Проблемы житья втроём

Открыв глаза, Шедоу первым делом посмотрел на часы: он проснулся как и планировал, времени хватало для осуществления задуманного. Аккуратно и максимально тихо встав с кровати, ёж потягивается, зевая. Резкий хруст в кисти заставляет Совершенного замереть на месте и обернуться. Синий комок шерсти продолжает как ни в чём не бывало сопеть, перевернувшись на другой бок. — Не бойся, он не проснётся, — доносится рядом. Шедоу оборачивается, встречаясь с пронзительным льдом зелёных глаз. Мефилес, свернувшийся клубком на своей лежанке, внимательно наблюдает за смертным. Иногда Совершенному кажется, что демон никогда не спит, он наверно даже не дремлет, а для вида закрывает глаза, создавая иллюзию безразличия. — Я ухожу. Придумаешь какое-нибудь оправдание, — сообщает ёж, направляясь к выходу из спальни. — И для этого нужно было вставать в такую рань? — интересуется повелитель двух стихий, смотря на электронные часы: 4:10. — Хочу сделать Сонику сюрприз на нашу годовщину. Как никак год прошёл, как мы начали встречаться, — Шедоу улыбается, подходя к демону, и треплет его по заледенелой макушке. Мефилес недовольно дёргает ушами и морщится — ему вновь придётся намораживать лёд на иголках — да и вид улыбающегося чёрного ежа вводит в ступор, всё же общение с синим комком жизнерадостности и оптимизма странно сказывается на нём. Совершенный всё же покидает спальню, а после и дом, оставляя своего любимого наедине с ужасающим исчадием Хаоса. Повелитель теней и льда встряхивает головой, сбрасывая с макушки обломавшиеся льдинки и отращивая им замену, а после устремляет взор на спящий сосуд. «Он ещё не скоро проснётся, учитывая события прошедшей ночи», — демон ехидно ухмыляется своим мыслям, придаваясь приятным воспоминаниям, каждый раз в них что-то да менялось, кроме одного: Соник не позволял Мефилесу брать его. Никак, ни при каких условиях. Это было табу, что ёж придерживался всеми силами, в буквальном смысле. И чем невероятно сильно злил порождение Хаоса, который, увы, был не в состоянии это изменить: слово Соника — закон, а его воля — нерушимые оковы. Демон вновь укладывает голову на руку. И плечо мерзко щёлкает. Повелитель двух стихий морщится — эта форма порой бывает неудобной — и растекается жидкими тенями по лежанке, пара капель падает на пол, но их хозяина подобное не волнует, сейчас он может принять куда более удобный вид. Жидкость бурлит, перемещаясь, закручиваясь кольцами змеи, чья кожа обрастает после трансформации льдом. Демон улыбается, внутренне ликуя. Его сосуд не сильно любит такую форму порождения Хаоса, и причина такой неприязни Мефилесу не понятна. Ему вообще мало что понятно из жизни смертных. Очень мало. Демон вновь предаётся воспоминаниям о прошлой ночи и облизывается, припомнив вкус синей шерсти. Может быть сегодня его шанс? Вечно следящего чёрного ежа здесь нет, и появится он не скоро. А вариантов как завлечь Сверхзвукового тысяча и один. Так почему бы не попробовать? Мефилес встаёт с ложа, вновь приняв привычную окружающим форму ежа, и садится на край кровати. Рука замирает в паре сантиметров от синего плеча, что Соник во сне убирает, поворачиваясь на спину. — У нас с тобой, ежонок, целый день впереди. И я заставлю тебя изменить своё решение обо мне, — демон ухмыляется, в его мозгу уже отчётливо сформировался план действий, осталось его только осуществить.

