3.0 Хватит просить прощения

      В каждом году есть событие, которое ждешь с нетерпением, предвкушая и ожидая самого лучшего. Руки немного трясутся, представляя все то, что может произойти, но когда уже много лет с этим знаком, просто хочется побыстрее уже добраться до этого события. Для Яны каждое лето полно кучей приятных воспоминаний, большая часть которых приобретается в ежегодном межкультурном лагере, у себя дома, в Молдове. Новые знакомства, здания и эмоции — то, зачем люди туда тянутся, проходя довольно строгий конкурс. Лагерь — дом, где все друг друга знают, а новичков принимают тепло и легко. Лагерь — важная глава в жизни каждого из участников.       Именно поэтому Яна расстроилась, узнав печальную новость о том, что летом, ввиду неприятных обстоятельств, лагеря не будет. Перенесли на осень, сократив количество участников вдвое. Не будет и ребят из Украины, да и придет же куча всякого народу, которого она не знает. Страх неизвестности рождал скептицизм. Наверное, она бы так и не осмелилась туда поехать, уже в обновленный лагерь, островок теплоты и уюта, который так сильно изменился за год. Оставалась маленькая надежда на то, что, все же, у нее выйдет найти что-то стоящее в этом году. Набраться опыта, сил и желания что-то делать. Как правило, оно всегда так работало.

***

      Теплые объятия, которых так не хватало летом, прохладной осенью согревают сильнее. Все новое: люди, обстановка, команда. Сама Яна уже прошла много этапов. Она помнит себя маленькой девочкой, пришедшей в лагерь, потому что так надо было. У нее были плохо покрашенные волосы, много фанатских футболок и уж точно пары три кед, которые она не снимала даже зимой, ходя по сугробам в повидавших жизнь конверах. Сейчас она другая. Спокойная, сдержанная, рассудительная. Больше не ребенок, а полноценная девушка, знающая, чего хочет, активно занимающаяся социальными проектами, вкладывая в себя и людей вокруг. Вот только последние вещи ею пока что сложно осознаются. Руки поневоле иногда отпускаются, она устало вздыхает и думает, что все зря. Но приходя в лагерь, пускай уже изменившийся за столько лет, она каждый раз находит новые силы идти дальше, быть сильнее.        Осталось и старое. Вот ребята из Сорок. Высокие парни, которых Яна помнит совсем ребятней. Сейчас на две головы выше, пускай и придурки еще те. У обоих на плечах выведена красным надпись. Что-то совсем бытовое, про школу, но надпись и не татуировка вовсе. Красный остался таким же ярким даже спустя столько лет, ведь надпись связывает их с детства. Их души едины. Так сказала вселенная, выведя на их телах доказательство. Первое, что они друг другу сказали. Яна сильно завидует, тем, у кого уже есть надпись: пруф того, что вне зависимости от ссор и расстояния, этим двум людям предначертано быть рядом навсегда. У ее подруг тоже есть метки. «Ты мне нужна» выведено на бедре одной из них, печатным шрифтом, как в социальных сетях. Такое приятное напоминание о том, что человек в тысячах километров ждет и любит. У Яны такого нет. Лагерь из года в год является ее надеждой найти родственную душу, но каждый раз провал. Результат остается тем же.       Теми же остались и вожатые. Среди них и взрослые, которых Яна помнит еще совсем давно. Кажется будто эти люди совсем не изменились. Такие серьезные, но в то же время родные и готовые всегда поддержать. Настоящая семья. Дети лагеря, нынешние вожатые и работники этого небольшого механизма изменений в людях и мире, тоже здесь. Рем по прежнему преподает танцы, спит до обеда и пьет чай каждые десять минут. А Даня уже второй год ведет один из старших отрядов, терпеливо обучая наполовину зеленую группу новичков быть толерантными и полезными членами общества.       Даня — человек-прелесть. Огромные глаза синего цвета смотрят в душу, вынося ее наизнанку. Даня — человек-эмпатия. Вот смотришь на него и улыбаться хочется, наслаждаться его речью, умением говорить, шутить и рассказывать. Даня — старый знакомый, вожатый и человек, на которого хочется ровняться. Он искренний в меру, вдумчивый, иногда легко загорается. Но в этом его прелесть. Это человек момента, живущий здесь и сейчас, но в то же время умело работающий на будущее свое и мира вокруг. Даже профессию выбрал прогрессивную, пускай и ткнув пальцем в небо. — Расселение! — крикнул юноша громко, чтобы вся группа наверняка услышала. Он повел немного ошалевших от плохих дорог участников отряда. Даня крутил бедных по всей базе отдыха, на территории которой проходил лагерь. Видимо, не смог разобраться, ведь все выглядело действительно довольно запутанно. В какой-то момент он все же понял, что таскать ребят по всем тропинкам, блуждая вокруг трех домиков большой группой, идея так себе. Прошло минут пять, прежде чем ему удалось раздобыть нужную информацию. Даня вернулся к группе, начиная потихоньку расселять уставших участников, попутно извиняясь. — Седьмой номер, — перечислял он явно торопясь. — Яна, Андрея и Дана… Ой, извините, то есть восьмой. — Хватит просить прощения, — немного посмеявшись, выдала Яна. Даня сам усмехнулся, робко кивнув. Они давно знакомы, вместе работали над сценками, часто пересекались. Они понимали друг друга легко и без напряга. Даже обмены парой фраз хватало, чтобы поднять себе настроение. Так уже четвертый год. — Будешь умничать, будешь спать на улице, — фыркнул он, улыбнувшись и спрятав связку ключей, которую собирался вручить, за спину.       Яна лишь пожала плечами, подойдя сзади и благополучно вырвала ключ, еще раз кивнув юноше, и направилась следом за соседками, которые таскали тяжеленные чемоданы, у обеих из которых на теле красовались миниатюрные надписи «Ты мне нужна» и «Хватит за мной бегать». Противоречиво звучит, правда? Но Яну это не так уж и сильно волновало. Главное то, что у этих двоих есть кто-то, кто будет рядом, несмотря на мрачноватую историю второй девочки, Даны, которой пришлось вытерпеть отсутствие взаимности, чтобы только через время приобрести желанную гармонию рядом со своей родственной душой.       Яна в последний раз взглянула на растерянного и явно уставшего, судя по синякам под глазами, Даню, удивляясь, как этот человек так много успевает делать. Лицо юноши выдавало не самое лучшее самочувствие. Он моментами ежился и прикрывал глаза, тяжело вздыхая, будто что-то побаливало. Поднимаясь по лестницам, девушка резко остановилась, почти выронив увесистый чемодан из правой руки, в которой неожиданно заныло, растягиваясь неприятной болью по всему предплечью. Ей стоило многих усилий вновь собраться и продолжить подниматься по железной лестнице на второй этаж, держа чемодан уже другой рукой, а второй упираясь в холодные металлические перила, боясь потерять равновесие.