Подпольный Магистр Наруто.

*-*-*-*-* — Орочимару, зачем тебе это? — Вздохнул Хирузен, смотря на своего бывшего ученика с печалью. Он конечно знал о том, что это нападение случится, но не думал, что в новых условиях деревни Белый Змей решится на такой шаг. — Знаете, ранее я хотел сделать это из мести. — Ответил Змей, немного задумавшись. — Но сейчас даже и не знаю, для чего это нужно было. Наверное, просто потому что нужно. Без обид, бывший учитель. Нечестивое Воскрешение!       Сарутоби отскочил от появившихся около Орочимару гробов, а затем с шоком увидел в упавших крышках Хашираму и Тобираму Сенджу.       Двое могущественных шиноби прошлого восстали, открыв глаза с чёрными белками глаз и осмотрелись, сделав шаг из своих пристанищ. — Мда. — Вздохнул Орочимару, медленно, и даже как-то величественно склонив голову к правому плечу, отчего в голове Третьего с хрустом встала мозаика, которую он в последнее время всё никак не мог сложить. Слова про то, что он бывший учитель, как и новые повадки Змея. Его странное поведение. — Ранее я действительно хотел увидеть эти эмоции на вашем лице. Но сейчас, это не находит особого отклика в моей сути. Словно… перегорел.       Хирузен сложил печати и прокусив палец призвал своего зверя, превратив того в посох и встав в стойку. — Перегорел? — Удивился Хирузен, быстро анализируя новое поведение своего бывшего ученика, которого знал очень уж хорошо. Движения, вечный артистизм Белого Змея пропал. Он стал серьёзнее, увереннее и спокойнее. Словно его подменили. Совсем недавно, всего два месяца назад он получил по нему отчёт от Данзо. И там значилось, что Орочимару совершенно не изменился. Но сейчас, смотря на него, он понимал. Что, либо отчёт был саботирован, что маловероятно, либо же… — А ты сильно изменился, Орочимару-кун. — Произнёс напряжённо Хирузен, став намного серьёзнее. — Если это действительно ты.       В ответ, Каге увидел прищур от своего противника, а потом тот рассмеялся. — Ха-ха-ха-ха! — Его смех стал совершенно другим. Орочимару совершенно так не смеялся. Его смех часто был похож на шипящее ку-ку, чем на чистый и облегчённый смех, который вырвался из него сейчас. — А ты меня подловил, старик. Всё ещё не потерял сноровки и своего ума, да? — Я слишком хорошо знал своего ученика, чтобы не заметить изменений. — Сказал старый Каге. — Что ты сделал с ним? — О?! — Удивился змей, взмахом руки изменяя свой облик, от чего его оппонент подавился. Изменения, которые с ним произошли, были слишком для змея не типичны.       На бывшем ученике оказались странные чёрные одежды с бронёй в виде чёрных пластин на плечах, чешуйчатым потоком стекающих на руки и заковывающих их в гибкие перчатки с когтями, выполненными из странного зелёного материала, отблескивающего металлом на свету.       Неестественная бледность ушла, заменившись на статную фигуру с явным рельефом мышц. Лицо избавилось от выпирающих скул от худобы, став не таким резким, будто им можно проткнуть что-то или порезаться.       В глазах разгорелся зелёный свет, оттеняя чёрные вертикальные зрачки. Из висков выросли рога, тянущиеся назад и заканчивающихся острым кончиком.       Хоть фигура и изменилась, но пластика движений стала более плавной, хищной и завораживающей. Да и в облике противника всё равно можно было узнать Орочимару. Только сильно изменившегося, и не сказать, что в худшую сторону.       От всей фигуры проявившегося, полыхнуло таким запасом чакры, что у Сарутоби расширились глаза. А то, с какой скоростью это ощущение пропало, сказало, что и контроль у нового противника просто невероятен. — Да, бывший учитель, как вы можете увидеть, я сильно изменился. — Прозвучал приятный баритон от противника. — Я всё тот же Орочимару, которого вы знали. Вот только… слегка улучшенный.       