***

Писк будильника — это наверно самое отвратительное, что можно было придумать за всю историю людей и антропов. Соник отдаёт мысленный приказ демону выключить его, что тот и выполняет, убрав раздражитель чуткого слуха ежа. Сверхзвуковой потягивается в постели, раскинув руки в стороны. Ладонь касается чего-то тягучего и вязкого, заставляя ежа буквально подскочить на кровати. Вся постель залита омерзительной чёрной жижей, что при пробуждении смертного начинает рябить и двигаться. Ногу оплетают, стягивая тугими кольцами. –Мефилес, хватит! — вскрикивает Соник, тряся ногой, порождение Хаоса в ответ собирается воедино, вновь принимая вид ежа, вальяжно разлёгшись на кровати. — Ты проснулся. В такую рань. В воскресенье? — демон начинает спокойный разговор, для вида посмотрев на часы, а в мыслях ликуя от полученного результата: сердце ежонка бьётся быстрее. — Пришлось, — в манер ему отвечает синий, вставая с кровати. — У нас с Шедоу годовщина, хочу сделать ему подарок. И кстати, где он? — Сказал, что его вызвали на срочное задание, — обыденным тоном врёт Мефилес. — Прекрасно, значит у меня есть время, чтобы приготовить романтический ужин, — сосуд в предвкушении сжимает кулаки, буквально загораясь идеей лучшего сюрприза. — И ты мне в этом поможешь, Меф, — демон кривится, услышав это омерзительное сокращение имени, но кивает в ответ, полностью соглашаясь с ежом. — В таком случае поставь чайник, пока я душ принимаю, — отдаёт распоряжение синий, покидая спальню. Порождение Хаоса растекается, перемещаясь через созданное им же подпространство в нужную комнату. Ловкое движение пальца, и бытовой прибор включается. Демон замечает оставленную на столе грязную посуду — Шедоу убегал впопыхах и похоже даже не завтракал, так и не притронувшись к тостам, один из которых лишь наполовину был намазан джемом. «Какие идеальные улики», — ехидничает Мефилес, поднимая кусок. Хлеб плавится в руке, разрушаясь от энергии Хаоса. — Меф, ты чего там делаешь? — криком спрашивает Соник. Демон резко сжимает ладонь, и размякшая масса растекается по стене, столу и морде порождения Хаоса. Слизав с носа хлебную массу, Мефилес лишь безразлично склоняет голову набок — у безжизненной пищи совершенно нет вкуса. Убрав остатки беспорядка, повелитель двух стихий вновь скрывается в подпространстве, чтобы затем выплыть из тени принимающего душ сосуда. Соник временами любил петь в ванной, и этот раз был одним из таких. Ёж напевал одну из песен, что сочинила для него многомиллионная армия фанатов, правда ужасно фальшивя и путая слова местами, а иногда и вовсе их съедая. Демон прижимается к синему ежонку всем телом, обнимая его, а язык чертит дорожку по спине. Но в ответ на ласку тот получает лишь поток энергии Хаоса, что подобно колючей проволоки оплетает всю сущность, буквально раздирая её на куски. Мефилес забивается в угол бесформенной жижей и гневно рычит на ежа. Добившись своего, Соник успокаивается, ослабляя давление, позволяя порождению Хаоса вздохнуть с облегчением. Ему и самому противно идти на такое, ведь они уже давно обговорили границы дозволенного, что демон так не вовремя перешёл. Закончив с душем, Сверхзвуковой подходит к жиже, свернувшейся в шар возле раковины, и проводит рукой по ней. Пальцы увязают в жидких тенях, но результата он добивается: демон вновь принимает вид ежа, всё продолжая испепелять сосуд гневным взором. — Ты сам виноват, — констатирует Соник, покидая ванную. Демон же ничего не отвечает. Почти дойдя до кухни, ежонок разворачивается, возвращаясь в спальню за мобильником. Отправив короткое сообщение, он со спокойной душой направляется завтракать. За столом его уже ожидает демон, лениво рассматривающий картину с фруктовой корзинкой. Соник улыбается, заметив любимую кружку Шедоу на столе, на дне которой ещё остался глоток кофе, и одинокий тост, наполовину намазанный абрикосовым джемом. Ах, если бы он только знал, что Совершенный покинет дом так рано, то обязательно заранее приготовил бы ему что-нибудь перекусить. Тарелка с тостом отправляется в микроволновку, а вымытая кружка на полку. В тостер кладётся новая порция хлеба, а из холодильника достаётся шоколадная паста. Соник наливает себе чай и, достав разогретый тост, намазывает чистую его половину пастой. В дверь внезапно звонят. — Мефилес, открой, пожалуйста, — просит ёж, тщательно размазывая шоколадную субстанцию по куску хлеба. Демон повинуется, встав