — Она уже понимает, что проиграла, — неожиданно нарушил тишину голос Музы, и мы со Стеллой синхронно повернули к ней головы. — Ты что, мысли читать научилась? — неуверенно поинтересовалась Флора, но Муза лишь покачала головой. — Посмотрите на её лицо. Кому, как не ей, знать, что исход у подобного боя может быть только один. Я перевела взгляд обратно в воздух, где на парящие экраны выводили крупные планы сражающихся участниц. Губы Текны были плотно сжаты, брови — сведены на переносице, а взгляд неотрывно наблюдал за Дженни. В нём не светилось ни искорки задора или интереса — скорее, она смотрела на неё как на настоящего врага, от которого в любую секунду можно было ожидать внезапного, подлого удара. Сердце в моей груди застучало особенно гулко, терзаемое противоречивыми желаниями. — Ну же… — протянула я беспомощно, чувствуя, как бессилие от неспособности помочь сжирает меня изнутри. Рука Стеллы на моём плече, словно стремясь поддержать, сжалась крепче, а почувствовавший перемену в настроении Раф протяжно заскулил. — Всё кончено, — безрадостно констатировал Хелия, и неожиданно на ложу накатила полнейшая безнадёга: мрачная, депрессивная атмосфера раскинула свои щупальца так внезапно, что внутри всё болезненно сжалось, вновь окунув меня в состояние тревожной подавленности, и в то же мгновение в груди у меня поднялся праведный гнев. Сдавленно замычав, я отчаянно зажмурилась и позволила себе взорваться: призрачное пламя вырвалось из тела ярким пылающим цветком, на несколько секунд заполнив собой всю ложу и тут же бесследно растворившись в воздухе. Когда я открыла глаза, все присутствующие смотрели на меня с нескрываемым изумлением. Выпад мой застал всех врасплох и заставил изрядно напрячься (один только Раф, почувствовав всплеск родной магии, радостно завилял хвостом), однако цели своей я достигла: разогнала сгустившиеся над головой тучи и очистила её от всех лишних мыслей. Это было всего лишь соревнование. Никто никого убивать не собирался — а на фоне этого победа или проигрыш не имели уже абсолютно никакого значения. — Ты в порядке? — поинтересовалась Флора обеспокоенно, и я кивнула. — Просто привела мысли в порядок. — Я бы назвала это по-другому, но как скажешь, — по-прежнему растерянно пробормотала Стелла, и в этот момент напряжённую тишину разрезал голос ведущего: — Текна не может продолжать сражение! Второй финалисткой становится Дженни! Трибуны разразились поистине безумными овациями: народ кричал и улюлюкал, до глубины души потрясённый продемонстрированной Дженни защитой, и они с изрядно запыхавшейся Текной практически одновременно спустились обратно на землю. Когда Текна пошатнулась, с трудом удержавшись на ногах, тело моё практически на полном автомате рвануло вперёд, и лишь по-прежнему сжимающаяся на моём плече ладонь Стеллы не позволила мне перемахнуть через ограждение и действительно вылететь на арену под удивлённые взгляды зрителей. — Дамы и господа! — оглушительно начал ведущий, переключив всё внимание с расходящихся Текны и Дженни на себя. — Перед грандиозным завершением Кубка мы объявляем десятиминутный перерыв, дабы финалистки могли прийти в себя и восстановить силы! Напоминаю, это ваша последняя возможность сделать ставку на свою фаворитку — обе соперницы проявили себя невероятно достойно, и противостояние нас ждёт без преувеличений жаркое! Кто же победит, когда одна сильна в атаке, а другая — в защите?! Узнаем совсем скоро! Слова его пролетели будто бы вовсе мимо меня: сейчас я была сосредоточена на чём-то совершенно отстранённом, не отражая в полной мере, что вот-вот должна была вновь выйти на арену против девушки, которая могла без каких-либо усилий рассеять любую мою атаку. Стелла с Флорой активно что-то обсуждали, но их разговор прошёл мимо моих ушей, и с каждым мгновением я всё внимательнее прислушивалась к ощущениям внутри себя: казалось… в груди зарождалось уже знакомое, но так ни к чему и не привязанное нехорошее предчувствие. И перед самым серьёзным боем во всём финале подобное мне было нужно меньше всего. Все сомнения вылетели из головы в тот момент, когда дверь в ложу открылась и на пороге показалась уже заметно отдышавшаяся Текна — поражением она не была ни подавлена, ни разочарована, но оно и понятно: с самого начала она твердила, что участвовать решила исключительно за компанию, а потому как личную неудачу, в отличие от Стеллы, это точно не воспринимала. — Текна! — возопили мы с Её Высочеством в один голос, вот только я, в отличие от Стеллы, ещё и вперёд прыгнула, тут же схватив её за руки. — Ты в порядке? — поинтересовалась я участливо, и она ответила мягкой улыбкой. — В полном. Просто устала. — Не про… — начала было я, поднося к ней ладонь, но Текна тут же перехватила её и опустила вниз. — Побереги силы, — велела она строго, вместо моей помощи просто присев на скамью рядом с Рокси. — Эта Дженни — серьёзная противница. — Мы заметили, — отозвалась Муза многозначительно, чему Стелла активно закивала, но Текна помотала головой. — Нет, я не о её силах… Никогда бы не подумала, но… за всё время сражения я так и не смогла понять, как обойти её защиту. Какой бы силы атака ни была, она просто рассеивает её, смешивая магию с воздухом. — Не сказала бы, что тактическое мышление всегда было твоей сильной стороной, — пробормотала Стелла, неуверенно на меня покосившись, и я горделиво фыркнула: — Зато импровизировать у меня всегда получалось хорошо. — Отнюдь, — возразила Текна, явно собираясь припомнить мне несколько неудачных ходов, но я предупреждающе зыркнула на неё, и она замолчала. — Чему быть, того не миновать, — философски завершил наш спор Хелия, и мы были вынуждены согласиться: накручивая и терзая себя сейчас, ничего хорошего мы бы точно не добились, а потому лучше было просто смиренно дождаться развязки. Тревожило лишь то, что эту развязку должна была устроить я сама, но в тот момент я и правда решила отдать всё на волю случая, сделала глубокий вдох в попытке успокоиться и опустилась на скамью рядом с Текной, окончательно притеснив прибившуюся в уголке Рокси. В ложе повисло напряжённое молчание. Не понимая нашей внезапной озабоченности, Раф продолжал неустанно вилять хвостом и переводил внимательный взгляд с одного на другого, и, вытянув руку, Рокси подозвала его к себе. К моему огромному удивлению, Раф