Первая и последняя встреча

      — Алё. Алё? Лин?! — Дон глянул на трубку, но связь был прерван. Он медленно перевёл обеспокоенный взгляд на учителя, параллельно думая об только что услышанных словах. «Бежать? Значит ли это…».       У старого крыса дёрнулись уши, на мониторах пошла рябь помех, показывая ошибку соединения сети. Донателло заметив неладное с экранами, подбежал к рабочему месту, чтобы исправить работу сервера, но в эту секунду дверь в их убежище открылась и за ним незамедлительно последовали приглушённые выстрелы из ружья. Сплинтер не мешкая, тростью отразил несколько транквилизаторов прилетевших в его сторону, и отпрыгнул на безопасное расстояние. Донни выбежав обратно в зал, тут же поспешил добежать к учителю, но ему перегородили путь незваные гости, а Сплинтера окружили со всех сторон, целясь в него ружьями и, одновременно выстрелили без предупреждения. Старый крыс ушёл от первых дротиков, но их было слишком много, чтобы уклониться от всех, потому Сплинтер пропустил последние и усыпляющие иглы моментально вцепились в его мохнатую кожу. Крыс мгновенно стал слабеть. Донателло на секунду накрыл страх за учителя и от немалых количеств наёмников набросившихся на него. Не считая Сплинтера, он впервые остался один на один с противниками, без приказа и чёткого указания лидера. Сначала Донни растерянно защищался, уходя от атак наёмников, не знал, как правильней всего поступить. В его голове по привычке роилась слишком много мыслей и тактики, но он ни как не мог зацепиться хотя бы за одну из них и чётко выполнить задуманное. Спустя время, Сплинтер обессилив, без сознания рухнул на землю. Донателло увидел неподвижно лежащего учителя, а возле него стояли противники и перезаряжались. Трое в быстром темпе начали завязывать верёвкой тело старого крыса и ногой вперёд засовывали в мешок, наружу оставив лишь голову, и так же быстро отнесли его подальше, вглубь канализации. После этого паника начала накрывать умника с головы. Он стал пропускать удары и подставляться под них, рвался к Сплинтеру, кричал и звал его, но наёмники не давали ему вырваться. Они по своей тактике безостановочно били мутанта со всех сторон, а те с дротиками в ружьях, уже целились в Дона готовые поразить цель в любой момент. Донни стиснув зубы, покрепче ухватился за своё единственное оружие, беря себя в руки и начал давать ответную атаку. Шест Бо свистел в воздухе, поражая наёмников один за другим, бамбук, изящно крутящийся в руках своего владельца, больно бился об своих врагов, вынуждая их, держаться подальше. Но всё же, как ни крути, для одного Донателло врагов было слишком много. Тем более, они нападали как в ближнем бою, так и с расстояния, а в команде братьев, Дон как раз был не самым поворотливым в бою. В большей степени его силой было — гениальность. С таким гибким умом в их природе он был единственным.       Пока Донателло бился с другими, у одного из стрелков прошипела рация, и в динамике послышался мужской голос. — Вы задерживаетесь. Работайте быстрее, у нас мало времени. — И рация, похрипев в конце, вновь замолчала. Наёмники будто получив дополнительный урон заряда, начали бить в ускоренном темпе, и так же резко все разом отстранились, а в сторону Донни не заставив себя ждать, полетели десятки дротиков. Не успел Донателло раскрутить шест бо, как иглы вонзились в его кожу, каждый выпуская под ней порцию снотворного. У мутанта перед глазами начало плыть как во сне, и он по мере возможности пытался отбиваться, но шансы убежать от наёмников были равны минусу. Последнее, что смутно помнил Дон, это как его связывали и надевали на него чёрный мешок, а затем куда-то быстро потащили.       На крыше здания прыгали темные фигуры, то тут, то там сверкали искры из скрещённых лезвий холодного оружия, и пыль взлетал в воздухе от быстрого перемещения тел по кругу, не успевая оседать полностью. На улице начало сверкать, рассвет вот-вот наступит, и солнце выглянет из-за высоких каменных зданий, озаряя всё потаённое и скрытое в тени. Луч солнца осветит тёмные углы и вновь рассеет страхи перед неизвестным.       