Взмах и в руке змея из салатовой вспышки появился короткий жезл, чёрного цвета с ярко-зелёным, светящимся камнем в навершии. — Хаширама, думаю, не стоит всем видеть мой облик. Закрой занавес. — Произнёс тот и воскресший сложил молниеносную серию печатей, которая заставила вырасти очень густой и труднопроходимый лес. Прямо на крыше резиденции. — Вот так-то лучше. А то за то, что меня увидит кто-то ещё, кроме вас, бывший учитель, меня новый Учитель по голове не погладит. А это… — Новый Орочимару содрогнулся всем телом. — Невероятно неприятно. Ну что же, а теперь нам надо станцевать, старик. — Ты не Орочимару. — Выдал ставший ещё более напряжённым Каге. — Кто ты? — Я же сказал, что и есть Орочимару. — Развёл руками в стороны длинноволосый брюнет. Вот только отсутствие вечных пигментных пятен вокруг глаз и общий изменившийся облик, вызвал неверие на лице Хирузена. — Мда, я думал, что вы меня не узнаете, но не думал, что всё настолько отличается от меня старого. — Наклонил голову на бок бывший Белый Змей. — Ну да ладно, можете не верить мне. Мне как-то… всё равно.       А в следующий миг две фигуры за его спиной сорвались с огромной скоростью в атаку, заставив Хирузена завертеться волчком в попытках отразить все атаки, вот только это было… нелегко, мягко говоря.       Две фигуры двигались слаженно, как отлаженный механизм и применяли мощные техники, тратя на это всего секунду, для сложения печати концентрации. — Не правда ли впечатляет? — Произнёс Орочимару, любуясь своими когтями. — Это Нечестивое Воскрешение намного эффективнее, чем то, что придумал вон тот альбинос в своё время. Мне пришлось долго работать над этой техникой. Но когда мой Учитель увидел её… он сказал, что мне нечем гордиться, показывая столь убожескую технику. Он показал, разъяснил и научил, как сделать её совершенно иначе. Мощнее, эффективнее, с решением проблемы контроля. Также, он едва не оторвал мне голову, когда понял, что в воскрешаемые тела возвращаются души умерших. О! У вас первая кровь, сдали вы, сдали… — На плече Хирузена появилась кровоточащая рана от особо ловкого удара Хаширамы, но старик ещё мог сопротивляться, заливая всё вокруг потоками огня, ветра и других стихий. Наравне со своими противниками. — Ладно, я продолжу, хоть вы и вряд-ли услышите меня из-за собственного хрипа. Меньше курить надо было, старик. Ну так вот, я едва тогда не расстался со своей жизнью, когда он понял, что техника возвращает в тела душу. И разъяснил мне на пальцах, почему так делать нельзя и чем это грозит. И знаете… я впечатлился списком того, что со мной сделает мироздание, вышедшие из подчинения воскрешённые и много других факторов. Очень доходчиво объяснил.       Орочимару в новом амплуа невольно втянул когти в перчатки и потрогал свою шею. — Тебе… хеех, что, поговорить, хех, не с кем было? — Кое-как выговорил Хирузен, чувствующий, что вот-вот усталость возьмёт над ним верх. А достать этого наглого мальчишку, который подпирал дерево плечом никак не получалось, все атаки нейтрализовали воскрешённые куклы. И действовали те, слишком уж профессионально. Кажется, Хирузен уже не справляется, о чём говорила и следующая рана, прочертившая грудь старика. Благо, то царапина, но и она выпустила из себя кровь, ослабляя старика, дерущегося на пределе своих сил. — Именно. — Вздохнул Орочимару. Да, старик признал, что мальчишка сильно изменился, но слушая его, тот понимал, что это тот самый Орочимару, которого он знал. Только сильно изменившийся. — Учитель… не особо любит, когда ему плачут о сложностях. Чаще всего, он банально выбивал из меня такие попытки выговориться. А ведь, я впервые за очень долгое время захотел это сделать! Приходилось по старинке, общаться с лабораторными мышами.       Услышав это, Хирузен невольно пропустил удар, отчего его тело с отчётливым хрустом костей врезалось в дерево.       Орочимару, увидев это, как и то, что старик потерял сознание, вздохнул. — Ну вот. — Потёр он руки. — Шорох навёл, планы выполнил, злодея всея описал, можно и обратно в лабораторию. Ку-хи-кха!       Когда он вновь стал смеяться по-старому, стоящий рядом Тобирама выписал Орочимару смачный подзатыльник, отчего тот подавился смехом и едва не стесал себе лицо о дерево. — Господин говорил, чтобы вы исправляли своё поведение. — Безэмоционально сказал один из некро-конструктов и, взяв Орочимару за шкирку, они переместились с крыши.       