с готовностью прильнул к её ладони и покорно позволил почесать себя за ухом. Флора умилённо выдохнула. В этой тишине мы и провели всё отведённое нам на восстановление сил время — я понятия не имела, какой запас энергии был у Дженни и какое её количество она потратила на противостояние с Текной, но готовиться всё равно следовало к худшему, а выкладываться — на полный максимум. — Дамы и господа, спешу уведомить вас об окончании нашего небольшого перерыва! — внезапно и очень громко — видимо, чтобы долетело до всех участков огромной арены — провозгласил ведущий, и мы со Стеллой вновь синхронно вздрогнули, а Муза с Флорой резко обернулись на поле — словно сражение вот-вот собиралось начаться. — Уважаемые зрители, поскорее занимайте свои места! Финалистки!.. — Ведущий выдержал драматическую паузу, но все и так знали, что именно он собирался сказать. — Приглашаю вас на арену! В одно мгновение глаза всех присутствующих наполнились паникой. — Удачи, Блум! — желала Флора так взволнованно, словно ей самой предстояло драться вместо меня. — Порви её! — напутствовала Стелла. — Не отвлекайся больше, а то опять получишь, — хмыкнула Муза, и Рокси обеспокоенно закивала: — Пожалуйста, будь осторожна. Поднявшись на ноги, я сделала глубокий вдох. Чему быть, того не миновать. — Удачи, — поймав мой взгляд, произнёс Хелия негромко, и я коротко улыбнулась. Текна не сказала ничего, но глаза выдавали её с головой, и я улыбнулась снова — со всей возможной нежностью, на сей раз лишь ей одной. — Скоро вернусь, дружище, — обратилась я к по-прежнему сидящему возле Рокси Рафу, и он издал недовольное «аву». Говорить что-то на прощание ребятам я не стала — любые слова сейчас казались либо излишне напыщенными, либо до невозможного глупыми, и, так как сейчас меня провожали не на какой-нибудь смертельный бой с Небулой, я решила, что можно было обойтись без слёзных прощаний. Практически разрезая собственным телом повисшую в ложе напряжённую атмосферу, я вышла в коридор и направилась вниз — не дай бог опять опоздаю, тогда уж точно останется только смеяться. К счастью, в этот раз девушка не выглядела ни на йоту встревоженной или недовольной, и, отворив передо мной двери, она молча пропустила меня на арену. Приветственные аплодисменты оглушили меня, и тело неприятно дёрнулось от ассоциации с грохотом грозы и бушующим ураганом. Продолжив двигаться больше на автомате, нежели осознанно, я приблизилась к центру арены, где каждый раз мы начинали поединки, и нашла взглядом идущую мне навстречу Дженни: осанка её была прямой, подбородок — чуть вздёрнут, а движения — уверенны и спокойны. Если внутри она волновалась хотя бы вполовину так же, как я, я готова была собственноручно вручить ей кубок за железную выдержку и умение держать маску — на деле это было куда сложнее, чем когда ты ставил себя на место героев, сидя дома на уютном диване. — А вот и они! — провозгласил ведущий, дав даже самым невнимательным зрителям понять, что сражение начнётся уже буквально через несколько секунд. — Уверен, в дополнительных представлениях они не нуждаются — вы и сами всё видели! Поэтому без лишних слов я объявляю… о начале поединка! Не думая о том, что я делаю, я взмыла ввысь сразу же, как его усиленный магией голос растворился в воздухе, и Дженни незамедлительно последовала моему примеру. Атаковать она не собиралась — намеревалась продолжить придерживаться эффективной тактики тотальной обороны, а потому выбора у меня не было: бой должен был кто-то начать. И я начала его. Окатила противницу огнём, и абсолютно ожидаемо он просто разбился о её тело, а воздух тут же сотрясла новая волна гула от возбуждённых зрителей. Что ж, к импровизации ещё надо было прийти. И я продолжила бить прямо в лоб: заключала её в клетки, пыталась опутать по рукам и ногам, направляла на неё целую батарею из огненных взрывов и окружала пылающими сферами — но все они повторяли печальную судьбу врезающихся в скалы волн. Казалось, она без проблем рассеивала даже Драконье Пламя, и меньше всего мне хотелось экспериментировать с его жаром и мощностью, дабы случайно не поранить её по-настоящему, если вдруг оно решит выйти из-под контроля, — два осколка всё ещё сидели в моей груди, и риск сорваться, хоть и значительно уменьшился, по-прежнему оставался вполне реальным. — Невероятно! — голосил ведущий, либо мастерски отыгрывая заинтересованность, либо по-настоящему увлечённый нашим боем. — Дженни без проблем рассеивает все атаки Блум! К ней никак не подобраться! Но Блум даже не думает останавливаться — ей вообще ведомо слово усталость?! О, слово это было знакомо мне очень хорошо: даже если запас моей магической энергии был практически неиссякаем, энергия обычная у меня тратилась так же, как и у простых людей, и, вкупе со сковавшим тело напряжением — как физическим, так и моральным, — с каждой секундой она ощущалась всё острее. Если срочно что-то не придумать, я рисковала проиграть даже с полным баком горючего — просто потому, что никак не смогла бы подобраться к противнице. Атаковать в ответ Дженни не спешила. Чёрт её знает, ждала ли она, что я просто выдохнусь либо сама объявлю о своём поражении, или же выжидала подходящего момента, чтобы нанести один решающий удар, но задумываться о пробивной силе её магии я не стала — пока она отлично справлялась с тем, чтобы просто меня сдерживать, и этого было достаточно: сражение зашло в тупик, и ни одна из сторон никак не могла приблизиться к победе. — Чёрт возьми, — выругалась я себе под нос, шумно наполняя лёгкие кислородом после очередной неудачной атаки. В то, что защиту её действительно никак не пробить, я категорически отказывалась верить, и от безысходности на задворках сознания блеснула робкая мысль попытаться взять напором — просто проверить, какое количество Огня Дракона она сможет рассеять, прежде чем её щит всё же даст трещину, но я спешно отогнала от себя эту затею. Не стоило рисковать, когда ещё оставались варианты. Какие, правда, я не имела ни малейшего понятия. И в тот момент, когда сердце моё снова сжало лапой нехорошего предчувствия, а грудь внезапно наполнилась тревожной, мрачной тяжестью, голову мне прострелило острой болью — на мгновение я подумала, что это отражение решило выйти на контакт и наградить меня очередной колкостью, но, как выяснилось секундой