Подпольный Магистр Наруто.

      Да, я оказался прав. Кроме того, что на него влияло особо мощное гендзюцу шарингана Тоби, на него было наложено ещё и подчинение от неизвестного шиноби с неслабыми возможностями. И это меня немного заставило задуматься, так как картина не сходилась.       Тоби уже другой, да и битва при Кири должна была состояться совсем скоро. Ему незачем было обновлять влияние на Ягуру. И Гендзюцу действительно было слабым. Оно бы развеялось от любого чиха в его СЦЧ, а вот внушение неизвестного… — Что там, Ками? — Спросил стоящий на входе Саске, магией вырубив уже вторую группу пытающихся прорваться к покоям Каге шиноби. Внешние силы проникнуть в помещение не могли, так как все входы и выходы крепости были заблокированы мощными техниками дотона с магическими печатями. Даже шиноби придётся сильно постараться, чтобы войти. А стены самой крепости защищены фуин, которые разрушить будет ещё сложнее, чем запечатанные входы. — Влияние шарингана на грани распада. А вот наш неизвестный манипулятор подсуетился. Если бы парень проиграл, он должен был покончить с собой очень оригинальным способом. Выпустив Биджуу прямо в селении. — Твою мать! — Невольно прошипел Учиха, с сожалением смотря на парня перед нами. Ведь он прекрасно понимал, что сделали с парнем, так как когда-то и им манипулировали. Но не настолько. — Вы ведь его освободите? Ками? — Не беспокойся. — Хмыкнул я. — Не только освобожу. Но и дам кое-что, чтобы его противники осознали, что так поступать нельзя. Тот, кто это проделал либо не дружит с головой и является отпетой тварью, или не воспринимает мир реальностью, считая, что это его вотчина для игр. Но пусть только попадётся мне…       И шиноби на улице вдруг пошатнулись от невероятного и странного давления, обрушившегося на них. Небо за секунду заволокло непроглядными тучами, а затем замелькали молнии, и в следующий миг, обрушился настолько громкий гром, что земля вздрогнула. — Что это? — Невольно заорали оглушённые шиноби Кири.       И только стоящий в стороне монах, вдруг побледнел и упал на колени. И в наступившей после грома тишине, шиноби отчётливо услышали слова монаха. — Ками гневаются…       Я же быстро взял себя в руки и свернул назад ауру, которая раскрылась на полную из-за бушевавшего во мне гнева. Миг и Учиха смог оторваться от пола, смотря на меня с не скрываемым фанатизмом, так как впервые увидел неприкрытую и потрясающую воображение мощь Сына Леса. Отступление.       Также с пола поднимался ничего не понимающий Ягура, пришедший в себя от мощного энергетического всплеска. Он мотал головой и пытался сосредоточиться на окружающем мире, но вот с ним связался его биджуу и…       Глаза парня налились малиновым светом, а потом он с открытым ртом увидел стоящих перед собой существ. И впервые за всю свою жизнь парень осознал, что означает такое частое из уст монахов. — Ками… — Выдохнул он.       Так как у входа в его комнату стояло странное существо из дерева, деревянная основа которого постоянно перетекала в саму себя, на голове существа были два загнутых рога, меж которых сиял салатовым светом огонь, от которого пахло лесом, грибами, ягодами и цветами. Это было непередаваемое ощущение.       Но вот его глаза увидели и того, кто стоял прямо перед ним. Он своей сутью ощутил, как вздрогнул от страха его Биджуу. И не мудрено, так как перед ним стоял… ло нечто. С виду это был обычный парень с красными волосами, вот только это можно было рассмотреть с трудом из-за бушующей вокруг его тела ауры, настолько плотной и энергетически насыщенной, что была похожа на покров чакры хвостатых, однако чувствовалось, что этот покров намного более плотный, опасный. И ещё, весь покров был исписан неисчислимым количеством символов и геометрических фигур, чем-то напоминающих фуин. Только другой немного формы. Да и в глазах пестрело от огромного числа разноцветного света от этих письмен. Но вот тот заметил, что его видят, притом он понял, что видят его ауру. — Любопытно. — Улыбнулся красноволосый, одним небрежным движением впитав в себя всё это буйство энергий, отчего Ягура, как маленький мальчик икнул, а ему вторил и биджуу внутри него. — Ты видишь ауру. Прости, что тебе пришлось увидеть то, что ты увидел. Я был небрежен из-за того, что не ожидал, что шиноби способны узреть Мою ауру. Вы больше видите чакру. — Н-ничего… — Только и смог выдавить из себя мальчик с навыками и силой Каге который осознал, что он крайне слаб перед… кем? — Ками, он способен видеть суть? — Раздалось от дверей и Ягура перевёл взгляд туда, на этот раз увидев обычного шиноби с белыми волосами и протектором Листа на лбу. — Ками? — Удивлённо переспросил он у беловолосого, но тут же понял всё. Буйство энергии, невероятное подавление даже его, с силами уровня Каге. — Ками.       