Энуэмент

      Конец первого года геройской академии. «Класс 1-А» толком не отдыхал как начался второй год. Спустя все бои против злодеев они не заметили как наступил и третий год их обучения.       Ребята пережили многое: от неловкой любви до потери близких людей. Каждый из них познал всю горечь утрат и всю гордость за помощь другим. Они стали дружной семьей и самое главное - Заменой Всемогущего. Но все время лишь один человек всё никак не мог «влиться» в строй, он был настолько горд и самолюбив собой, что упустил самое важное в своей жизни - первую Любовь. И конечно же, этот человек никто иной как Катсуки Бакуго. Из-за этого он злился на людей еще больше, особенно на предмет своего обожания. Каччан все больше задевал его, все больше проявлял ненависть и отвращение, когда на душе кошки скребли от нехватки тепла. Он по-настоящему голодал, ему не хватало Деку.       Впервые, он осознал, что влюблен на экзамене при поступлении. Именно этот момент в жизни этих двоих стал переломным. Для одного осознание того, что он может быть сильным, а для другого, что у него может быть ровня ему самому, а это значит, что Деку не такой отброс, как остальные.       Он отличается. Он раньше был бесполезным, ненужным, а сейчас всё иначе.       Каччана бесило то, что тот скрывал свою причуду с малых лет, но, когда узнал правду, то ещё больше полюбил бесполезного. С каждым новым подвигом он все больше утверждался, что любит его, но только вот никогда он не сможет сказать ему об этом. Никогда не сможет прикоснуться к нему нежно и никогда не почувствует вкус его губ.       Было настолько больно, что его слезы были тихими. Невозможно передать словами, что именно испытывал Каччан. Ночами он выходил на улицу, убегал как можно дальше и начиналась истерика. Он крушил всё подряд, начиная от деревьев, заканчивая землёй. И Каждое утро ребята обсуждали ночное «землетрясение», но никто не мог даже догадываться, что это было всё из-за тяжелой депрессии Качана.       Никто об этом не знал. Никто не догадывался даже насколько ему было больно.       Ему было тяжело даже находится рядом с Изуку, ибо его мысли хотели сделать с зелёноволосым очень нежные, но в тоже время и плохие вещи. От этого он лишь скалился на того и уходил.       Ему нельзя любить Деку.       Это не позволительно.       От этого с каждым новым днём «землятресения» были всё больше и глобальнее. Дошло до такого момента, что Деку решил с этим разобраться.