позже, крупно ошиблась: этот голос принадлежал не ему. «Последний осколок», — полузадушенно прохрипел в моём подсознании Валтор, и, вздрогнув, я оборвалась на середине взмаха, который призван был наградить Дженни новой волной горячего пламени. — «Они пытаются уничтожить его». «Это возможно?!» — изумилась я, от неожиданности чуть не произнеся это вслух, но Валтор уже отключился — что бы ни происходило на той стороне, времени болтать со мной у него катастрофически не было. Мысли в панике заметались по голове. Что мне следовало делать? Чего он от меня хотел? Как бы я попала на Домино прямо сейчас? — Блум медлит! — ворвался в моё сознание оглушительный голос ведущего. — Неужели она поняла, что ей никак не победить?! Подняв на равнодушно выжидающую Дженни испуганный взгляд, я медленно обвела им трибуны и остановилась на недоумевающих лицах своей группы поддержки: Стелла призывно махала, веля мне продолжать поединок и не сдаваться, Флора выглядела обеспокоенной, переживая, как бы со мной снова не случилось ничего потенциально опасного, Муза просто хмурилась, а Рокси стояла с приоткрытым ртом, видимо, не в силах справиться с охватившими её эмоциями. Текна одним взглядом спрашивала, что случилось. Мотнув головой, я издала тихий стон. Неужели мне действительно нужно было прямо сейчас бросить всё, к чему я так долго шла, и помчаться на Домино на глазах у наблюдающей и строго запретившей мне это делать Фарагонды? Неужели чёртовы фанатики не могли подождать хотя бы полчаса?! — Если не собираешься атаковать, лучше сдайся, не трать моё время попусту, — впервые за все виденные мной сражения подала голос Дженни, и я вновь устремила взгляд на неё — вот только теперь была откровенно раздражена её ленивой и будто бы незаинтересованной манерой говорить. Если она думала, что абсолютная магическая защита автоматически гарантирует ей победу, она сильно ошибалась. Несмотря на то что на лекциях Авалона я практически беззастенчиво спала, наши индивидуальные занятия я усвоила очень и очень хорошо. — Не дождёшься, — отозвалась я рассерженно и сделала глубокий вдох: закончить всё предстояло здесь и сейчас, и чёрта с два я бы сбежала, не доведя начатое до конца. Валтор был взрослым мальчиком. Мог потерпеть ещё две минуты. — Удиви меня, — по-прежнему равнодушно хмыкнула Дженни, и я осклабилась в довольной улыбке. Игнорировать подобное приглашение было бы очень невежливо. Вновь окатив её волной пламени, я стремглав понеслась прямо через облако огня — Дженни по-прежнему не напрягалась, безо всякого участия со своей стороны рассеивая всю мою магию в считаных сантиметрах от собственного тела, и эта самоуверенность бесила меня ровно настолько же, насколько означала её неминуемое поражение. И почему все маги так зациклились на том, что сражаться можно было только с помощью колдовства? Когда я вылетела из пылающего облака прямо у неё перед носом, она этого не ожидала — огонь надёжно скрыл меня от посторонних глаз, и эффект неожиданности сработал на ура: инстинктивно отшатнувшись, хоть и понимая, что магия моя не причинит ей никакого вреда, Дженни попыталась уйти в сторону, но я не собиралась больше колдовать. Вложив в этот удар всё своё раздражение, одним поставленным хуком я временно вывела её из игры, и тело её безвольно рухнуло вниз вместе с тем, как по трибунам прокатился изумлённый, неверящий вздох. Как бы сильно она меня ни бесила, давать ей разбиться я не собиралась и не особо осторожно подхватила её у самой земли, быстро погасив набранную ей в полёте инерцию и уже с метровой высоты скинув на покрытую трещинами арену. Дженни была без сознания, а ведущий, видимо, так ошалел от моего неожиданного выпада, что на несколько долгих мгновений забыл о своих прямых обязанностях. — И Блум отправляет Дженни в нокаут безо всякой магии! — провозгласил он наконец, и с чудовищной задержкой всё ещё ошарашенные зрители подхватили его слова аплодисментами, которые с каждым мгновением становились всё громче и активнее — хоть и в количестве, мне показалось, изрядно сбавили, так как люди, решившие поставить свои кровные на победу Дженни, наверняка были ужасно недовольны подобным исходом. — Дамы и господа, победу одерживает Блум! — заголосил ведущий, окончательно придя в себя. — Встречайте победительницу семнадцатого Кубка Пульвирии! Невероятно! Трибуны разразились совсем уж бешеными овациями: люди кричали, свистели, улюлюкали и просто издавали нечленораздельные звуки, сопровождая всё это громкими хлопками ладоней, но у меня не было времени задерживаться и смаковать свою победу — я даже осознать её толком не успела. Не став тратить время на подъём по лестнице, я взлетела в свою ложу, ощутив, как напрягся, пропуская моё наполненное магией тело, отгораживающий трибуны от арены барьер, и тут же попала в цепкую хватку Стеллы. — Ты чего творишь?! — возмутилась она громко. — Куда собралась?! Иди награду получай! — Нет времени, — отрезала я, перехватив её руку и ткнув указательным пальцем в волшебное кольцо. — Перенеси меня на Домино! Прямо сейчас! — Чего?! — Глаза её совсем вылезли из орбит, и все присутствующие ощутимо напряглись — как будто крыша у меня окончательно съехала, и я начала нести полнейшую ахинею. — Валтор вышел на связь! Сказал, последний осколок в опасности! Стелла, скорее! Но Стелла торопиться отказывалась: стояла и глупо хлопала длинными ресницами, не спеша осознавать смысл моей просьбы. — Стелла! — Я встряхнула её за плечи и призывно заглянула в глаза. — Счёт идёт на секунды! — Но Кубок… — залепетала она потерянно, и я стремительно обернулась к Текне. — Получи приз за меня. Объясни им, что мне пришлось срочно уйти. — Ни за что, — отрезала она, сложив руки на груди. — Я иду с тобой. — Опасно! — возмутилась я, но она полыхнула гневным взглядом: — Потому и иду. Времени спорить у меня не было, и, издав лишь беспомощный стон, я повернулась обратно к Стелле: — Тогда ты получи! Просто поскорее, пожалуйста! — Да как бы не так! — отмерла она наконец и возмущённо взвизгнула. — Я тоже иду! Терпение у меня окончательно лопнуло, и я воскликнула так громко, что это наверняка услышали в соседних ложах: — Хоть кто-нибудь, получите этот чёртов приз! А теперь отправь меня на Домино! — Я с вами, — тут же раздался голос Хелии, и я не стала даже спорить — просто обречённо кивнула, понимая, что