18. Любопытство наказуемо (часть 1)
26 февраля 2021 г., 12:44
Замок не изменился за две недели каникул; ни одна черта не говорила о том, что прошло какое-то время и даже наступил новый год. Только рождественские украшения в некоторых местах уже успели убрать, а в целом всё было точно так же, как и в тот день, когда она уезжала.
Алиса шагала по коридорам, лестницам и вестибюлям одна. Она слушала стук своих каблуков, вглядывалась в колонны, ниши, окна, гладила рукой пустые рыцарские доспехи и роскошные вышитые гобелены. Ощущения помогали вернуться на Землю окончательно, а не утонуть в очередном омуте. Гриффиндорка тихо здоровалась с обитателями картин и с призраками, которые неспешно плыли по коридорам, а ещё она тщательно обходила стороной места скопления людей. Ученики Хогвартса, которые приехали вместе с ней на поезде, сейчас обживались заново в своих гостиных и бродили по коридорам. А ей нужно было побыть одной.
Ничего не изменилось снаружи. Изменилось что-то в ней.
«Пускай у тебя будет о нём какая-никакая светлая память…»
Алиса достала из кармана брюк колдографию, которую за эти дни она высмотрела до дыр. Маленькая карточка не больше тех, которые появляются из проёмов маггловских полароидов, привычно легла в ладонь, очертив прямыми тонкими углами глянцевого картона свои границы. Обитатели этого колдо уже прочно отпечатались в её памяти, о, она выучила их обоих, как стихотворение. Мужчина в кожаной куртке, который стоит на корточках. Маленькая девочка в платьице, которая болтает и смеётся, чувствуя себя окружённой любовью. Крохотная пуговка, папина принцесса, которой ещё не говорили «бастард», «дочь убийцы»…
Что изменилось? Она слышала это и до Рождества.
Раньше чужое мнение совсем не мешало ей быть счастливой, особенно, когда Оливер научил её абстрагироваться от неприятных слухов. Теперь пятикурсница твёрдо знала, что она никому и никогда не позволит и слова бросить в след об её отце — об этом самом мужчине на колдографии, который ещё не знает, что его жизнь совсем скоро будет кончена, пусть и не прекращена.
Мужчина, который подписал колдо с обратной стороны: «Моя Касс». Это точно был его почерк — мама признала… Отец, который дал ей это имя.
— Как прошли каникулы?
Алиса махом убрала колдо в карман и украдкой вытерла слезу. Если что в ней не изменилось, так это её чувствительность. Ник, привидение башни Гриффиндора, осторожно завис в двух сантиметрах от пола перед ней.
— Неплохо, спасибо.
Призрак недоверчиво наклонил голову вбок, отчего знаменитая рана на его шее, предмет нескрываемой гордости, снова открылась. Алиса слабо улыбнулась, уже давно привыкшая к таким вещам.
— Юная леди чем-то расстроена, — задумчиво и уверено проговорил он, облетев Лестер по кругу и оглядев её со всех сторон. Алиса горько улыбнулась, поворачиваясь вместе с ним:
— Это минутная слабость.
И кто ей поверил? Ник остановился, бестелесной рукой вернул голову на место и, гордо выпятив грудь, сказал:
— В такую минуту лучше не быть одной. Кто, как не верные друзья, помогут справиться с любыми слабостями?
— Никто, — согласилась Алиса. А потом вздохнула: — Но и не с любыми…
Ник слабо и грустно улыбнулся:
— Я уважаю желание юной леди поплакать в одиночестве, но меня очень настойчиво попросили найти и привести её в гостиную Гриффиндора.
— Ох, все Великие Основатели. И зачем же? — как будто она не знала.
— Об этом меня очень настойчиво попросили не рассказывать. Зная намерения тех, кто это передал, вам лучше просто пойти со мной.
— Ну, у меня, видимо, нет выбора? — с улыбкой спросила Лестер. Ник развёл руки в стороны и с печально-понимающей улыбкой кивнул. Раненая шея ответила квакающим звуком.
Они пошли в сторону башни. Ник ещё поглядывал на студентку, и, когда он поворачивал голову, рана на его шее снова опасно открывалась.
— Эх, не будь я призраком, сейчас бы я предложил вам платок и локоть…
— Ты милашка, Ник, — рассмеялась Алиса. — Это лучше любых платков и локтей.