из-за стола и выйдя в коридор. Открыв входную дверь, он встречается с приветливым взглядом золотистых глаз. Сильвер добродушно улыбается порождению Хаоса и просит войти. На этом моменте Мефилес с удовольствием закрыл бы дверь, но утвердительный крик Соника рушит его планы. Чуть отойдя в сторону, позволяя ежу зайти, демон недовольно фыркает. Его планы крайне сильно меняются, а шансы на успех приближаются к нулю. Порождение Хаоса следует за гостем на кухню, где Соник, встав из-за стола и раскинув руки, заключает пришедшего в крепкие объятья. Ноша Сильвера — белая коробка, перевязанная глянцевой лентой с шикарным бантом — во избежание казусов кладётся на стол, а сам серебряный отвечает на объятья. — Получилось? — интересуется ежонок, отпустив гостя. Пришедший развязывает бант и снимает крышку, протягивая коробку хозяину дома. Внутри на подушечке из чёрно-алой ткани красуются два золотых браслета. Металл сложного изготовления переливается волнами бирюзовой энергии. — Тейлз сказал, что если возникнут неприятные ощущение, то сразу же стоит обратиться ко мне. Я подкорректирую интенсивность телекинетического поля, — отвечает Сильвер, радуясь реакции ежонка. Соник закрывает коробку и завязывает красивый бант, а после прячет подарок на подоконнике. — Ты обдумал предложение? — напоминает Сверхзвуковой, вновь обнимая гостя, оглаживая руками спину, специально ущипнув за ягодицу. — Я пока…. Мне нужно подумать, — выдавливает из себя серебряный краснея. — Мы тебя не торопим, ты сам должен принять решение, — хозяин дома чуть отстраняется, но, заметив грустно опустившиеся уши, целует Сильвера. Тот и не сопротивляется, позволяя углубить поцелуй. — Я знаю, просто. Это всё так… необычно для меня. Да и кроме того, у вас с Шедоу сегодня праздник, — виновато лепечет ежонок, разорвав телесный контакт. — Всё в порядке, — успокаивает его синий, целуя в щёку. — Да, конечно. Ну, я пойду, — гость смущённо опускает взгляд в пол и удаляется в сторону выхода. Демон, наблюдавший за всем этим спектаклем, провожает Сильвера испепеляющим взглядом, представляя в мозгу, как тело этого ежа плавится от его энергии. Но подобное ему запрещено, отчего приходится терпеть все эти выходки сосуда. До слуха доносится скрип двери, прощальный поцелуй и щелчок затвора. Соник возвращается за стол и наконец приступает к завтраку. — В чём дело, Мефилес? — наконец интересуется ёж, заметив на себе пристальный взгляд демона. — Ты знаешь, — следует короткий ответ. — И мы это уже обсуждали, — ставит точку в бессмысленном разговоре Соник, но порождение Хаоса было не так просто остановить. — То есть дрочить и трахать пальцами себя можно, а мне выебать тебя нет? Тебе это не кажется по меньшей мере… не равноценным? — гневно изрекает Мефилес, раскрывая рот в ужасающей ухмылке, с губ капают тени, извивающиеся на столе. — Ох, — тяжко выдыхает собеседник. — Послушай, я уже говорил, что секс с тобой это всё равно что… — сосуд осекается, подбирая необидное сравнение, — трахаться с блохой, — заметив как морда демона искажается от изумления и отвращения, Соник трусливо прижимает уши и закусывает губу. Нашёл сравнение — называется. Демон продолжает молчать, а ёж, закончив трапезу, встаёт из-за стола и убирает посуду. После он подходит к холодильнику и приступает к поискам всех нужных ингредиентов. Первым в его списке блюд шёл овощной салат. Благо всё необходимое для него имелось, оставалось только покрошить, добавить масла, соли и перемешать. Готовка в тишине вскоре наскучила ежу, и он принялся насвистывать себе мотив очередной песни. Мефилес тихо подбирается к сосуду сзади и ворует у того из-под руки бутыль с оливковым маслом. Ловким движением перекидывая её из ладони в другую, он ожидает попыток возврата нужного ингредиента. Соник поворачивается к ехидно ухмыляющемуся демону и, открыв дверцу кухонной гарнитуры, достаёт ещё одну такую же бутылку, ставя её на стол взамен украденной. Порождение Хаоса фыркает, отдавая приказ теням вернуть масло на место, а сам максимально близко подходит к смертному и, облокотившись о кухонную мебель, пристально наблюдает за процессом нарезки несчастной моркови. — Разделай пока рыбу, — просит Соник, приступая к листьям салата. Мефилес выпрямляется и подходит к ещё одному источнику холода в доме. Достав из морозильной камеры тушку морского обитателя, он несколько секунд пристально изучает её: вид или породу — порождение