вся ответственность невольно легла на плечи Флоры с Музой, но будучи уже просто не в силах из-за этого переживать. Флора попыталась что-то сказать, однако в этот момент Стелла всё же отмерла, стащила с пальца кольцо и в одно неуловимое мгновение телепортировала нас прочь. Арена растаяла в воздухе, превратившись в знакомый заснеженный пейзаж, и первым же делом я на автомате укрыла всех своих спутников от лютующего холода. Не успела я оглянуться, дабы понять, где мы вообще находились, как грудь прострелило знакомым тёплым чувством: Пламя Валтора изо всех сил взывало ко мне и указывало нужное направление. — Туда, практически полпланеты, — скомандовала я, взмахнув рукой в нужном направлении, и на сей раз Стелла поняла сразу же, мигом переправив нас на другую сторону Домино. Спустя ещё несколько подобных скачков в груди у меня провернулся нож: не только Валтор, но и осколок был безумно близко — и следующая телепортация выплюнула нас прямо у подножия огромной пещеры, в которой чуть ли не каждую секунду вспыхивали чьи-то яростные атаки. — Очень вовремя, — прохрипел где-то в стороне знакомый голос, и я обернулась, обнаружив, что мы оказались практически рядом с Валтором — он стоял чуть в стороне, вытирая кровь с губ, и, судя по заляпанной красным белоснежной рубашке, достаться ему успело изрядно. В следующее мгновение показались и его противники: их было не меньше десяти, и к этой неожиданной встрече они были не готовы ровно так же, как и мы сами. — Где осколок? — спросила я в панике, только чудом выхватывая нужные мысли из каши в голове, и Валтор неопределённо махнул рукой в сторону пещеры. — Мы отвлечём их, — раздался из-за моего плеча заглушаемый воем ветра голос Текны, и я только хотела вновь сказать о том, что это опасно, но в последний момент прикусила язык: при подобном раскладе времени размениваться на любезности не было. Действовать надо было быстро, иначе… — Хорошо. — Я кивнула, потеряв всякую возможность соображать трезво, и оглянулась на Валтора, который, словно только этого и ждал, в то же мгновение исчез в пурге. Не медля, я расправила терпеливо дожидавшиеся своего часа крылья и рванула к пещере прямо сквозь озверевшую метель. Кругом гремели взрывы, атаки сыпались одна за другой, но я больше не сдерживалась: пламя вокруг меня вспыхивало яростно и хаотично, не позволяя чужой магии подобраться ближе положенного, и на полной скорости я влетела в пещеру, обнаружив там ещё практически десяток держащих оборону внутри магов. Нож в груди провернулся на девяносто градусов — чувство вело меня в сторону, но не успела я за ним последовать, как чьё-то тело резво сбило меня прямо в полёте, снесло назад и тут же попыталось достать зачарованным кинжалом. Ни секунды не думая, я охватила противника огнём, и, заорав, он спешно отскочил в сторону. Взмахом руки кого-то из его товарищей пламя удалось без проблем загасить — сейчас я была сосредоточена лишь на собственной защите. И очень вовремя: несколькими последовательными атаками, не позволяющими мне прийти в себя и осознать, что происходит, меня очень ловко загнали прямиком в оцепление к уже поджидавшим со спины магам. Инстинктивно пригнувшись, я позволила одному из кинжалов просвистеть над моей головой и тут же подняла за спиной пламенную стену, дабы больше сюда не долетело ни одно заклятье. Держать подобную оборону долго я не могла: сказывалась усталость после череды сражений на Кубке и непосредственно последнего боя с Дженни, прийти в себя после которого у меня не было ни секунды, — и в тот момент, когда чужая магия жгла и зажимала со всех сторон, а парочке огненных колдунов всё же удалось перетянуть моё пламя к себе и полностью его загасить, спину мне вдруг согрело что-то большое, тёплое и чрезвычайно знакомое — да не просто согрело, а практически в неё впечаталось, заставив меня неловко пошатнуться и тут же за руку вздёрнув назад. — Где ты шлялся? — прошипела я сквозь зубы, судорожно пытаясь придумать, как выйти из этого оцепления, и Валтор отозвался рычащим, низким голосом: — Кровопусканием занимался. Судя по тому, что сейчас он пребывал в своём демоническом облике, а трансформироваться сразу же после попадания зачарованных кинжалов он не мог, слова его вполне можно было воспринимать буквально, но я не стала уделять этому и сотую долю положенного внимания — сейчас были проблемы посерьёзнее. — Её Высочество возражает, если я положу всех? — утробно рыкнул Валтор, и я не думала даже пары секунд: — Действуй. Мне правда надоело играть в мисс непорочность. Это было уже не сражение — это была самая настоящая война, и, если эти чёртовы фанатики сами готовы были умереть за свою идею, я не собиралась ограничиваться полумерами и жалеть их, особенно когда на другой чаше весов стояла жизнь королевства, за которое Дафна без колебаний отдала свою жизнь. Убей или будешь убит. Едва услышав моё разрешение, Валтор сорвался с места, разрезая воздух мощными кожистыми крыльями, и уже спустя несколько секунд пещеру наполнили истошные вопли да звуки разрывающейся плоти. Оттолкнув оставшихся напротив меня магов, я помчалась в ту сторону, откуда доносился взрезающий грудь зов последнего осколка, но уже в следующее мгновение дорогу мне преградил колдун, которого — насколько я, конечно, могла судить по закрытому капюшоном лицу — я уже точно раньше видела. Спустя ещё мгновение мы с ним познакомились практически лично: взмахнув руками, он возвёл передо мной плотную стену огня, и я незамедлительно перетянула его на себя, беззастенчиво использовав в качестве подпитки. Попытка обойти его успехом не увенчалась, и в результате этого манёвра мне пришлось ненадолго отвлечься, дабы впечатать в стену бросившегося на меня с очередным кинжалом колдуна. Валтор занимался основной массой противников где-то на другом конце пещеры, и количество живых существ в этом ограниченном пространстве стремительно сокращалось. Разобравшись с залётной пташкой, я вновь набрала высоту и, недолго думая, завернула поджидающего меня мага в огненный вихрь. Как и ожидалось, колдун этот был не лыком шит, и перетягивать управление моим пламенем на себя у него получалось на удивление хорошо: следующие полминуты мы усиленно боролись за право контролировать бросающийся то в одну, то в другую сторону вихрь, и я не могла сказать, кто в конечном