Сайонара Хитори

Фудзивара-кё. 8 век н.э.

***

      Сумерки сгущались. Солнце уже скрылось за горизонтом. Лишь его слабые лучи слегка подсвечивали небо и редкие облака, заставляя их принимать ярко-красный цвет. По одной из улиц столицы медленно брела молодая девушка. Она была ничем не примечательна: длинные, убранные лентой, волосы, тёмные глаза, и потрёпанное кимоно, выдающее в ней представительницу низкого класса. Можно было подумать, что японка спешит домой, но почему же тогда она направлялась к центральной улице в столь поздний час? Она свернула в тёмную, безлюдную улицу и достала что-то из рукава. В ладонях девушки сверкнуло лезвие, и та, как очарованная смотрела на свой кинжал.       Наконец она посмотрела в тёмное небо, глубоко вдохнула и прошептала: «Пора…». Японка преодолела оставшееся расстояние быстрым шагом и, наконец, остановилась. Девушка стояла перед домом, судя по виду, богатой семьи. — Ещё бы, — прошептала она, — «дворцовые» же, С этими словами она приблизилась к зданию. Изнутри раздавался смех — семья принимала гостей. Девушка долго стояла и слушала. Она смогла продумать свой план до деталей и, наконец, решилась. Закрыв лицо тканью, чтобы было не узнать, и спрятав шею, девушка постучалась в дверь, которая вскоре отворилась. На пороге дома стоял человек, которого девушка, дрожащая теперь от страха, не могла не знать. Он — её жертва. — Что вам нужно? — с презрением спросил пожилой мужчина, — Мне очень нужно поговорить с хозяином дома. Вы не позволите мне войти? Мужчина ещё несколько секунд посмотрел на неё и, решив, что опасности эта хрупкая девушка не представляет, пустил её в помещение. После ночной прохлады тепло дома подействовало на девушку успокаивающе, но та твёрдо знала — расслабляться нельзя. Жестом руки мужчина пригласил незнакомку в пустую комнату, явно скрывая её от гостей. Это было девушке на руку. И вот, мужчина впервые отвёл от неё взгляд и, не сдерживая слёз, японка вынула кинжал и со всей силы вонзила его в тело хозяина дома. Первые несколько секунд мужчина пытался сопротивляться, но кровь, заливающая всё и льющаяся с невероятной силой не позволила ему это сделать. «Боже, что же я делаю?!» — девушка схватила кинжал и с силой выдернула его из тела. Мужчина закричал, схватился за рану и, захлебываясь, льющейся уже изо рта кровью, опустился на пол. Девушку словно парализовало. Она смотрела на это и не могла поверить. Это сделала она. Она причинила вред человеку. Японку трясло, слёзы лились из глаз. Она с трудом сдерживала крик.       Дверь распахнулась и женщина, стоявшая на пороге, застыла от ужаса. Она пошатнулась, закричала и, не сумев убежать, упала без чувств. На крики сбежались другие гости…И в этот момент молодая убийца перестала осознавать происходящее.

***

      Крики гостей, шум шагов, стоны умирающего — все эти звуки смешались в голове у виновницы. По её рукам и кинжалу стекала алая кровь, но было поздно жалеть о содеянном. Девушку трясло, но та, на удивление, всё ещё сохраняла рассудок. Вот, наконец, раненый мужчина в последний раз вздохнул, дернулся и затих. Алая кровь стекала на пол. Она была повсюду. В комнате пахло смертью и от всего этого у девушки кружилась голова. Японка в последний раз посмотрела на труп и вышла из, уже безлюдного дома. Она шла в сторону дома, озираясь на каждый шорох. И вот, наконец, она, спрятав окровавленные тряпки в кимоно и завернув в них кинжал, вошла. — Ох, Сайя, милая! Что же ты так поздно? — бросилась к девушке пожилая женщина, — Прости, мама, я любовалась закатом и не заметила, что уже поздно, — соврала её дочь, Внезапно дамы услышали плач, исходящий из глубины дома и взгляды обеих переменились. В глазах этих японок читалась теперь только боль. — Ей стало хуже…? — шёпотом спросила девушка, — Да, и я просто не знаю, что нам делать дальше, — заплакала её мать и опустилась на колени, — Она с каждым днём всё больше угасает, а денег на то, чтобы спасти её… — внезапно она замолчала. Слова сменились рыданиями. Глядя на свою мать, молодая японка не смогла сдержать слёз и через мгновение обе уже плакали, сидя на холодном полу в этой сырой комнате, именуемой домом. Но теперь что-то изменилось в сознании Сайи. Она больше не чувствовала той вины за убийство, которая мучила девушку всё это время. Сейчас она понимала, что выбора у неё нет никакого, ведь иначе ей никогда не добиться своей цели, а мама будет всю жизнь плакать и убиваться, что не смогла спасти младшую дочь. «Нет! Я не могу этого допустить! Я спасу её и тогда, и мама, и брат с сестрёнкой будут жить счастливо. А разве есть что-то важнее? Нет, конечно!» Девушка, наконец поднялась с колен, помогла матери встать и они прошли в глубь комнаты, единственным источником света в которой была огромная белая луна, светящая прямо в окно. Сегодня она видела смерть одного из приближенных императора, видела решимость той молодой девушки, решившей бороться до последнего за себя и свою семью.