Хаоса не имело представления о правилах классификации рыб — демон сказать не мог, но определённо было ясно одно — рыба мертва, и уже успела покрыться тонкой коркой льда, видно мёрзла очень долго. Ладонь Мефилеса начала растекаться, поглощая тушу мертвеца, разъедая внутренности, чешую и кости, оставив только белое мясо. Соник дёргается, когда на доску, где секунду назад он крошил овощи, падает выпотрошенная и очищенная плоть форели. — Спасибо, — благодарит ежонок, принимаясь за готовку рыбы. Поставив её в духовку, он возвращается к салату, что был уже готов благодаря стараниям Мефилеса. Повторно поблагодарив и одарив лучезарной улыбкой, ёж заглядывает в свою книгу рецептов, ища любимые блюда возлюбленного. Каким-то седьмым чувством ощутив, что демон прижал уши и начал вновь терять свою форму, растекаясь бесформенной жижей по полу, Соник почему-то почувствовал укол стыда, что это он виноват в состоянии невольного узника его тела. — Мефилес? — робко окликает повелителя двух стихий сосуд. Но ответа не следует. Ежонок разворачивается и подходит к почти растёкшемуся демону. Присев на корточки, ёж целует того в ухо, мгновенно взбудоражив создание, что только и ждало подобного расклада. Не теряя времени Мефилес хватает ежонка, прижимая того к кухонной тумбе, но вопреки ожиданиям последующие события развиваются совсем иначе намеченного плана. Потоки Хаоса опутывают тело демона, вызывая неприятное покалывание в плоти и костях. Последнее, что видит Соник пред собой — округлившиеся от злости и досады зрачки Мефилеса. — Я тебя сегодня больше не выпущу, — говорит сам себе Сверхзвуковой, и лёгким движением руки стряхивает с иголок льдинки, что демон любит отращивать. Никакие уговоры тут не помогают, увы. Всё то время, что рыба пеклась в жаре духовки, проходит в блаженной тишине и покое. Больше никаких домогательств, насильственных зажиманий и прочего извращения в сторону ежонка. Он бы и раньше это сделал, ещё утром, когда проснулся в луже любвеобильных теней, что наверняка успели облапать его тело. Благо хоть не изнасиловали. У повелителя двух стихий были какие ни какие, но рамки приличия, или же принципы, что он никогда не предавал. Причина, не позволявшая сосуду запереть демона внутри, банальна и проста — обещание данное пять месяцев назад. И потому приходилось всё это терпеть. Но один день вряд ли вызовет шторм ярости — посчитал Соник, вновь принимаясь штудировать свою записную книжку. Час прошёл незаметно. Ёж узнал об этом, только когда раздался характерный писк таймера. Достав рыбу, он решил пообедать. Вначале было принято решение заварить чай, но по ошибке шкаф был открыт не тот, и Соник заметил пустую банку из-под кофе, ютящуюся в дальнем уголке. Любовно достав её и тяжко вздохнув, он выбрасывает пустышку в мусорное ведро. — Видно нам придётся пройтись по магазинам, — предупреждает демона сосуд. Мефилес грустно усмехается. Шедоу всё продумал, и в подтверждении мыслей порождения Хаоса тени находят на дне мусорного ведра горсть молотых кофейных зёрен. «Ненавижу этого ежа».

***

Соник с облегчением выдохнул, только переступив порог дома. Любимый кофе Шедоу отправился на законное место, а купленные свечи в подсвечники, что ёж когда-то приобретал, не помня правда зачем. Зажигать фитиля он не решился, не было желания травиться дымом, да и закончатся свечи раньше прихода возлюбленного. Живот неприятно заурчал, требуя ужин. Поставив кипятиться чайник, ёж о чём-то задумался, как вдруг все мысли разбились вдребезги, от донёсшегося сзади хруста. Обернувшись, Соник добродушно улыбается — Мефилес грызёт замороженные им же свечи. Зубы легко дробят лёд и парафин, а юркие тени собирают падающие на пол осколки. Закончив перемалывать во рту украшение стола, демон высовывает язык, срыгивая на руку самодельную фигурную свечу, что тут же ставит на стол. Сверхзвуковой пожалел, что присмотрелся к ней: свеча изображала его, зажатого между Шедоу и Мефилесем, что, судя по выражению лиц всех троих, активно его…. Сосуд тут же отвернулся и достал из настенного шкафа начатую когда-то бутылку вина. Развернувшись, чтобы взять бокал, Соник встречается с похабной улыбкой демона, отправившего ежонку воздушный поцелуй. Мигом передумав, ёж отпивает сразу с горла. Напиток отдаёт лёгкой горечью, оставляя после себя ягодное послевкусие. Чужая ладонь перехватывает руку с бутылкой, а ухо обдаётся горячим дыханием, к спине