Майки отпрыгнул от соперника на немалое расстояние, тяжело дыша, шмыгал носом и быстро смахивал пот с лица. Эш тоже выглядел порядком подуставшим, но не придавал значения на этом, а глаза больше прежнего горели азартом. Он всё ещё был сосредоточён и внимателен к каждым движениям мутанта, не давал ему сделать лишние движения ни влево, ни вправо и даже старался не дать ему отступить хоть на шаг, чтобы на секунду перевести дыхание. Для человека с сотрясением головы, наёмник казался слишком шустрым и уравновешенным в движениях. Микеланджело выдохнув и набрав полный грудь воздуха, вновь ринулся атаковать врага. Несмотря на хаотичные и не типичные для кунг-фу приёмы Майки, Эштон быстро приловчился, и более того, начал предвидеть будущие удары черепахи, будто, ему уже знакомы эти движения, и он стал отбиваться от ударов более спокойно, чем раньше. Видя, как мутант изо всех сил пытается одолеть врага, стискивая зубы, на губах у Эштона дрогнула улыбка.       — А ты напорист. Молодец, не сдаёшься. Даже не смотря на то, что конец твоих сородич близко. — Заговорил он, уворачиваясь от очередной атаки.       Черепах вихрем пролетел мимо и в резком развороте вбросил руку в прямом ударе. Но и тут Эш увернулся, разворачиваясь во внешнюю сторону руки Майки, силой пнул под колено и, когда у мутанта согнулась нога, наёмник развернулся обратно и вновь ударил ногой в развороте прямо по лицу. Микеланджело отбросило назад на панцирь, из носа хлынула кровь, зрение поплыло, а в ушах зазвенело. В помутневших глазах, над ним сверкнули острые «когти» врага, сочащиеся парализующим снотворным. Майки дёрнулся и начал отползти от наёмника, а в дверь на крышу появились ещё люди одетые в комбинезон мусорщиков. Черепах досадно выдохнул, упёршись панцирем к обочине крыши и небрежно стирая кровь под носом. Глаза то и дело бросались к бессознательно лежащим братьям, беспомощно наблюдая, как новоприбывшие люди связывают им руки, ноги и засовывают в мешки, и в горле начинало саднить, а зрение затуманивать непроизвольные слёзы. Казалось бы, что они только недавно были все вместе, рядом друг с другом, и никто и представить себе не мог, что их можно вот так разделить и разлучить по одному на глазах друг у друга один за другим. Казалось, что они непобедимы, когда вместе, что их невозможно просто так взять и сломать. Но это были наивно громкими мыслями, и более того, слишком неверными. Микеланджело хоть и валял дурака, но даже он никогда так глубоко не ошибался, даже в самом страшном кошмаре не снилось такой поворот событий — умереть от руки наёмных убийц. Само их существование, как мутантам, и нахождение в городе среди людей, было опасным для них, ведь, если их раскроют, для их смерти были весьма множество причин — от уничтожения военными неизвестных существ, до летальных экспериментов во всевозможных лабораториях, но никак не ожидали, что за ними могут прийти наёмники. И тут в голову Микеланджело встал вопрос: «А кто их заказал?».       Пока черепах копался у себя в мыслях, Эштон уколол мутанта в нескольких местах, и тот не заставив долго ждать, через считанные секунды стал терять сознание. Последние прибывшие, как Рафа с Лео, начали и у младшего завязывать руки и ноги, затем завёртывать в мешок. Эш выдохнул, зачёсывая пальцами волосы назад, и прищурив глаз, посмотрел на лучи солнца, вытягивающиеся над высокими зданиями. Им уже пора бы закругляться до следующего задания, но не сегодня. Они пока не закончили эту работу, остались ещё несколько пунктов для завершения задания.       Глава группировки наёмников неспешно поднимался по лестнице в одном из забытых новостроек в окраине города, строительство, которое было заморожено уже давно и не возобновлялось в последние шесть лет. Его тень, вторя хозяину, плавно скользил по стене, меняя свою траекторию по мере изменения падения света, а за ним шли два его подопечных, охранявшие своего главного. Прибыв на нужный этаж, мужчина остановился у проёма. Увидев его, ребята находящиеся внутри помещения, выпрямились как по команде — «смирно», а в середине, на полу лежал связанный бессознательный мутант с фиолетовой повязкой на лице. Главарь вступил вперёд, заходя внутрь и видя огромную черепаху, его глаза загорелись интересом, а на губах заиграла улыбка.       — Так вот как ты выглядишь в жизни, черепашка мутант.       Навстречу мужчине немедля подбежала девушка, одна из наёмниц, держа сотовый с включённой фотографией на экране, передавая его главному в руки.       — Помимо этого черепахи мутанта, с ним ещё была огромная крыса, тоже мутант. Мы его усыпили вместе с черепахой и, так как заказа на него не было, мы оставили его там.       На экране телефона светился фотография бессознательного, завёрнутого в мешке с головой наружу крысы. Хоть и через изображение не возможно было определить насколько она большая, но учитывая размер черепахи лежащего перед мужчиной, вполне можно было предположить какого она роста. Главарь обратно передал сотовый девушке с ухмылкой на лице:       — Ну, конечно, это же Нью-Йорк, куда же без огромных крыс. — Меж бровями у мужчины начали образоваться складки в раздумьях. — Но, почему наш дорогой заказчик, не промолвил ни единого словечка про крысу? А вместо него, указал на какую-то бывшую репортёршу — Эйприл О`Нил? Может ли быть, что он и сам не знал про пятого мутанта?       Риторический вопрос повис в воздухе, как пылинки в свете, а солнце продолжало пробиваться сквозь отверстия для окон, тени становились длиннее и прозрачнее.       На улице послышался рычащий мотор грузовика, за ним хлопающиеся двери, и вновь наступила тишина. Мужчина стал про себя в нетерпении ждать оставшихся мутантов. Через время с лестницы стали слышны шаги, явно дающие понять, что они тащат на себе тяжёлое, затем появились и сами ребята с трёмя нощами. Сначала зашёл Эш, коротко кивнув главному, после и остальные. Они небрежно бросили черепах на землю рядом с первым и облегчённо выдохнули, тут же сковывая их цепями крепко прицепленных к бетонному полу, стирая пот со своих лбов. За ними зашёл и Джимми с грузом на плече, осторожно опустил безвольное тело Лина на пол, и так же кивком поздоровался с главным. Мужчина посмотрел на своих раненых подопечных с засохшей кровью на головах, потом безразлично взглянул на девушку и отвернулся, обращая всё внимание на мутантов. Он подошёл перед ними, садясь на корточки, и стал внимательно разглядывать каждого, ощупывая и изучая их внешнюю структуру.       — Удивительно. Это просто невероятно. Тот, кто создал такую сыворотку, которая превращает животных в нечто подобное. Он должно быть гений, или же полный безумец, раз ему пришло в голову очеловечить того, кто даже и близко не стоит с приматами.       Пока главарь с виду спокойно, но с увлечением в глазах изучал Донателло и его орудия на нём, передавая их своим ребятам, Рафаэль по-тихому начал приходить в себя, и как только он мельком дёрнулся, в ту же секунду на него были направлены больше десяти оружий, а помещение заполнил эхо щелчка предохранителей. Главу тут же отстранили от мутантов и заслонили собой, целясь в Рафа. Джим схватился за нож на боку, а Эш и пальцем не дёрнул.       В глазах черепахи всё ещё стояла пелена, голова была тяжела, словно чугун, а в ушах звуки слышались как под водой, в ноздри позднее заполз запах сырости и цемента. Рафаэль встряхнул головой и зазвенел цепями, пытаясь дотянуться рукой до головы. После осознав, что он прикован, и, когда зрение восстановилось, Рафаэль увидел около себя братьев, не дающих признаков жизни, а вокруг них полно наёмников целящихся в него, и все они выглядели чересчур молодыми. Он резко дёрнулся, приседая на одно колено и хватаясь за саи, но цепи его крепко держали, и никакого оружия у него не было.       — Что… Что вы с ними сделали? Что вы сделали с моими братьями, ублюдки?! — кричал черепах, рыча в сторону врагов игнорируя гудящую голову и дёргая своими оковами.       Главарь сделал шаг навстречу мутанту, восторженно разведя руками:       — Так вы ещё и говорить умеете, и более того, вы братья. Прекрасно, — протянул он. — Просто великолепно, животное, у которого есть чувство братства. До того разумные. Такое не каждый день увидишь. Даже из людей мало кого волнует состояние своего партнёра в такой ситуации.       — Да пошёл ты! Единственные животные здесь — это вы!       