Подпольный Магистр Наруто.

— Мам?! — Выдал я, смотря на стоящую на полигоне девушку в форме джоунина. — Ага. — Улыбнулась та, но тут же стала серьёзной. — Меня попросили тренировать тебя в хидзюцу, так как именно им ты не владеешь. Это правда? — Да. — Ответил правду, так как хидзюцу Правящей Ветви не учил. Да и не особо надо было мне это. Я давно уже знаю о том, что чакру, при большом её количестве и качестве, можно воплотить не только в атакующие проявления стихий или ещё чего, но и полезные дополнения вроде цепей чакры или ещё чего-то подобного. Главное, чтобы контроля хватило и плотности чакры. У меня её, из-за собственного резерва и вливания от Лисы, выше крыши. Тем более, что наглядный пример воплощения чакры знал и раньше. Да и сейчас оно у меня в пузе сидит и дуется. Хотя сама виновата.       Что говорить, ведь если захочу, могу повторить техники высшей формы шарингана: Сусано и не только. А вот именно цепи создавать не умел и не считал, что надо. Ибо цепи неудобны по ряду причин. Я могу создать и верёвку, которая сдержит биджуу. Вся особенность цепи, это осознание применяющего, что цепь крепка и надёжнее верёвки. Вот только с моими знаниями, это становится бредом. — Ну, тогда надо для начала проверить твой уровень контроля и количества чакры. — Произнесла она и достала висящий до этого у неё за плечом огромный свиток, который раскатала на земле. На нём была сложная фуинпечать-анализатор, которая и должна была выдать результат по моим характеристикам чакры и её контроля. — Приложи в эти два круга на печати руки и выдай максимальный поток чакры.       Пожав плечами, сделал как она просила и в следующий миг печать вспыхнула, под расширившиеся глаза матери.       И немудрено, так как под силой моей чакры свиток полыхнул и осыпался пеплом, оставив на своём месте энергетический отпечаток печати, что сейчас и показывал результат.       Кушина переводила взгляд то на меня, то на печать, что сияла золотыми линиями на земле. — Этого не может быть. — Только и сказала она, всматриваясь в проявившиеся значения. — Даже у дедушки, что на секунду, бывший Каге Узушио, не было такой сильной чакры и её контроля. Да что говорить, если даже у меня, носительницы чакры Кьюби, она намного слабее!       Я только пожал плечами и убрал руки от печати, которая мигнула на прощание и осыпалась искрами в воздухе. — Теперь я действительно верю тому свитку, что показал мне Хирузен. — Выдала себе под нос девушка. И потом более громко. — С такими показателями, ты легко должен освоить технику Сдерживающих Цепей. — Мам. — Произнёс я, смотря на неё немного виновато. Она то хотела меня впечатлить и научить, а тут стоит пацан, который с разбега может её на этом поприще обогнать и оставить далеко позади. Вот только мне надо тренироваться, хотя бы для вида, и не хочется разочаровывать её. Пусть его, поиграю в неумеху, пусть порадуется. Мне не сложно, ей приятно. — Начнём?       Цепи чакры я «освоил» в рекордные сроки, всего за неделю. Мама была очень горда мной и светилась от счастья.       А далее начались спарринги, в которых я безбожно поддавался, не желая навредить. Но быстро был разоблачён. — Сын. — Серьёзно заговорила она, смотря на меня с некоторой обидой в глазах. — Я не дура и опытный джоунин. Я вижу, что ты поддаёшься и мне это неприятно. Тем более, что Каге показал мне секретный свиток твоих достижений, который меня впечатлил более чем. А сейчас, видя, как ты поддаёшься, охотно верю в то, что там написано. Не поддавайся. Я хочу увидеть твою настоящую силу. Пожалуйста, верь мне.       Посмотрев в её просящие щенячьи глаза, вздохнул и сложил серию печатей: — Техника Письмен: Барьер Измерений. — Под ошеломлённым взглядом матери передо мной проявилась печать невероятной сложности, которая вспышкой оградила весь полигон барьером, который она видела впервые в жизни. Видя её любопытство, решил пояснить что это за барьер. — Мам, этот барьер создаёт отдельное пространство, в точности повторяющее кусок мира, который хочет создать исполнитель. Здесь действуют все законы и правила того мира, который и стал прародителем этого кусочка измерения. Здесь абсолютно всё подчиняется моей воле.       