итоге бы победил, потому что в этот момент чьё-то отбитое Валтором заклятье прилетело прямо в его середину, нарушив концентрацию магии и рассеяв её по воздуху. Не теряя времени даром, маг снова послал в меня раскалённую волну, и на сей раз я просто отзеркалила её, вплетя в чужое рыжее пламя своё алое и вернув его отправителю. Безрезультатно: маг умудрился отразить и эту атаку, вновь уведя её куда-то к опалённому потолку пещеры. — Как же ты достал, — прорычала я сквозь зубы, отходя от правил и намереваясь сделать то, в чём всё время отказывала себе на Кубке: взять напором. Здесь беспокоиться было не о чем — мы с Валтором от моего Огня были защищены, а маги… что ж, «навредить им» и было моей основной целью. Сделав глубокий вдох и раскинув руки в стороны, старательно концентрируя пламя в груди, я не стала долго ждать и тут же направила вихрь в сторону своего противника: едва оставляя рёбра позади, ураган расширялся и разрастался, заполняя собой добрую половину пещеры, и колдун выставил перед собой ладони в защитном жесте, отчаянно пытаясь прикрыть лицо. На то, чтобы рассеяться, огню потребовалось долгое-долгое время — по моим собственным ощущениям, прошло не меньше минуты, и на всём её протяжении я так сосредоточенно ждала удара спереди, что совершенно не обращала внимания на сражающегося неподалёку Валтора. Но удара не следовало. Секунда, две, три — пламя практически полностью рассеялось, явив мне изогнувшийся в неестественной позе силуэт: руки его были крепко прижаты к телу, ноги — сведены вместе, и вообще весь он казался подобравшимся и сдавленным. Лишь спустя мгновение я увидела крепко связывающие его золотистые нити и, обернувшись, обнаружила у себя за спиной подоспевшего на помощь Хелию. — Иди. — Он кивнул в сторону мага, который оставался последним рубежом на пути к осколку, и несколько секунд я просто глупо пялилась на него, а затем позволила себе полный радостного облегчения смешок, развернулась и, промчавшись мимо изо всех сил попытавшегося рвануть за мной колдуна, опустилась на колени возле сооружённого им алтаря. Раскрашенные голубой краской камни сияли и пульсировали, выбрасывая в воздух крошечные всполохи энергии, и устроенный между ними осколок нетерпеливо вибрировал — видимо, был недоволен тем, что его потревожили, но так и не довели дело до конца. — Сейчас, — пробормотала я, обращаясь к нему, как к живому существу, и осторожно подцепила его пальцами, чувствуя, как защитное поле алтаря неприятно колет ладонь. — Сейчас всё закончится. И, сделав глубокий вдох, я вдавила осколок себе в грудь. Сорок пять секунд. Ровно на сорок пять секунд меня выбило из реальности, и за время это Хелия успел вырубить пойманного им мага и, подойдя ко мне, осторожно присесть рядом. Сквозь распирающий тело жар я почувствовала его ладонь у себя на спине, но до самого конца пытки так и не смогла произнести ни слова. Когда же меня отпустило настолько, что я наконец-то смогла вдохнуть и расправить лёгкие, я схватилась за его плечо, с усилием подтянула себя наверх и тут же окутала его новым защитным полем — и то же самое следовало как можно скорее провернуть с девчонками, потому что холод вокруг по-прежнему стоял просто адский. — Валтор! — позвала я, чувствуя, как Хелия поддерживает меня под руку, помогая подняться на ноги, и обвела взглядом пещеру, но картинка перед глазами плыла и двоилась, и разглядеть что-либо вдалеке не представлялось возможным. — Валтор, чёрт!.. — крикнула я ещё раз, отчаянно цепляясь за плечо Хелии. Хотелось рухнуть на диван в нашей гостиной и лежать без движения ещё как минимум полчаса, но сейчас такой роскоши у меня не было. Валтор сказал, этот осколок был последним. Что же делать дальше? — Терпения тебе не занимать, — фыркнул наконец где-то рядом знакомый голос, и, тяжело приземлившись сбоку от нас, Валтор сложил крылья за спиной и вернул себе человеческий облик. — Не думала, что я тоже не в игры играю? — Что теперь? — спросила я, полностью проигнорировав его раздражённую реплику, и, оттолкнувшись от плеча Хелии, вцепилась в его рубашку. — Все осколки у нас! Что мне делать?! — Для начала — успокоиться, — отозвался он резонно и снова фыркнул, но я не стала даже пытаться: впереди маячила такая гигантская неизбежность, исход которой зависел лишь от меня одной, что эмоции сейчас были более чем простительны. — Соберись, — грозно велел Валтор, и в голове у меня, кажется, по чьему-то чужому велению встали воспоминания о нашем разговоре на Кубке: либо я прикладываю все силы к тому, чтобы удержать себя в руках, либо просто сгораю. Понимая, что правда была на его стороне, я изо всех сил постаралась взять себя в руки и, честно, боялась даже представить, насколько хреново мне будет после возвращения в тело всех десяти осколков Ядра. Хреново было, и было неописуемо — в тот момент, когда семь вспышек из груди Валтора перекочевали обратно ко мне под рёбра, меня окатило такой волной невыносимого жара, что на несколько секунд показалось, будто тело просто расплавилось и растеклось по промороженному полу пещеры лужицей: я не могла ни вдохнуть, ни пошевелиться, ни напрячь хотя бы один-единственный мускул, чтобы убедиться, что всё ещё находилась в своей физической оболочке. Для того, чтобы свыкнуться с давно позабытым ощущением и более-менее вернуть себе все пять чувств восприятия, мне потребовалось безумно долгое время — в минутах я не считала, но прошла их явно не одна и не две. И, когда я всё же разогнулась, так и не отпустив зажатой в крепкие тиски окровавленной рубашки Валтора, которому охвативший меня жар был ничуть не страшен, первым делом я прохрипела: — Красная… кнопка… — М? — уточнил он, изогнув бровь, и я подняла взгляд. — Ты сказал… что я должна буду нажать на кнопку… что ты имел в виду?.. Пламя распирало меня изнутри. Тело дрожало и звенело натянутыми мускулами — как бы ни была сосредоточенна, долго подобное напряжение я бы не выдержала просто физически, и счёт шёл на минуты: либо я верну все осколки обратно в Ядро, либо просто взорвусь, вновь разбросав их по всей планете. — О, сущий пустяк, — осклабился он и, аккуратно отцепив мои руки от своей рубашки, опустил их вниз. — Помнишь заклятие, которое я тебе дал? Тут принцип схожий: используй его на том, что осталось от Ядра, и в нём вновь загорится жизнь. Заклятие… Вспомнить, о