Часть 6
4 января 2020 г., 14:13
Ремус смотрел, как Гарри спит на больничной койке, умоляя всех богов, чтобы его сын скорее проснулся. Он мысленно пнул себя за то, что подверг Гарри опасности. Они знали, где находится классная комната, они могли легко найти Квиррелла без него. Они должны были сначала пойти к Дамблдору, не разделяясь. Тысяча сценариев того, как он и Сириус могли бы лучше справиться с ситуацией, атаковали его мозг. Боги, у него болит голова.
Мадам Помфри подошла к нему и попыталась уговорить поспать. Он хотел повиноваться, но не мог. Пока Гарри не проснется, он будет рядом. Джеймс и Лили доверились ему и Сириусу, чтобы защищать их сына, и они облажались.
— Сириус! — закричал Гарри, поднявшись в сидячее положение. Ремус чуть не заплакал от облегчения.
— Он прямо здесь, — Ремус указал на следующую кровать, где Сириус спал с целебным зельем, и другой рукой осторожно толкнул Гарри обратно на подушки.
— Я думал… я думал, что они убили его! — Гарри расплакался.
Ремус нежно погладил его по волосам. — Нет, он в порядке. Просто противное ошеломляющее заклинание.
Он тихо позволил Гарри выплакаться. Сразу после того, как слёзы прекратились, мадам Помфри вернулась с Дамблдором и МакГонагалл.
— Приятно видеть, что ты уже в сознании, — сказала МакГонагалл.
Она подарила Гарри банку с имбирным печеньем. Он взял одну печеньку и покусал её без особого энтузиазма. Ремус нахмурился. Гарри любил имбирное печенье, особенно печенье МакГонагалл.
— Что случилось между тобой и Квирреллом, Гарри? — как обычно, Дамблдор сразу погрузился в самую суть дела. Возможно, он и использовал нежный тон, но Ремус чувмтвовал его напор.
Гарри старался не смотреть никому в глаза, осторожно кладя печенье обратно в коробку. — Я… я услышал голоса в классе ЗОТИ. Профессор Квиррелл разговаривал с кем-то. Он продолжал называть его хозяином. У другого человека был злой голос, и он угрожал Квирреллу, потому что он хотел, чтобы тот выполнил то, что было задумано. Затем он сказал: «Лорд Волан-де-Морт ожидает результатов, Квиррелл», и я пошёл за Ремусом и Си… Сириусом.
Он сделал паузу, выглядя так, будто вот-вот расплачется. Ремус наколдовал стакан воды и протянул ему. Дамблдор смотрел так, будто хотел надавить, но взгляд МакГонагалл остановила его.
Когда Гарри был готов, он продолжил. — Сириус велел мне отвести его к Квирреллу, а Ремус пошёл за вами. Квиррелл всё ещё был там, когда мы туда пришли, но мы не могли видеть Во… кого-либо ещё. Но потом мы поняли, что он… Волан-де-Морт был на затылке. Сириус пытался защитить меня, но Волан-де-Морт заставил Квиррелла оглушить его, я подумал… я подумал, что он…
Гарри вздрогнул. Ремус держал его за руку. — Всё в порядке. С Сириусом всё будет хорошо.
— Волан-де-Морт велел Квирреллу схватить меня, потому что они должны были что-то сделать быстро, прежде чем появилось бы больше взрослых, но когда он коснулся меня, моя кожа по какой-то причине обожгла его. И я понял, что это был мой шанс сбежать, поэтому я схватил его за лицо, чтобы сжечь его. Но потом мы упали, и я ударился головой, и когда я проснулся, то был уже здесь.
— Спасибо, Гарри, — сказал Дамблдор, пока Гарри пил воду.
— Почему моя кожа обожгла Квиррелла? Такого никогда не было ни с кем другим.
Глаза Дамблдора вспыхнули. — Тебе рассказывали историю ночи, когда умерли твои биологические родители, да?
Гарри кивнул.
— Когда твоя мать пожертвовала собой, чтобы спасти тебя, она случайно произнесла заклинание, которое защитило тебя от убийственного проклятия. Волан-де-Морт не мог коснуться тебя, в переносном или буквальном смысле. Вот почему я изначально договорился, чтобы ты жил с её сестрой, потому что кровь твоей матери течёт и в её венах, и, таким образом, эта связь будет продолжать защищать тебя.
— Изначально я должен был жить с тётей Петунией?
Ремус покраснел. — Гарри, мы никогда не говорили тебе этого, но отчасти Сириус и я жили в коттедже, вдали от волшебников, потому что мы похитили тебя, прежде чем Петуния смогла тебя принять.