И движением руки сделал так, что земля оказалась над нами, а мы стали падать в небо, под испуганный крик матери. Но через пару секунд падение прекратилось и мир стал опять на своё место. Вот только мы зависли в воздухе. А Кушина смогла хорошо рассмотреть весь полигон, окружённый поистине невозможным для её сознания барьером. — Здесь мне не нужны печати, только усилие мысли и всё. — Щёлкнул пальцами и полигон словно раскололся на плавающие в воздухе островки, покрутился вокруг нас и вновь стал цельным. — Эта техника, как я считаю, Абсолют возможностей фуин. Одной из его граней. — Невероятно. — Только и смогла выдохнуть мама, когда мы опустились на землю и перед ней куст превратился в милого белого кролика, который потешно двигал ушками и сам запрыгнул в руки растерянной красноволосой девушки. Та от такого немного растерялась, но вскоре с удивлением и шоком гладила нежнейший мех зверька. — Это действительно… потрясает. И в чём же сложность этой техники? Не могу поверить, что она неуязвима. — Верно. — Кивнул, поморщившись её проницательности. — Она невероятно энергозатратна, требует колоссального контроля и воображения. Но самое слабое место этой техники в том, что её можно сбить при активации. — Уменьшение количества печатей? — Поинтересовалась, рассматривающая с профессиональным интересом окружающее, Кушина. — Уже. Сократил от трёх сотен до тридцати шести. — Кивнул под вновь шокированные глаза матери. — Кроме того, что надо сложить печати, надо ещё задействовать одновременно сложную печать фуиндзюцу.       И показал на едва видимые линии печати на груди, приспустив ворот футболки. — Ты облегчил создание столь невероятной техники с помощью нанесения печати на тело. Умно. — Кивнула девушка. — А я смогу это изучить и использовать? — Сможешь. — Кивнул я. — Только использовать дольше двух минут для тебя будет грозить критическим истощением чакры. Лучше не использовать его более минуты. А желательно вообще не использовать, так как слишком сложная и долгая техника.       Но на меня смотрели глаза шиноби, который твёрдо уверен, что пройдёт всё что угодно, но выучит эту технику. — Я хочу её изучить. — Не удивился просьбе матери. — Тогда стоит начать с выучиванием главной и полной формулы. Затем придётся отпечатать на теле фуин-формулу. И только затем применять саму технику. — Под просящим взглядом матери взмахнул рукой и перед ней, прямо в воздухе появился текст и печати данной техники. — Запоминай.       Та кивнула и сосредоточилась на описании техники.       Через пять минут применения развеял барьер, так как мать кивнула. Она запомнила, что удивило уже меня. Невероятная память даже для шиноби.       А ещё через неделю девушка сложила всю последовательность печатей, на что ушло довольно много времени и активировала барьер, вот только у неё явно были сложности с воображением, так как барьер распался через пару секунд.       Ещё через неделю она наконец смогла освоить эту технику, но без сокращения печатей. Что заставило уронить челюсть уже меня.       Проводя спарринги, тренируясь и обучаясь друг у друга, я впитывал в себя опыт сражений, который у Кушины был больше моего, если брать в расчёт применение чакры, а я учил её техникам и тактикам. Правда, из-за барьера, который записали в запретную технику, она успела освоить лишь три из них.       Кстати, через неделю наших тренировок, Кушина вернулась вечером не одна, а в сопровождении красноволосой и худенькой Карин и стоящим за её плечом Шином.       Оказывается, Кушина и здесь макнула свой бывший клан лицом в нечистоты, с ходу отжав Карин себе. А основному клану пришлось стерпеть, скрежеща зубами, ибо на её слова о том, что хидзюцу этой Ветви Узумаки утеряны и клан не сможет выучить девушку до достойного уровня, выиграла. Тем более, что на заявление клана о том, что и сама Кушина не сможет обучить девочку, она ехидно распечатала солидный по толщине свиток с техниками. Которые сможет применять только Карин, когда их выучит. И более никто.       Госпиталь, услышав, на что станет способна девочка при воспитании Кушины, встала на сторону Намикадзе. Как и Хирузен с Данзо, которые трезво оценили её потенциал.       Так что, теперь по вечерам мать ещё и занималась со стесняющейся и пока зажатой девочкой. Но мама сказала: — Это она пока ещё не освоилась. — Ухмыляясь. — Как только к нам привыкнет, мы познаем, каково это, жить у подножия действующего вулкана. Хе-хе… У её ветви ещё тот характер, мы, обычные Узумаки, по сравнению с ними были спокойными, милыми и пушистыми. Именно из-за ответвления Узу-но-Жинсей, нас прозвали Кровавыми Дьяволами. Но, как вижу, Шин с ней идеальная пара. Невероятно спокойный и заботливый парень. И почему-то он меня пугает. — Передёрнула та плечами, смотря на отчитывающую Шина Карин, которая возмутилась тем, что тот слишком уж окружил её заботой и лезет даже в тренировки. Но всё равно было видно, что девочка благосклонна к нему. Мда, жизнь и смерть. Вечная пара. Она к нему таки привыкла. А тот лишь виновато улыбался и тёр затылок.       Утром нужного дня я стоял у ворот огромной арены, где через час начнётся последний этап экзамена на чуунина.       Мизуки отчитался, что всё под контролем и к началу плана Змея всё готово. В роли Змея выступит сам Орочимару, который очень впечатлился общением с красноволосым парнем, который в бою раскатал его по земле как сопливого генина и в конце заявил, что берёт того в ученики, поставив на суть Змея печать ученика. Теперь Змей никуда от меня не денется.       На моих губах заиграла ехидная улыбка, от вида которой передёрнула плечами Сакура.