Рафаэль тяжело пыхтел, бегло осматривая всех присутствующих, и его взгляд упал на Лина.       — Лин. — Тихий шёпот выдохом вырвался из его уст.       Мужчина последовал его взгляду до девушки, и хмыкнул, указав на неё.       — Вы с ней неплохо поладили да. Неудивительно, что она не захотела избавиться от вас. Вы и в правду золотая находка, но что поделать. Работа есть работа, нам заплатили за то, чтобы убрать вас, а мы верны своей работе… были верны, пока кое-кто не решил отступиться и подставить свою семью. Теперь мы не «чистильщики», а беглецы. Видишь, как получается? Когда вас много, и из всех падёт даже, если всего лишь один, пострадают все. Потому что всё это один большой механизм. Понимаешь? Запчастей много, но чтобы остановить всю работу, достаточно одной бракованной детали. Потому что, это командная работа, а не одной персоны. — На последних словах, главарь со злостью схватил Рафа за челюсть и сжал их, притягивая к себе, затем успокоившись, оттолкнул обратно, выпрямляясь и поправляя ворот пиджака.       Слушая слова мужчины, в голове у Рафа сквозь ярость и ненависть, казалось, будто что-то ещё приходит. Он исподлобья смотрел в спину главаря и мельком посматривал на братьев. «Один большой механизм с одной лишь бракованной деталью». — Его нахмуренные складки меж бровями медленно сгладились, а глаза то и дело перемещались с Лина на главного и обратно. «Бракованная деталь». — Остановив взгляд на родных, черепах начал вспоминать своё поведение по отношению к братьям, то насколько он был груб и не послушным, не считался со мнениями младшими, гонял их ведя себя агрессивно, но особо сильно перепирался со старшим, не слушал его и постоянно спорил или огрызался вступая с ним в стычку, от чего у всех начинало портиться настроение, а из-за этого пропадало настрой и дух команды. Рафаэль ещё раз посмотрел на братьев, мысленно извиняясь перед ними, останавливая виноватые глаза на своего лидера — Лео. Тем временем главарь наёмников продолжил свой монолог.       — Мы, конечно, хотели просто убить вас как обычно и оставить там, но наш заказчик не хотел, чтобы вас нашли посторонние люди, поэтому, не смотря на риски нашей безопасности, мне пришлось заставить своих ребят так попотеть, таща вас сюда. И теперь, когда я увидел вас собственными глазами и убедился в правдивости вашего существования, я отчасти доволен, можно и приступить к вашему уничтожению.       Голос мужчины вытащил Рафа из оцепенения, обращая на себя внимание, но черепах вновь посмотрел на девушку, — «Значит, она всё же замешана во всех этих убийствах. Но отказалась убивать нас?».       У Лина дёрнулся палец, и лицо медленно стало болезненно искажаться, пытаясь двинуться, но в момент распахнула глаза и резко присев, автоматом вытащила пистолеты из кобуры и направила пустые руки в сторону толпы, держа в ладонях лишь знакомые очертания оружия. Все её боевые снаряжения предусмотрительно были изъяты, и те, кто стояли ближе к ней, теперь направили дуло своих оружий на неё. Лин снова сжала челюсть от ноющей боли в теле, расплывчато видя присутствующих вокруг, и понимая, что у неё теперь пистолетов нет, сжала кулаки, опуская руки. Джимми не заметно, тяжело выдохнул, Эштон лишь мельком глянул на девушку, а главарь недовольно повернулся в её сторону.       — О, а вот и наша отступница очнулась. — Ядовито процедил он с хмурым лицом.       Девушка вздрогнула от холодного голоса своего главаря.       Рафаэль вновь попытался порвать цепи на руках, и моментально получил выстрел в грудь. Благо пуля отрикошетило от его пластрона, и с негромким хлопком сверкнула на оковы Лео, но так и никого не задел. Зато это дало твёрдо понять, что наёмники не зевают и очень решительны в своих действиях. Черепах глухо прорычал в их сторону, сплёвывая на пол. Сейчас вот так сидя, скованный цепями как дикий зверь, Раф не мог ничего сам придумать в плане освобождения ни от этих оков, ни как помочь и спасти своих братьев. Ему в голову не приходило даже то, как самому выйти отсюда. В данный момент его мысли были переполнены лишь яростью, от чего ничего здравого на ум не приходило кроме как крушить и кромсать.       — Лин! — Резко закричал Рафаэль с примесью рыка. Главарь вопросительно приподнял бровь, ища призванную. — Как ты могла?! Как ты могла убивать всех этих людей и приходить к нам, будто ничего не случилось, зная, что мы ищем вас?! И прекрасно понимая, что это мучает нас?! Почему врала нам?!!! Почему врала мне, ты бесчувственная девчонка?!       Мутант дёргал цепями, намереваясь вот-вот вырвать их из бетона, но те пока не поддавались, лишь сильнее впивались острыми краями в кожу черепахи, царапая её. Главарь с усмешкой захлопал, аплодируя, и посмеялся.       — Лин значит. Ты и впрямь обвела их вокруг пальца, и была бы молодцом, если бы не ослушалась меня и не провалила задание.       Раф непонимающе злобно посмотрел на мужчину.       — Ах, ну, раз так вышло и на то пошло, то я открою тебе секрет, мой мальчик. Её зовут вовсе не Лин, а Эллин.       Наёмница сжала губы в полоску и с сожалением смотрела на Рафаэля, когда тот направил на неё потерянные, разочарованные глаза.       — Ты нам даже о своей имени соврала … Ты всё врала, это всё ложь, всё, что ты нам говорила — ЛОЖЬ! — Кричал мутант, чувствуя предательство, а глаза наполнялись влагой, то ли от пересохшего горла, то ли от пыли летающей в воздухе.       У Лина всё сильнее опускались плечи, а в груди сжимало, и она одними лишь губами всё повторяла — «прости». Джимми видя содрогающиеся плечи девушки, готовую заплакать в любой момент, почувствовал себя не в своей тарелке, но смотря на Эштона, которому кажется, всё было по барабану, Джим брал себя в руки.       — Что ж, чувствуешь себя преданным? Ох, поверь, мы-то как разочарованы в ней. — Мужчина безразлично развёл руками, пожав плечом.       В это время Лео начал просыпаться от воздействия снотворных. Лёжа на грязном полу вниз лицом, при вдохе он закашлялся. Теперь прицелы были направлены не только к одной черепахе. Рафаэль сразу обратил внимание на брата и попытался подойти к нему, но цепи не позволяли отойти дальше от своего места. Лин пытаясь прийти в себя, забегала влажными глазами по помещению и осматривала каждого находящегося внутри помещения в надежде быстрее придумать хоть что-то в данной сложившейся ситуации, в котором они увязли. Их главарь вздохнул, сглаживая ладонью идеально укладенные волосы, затем посмотрел по очереди на девушку и на черепах и в конце на дорогие наручные часы. Такими темпами все черепахи придут в свои сознания и им прибавиться работы, так как, естественно эти мутанты не дадут добровольно дать себя убить. Сопротивление. Одна из других сторон жизни, как у медали, если не сопротивиться тяжести бытия, то тебя расплющит по всем фронтам. Мужчина поднял взгляд на своих людей и дал сигнал разрешения на уничтожение, и так потратили слишком много времени.       — Стреляйте по мягким тканям и старайтесь попасть в глаза.       У Лина и Рафа сжались лёгкие, воздух встав комом в горле, Лео только-только пришедший в себя услышал не услышал, постарался всё ещё вялыми руками прикрыть рядом лежащего Майки, чтобы в того не попали, а Дон получивший больше всех дозу транквилизаторов, до сих пор находился в отключке. Возможно, ему же это лучше, чем увидеть смерть своих братьев и самому не почувствовать всю предстоящую боль на себе, но Раф так же как мог, прикрывал Донателло собой бегло осматриваясь вокруг не веря, что их конец наступит прямо сейчас. Он тормошил брата стараясь привести его в сознание, параллельно зовя старшего, а глаза непроизвольно бросались к девушке хоть и со злостью, но толикой надежды на поддержку. Лео тоже охватила лёгкая паника, так как он не знал, где они находятся, что до этого произошло, и как вообще обстоят дела, кроме как они сейчас с большой вероятностью умрут и Раф, который со страхом в глазах и с растерянностью звал его, а младшие вообще не давали намёков на жизнь. Во всей этой давящей атмосфере, Леонардо замечает, что один из его оков немного треснул по швам. Эштон вытащил пистолет из кобуры и щелкнул предохранителем, снимая её, Джим последовал его примеру, и когда он направил дуло на мутантов, Эш нацелился в Лина. Джимми нахмурился, сильней сжимая рукоять пистолета.