***

      Дождь и холодный ветер, бьющий по и так мокрым щекам, не давал показывать ночному лесу слёзы Кацуки Бакуго. Боль в груди была невыносимой, не давала дышать, не давала есть, жить или спать. Она была постоянной и от этого хотелось все больше умереть.       Ноги сами бежали, руки сами сносили деревья, камни, да и землю. Крики, отчаявшегося, были не слышны из-за громкого гула в небе. Именно в этот день, именно в этот час, именно в эту минуту Качан хотел исчезнуть.       Именно сейчас за ним бежит обеспокоенный Деку, который заметил того, бежавшего в лес. Он звал его, пытался догнать, но все было безуспешно. Дождь не давал донестись голосу Мидории до Бакуго, а Бакуго бежал настолько быстро, что даже с причудой усиления Деку не мог того догнать.       Впервые в жизни Изуку видел такого Каччана. Не то, чтобы он не замечал плохого состояние Бакуго все эти три года. Нет, напротив. Он видел как было больно его другу, он видел, как тот куда-то убегает каждую ночь, но именно сегодня решил узнать куда, ибо был день рождения Качана. Раньше он думал, что тот убегает тренироваться, но в свой день рождения было уж слишком странным, поэтому он решил, что причина была всегда в другом. И, к сожалению, он оказался прав.       До ушей, бежавшего Деку, доносились тихие отчаянные крики. Он был просто в шоке, ибо не думал, что в жизни его друга всё настолько плохо. Он чувствовал эту боль, которую испытывал Качан. Больно. Настолько, что Мидория сам начинает невольно плакать, когда понимает, что все эти «землятресения» были вызваны мучениями взрывного парня.       Расстояние между ними начало уменьшаться. В конечном счете Бакуго, остановившись под большим дубом, лег на траву лицом, избивая землю своей причудой.       Дождь начал умолкать и перед Деку, пристал образ отчаянного Каччана. Не переставая бежать, он бросился на Бакуго в объятия, говоря:       - Каччан, что с тобой?- голос начал подводить и следующие слова были сказаны сквозь всхлипы, - пожалуйста, не отталкивай меня и скажи, что у тебя на душе.       Отчаянный парень мгновенно перестал производить взрывы, его руки сжали траву, а глаза удивленно уставились в мокрую землю и он неуверенно произнес, будто думая, что это сейчас глюки:       - Д..Деку?       Мидория лишь сильнее сжал горячую и мокрую спину своего друга, качая головой.       Слезы Каччана нахлынули с новой силой. Его боль не унималась, хоть он и чувствовал всё тепло его любимого. Ему было недостаточно, он хотел чувствовать его всем телом. Но сказать это вслух или показать свои эмоции никак не сможет.       - Свали, - злобно сказал Кацуки, сталкивая того со своей спины. Он не мог больше давать ему прикасаться к себе, ибо дальше не сможет устоять перед искушением взять того прямо сейчас.       Приземлившись рядом сидящим Каччаном, Деку ответил, подходя на корточках ближе:       - ни за что, я не уйду.       Перед Деку открылся вид настоящей депрессии, а именно: огромные синяки под глазами, слёзы, стеклянные зрачки от безысходности, побитые в кровь кулаки и ноги. Было видно, что он испытывал эту боль многократно. Было видно, то как тот терзает себя изнутри.       Деку, обнимая своего одноклассника за шею, начал плакать, произнося:       - Я не могу больше смотреть на то, как ты мучаешь себя каждую ночь. Пожалуйста, ответь мне, что у тебя на душе.       Голос Мидории дрожал, он настолько переживал за своего друга, что не может себе позволить говорить стойко и уверенно.       - заткнись и уйди, - сказал тихим голосом Каччан, пытаясь вырваться с объятий его любимого, но он не смог. Толи от нехватки сил, толи от нехватки тепла. Его руки сами протянулись навстречу и с новой, нахлынувшей, силой сжали Никчемного.       Он начал кричать и плакать, его крики были показателем того, что уже больше никак не сможет передать свои эмоции. Он кричал в грудь своего любимого.       Мидория лишь сильнее обнимал того, успокаивая поглаживаниями его острых прядей.       Они просидели так давольно долго. И когда у Каччана уже до конца охрип голос, замолк.       - Каччан, почему теб...       Деку перебил тихий, но грубый голос его друга:       -заткнись, просто, обнимай меня так каждую ночь и мне будет лучше.       Мидория был немного в шоке от этих слов, но отказать он явно ему не мог, да и не хотел, поэтому согласился, кивая тому головой.       Боль, что была в груди Бакуго немного угасла и теперь позволила тому нормально дышать и тогда он сам того не ожидая начал говорить:       - Деку, бесполезный Деку. Если бы знал, что со мной такое будет, то я хотел отправиться в прошлое и сказать самому себе маленькому, чтобы бежал от тебя как можно дальше, - Каччан перестал говорить на секунду, чтобы поднять свои глаза на Мидорию и продолжил, думая, как красив его друг:       - ведь впервые я смотрю на кого-то вровень, ты...ты, - голос Бакуго стал более злобным и он стукнув кулаком об землю закончил:       - ты единственный, кто мне не противен.       Мидория от услышанных слов стал почему-то счастлив, но ему явно не хватило этих слов, поэтому решил поставить того в тупик, заставляя говорить лишь правду:       - В каком смысле не противен? Не противен для чего?       Он смог сделать это. Он и вправду поставил в тупик, своего друга. «Я не могу ему сказать правду»       Именно так думал сейчас Качан, но его рот и звуки, что исходили сейчас из него были вызваны неосознанно, будто другая «часть» его личности больше не могла терпеть.       - Я..я влюблен в тебя.