И бухнулся на колени, преклонив голову. — Ну вот… — Буркнул красноволосый в сторону стоящего в дверях. — Кто тебя просил вякать именно это моё звание? Теперь его не переубедить. — А это надо? — Удивился… подчинённый Ками. — Было бы не так проблемно. — Вздохнул парень, похожий на Узумаки со всех сторон, если не знать о том, какой силой и аурой тот обладает. — Ладно. Слушай, мальчик… — Мне семнадцать. — Невольно вырвалось у Ягуры, который осознав, что ляпнул, сам себе закрыл рот. — А мне намного больше. — Улыбнулся мягко и откровенно красноволосый. — А тому у дверей вообще не счесть сколько лет. Пень старый. — Ээээ! Мне всего чуть больше тысячи! — Ты забыл про нолик. — Усмехнулся красноволосый и Ягура расслабился, видя, как те дурачатся между собой, но вдруг красноволосый посмотрел на него. — Ягура, ты сам должен понимать, что твои подчинённые не примут того, что ты просто сложишь с себя полномочия и передашь их Мей, верно? — Абсолютно. — Кивнул парень. — Это будет сильно непохоже на меня, к которому они привыкли. — Ну тогда начнём представление. — Развёл руки в стороны красноволосый и мгновенно изменился, превратившись в лохматого парня в спиралевидной маске и чёрном плаще с красными облаками. А беловолосый за его спиной превратился в Учиху, которого парень очень хорошо помнил. — Думаю, эти образы тебе хорошо знакомы и тебе будет легче драться с нами. Главное выкинь из головы то, что ты видел на моей ауре. Начнём?       И Ягура кивнул, прекрасно осознавая, что ему надо что-то, что могло бы объяснить его изменившееся поведение. Посох словно сам прыгнул с пола в руку и раскрутился, первый выпад посоха Оранжевая маска отбил кунаем, а затем в Каге Кири полетел сгусток огня. — Суйтон: Отражение! — Тут же выставил перед собой зеркало Ягура и огненный шар был снесён его точной копией, но рассыпавшегося водяной пылью и паром. — Добавим немного, чтобы всё было прекрасно видно. — Улыбнулся маска, что каким-то образом понял Ягура и в следующий миг выставил руку в бок, чтобы часть крепости взорвало к чертям.       Двое «противников» рванули на выход, но Ягура уже сложил печать концентрации. — Суйтон: Великий Король Водяных Драконов! — На что масочник перед ударом в него техники махнул рукой Каге и исчез вместе со своим напарником. — Каге! — Появились у Ягуры его особые шиноби охраны. — Где вы были?! — Спокойно, но от этого не менее грозно для окружающих, проговорил он. — Мы не могли пробиться внутрь крепости… — Но замолчали, смотря на суровый взор своего начальника. — Когда меня пытались подчинить чужой воле?       А в следующий миг один из представителей охраны был превращён в кровавое месиво, а второй не успел даже моргнуть, как посох Ягуры пробил его грудную клетку.       Другие охранники с шоком смотрели на происходящее, пока два тела не стали превращаться в странные белые тела, мало похожие на живого человека вообще. Тут они сразу всё поняли и заняли круговую оборону вокруг Каге, но тот не стал за ними скрываться, а пошёл напрямую к выходу. — Мой Каге, с вами всё в порядке? — Появился перед молодым правителем его доверенный и ближайший советник. — Вполне. — Кивнул парень и подошёл вплотную к своему ближайшему соратнику, как считали все, чтобы миг спустя всё вокруг забрызгало странной белой субстанцией, из которой состоял советник. — Лживая тварь!.. Да как вы посмели меня подчинить!       А люди Каге вдруг поняли, что это не мальчишка наконец-то окончательно сошёл с ума, а среди них враг. Но разгореться битве всех со всеми не дал Ягура. — Кто дёрнется, самолично голову оторву. — Произнёс правитель, окутавшись багровой энергией Биджуу, что было показателем того, что он более чем серьёзен.       Весь остаток ночи шиноби Кири выявляли в своём расположении странных белых тварей, принимающих вид давно известных им товарищей. Это было не легко, некоторые шиноби не могли поднять кунай на своего брата или товарища по команде, несмотря на суровое воспитание в их деревне. Но это не стало проблемой, так как когда поддельные шиноби пытались напасть на нерешительного, его тут же скручивали личные шиноби Каге и наносили существенный порез на ноге, который тут же выявлял, настоящий тот или нет. И если настоящий, то присутствующий ирьенин его тут же поднимал на ноги.       Только к девяти утра в селении прекратились проверки буквально всех окружающих, которые порой сами подходили к проверяющим и наносили себе нужные раны, их лечил ирьенин и подходил следующий.       А в двенадцать часов Ягура выступил с заявлением, что не достоин поста Каге, так как был подчинён представителями организации Акацуки. И последние пять лет его приказы были их приказами, направленными на ослабление и уничтожение Киригакурё.       В том же заявлении Ягура раскаялся в своих преступлениях и в конце самолично впустил в деревню Теруми Мей и её потрясённых людей.       В итоге, именно Теруми стала новой Мизукаге, хотя многие так и не смогли понять, как так произошло. А сам Ягура ушёл к монахам, проживающим на территории Кири.       Ещё довольно долго гражданская война давала поводы для коротких стычек жителей, но постепенно всё успокоилось, а в ослабленную деревню, в которой было мало всего, даже провизии, поступили щедрые обозы с припасами и шиноби-строители от неожиданных союзников Кири. Конохи.       Ведь опасность организации, которая смогла подчинить не просто Каге, но и джинчуурики с полным подчинением сил хвостатого демона, признали все. Как и целесообразность союза с сильной деревней.       Мизуки довольный уплывал на корабле через две недели после прекращения гражданской войны в Кири, высоко подняв воротник своих одежд, чтобы никто не видел следы страстной женщины на его теле.       А в Конохе начался первый этап Чуунин Шикен, а значит, пора начинать работать с Суной. — Ни минуты покоя. — Вздохнул беловолосый полной грудью свежий бриз моря.