чём он говорил, удалось с трудом, но спустя несколько секунд перед глазами у меня всё же встали знакомые буквы древнего языка: «Очищающее сожжение». Те самые чары, что можно было использовать лишь единожды, как гласил описывающий их суть свиток. — Нет… — прошептала я растерянно, мысленно сопоставляя два и два и раз за разом приходя к одному и тому же выводу: чёрным по белому на том древнем пергаменте было написано, что заклинание это однозарядное. Никаких вторых шансов. — Нет! — повторила я громче и подняла на Валтора полный отчаяния взгляд. — Те чары можно было использовать лишь раз! И ты знал об этом! Ты сам дал мне чёртов свиток! — Успокойся, дорогая. — Он неприязненно поморщился. — Разве родители не учили тебя не верить всему, что написано? — Ты знал! — продолжила негодовать я, распаляясь и на мгновение забывая обо всём объявшем меня напряжении. — Знал, скотина! — И, недолго думая, я вмазала ему по лицу, после чего стремительно схватила за грудки и взмыла в воздух прямо из-под носа у удивлённого Хелии. — Зачем тогда всё это было?! Чего ты добился, засунув в меня всю эту магию?! Я продолжила избивать его. И понимала, вроде, что всё это было бессмысленно и уж совершенно точно бесполезно, но ничего не могла поделать с распирающей меня яростью: я так долго шла к этой цели, столько боли испытала, стольких людей подвергла опасности — и всё зря?! Просто потому, что Валтору было весело наблюдать за моими злоключениями?! — Говорю же… — процедил он сквозь зубы, но я не дала ему шанса договорить, снова впечатав кулак в лицо и отшвырнув в сторону — прямиком к выходу из пещеры. Когда мы вылетели в захваченный вьюгой воздух, Валтор пошатнулся — в сражении ему изрядно досталось, а потому сейчас он при всём желании, сойдись мы в настоящем поединке, не смог бы противопоставить мне ничего стоящего. И я сполна воспользовалась этой возможностью, вымещая на нём весь долгое время терзавший меня негатив: злость, отчаяние, бессилие, досаду, вину, раздражение и ещё тысячу других неприятных эмоций. Я не слышала ничего из того, что происходило вокруг, не видела, остался ли ещё кто-то из магов в сознании, напрочь забыла об ожидающих меня снаружи девчонках и была сосредоточена только на одном: как бы ещё врезать не успевающему — или не желающему успевать — реагировать на мои удары Валтору. — Блум! — ворвался в мою голову знакомый, практически полностью заглушённый завываниями ветра голос, и, подхватив меня под руки, кто-то оттащил меня от изрядно помятого Валтора. Сплюнув кровь, он снова вытер губы тыльной стороной ладони, а я обернулась и нашла взглядом взволнованную Текну. В этот момент подавленные на короткое время жаром ярости осколки вновь дали о себе знать, и, содрогнувшись всем телом, я болезненно застонала. — Блум! — повторила Текна ещё более встревоженно, и ей вторила поднявшаяся к нам Стелла: — Блум, что происходит?! — Успокоилась? — вкрадчиво поинтересовался Валтор, и я злобно зыркнула в его сторону, хотя из-за плывущей перед глазами картинки практически его не видела. — А теперь слушай и запоминай: Огонь Дракона черпает свою силу из эмоций. Если ты распалишься в достаточной степени, нет ни одного заклинания, которое ты не смогла бы использовать. — Откуда такая уверенность? — спросила я со здоровой долей скептицизма, но он лишь пожал плечами: — Не узнаешь, пока не попробуешь. — А чем… — Я покосилась на свои ладони, которые и после первого использования этих чар начали неприятно леденеть, а затем снова подняла взгляд на Валтора. — Чем это закончится для меня? Он ничего не ответил — но, судя по ухмылке, ответ его оставался прежним. И разве был у меня другой выбор? — Блум! — позвала Текна уже в третий раз, и, судя по металлическим ноткам в голосе, теперь она просто требовала моего внимания. Стоило мне обернуться и найти её взгляд, как она выпалила: — Что ты собралась делать? — Что должна, — отозвалась я без тени сомнения, и тут же в разговор наш влезла Стелла: — Это не опасно? За меня ей ответил Валтор: — Опасно или нет, а времени на размышления у вас немного, дамы. — Взгляд его был направлен куда-то в завывающую вокруг нас пургу и будто бы неотрывно за кем-то наблюдал. — К этим идиотам спешит подмога. Решать надо здесь и сейчас. В то мгновение я поняла, что впервые не испытывала ни тревог, ни сомнений: решение давно уже было принято, и я не собиралась отступать и колебаться после того, как зашла так далеко. Осколки внутри требовали свободы, и у меня просто не было иного выбора, кроме как выпустить их — с опаской для всех окружающих или же только для самой себя. — Стелла, унеси ребят, — обратилась я к зависшей рядом подруге, и та не успела ничего возразить — за неё всё сделала Текна: — И думать забудь. Одну мы тебя тут не оставим. — Я бы попросил, — оскорблённо кашлянул за моей спиной Валтор, но сейчас он волновал всех в последнюю очередь. — Тогда спрячьтесь в пещере, — решила я быстро, не став тратить лишнее время на споры, и, опережая Текну, заранее ответила на очередное её возражение: — С собой я вас не возьму, даже не проси. Я понятия не имею, как сильно Пламя рванёт, и, если будете находиться близко, вы можете пострадать. Надеюсь, эти идиоты отправятся за нами, но даже если они решат остаться, в пещере вам придётся защищаться лишь с одной стороны, так что преимущество будет на вашей стороне. Учитывая обстоятельства, план мой получился на удивление здравым, и даже Текна сходу не нашла, что на это возразить. Её заминкой я воспользовалась мудро, обернувшись к Валтору и поинтересовавшись: — Куда мне идти? — В сердце дворца, — отозвался он незамедлительно. — Покинув твоё тело, Ядро должно будет вернуться обратно в сосуд, который находится в подземельях. — Хорошо. — Я сосредоточенно кивнула и повернулась обратно к подругам. — Пожалуйста, спрячьтесь, если не хотите уходить. Позвольте мне со всем разобраться. — Знаешь, из твоих уст это звучит совсем не обнадёживающе, — заметила Стелла между делом, и я лишь быстро приподняла уголок губ. Судя по выражению лица Текны, она была полностью с этим согласна и сейчас смотрела на меня встревоженно и напряжённо — словно никак не могла решить, действительно ли стоит отпускать меня одну или же лучше продолжить стоять на своём. — Текна, — позвала я настойчиво, показывая, что переубедить меня не