Тройной поцелуй

Маринетт сидела на своей кровати, и смотрела на парней, которые пришли минуту назад. Аккуратно скрестив ноги, девушка пригласила Адриана и Луку присесть рядом. Этот день голубоглазая отмечала много раз, и постоянно думала о нём. Именно сегодня она должна признаться в чувствах, и не важно, что они могут подумать, или сказать. Главное открыть все карты, и жить спокойно. Руки дрожали, и мысли были лишь о губах. Их губах. Дюпен так мечтала дотронуться сначала до Адриана, прильнув к его аппетитным губам, а потом к Луке. Мальчики же сидели молча, и обеспокоенно смотрели на свою подругу. Лука уже встречался с Маринетт, но прекрасно понимал то, что девушка не может определится с выбором. Куффен пытался предложить встречу на троих, дабы всё обсудить, но не стал. Синеволосый не хотел подталкивать свою девушку до таких поступков, как минимум он выжидал. Влечение и к Маринетт, и к Адриану пугало его, но Лука был стойким, и эти желания не смогут сломать парня. — Я хотела сказать кое-что важное, оно касается вас двоих. — Мари содрогнулась, когда на её плечи взвалилось сразу две руки. Адриан легонько поглаживал левое плечо Дюпен Чен, пока Лука лишь немного надавил. Девушка покраснела и вновь тишина окутала комнату. Лишь горячее дыхание Агреста застало Маринетт врасплох. Она судорожно схватилась за обе руки, и опустила их на свои колени. Адриан отвёл взгляд в сторону, а Лука улыбнулся. Эта ситуация его забавляла. Юный Агрест слишком невинен, как и Маринетт. И голубоглазый так любил этих двоих, что не мог не схватить за руку блондина, при этом продолжая контакт со своей девушкой. Мари выдохнула. Героиня Парижа не дышала. По крайней мере она заглотнула воздух в лёгкие и не издавала ничего, наслаждаясь моментом. Куффен осторожно взял за подбородок Дюпен, и большим пальцем провёл по её верхней губе. Ему нравилось это делать. Адриан, что сидел не вникая во всё это, сам решил втиснуться в их маленькую игру. Агрест провёл ладонью по груди девушки, и спустил свою руку ей на бедро. Затем они оба повалили её. Лука пододвинулся, чтобы его приятелю было место на теле Маринетт, и поцеловал Адриана. У Дюпен засохло горло от такой картины. Парни так горячо целовались на ней, что у девушки что-то пошатнулось ниже живота. Она хотела их. Хотела ощутить их влажные и сладкие губы, их горячие языки в своём рту. Ущипнув себя, Мари всё же поняла, что она не спит, и наблюдала за остальными действиями. Лука, немного отстранившись от Адриана, облизнул свои губы. Он повернул голову в сторону Маринетт, и прильнул к её губам. Парень старался полностью отдаться в поцелуе. Он любил её. Любил Адриана. И сейчас они все на одной кровати, лапают друг друга. Разве это несчастье? Дюпен извивалась под парнями, и издавала непристойные звуки. Агрест же время не терял и поглаживал девушку уже под футболкой. Его пальчики игрались с её сосками, а блондин старался сам не застонать. Голубоглазая так долго об этом мечтала, что не сдерживала свои стоны. — Теперь моя очередь… — Прохрипел Адриан, когда Куффен тяжело задышал после страстного поцелуя. Зеленоглазый вонзился в рот девушки, и начал блуждать по её языку. Этот поцелуй был более жёстче, чем с Лукой, более властный. Адриан старался владеть ей полностью, и ему это удавалось. Лука схватил блондина за волосы и поцеловал парня, отстранившись, подарил последний поцелуй Маринетт. Каждый наслаждался ртами друг друга, и совершенно позабыли обо всём. Парни легли по бокам Маринетт, и их отдышку можно было услышать на первом этаже. Куффен закинул свою руку на бедро девушки, также сделал и Адриан. Грудь Мари то возвышалась, то опускалась. Этот день она не забудет никогда. Красные щёки настолько пылали, что её можно было сравнить лишь с помидором. — Маринетт, ты вроде хотела сказать что-то важное о нас двоих? — Первый голос подал Адриан. Ему нравилось, когда Мари прячется в своих руках, закрывая румянец на щеках. В комнате послышался только писк, который произнесла Дюпен. Лука ущипнул её, продолжая валяться с ними в обнимку. — Я люблю вас, вы самое лучшее, что могло случится в моей жизни. — Лукавый язычок Луки вновь проник в рот Мари, а потом потерялся у блондина. Любовью пропиталась вся комната, оставляя отличные воспоминания о тройном поцелуе.