прижимается крупное и мягкое тело. Отставив вино, синий разворачивается, встречаясь лицом к лицу с довольно скалящимся волком, в чьих тёмно-зелёных глазах плещется хитрый огонёк. — Начал праздновать без Тени как посмотрю? — улыбка демона становится шире, а его руки развязней. — К чему такой маскарад сегодня? — интересуется ёж, склонив голову набок. — Тебе ведь нравятся парни покрупнее, — довольно скалится волк, наклоняясь за поцелуем. — Нравились, — по слогам проговаривает Соник, выбравшись из захвата. — Ох, вот как. Тогда. Может такой вид придётся тебе по душе? — интересуется демон знакомым до боли голосом. Соник оборачивается, только лишь за тем, чтобы замереть не то от ужаса, не то от гнева. Чёрная шерсть переливается под светом лампы, а полосы на теле и иглах сияют ужасающей краснотой. И лишь зелень глаз говорит о лжи этой формы. Кулаки сжимаются сами по себе, и ярость выплёскивается в удар, направленный в лицо демона, что подобно шару лопается, забрызгивая кухню чёрной жижей. — Никогда. Не смей. Принимать. Этот. Облик. Ты понял? — грозно уточняет ёж, с презрением смотря на оставшуюся от копии лужу. — Да, — следует короткий ответ. Соник удаляется, чтобы засесть в гостиной за просмотром бессмысленных новостей, вечно лгущих народу. Демон медлит, не зная чего дальше ожидать от разгневавшегося сосуда, всё же спиртное плохо влияло на разум этого комка иголок. Обдумывая план дальнейших действий, порождение Хаоса внезапно вспомнило, что смертным нравится в такие минуты присутствие рядом кого-нибудь близкого и родного, или это говорилось про иной случай? Выплыв из тени дивана и облокотившись о его спинку, Мефилес изрекает: — Я думал, что это тебя взбодрит. — То, что случилось в тот раз, не даёт мне покоя, — ёж произносит это, не отрывая взора от экрана. Порождение Хаоса забирается на диван, садясь как можно дальше от Соника, чтобы вновь не попасть под раздачу. Но сосуд лишь подсаживается ближе, укладывая голову на живот Мефилеса. — Мне холодно, — зачем-то жалуется смертный, так по-глупому привлекая внимание демона. Тот задумывается, но спустя пару мгновений растекается тенями по дивану, укутывая ежа подобно одеялу. Соник фыркает, когда один из юрких потоков энергии касается его носа. Положив под голову подушку, ёж собирает рукой комок жижи, что тут же прижимает к груди. — Разбудишь меня, когда он будет рядом, — бросает напоследок ежонок, прежде чем провалиться в сон.

***

Мефилес, как и просил сосуд, разбудил того сразу, как почувствовал отголосок знакомой энергии Хаоса в черте города. Ёж сонно потянулся, с неохотой вставая с дивана, сбрасывая с себя остатки теней, что недовольно заизвивались, выгнанные с тёплого смертного. Соник не просто так просил демона об услуге, ему хотелось принять душ, чтобы встретить любимого во все оружии, да и смыть остатки алкогольного дурмана. Едва пальцы касаются ручки, как ежа резко разворачивают, припечатывая к двери ванной. — Мефилес? — остатки сна улетучиваются, а разум вмиг проясняется. — Почему? Неужели это так сложно?! Я же не прошу дать мне полную свободу, — начинает свою гневную тираду демон, его взгляд пылает, а пальцы обжигают плечи льдом. — Почему ты не хочешь подарить мне такую же любовь как и Тень? — Мефилес намеренно коверкает имя возлюбленного сосуда. Порождения Хаоса не способны плакать, да и чувствовать тоже, они просто сгустки хаотичной энергии за пределами нашего восприятия. Так и было, пока Соник не узнал повелителя двух стихий поближе, не увидел его истинную натуру. Например, как сейчас. Ёж прижимает уши к голове и опускает взгляд в пол, не зная, что можно ответить на столь грубую претензию. Руки невольно сами обнимают Мефилеса, прижимая того к телу. А демон и не противится, ластясь в ответ, трясь щекой о живую плоть. Тени медленно опутывают тело ежонка, едва ощутимо пульсируя, но не предпринимают активных действий, лишь аккуратно оглаживают шёрстку, стараясь двигаться вдоль неё. Воцарившуюся наконец идиллию, разрушает щелчок замка, скрип двери и вошедший в дом чёрный ёж, что тихо хмыкает, лицезрев представшую картину. Закрыв за собой дверь и оставив около неё подарочный пакет, Шедоу подходит к парням и обнимает, поочерёдно целуя то одного, то другого. Демон недовольно шипит, что его прервали в столь ответственный момент, а Сверхзвуковой нежно отвечает, радуясь возвращению любимого. — Вижу у вас день проходит неплохо, — улыбается