удастся, и она закрыла глаза, с досадой признавая своё поражение. — Идите, — подогнала я, жестом направив их к пещере, на выходе из которой замер наблюдающий за нами Хелия, и Стелла потянула Текну за руку, но в последний момент та вдруг вырвала свою ладонь из её и обернулась. — Блум, я… Не знаю как, но в тот момент я сразу поняла, что именно она хотела сказать. Текна выпалила это быстро и отчаянно, словно ужасно хотела не оставить себе возможности повернуть назад, но всё равно оборвалась, не в силах закончить предложение. Я тепло улыбнулась. — Я знаю. И, не позволив себе медлить ещё больше, — пламя в груди клубилось и яростно билось в рёбра, мешая нормально дышать, — я развернулась и направилась вслед за Валтором прямо ко дворцу. Вынырнувшие из пурги колдуны разделились: часть их помчалась за нами, а часть — к пещере, и я отчаянно взмолилась о том, чтобы никто из моих друзей не пострадал, чтобы они без потерь смогли продержаться до тех пор, пока я не вернусь и не смогу их защитить. Мы летели долго. Ледяной ветер, скопом швыряющий в моё лицо колючие снежинки, действовал отрезвляюще и будто бы оттягивал момент неизбежного взрыва, и только благодаря стоящему вокруг морозу мне удалось продержаться до самого дворца — когда он замаячил на горизонте, крылья взмахивали уже через силу, с трудом придерживаясь взятого Валтором темпа и лишь чудом не позволяя то и дело совершающим отчаянные выпады вперёд колдунам меня схватить. За всю дорогу Валтор не сказал ни слова. Ни физически, ни по нашей мысленной связи — казалось, он вовсе забыл про моё присутствие и даже не подумал хоть разок обернуться и удостовериться, что я всё ещё лечу за ним. И в тот момент, когда дворец окончательно принял свои истинные размеры, зависнув над нами непоколебимой ледяной горой, Валтор вдруг развернулся, прямо в воздухе трансформировался и уверенно затормозил с помощью широкого взмаха раскрывшихся крыльев. — Я разберусь, — пророкотал он, и голос его был больше похож на раскаты грома, которые принёс с собой беснующийся ветер. — Доберись до подземелий. Проход за тронным залом. Не став тратить ни секунды выигранного им для меня времени, я со всего размаху толкнула растопленные ворота, влетела во дворец и сразу же направилась к указанному месту, которое, к счастью, мы видели во время нашей далёкой экскурсии. За спиной послышались крики и взрывы сталкивающихся друг с другом заклятий, но я не стала оборачиваться, чувствуя, как с каждым взмахом крыльев управлять ими становится всё тяжелее — мне бы только добраться до подземелья, а там уже… нет, вариант «упасть замертво» был заказан — мне всё ещё нужно было вернуться к ребятам. В общем, с проблемами следовало разбираться по мере их поступления. Сделав крутой поворот и чуть не врезавшись в стену, я помчалась дальше по промороженному коридору, по памяти направляясь к тронному залу. Поворот. Ещё один. Короткая лестница. Последняя дверь справа. Распахнув её, я вылетела к своей цели и тут же завертела головой в поисках таинственного прохода позади, который никому из нас в прошлый раз почему-то не попался на глаза. Искала я долго: внимательно оглядывала стены, пересчитывала двери и крутилась на месте, пытаясь понять, в какой стороне вообще следовало смотреть, а затем пригляделась чуть сильнее, согнав застлавшую глаза пелену, и за толстым слоем льда, покрывающим здесь все стены вместе с цветастыми гобеленами, увидела неприметную дверь прямо за тронами — совсем как во дворце на Солярии. Долбанув по ней срывающимся с цепи огнём и оставив на месте дверного проёма пробитую дыру с неаккуратными краями, я влетела в спрятавшееся за тронным залом помещение — оно было меньше, гораздо скромнее и ужасно напоминало какую-то подземную темницу: каменные колонны уходили вверх, по всему периметру поддерживая тяжёлый серый потолок, на дальней стене почему-то висели вмёрзшие в лёд цепи, а в центре… в центре находилось… что-то. Лёд здесь был прозрачным: я не видела под ним ни пола, ни земли и, лишь приблизившись, поняла, что он уходил на многие метры вниз — передо мной предстала огромная воронка, замороженная так, словно в ней находилась сплошная пустота. Или же… чистое пламя. «Куда теперь?!» — вопросила я у Валтора, почему-то инстинктивно поняв, что лёд этот будет не растопить даже моим огнём. Следовало ли мне выпустить Пламя прямо здесь? Или нужно было уйти ещё глубже? «Дверь справа», — отозвался он спустя несколько секунд своим хриплым рычащим голосом. — «Она ведёт в подземелья». Более исчерпывающих указаний мне не требовалось: сразу же метнувшись взглядом к очередной промороженной стене, я безошибочно разглядела подо льдом ещё одну неприметную, но на вид чрезвычайно прочную дверь, и сходу врезала по ней Огнём — посопротивлявшись, лёд всё же пропустил меня, и, толкнув тяжёлую преграду, я увидела ступени, ведущие куда-то глубоко-глубоко вниз. Судя по ощущениям, в запасе у меня оставалась всего пара минут — словно часовой механизм тикал где-то в висках, оповещая о неминуемом. Расправив крылья, использовать которые в столь тесном пространстве было чрезвычайно неудобно, — нежная мембрана то и дело цеплялась за шершавые стены, причиняя жуткий дискомфорт, — я полетела вниз, и путь мой был недолог: преодолев несколько круговых пролётов, я натолкнулась на очередную ледяную преграду. Весь коридор был заморожен. Как и говорила Текна, лёд заполнял его от и до: пробраться вдоль стены или просто пригнувшись не было никакой возможности, и, видимо, единственным способом пройти дальше было включить огнемёт — руками всё это безобразие я бы топила так долго, что взорвалась бы уже на четверти пути. Сложив крылья и сделав несколько шагов назад, я набрала в лёгкие как можно больше воздуха, что при свернувшихся в тугой узел органах было практически невыполнимой задачей, и, вскинув руки, позволила пламени сорваться с них тугой, свирепой струёй. Лёд зашипел, коридор заполнился паром, и дышать стало по-настоящему невозможно: глаза слезились, горло сдавливало спазмами, и я зажмурилась, продолжая направлять магию в нужную сторону. Беря во внимание количество поджидающего меня льда, справилась я невероятно быстро, но в условиях ограниченного времени — провозилась чертовски долго, и, почувствовав, как пламя свободно вырывается на другой стороне, я вырубила его