— Почему?
— Её первый муж был ужасным человеком, который ненавидел магию, и под его влиянием она не воспитала бы тебя любовью.
— Это и есть суть того, почему твоя кожа обожгла Квиррелла. Любовь. Признаюсь, одиннадцать лет назад я думал, что защита любви твоей матери может быть сохранена только через связь с её кровными родственниками. Но я был неправ.
— Как Сириус однажды указал мне, он и Ремус тоже были семьёй Лили. Они не разделяли кровь, но разделяли любовь сильнее, чем кровь. Воспитывая тебя, они сохранили последнее заклинание твоей матери. Когда Квиррелл, одержимый Волан-де-Мортом, попытался прикоснуться к тебе, это заклинание защитило тебя от него.
Гарри оглядел больничное крыло, словно ожидал увидеть Квиррелла на одной из кроватей.
— Вы не найдете здесь бывшего профессора Квиррелла, — сказала МакГонагалл.
— Почему нет?
Дамблдор возобновил контроль над беседой. — Квиррелл умер, когда Волан-де-Морт покинул его тело, обнаружив, что не сможет использовать его, чтобы причинить тебе боль.
— Оу…
— Я думаю, этого пока достаточно, — вмешался Ремус. Гарри, возможно, жаждал информации, но Ремус мог сказать, что он был эмоционально и физически истощён.
МакГонагалл кивнула. — Мальчику нужен отдых, Альбус.
Они ушли. Ремус и Гарри разделили часть ранее забытого имбирного печенья, а остальные оставили в жестяной банке на потом.
— Ты и Сириус действительно похитили меня от тети Петунии? — Гарри зевнул.
— Это история для другого времени, малыш.
***
— Ладно. Не намного позже Гарри уснул. Мадам Помфри попыталась вывести Ремуса из больничного крыла, поскольку ему тоже нужно было спать, но он отказался уходить. Однако он тоже очень устал, поэтому в итоге рухнул на больничную койку на ночь. Мадам Помфри выписала Сириуса утром. Она держала Гарри ещё два дня, в течение которых Рон, Фред и Джордж были его постоянными посетителями. Ремус читал ему каждую ночь после окончания часов посещения. Как только его выпустили из больничного крыла, Гарри проводил ночи между Ремусом и Сириусом — так же, как он делал это, когда у него были кошмары, когда он был маленьким мальчиком, — пока не закончились каникулы. Ремус волновался, но мадам Помфри заверила его, что Гарри поправляется. В последний день перед началом зимнего семестра все друзья Гарри — большинство из них только что вышли из Хогвартс-экспресса — собрались в маленькой комнате на ужин. Вечеринка была идеей Гарри, которая говорила Ремусу, что мальчик почти вернулся к нормальной жизни. Сириус приготовил экстравагантный буфет из всех блюд, которые Гарри больше всего любил. Это было потрясающе. Ремусу было очень жаль отправлять всех спать в конце ночи, но он знал, что МакГонагалл убьет его, если он позволит семерым детям явиться на первые занятия нового семестра невыспавшимися. Кроме того, ему и Сириусу пришлось рано утром прибирать квартирку и возвращаться домой в свой коттедж в лесу. — Как ты думаешь, с ним всё будет в порядке? — спросил Сириус, впервые за месяц лёжа в собственной постели. Ремус думал о том же. — У него есть друзья, которые составят ему компанию. А Минерва будет наблюдать за ним ещё внимательнее, — заверил его Ремус. — Как насчёт тебя? Ты будешь в порядке? Не думай, что я не заметил, как усердно ты скрывал эмоции, чтобы поддержать Гарри и меня. Ты можешь отпустить это сейчас, любимый. Ремус сломался. Он рыдал в грудь Сириуса, пока они обнимали друг друга. — Я думал, что потерял тебя. Вас обоих. Когда я увидел тебя и Гарри, лежащих на полу. Рядом с… рядом с трупом Квиррелла. — Тс-с. Всё в порядке. Мы в порядке. — Сириус поцеловал его в лоб. — Я хочу больше никогда не чувствовать это снова, Пэдс. — Тебе не придётся. Волан-де-морт снова стал прятаться, вероятно, он слабее, чем был раньше, а что касается Гарри, мы — что это вообще за маггловское выражение — завернули его в пузырчатую пленку. Сквозь слезы Ремус усмехнулся, увидев, как они вдвоём заворачивают Гарри в простыню из пузырчатой пленки. Он наклонил голову и поцеловал Сириуса так, как будто от этого зависела его жизнь.