Совершенный, оглаживая бедро Мефилеса, получая в ответ довольное урчание. — Всё было бы намного лучше, не пытайся это похотливое создание изнасиловать меня, — жалуется сосуд, демонстративно отворачиваясь. — Меня бесит, когда ты ведёшь себя так, — в манер ему отвечает демон. — Стоило мне только на день вас оставить, как на пустом месте случилась катастрофа, — ласково причитает Шедоу, оглаживая живот Мефилеса, что довольно откидывает голову тому на плечо. — Если бы Соник давался мне так же, как ты меня ебёшь, Тень — проблем бы не возникало, — огрызается порождение Хаоса, растекаясь по телам ежей жидкой тьмой, исчезая в их тенях. — Всё одно да потому, — изрекает Совершенный, тяжко вздыхая, уже изрядно устав от их разборок. Он прижимается всем телом к любимому, заключая его в крепкие объятья, а после увлекает в чувственный поцелуй. Руки оглаживают спину, бока, поясницу, а после ощутимо сжимают ягодицы, получая в ответ тихий стон. Соник же обнимает любимого за шею и разорвав поцелуй, ставит новый на щеке. Шедоу избавляется от перчаток, отбрасывая их на тумбу, и уже голыми пальцами массирует чужой хвост, спускаясь чуть ниже. Сверхзвуковой издаёт громкий стон, почувствовав проникновение, и откидывает голову назад. — Иногда ты себя слишком похабно ведёшь, — комментирует происходящее чёрно-алый, изучая выражение мордочки напротив. — Но тебе ведь это нравится, — отвечает Соник, одаривая парня лучезарной улыбкой. Движения в анусе становятся всё активнее, отчего оставаться равнодушным к ним оказывается уже невыполнимой задачей. — Шедоу, давай сначала поедим. Окей? Я зря что ли весь день угробил на это? — разыгрывает спектакль синий. — Ммм, а подарками когда надо обмениваться? Сейчас, во время еды или в постели? — на полном серьёзе интересуется ёж, отходя от возлюбленного, и, подняв пакет, оборачивается, ожидая ответа. Но к ужасу Соника ощущения в одном месте никуда не делись, они словно бы усилились. С силой топнув и получив в ответ недовольное шипение, сосуд ликующе ухмыляется. Ласки вмиг исчезли, а щупальца, опутавшие ноги, скрылись в тени. Ёж перевёл взор на сородича, что дожидался всё это время ответа. — Ну, как сам хочешь, — не придумав ничего лучше, говорит Соник, пожимая плечами. — Я, кстати, приготовил твою любимую форель и салатик, — хвастается он, кружась вокруг любимого, пытаясь незаметно подсмотреть в пакет. — Если тебе так не терпится — то держи, — Совершенный протягивает ежу подарок, но тот отворачивается, закрывая глаза руками. — Не, так не интересно. Это ведь подарок, это же… сюрприз! — воодушевлённо произносит синий, оборачиваясь. — Если сюрприз то…. Хаос Контроль! — пакет исчезает в зелёном свете, и позади раздаётся глухой удар о столешницу. — Надеюсь там ничего не сломалось и не разбилось? — обеспокоенно интересуется ёж, вмиг оказавшись возле «внезапно появившегося из ниоткуда пакета». — О, Великий Хаос! — радостно вскрикивает Соник, доставая из недр подарка матовую банку. Изумруды глаз радостно сверкают. — Где ты его достал?! Я весь город обшарил в его поисках! — В Восточных странах, — спокойно отвечает Шедоу. — Да ты шутишь, — не унимается ежонок, хитро прищуриваясь. — Ладно, ладно. Подловил. Попросил Руж заказать на одном сайте, — сдаётся чёрно-алый, улыбаясь в ответ, а после садится за стол. — Эм, а зачем Руж такое? — не понимает ёж, склоняя голову набок. — Наклзу, — оторвавшись от еды, невозмутимо отвечает Совершенный. — Серьёзно? А хотя… чему я удивляюсь? — сам у себя интересуется Соник, продолжая вертеть в руках гель для игл. — Мефилес, я тебе тоже кое-что принёс, — Шедоу внезапно отрывается от форели и достаёт из пакета плюшевую игрушку — синего ежа. Демон оплетает предмет щупальцами, утаскивая к себе, под ошарашенный взгляд Соника. — И кстати, милая свечка, — делает комплимент Совершенный, пристально изучая парафиновую фигурку на столе. — Хоть кто-то из вас умеет ценить работу других, — уязвлёно говорит порождение Хаоса, изучая подарок. На ощупь предмет был очень мягким, совсем как та ткань, которой ежонок укрывал любимого, стоило тому заснуть в кресле. Вышитые зелёными нитками бездушные глаза пытались имитировать радость, но навевали лишь тоску и скуку. Пальцы проводят по плюшевым ушам, оттягивая их к макушке, отчего глаза убегают на лоб и дальше, а морда становится ещё менее естественной. Пока указательные пальцы обеих рук заняты «изуродованием» головы, большие