подпитку, пошатнулась и схватилась за холодную каменную стену. Ноги подгибались, отказываясь меня держать. Сердце в груди билось аномально быстро — казалось, я вот-вот схвачу инфаркт, и до этого определённо безрадостного момента мне во что бы то ни стало нужно было сделать лишь одну вещь. Расправив крылья, я за несколько взмахов пролетела освобождённый коридор и рухнула на колени, не в силах больше удерживать себя в вертикальном положении. Передо мной предстал огромный постамент: четыре изогнутых шипа окружали его со всех углов, поддерживая не менее крупный шар из чистого, сверкающего льда. Это было Ядро. И осколки рвались к нему, грозясь вот-вот проломить мои рёбра и вырваться из тела физическими обломками. Обхватив себя руками, я подняла в голове все самые яркие эмоции: страх, панику, отчаяние, возбуждение, радость, ужас и злость — они вспыхивали перед глазами ослепительными всполохами, перемешиваясь и наслаиваясь друг на друга, путая воспоминания и заставляя сердце окончательно сходить с ума, однако ничего не происходило. Осколки толклись в груди — пытались вырваться, но не находили выхода, и пламя наотрез отказывалось меня слушаться и вновь покидать свой законный сосуд. Воспоминаний было недостаточно. «Валтор», — позвала я хрипло, прижимаясь пылающим лбом к ледяному полу. Он не ответил, но я чувствовала, что он слышит. — «Пропусти одного из колдунов. Пускай… найдёт меня». Он не стал спрашивать зачем. Не стал говорить, что это опасно, и отговаривать меня от очередной безумной затеи. Вообще ничего не сказал — однако в этот момент связь прервалась, и я поняла, что моё послание достигло адресата. Теперь оставалось только ждать. И, желательно, всё же подняться на ноги. Сделать это мне удалось, хоть и с огромным трудом: возмущённое тем, что я опять с ним вытворяла, тело отказывалось сотрудничать и намеревалось лежать на холодном полу до тех пор, пока его просто не разорвёт изнутри, но я безжалостно отобрала у него столь лёгкий финал. — Твой защитник не настолько хорош, как тебе думалось, — огласил звенящую тишину подземелья чей-то пропитанный ядом голос, и я с трудом нашла взглядом своего гостя: маг сжимал в руках клинок — это было хорошо; маг явно больше не видел во мне угрозы, потому что для того, чтобы не понять, что я едва держалась на ногах, надо было быть слепым, — это было ещё лучше. — Развлекайся, — отозвалась я, приглашающе раскинув руки в стороны, и дважды его просить не пришлось: издав грозный боевой вопль и нацелившись кинжалом куда-то мне в живот, он помчался вперёд. Противиться его плану я не собиралась — только подкорректировала его немножко, в последний момент вильнув вбок, что со стороны наверняка больше напоминало неловкое падение, и позволила лезвию вонзиться мне прямо в бедро. С губ сорвался громкий стон, который я даже не думала глушить: ногу прострелило такой острой вспышкой боли, что на мгновение перед глазами заплясали цветные пятна, а бедро окатило замогильным холодом и сразу же — будто бы кипятком. — Не дёргайся, — прошипел маг, с отвратительным хлюпаньем вытащив кинжал из моей плоти, и замахнулся снова: замедлившись из-за пульсирующей в бедре боли, я не успела полностью увернуться, и лезвие проехалось по моей спине, оставив там широкую царапину. Температура, и без того пробивающая критическую отметку, начала стремительно подниматься, сходя с ума от заклятия, блокирующего отчаянно пытающиеся вырваться из моего тела силы. Больше этот маг мне был не нужен, — и так перевыполнил требовавшуюся от него норму, — и я врезала локтем ему по носу, откинув от себя и тут же окутав огненным коконом. Мужчина заорал, а я рухнула на колени, чувствуя, как сразу три сердца бьётся в разных участках тела: в груди, в спине и в проткнутом бедре. Вдохнуть больше не получалось — и тогда я закричала: так же, как кричала в Красном Фонтане, когда вопль мой смешался с драконьим рёвом, вынудив всех ящеров вмиг остановиться. Я чувствовала, как Пламя через силу покидает моё тело. Надрывалась, перенапрягалась, практически выдавливала его из себя, разве что рёбра собственноручно себе не раскрывая, дабы ему было проще выходить, и с горечью вспоминала о том, как, оказывается, всё просто было во время ритуала с Валтором — даже если брать в расчёт неожиданное вмешательство Ровенны. Спустя какое-то время Огня во мне не осталось вовсе. Я обессилела, полностью лишившись энергии, и руки мои подогнулись, вынудив меня рухнуть на ледяной пол и начать то ли всхлипывать, то ли не особо успешно хватать ртом пересохший воздух. Магии в теле больше не было — на мгновение терзающее меня заклятие запечатывания прекратило свою работу, но и без него последствия разделения Огня с сосудом были настолько неприятны и тяжелы, что разницы, честно говоря, совершенно не ощущалось. Раздался взрыв, и от того, чтобы отлететь в стену и переломать несколько костей ещё и об неё, меня спасло только то, что я и так была распластана по полу, но стянутые в хвост волосы всё равно с силой дёрнуло назад, отчего я лишь болезненно зашипела. Раскалённый, идущий откуда-то спереди воздух прошибал всё подземелье мощными волнами, и наполнявшая его магия была столь древней и величественной, что внутри у меня всё скрутилось в пульсирующий узел. Хотелось то ли прикоснуться к ней, то ли бежать как можно дальше, чтобы никогда больше не сталкиваться, — прежде я никогда не ощущала ничего подобного и только сейчас поняла, насколько далеко мой дракон, некогда пугавший меня до дрожи, находился от творения Дракона изначального. Это была первозданная сила. Магия, из которой родилось всё Измерение. Та мощь, что могла как создать, так и разрушить весь мир подчистую. В этот момент в спину меня что-то с силой ударило, и я охнула, мучительно принимая обратно весь вырвавшийся из меня Огонь. Раны заболели с новой силой. Заклятие запечатывания возобновило свою работу, проламывая рёбра и окатывая меня всё новыми волнами жара, а замогильный холод отступил, погрузив меня в абсолютную темноту. — Блум! — позвала меня до невозможного встревоженная Дафна, и я не успела подумать о том, что всё же умираю, очевидно, не справившись со столь тяжёлой ношей, потому что в следующий момент в голосе её зазвучали слёзы, и я никогда ещё не слышала, чтобы она говорила с таким непередаваемым облегчением: — Домино… оно просыпается.