Школа, где зарождаются новые чувства

…Он находился на уровне второго этажа, а обстановка была вполне удобной — листья кое-как останавливали ливень, а ветка, на которой сидел Обанай, казалась крепкой. Видок тоже не подвёл — прямо на двадцать первый кабинет…  — Быстрее, быстрее, мы сейчас всё пропустим! — в ускоренном темпе произнесла Аой, сзади подталкивая свою подругу в уборную, попутно с осторожностью закрывая за собой дверь. Незуко довольно протянула перед собой руки, в которых находился телефон с изображением происходящего в двадцать первом кабинете.  — А как ты узнала, что они именно в этот кабинет пойдут? — вопросительно прошептала Канзаки, с широко раскрытыми глазами глядя в экран, чтобы ничего не упустить.  — Ну… — протянула та, — Братик всегда идет по накатанной, поэтому легко догадаться, что он прибежит именно в этот кабинет. Мы же там уже были, помнишь?  — Ага… Смотри, смотри! В это время Танджиро и Канао… Камадо положил свои дрожащие руки на плечи девушки, а затем прикрыл глаза. Но, почувствовав что-то неладное, он резко обернулся, отойдя на шаг назад от Цуюри. В этот момент за окном мелькнула чья-то тёмная макушка. Танджиро медленным шагом пошел к окну, оставив Цуюри стоять у двери и краснеть.  — Канроджи, я спалился, — шёпотом сквозь зубы протараторил Обанай, пригнувшись и глядя вниз.  — Ты что, подглядываешь? — Мицури удивилась, а от собственного интереса, выйдя из-под навеса, припрыгнула на одной ноге, протянув шею и устремляя взгляд в окошко второго этажа… Алоглазый поставил руки на подоконник, с широко раскрытыми глазами уставившись на Игуро, который, в свою очередь, уставился на него.  — Обанай-сенсей? — тихо выдал Танджиро, но темноволосый не услышал, а лишь прочитал эти слова по его губам.  — Что Вы здесь делаете? — произнес Камадо после того, как, потянув за ручку, открыл окно. Игуро, несколько раз быстро моргнув, повернул голову вниз, с молящим о помощи взглядом посмотрев на Мицури. Та начала жестикулировать руками, указывая на уже стоящую рядом с ней и тихо скулящую собаку.  — А…Э… Собака… — отрывисто начал Обанай, поворачиваясь к парню, который с недоумением ждал ответа.  — Собака?  — Ах, да-да… Собака на дерево… На дерево закинула свою игрушку, а я залез ее снять…  — Собака может так высоко подбрасывать вещи…?  — Да нет же! Мицури играла с собакой… А… Потом она нечаянно закинула игрушку на дерево, вот теперь я ее снимаю.  — Но ливень… — замедлился тот, взглянув на небо, — Канроджи-сенсей! Вам только с собакой в такую погоду и играть! — Танджиро, широко улыбаясь, прокричал эти слова, выглянув из окна, чтобы увидеть учительницу. Зеленоглазая слегка нахмурила брови, не понимая, что он имеет ввиду, но потом догадалась о выдумке Обаная и сразу же приподняла уголки губ:  — Проветриться решила!  — Может, Вам помочь? — Камадо перевел взгляд на Игуро.  — Нет-нет, я сам справлюсь.  — А… — на секунду парень вспомнил о еще невыполненом задании и решил поскорее удалиться, — Ну, удачи вам! Если не получится, зовите меня! — и захлопнул окно…  — Ну, что они там так долго? — перебирая пальцы от нетерпения, Аой глядела в экран вместе с подругой.  — Да он еще минимум час разговаривать будет… Ничего от этих мальчиков не дождёшься!  — А! Смотри, закрыл! А Канао молодец, уже подошла… Танджиро повернулся и вздрогнул от неожиданности, увидев перед собой девушку. Цуюри, не теряя момента, схватила его за запястье и потянула вниз, так разница в росте была заметной, а по-другому бы пришлось подниматься на носочки. Она приблизилась к его уже раскрасневшемуся лицу и сама ощутила румянец на щеках, после чего мельком заглянула в алые дрожащие глаза и примкнула к его губами своими. Где-то в женском туалете можно было услышать радостные взвизги.  — Есть! Она это сделала! — Незуко и Аой «дали друг другу пять», а после снова уставились в мобильник… Через несколько секунд Танджиро отстранился, почувствовав привкус той самой вишни… Он прикрыл нижнюю часть лица тыльной стороной руки от смущения и прошёлся к двери, остановясь там.  — М-мы выполнили задание, теперь нужно возвращаться… Канао внутренне кричала от подобного «испытания», а снаружи оставалась той же скромной девушкой, чья улыбка не давала её возлюбленному покоя. Она развернулась в сторону выхода и мелкими шажками подбежала к двери…  — Ну, всё, Незуко, выходим, они скоро придут! — Канзаки выскользнула из уборной, оставляя дверь открытой для своей подруги, после чего они вместе побежали к скамье у файе, где сидели остальные. А в это время те самые «остальные»…  — Да заткнись ты, швабра! Дай мне задать вопрос! — Иноске уже несколько минут спорил с Зенитсу, а Гию и Шинобу сидели напротив и с интересом наблюдали за этим баттлом.  — Сам заткнись! Существо с накаченным телом и лицом девчонки!  — Тебя чем-то мое лицо не устраивает?  — А… Мальчики, ну может прекратите уже? — неловко улыбаясь, проговорила Кочо.  — Вот видишь? Прекрати уже! — Хашибира толкнул Зенитсу в плечо, а тот раздражённо закатил глаза, понимая, что лучше промолчать, чем спорить с этим болваном.  — Я задам вопрос! Так… Токимока!  — Томиока-сенсей, дурак, — буркнул Зенитсу.  — Да понял я! Мототока-сенсей, правда или действие? Гию еще несколько секунд смотрел на Иноске, ожидая, пока тот полностью выговорится.  — Правда.  — Так-с, — протянул зеленоглазый, зыркнув в сторону своего друга, — Что мне спросить, Моницу? — перешёл на шёпот он.  — Сам думай, — так же шёпотом отрезал Агацума, скрестив руки на груди.  — Ну ты и вредина…  — Стой, Иноске, — сверкнул глазами светловолосый, — Кажется, я знаю… Зенитсу встал со скамьи и отошёл в сторонку, подальше от Гию и Кочо, рукой позвав друга за собой.  — Спросишь у него — кто ему нравится, понял? Нам нужно проверить, правда ли он встречается с Шинобу-сенсей.  — Кто нравится? А, ну, главное — не забыть. Погнали. Друзья вновь уселись на скамью, а Агацума загадочно улыбался, с нетерпением ожидая, когда уже Гию сам признается, что собирается жениться на Кочо. А что, если они пригласят его на свадьбу? Можно взять с собой Незуко, а она поймает букет из пышных цветов, что предвещает скорый выход замуж… Ну нет, ты замечтался, Зенитсу.  — Так, если правда, то… Кто Вам нравится? — неожиданно с серьёзностью начал зеленоглазый. Томиока уставился на него, обрабатывая только что услышанную информацию. А Шинобу слегка повернула голову в его сторону и, прикрыв рот рукой, шепнула:  — Скажи, что я. Я… Гию выпрямился и с пустым взглядом произнес:  — Я. Зенитсу с Иноске с непониманием переглянулись, а первый уже собрался сдерживать смешок…