проводят по туловищу, задерживаются на бёдрах, разводят ноги…. Соник мигом отворачивается от демона, с остервенением принимаясь за еду. Блюдо получилось лучше чем в прошлый раз, он его по крайней мере не пересолил, перепутав перец с солью. Внезапно до ежа доходят события минутной давности. — Шедоу, я же совсем забыл тебе подарок отдать, — Сверхзвуковой подскакивает с места и, схватив нужное с подоконника, протягивает коробку ежу. Чёрно-алый с секунду медлит, но после принимает подарок. Положив его на колени, он аккуратно развязывает пышный красный бант и открывает крышку. Минута тишины кажется длится вечность. Соник прикусывает губу, осознав, что это было не лучшим решением. Эти браслеты напоминают ему о том, кто он есть на самом деле. Что он — Совершенная Форма Жизни, а не ёж…. — Спасибо, — тихо благодарит Шедоу, поднимая взгляд. В рубинах глаз плещется радость. — Примерь их, — просит сосуд, присев на колени. Чёрно-алый медленно, наслаждаясь моментом, расстёгивает свои браслеты, что падают возле ног, звонко стукнувшись о пол. Дрожащие от накатившего напряжения пальцы берут одно из новых колец, что едва заметно переливается бирюзой, и застёгивают его на запястье. По телу проходит волна энергии, скапливаясь где-то внутри нежным, приятным шаром. Перед глазами всё внезапно начинает плыть. — Я помогу, — предлагает Соник, беря второе кольцо. Пальцы одной руки с любовью обхватывают золотой металл, а второй проводят по свободному запястью. До ушей долетает звонкий щелчок. Шедоу тяжко дышит, тело сводит приятной истомой, и он, не удержавшись, падает на ежа пред собой, прижимая того к полу. — Что с ними? — вопрошает чёрно-алый, прогибаясь под ласками. Пальцы синего хитреца проводят вдоль боков, слегка царапая спину. — То что просил, — загадочно отвечает ёж, облизывая пересохшие губы. — Они… слишком сильно… подавляют… — сквозь стоны выдыхает Шедоу, закатывая глаза. — Прости, — в миг извиняется Соник, расстёгивая браслеты. Его любимый облегчённо вздыхает, наваливаясь сверху. Дыхание Совершенного выравнивается, а галоп сердца замедляется, перестав птицей биться в груди. Ёж благодарно целует возлюбленного в щёку, а затем утыкается носом в его шею, наслаждаясь почти выветрившимся запахом геля. Мефилес внезапно даёт о себе знать, обвивая ежей тенями, лаская их тела. Одно из щупалец оглаживает колечко мышц Шедоу, вырывая из его горла сдавленный стон. Холодные пальцы оглаживают бёдра синего ежа, отчего тот испуганно косится на демона. Твердь пола вмиг сменяется жидкой тьмой, а после и мягкой постелью. До ушей долетает щелчок креплений, а тело сводит судорогой. — Шедоу? — с лёгкой примесью ужаса в голосе вопрошает Соник, заглядывая в рубины глаз. — Это вторая часть моего подарка. Кроме того, их всё равно надо испытать, — Совершенный похабно облизывает губы, выпрямляясь, а после и вовсе слазит с ежа. Сосуд в панике переводит взгляд на золотые кольца у себя на запястьях. Те лишь переливаются волнами энергии, блокируя поток Хаоса внутри тела. Ёж судорожно сглатывает, осознавая, что сейчас произойдёт. Десятки тонких нитей оплетают тело, где-то сжимая, а где-то просто ероша шерсть. Одна из них заползает в ухо, подобно языку облизывая его. А те что возле бёдер и паха медленно подбираются к…. Соник вскрикивает, выгибаясь дугой, когда одно из юрких щупалец проникает в уретру, а несколько других разрабатывают анус, бестактно растягивая его. — Может дог… — закончить ежу не дало иное щупальце, забравшееся в рот. Обвив язык, оно, словно змея, периодически сжимало его, двигаясь вдоль своей жертвы, повторяя действия сородича на члене. — Зачем? — томно выдыхает в самое ухо Мефилес, после чего прикусывает чувствительный кончик, отчего он резко дёргается. — Ты сам хотел такого расклада. Надо было соглашаться на моё великодушное предложение днём, — лукаво улыбается демон, заглядывая в изумрудные глаза. — А тебе как Шедоу? — две пары глаз устремляются на чёрно-алого ежа, что тяжело дышит, наблюдая за происходящим. — Тебе нравится, милый? — интересуется Совершенный, поднимая и целуя голень возлюбленного. Соник был бы и рад ответить, а точнее высказать всё, что он думает по поводу этих двоих «близнецов», да только трахающая его рот тьма была иного мнения о предназначении этого желанного места. Давление в анусе усилилось, и ёж сдавленно простонал, мечась по постели: хотелось одновременно и насадиться сильнее на вожделенные