Вместе с ними пропал и барьер. Который не смогли взломать даже представители Узумаки. Как раз за секунду до этого, гигантская фигура биджу Однохвостого пропала с горизонта. *-*-*-*-*       Слаженная работа и подготовка к нападению свела потери к минимуму. Что говорить, если всего двое были критически ранены, но из-за свитков Узумаки они дождались помощи и выжили.       Среди обычных граждан пострадали только согнанные на арену бандиты под гендзюцу. Многие из них погибли, но это меня не особо цепляло, так как все присутствующие там бандиты были убийцами и маньяками. Поделом.       Узумаки рвали и метали, так как созданный Орочимару барьер они взломать не смогли, что сильно ударило по гордому клану, которой в последнее время немало облажался. Надеюсь, они задумаются и что-то изменят в своём поведении.       Также барьер что-то сделал с группой поддержки каге и тот не смог распечатать свитки с телохранителями. Они просто не сработали в том барьере. Хирузена доставили в госпиталь с немалым набором ран, но жить он будет. Правда после такого, а также его возраста, кости у него ломить будут не слабо. Мда.       Деревня начала восстановление разрушенных строений. Проводились допросы огромного количества пленённых нападавших.       Но особую беседу провели с Гаарой и его семьёй.       В итоге, Песок заставили подписать несколько невыгодных им договоров, но при этом печать на теле их джинчуурики сменили, и теперь демон не мог сильно влиять на своего носителя. А также провели с новым Гаарой несколько сеансов психотерапии. Отчего мальчик довольно быстро пришёл в себя и даже изменился, став намного лучше относиться к своим родственникам.       Через неделю, освобождённые шиноби Песка, вместе с детьми их Каге, отправились обратно в свою страну, зализывать раны и восстанавливаться.       Не знаю, что говорил ему Мизуки, но по итогу Гаара, уходя, смотрел на меня… очень странно. Понимающе.       А через две недели в строй вернулся Хокаге.       Мы стояли в кабинете Каге и смотрели на бледного и сильно похудевшего Хокаге, который перебирал кипу бумаг. — Ага, вот они. — Кивнул Хирузен, доставая наши дела из кучи папок. — Начнём, пожалуй, с Сакуры Харуно. Прости, девочка, ты показала неплохой прогресс и навыки, вот только они касаются боя и техник. Тактика, планирование и исполнение… не тянут на навыки чуунина. Не расстраивайся, учись и в следующем экзамене получишь свой жилет. Ну или полевой патент.       Девушка расстроилась, но кивнула, признавая слова Каге. — Шикамару Нара. Поздравляю. — Тот в ответ благодарно поклонился. — Ино Яманака. Попробуешь в следующий раз. — Акимичи Чоджи… провал. — Неджи Хьюга… на рассмотрении. Сложности с решением в связи с общим эмоциональным состоянием. — Учиха Саске. — Хирузен поднял взгляд на парня и кивнул головой. — Поздравляю. Саске не показал, но он был искренне рад, что прошёл экзамен. — Намикадзе Наруто. — Народ посмотрел в мою сторону, так как они ещё не привыкли к моей новой фамилии, которая уж слишком явно намекает на моё родство с неким Четвёртым Хокаге. — Поздравляю.       Я поклонился.       Далее в основном были отказы, пока не дошли до последнего дела. И Хирузен, заглянув в него, хмыкнул. — Шин Тамма. Вы очень интересный молодой человек. Лично советник Мизуки поручился за вас, а также вы прошли дополнительные тесты и сдали их на отлично. Мало кто достиг таких высот в таком возрасте.       Я едва удержал лицо, при упоминании возраста Шина, так как он только выглядит нашим одногодкой, что на самом деле очень далеко от истины. И как-то странно о нём говорит Каге. Что это… — Поздравляю, Шин Тамма. Вы прошли не только экзамен на чуунина, а также все тесты и проверки на звание джоунина. Но так как у вас малый послужной список, совет не смог выдать однозначного решения по этому поводу. И именно поэтому, вам присуждается звание токубетцу джонина.       Сказать, что все в кабинете были в шоке, это ничего не сказать. Даже я стоял с открытым ртом. — Поздравляю. — Произнёс в оглушительной тишине и атмосфере шока, довольный произведённым эффектом, Каге.