щупальца, и вырваться, чтобы набить две нахальных морды. Жаль второе было невыполнимым, и пришлось прибегнуть к первому варианту. Но у Мефилеса были совсем другие планы. Он так долго ждал этого момента, и пытка ежа стала для него заветной целью. Придав сосуду вертикальное положение, демон обнимает его поперёк груди. Давление на члене, в анусе и во рту ослабевает, давая синему ежу передышку, совершенно неуместную в разгар таких событий. Шедоу довольно усмехается и заключает губы Соника в поцелуй, их языки соприкасаются, пытаясь взять первенство друг над другом. Тело демона в этот миг теряет форму, и он растекается тёмной жижей по синей спине, рукам и животу. Совершенный отстраняется, давая Мефилесу простор для его игр. Внезапно хватка нитей усиливается, они сжимают запястья и лодыжки, обвивают шею. Некоторые оплетают член, дразня головку и уретру, другие заключают яички в свой плен, обласкивая их. Те что покрупнее входят в анус, задевая простату, вновь поднимая ежа на пик блаженства, буквально дотрахивая его до этого состояния. Тени поднимаются вверх, забираясь в рот, а после и в глотку. Иглы Соника начинают покрываться инеем. А зелень глаз темнеет. Ёж громко стонет, а его тело бьётся в крупной дрожи. Новый стон застревает комом в горле, и Сверхзвуковой непроизвольно раскрывает рот, высовывая язык. — Хватит, Мефилес, — приказным тоном требует Шедоу, с болью наблюдая, как любимый перед ним бьётся в переходном состоянии, без возможности завершить превращение. Тело ежа сводит судорога. И всё прекращается: шерсть вновь становится насыщенно-синей, иней сходит с игл, а опутывающие нити испаряются. Потеряв сознание, сосуд падает вперёд, прямо в руки Совершенного, что прижимает ослабшее тело к себе. Его пальцы снимают с чужих запястий браслеты, бросая их на пол. — Хм, а мне понравилось, — наконец заговаривает демон, приняв облик ежа. Его змеиный язык слизывает с пальцев белоснежную жидкость, смакуя её. «Извращенец», — думает Шедоу, наблюдая как порождение Хаоса похабно обсасывает свои пальцы, очищая их от спермы. — А что на счёт тебя? — интересуется Мефилес, оторвавшись от своего занятия. — Да и я ещё не удовлетворён, — демон подползает к чёрно-алому, приказав теням уложить сосуд с краю кровати и укрыть одеялом. — Хм, видно придётся завтра дарить Сонику вторую часть подарка, — усмехается Шедоу, обнимая Мефилеса.

***

— Тейлз, настрой эти блядские кольца! — на стол, звякнув, приземляются браслеты, приковывая к себе взгляд работающего механика. — Я же говорил, Соник, что для регулировки этих колец нужен сам Ш…. О Хаос! — голубые глаза лиса с ужасом осматривают нечто, стоящее возле него: торчащие во все стороны иглы, взъерошенная, распушившаяся шерсть. Соник был едва ли не в два раза больше своего нормального размера. — Что с тобой произошло? — выдавливает из себя вопрос лучший друг. — Они, — ёж кивает на валяющиеся на столе браслеты. В ответ собеседник лишь непонимающе поднимает бровь, как бы говоря: «Что?», но вопроса не озвучивает. — Кое-кто додумался надеть их на меня. Для разнообразия, так сказать, — поясняет ёж, закатывая глаза, рука в который раз пытается поправить топорщащиеся иглы, но безуспешно. По помещению прокатывается ехидный смешок. Соник гневно сжимает кулаки и топает по своей тени, что легко уклоняется, уплывая за спину. Лис удручённо вздыхает, искренне жалея друга. — Прости, Соник, но я ничего не могу сделать. Здесь нужна помощь Сильвера, — Тейлз возвращается к своей работе, печатая что-то активно на ноутбуке. — Эх. Боялся, что ты это скажешь. Сильвер с Блейз нескоро прибудут, пусть тогда они побудут у тебя, — ёж разворачивается, направляясь к выходу. Позади раздаётся хлопок двери. Лис вновь вздыхает, устало массируя виски. Хвостов касаются чьи-то руки. От неожиданности Майлз слегка подпрыгивает на месте, оборачиваясь. Голубые глаза встречаются с холодной зеленью, в глубине которых плещется коварный огонёк. — Давай это будет нашей маленькой тайной, лисёныш, — шипя произносит Мефилес, хватая щупальцами браслеты. — Думаешь, он не заметит? — вопрошает механик, успокоившись. — Он крайне сильно выдыхается от них, так что ничего он мне не сделает, — коварно ухмыляясь, отвечает демон. — Только не перестарайтесь, — предупреждает лис растворяющееся в тенях порождение Хаоса. — Будь осторожен, Соник, — взмолившись, произносит Тейлз, бросив мимолётный взгляд на дверь в лабораторию.