***
Сэр Кэдоган снова сменил пароль (Алиса не удивилась бы, если бы за время каникул он менял его не меньше четырнадцати раз), но Ник и здесь проявил благородство, подсказав пароль на ухо Алисе, а потом оставил её, пожелав приятного вечера. Та улыбнулась ему вслед, а затем осторожно и медленно приоткрыла дверь. Она ожидала чего угодно. В буквальном смысле — чего угодно. Потому что она знала, что близнецы никогда не упустят возможности поздравить её с днём рождения. Близнецы знают, что этот день для неё всегда похож на чёрт знает что — мама успевает поздравить только праздничным завтраком, а большую часть дня Алиса проводит в поезде. Обычно праздничная программа от Уизли начинается ещё в «Хогвартс-Экспрессе», но сегодня Алиса закрылась одна в пустом купе и весьма настойчиво попросила её не трогать. Фред и Джордж, чудесные и блистательные по такому особому поводу, естественно, не отставали, затем они начали переживать, попытались разобраться, в чём дело, всячески убеждали её в том, что готовы выслушать, но Алиса осадила их жалким, но обидным «вы не поймёте». И перед тем, как уйти, Фред успел бросить, что они всё равно своё не упустят и без подарков она не останется. И что напрасно она полагает, что может им о чём-то не рассказывать, особенно, если это то, что её волнует и с чем они могут помочь справиться. И Алиса жалела, что бросила те слова. Заслуживает ли она таких друзей? В гостиной, на первый взгляд, было всё как обычно. Немногочисленные студенты, которые уже успели разобрать вещи, занимались своими делами. У камина сидели малыши и играли в плюй-камни. Никого из её друзей не было. Как будто нарочно. А потом… Кто-то взорвал три или четыре хлопушки сразу, кто-то запустил под высоким потолком башни маленький фейерверк, и все, кого Алиса ожидала увидеть, вывалились откуда-то из-за угла. Грянула музыка, с потолка стали спускаться гирлянды из флажков и яркие конфетти, которые кружились в воздухе и не касались пола, и было что-то ещё, шарики, кажется, но Лестер уже не успела разглядеть, потому что её со всех сторон облепили друзья. Они обнимали её, кричали, поздравляли, прыгали… Алиса только успевала смеяться и просить не душить её. — А ещё, Алиса, в твою честь здесь будет вечеринка! — объявил Ли Джордан, когда все немного отступили и затихли. — Может, не будет? — с надеждой спросила Алиса, улыбаясь и чувствуя, как горят её щёки. Фред широко улыбнулся, подмигивая толпе, которая быстро подхватывала весёлое и праздничное настроение. — Она уже началась, глупышка. Кто не спрятался — тот проиграл.***
В тот вечер музыка (знающие люди как раз подарили Алисе несколько пластинок) совсем не смолкала. Лестер больше не хотелось прятаться ото всех и искать одиночества — только в первые пять минут она решила остаться из вежливости, а потом всеобщий драйв закружил её. В тот вечер всё было немного не таким, как всегда. И немного таким, чему вряд ли поверят те, кого не было на этой вечеринке. Ну, а вы когда-нибудь видели Перси, который танцует под «Summer night city»? Алиса надеялась, что он танцует по доброй воле и потому что ему нравится творчество группы ABBA, а не потому, что близнецы накачали его чем-то из своих последних разработок. Всем хотелось забыть про то, что завтра начинается учёба, хотелось забыть про события прошедшего года. И Алиса не была исключением. Она смеялась, танцевала, ела закуски, которых было просто бесчисленное количество, потому что близнецы (опять же, кто ещё это мог быть?) на далёком третьем курсе нашли способ, как подкупить эльфов с кухни, а на четвёртом — как тайком сходить в Хогсмид и добыть сливочное пиво… Они могли достать и что-то покрепче, если бы не Алисия, которая была не против веселья, но на правах старосты факультета серьёзно угрожала рассказать всё МакГонагалл, если они только посмеют. Фред и Джордж не хотели портить праздник. «The winner takes it all» показалась многим достаточно лиричной, чтобы станцевать под неё медленный танец. Даже потоки воздуха от разгорячённой, импульсивной толпы сейчас замедлились… Большая часть подростков отошла, освобождая пространство импровизированного танцпола, а кто-то сразу стал искать пару. Алиса не успела начать искать среди прочих людей Вуда, как он сам подошёл к ней из приглушённого фиолетового света, которым была окутана гостиная. — Я начинаю понимать твою любовь к музыке, — с нежностью сказал он, одну руку держа на её талии, а второй гладя её по щеке. Их окружали другие немногочисленные парочки — временами мимо них проносились Фред вместе с громко хохочущей Стимптон, которые танцевали что-то вроде быстрого танго, неподалёку плавно двигались Ли с Анджелиной (интересно, она согласилась, потому что он на последней квиддичной игре побил рекорд по комплиментам в рупор комментатора?). Но больше всего отжёг Джордж, с которым сейчас танцевала какая-то семикурсница. Она была выше и старше рыжеволосого парня, но шуткам его смеялась, кажется, вполне искренне. — Тебе нравится? — слегка взволнованно, как будто в первый раз обнимая Оливера за плечи, спросила Алиса. Вуд кивнул. — Мне нравится… — он прокрутил её под своей рукой, а потом снова притянул к себе. — Не столько сама музыка, сколько ты в ней. Ты сама — как песня, мелодия, ты в ней просто растворяешься… И становишься ещё прекраснее. От таких слов, от его тёплых и сильных рук, от его влюблённого взгляда сердце забилось часто. Лестер чувствовала себя частичкой счастья, одной маленькой, но важной крупицей в большом океане света и тепла. — Мне кажется, эта песня немного о тебе, — нежно произнесла Алиса, глядя своему парню в глаза. — Разве она не о расставании? — Вуд приподнял бровь, усмехаясь. — Не только. Победитель получает всё… Кубок будет в ваших руках, вы своё получите, вот увидишь, — начала часто бормотать Алиса. Вуд прикрыл глаза и улыбнулся шире, а потом обнял её чуть крепче и склонился к её уху: — Я так люблю тебя, солнышко. Ресницы девушки чуть затрепетали, а щёки стали гореть сильнее. Музыка, праздник, его глаза и руки — так рядом… Фейерверк, который взорвался над их головами, когда они поцеловались, не шёл ни в какое сравнение с тем взрывом ярких красок, эмоций и звуков, которые были внутри Алисы. В тот вечер она правда не знала, способна ли вообще чувствовать себя ещё счастливее.***
Колдо с отцом — в кармане. Новости о том, что Блэка видели в Шотландии — в утренних газетах. А карта Мародёров — в руках Гарри Поттера. Как выяснилось, с начала каникул. — Почему вы у меня не спросили? — с нотками злости говорила Лестер. Они с близнецами опаздывали на трансфигурацию, и сейчас быстро бежали по коридорам и второпях путались в лестницах, меняющих свои направления. — Гарри эта вещь нужнее. — Мы эту карту уже наизусть знаем. — Но это же моя карта… — «Моя карта»! — передразнил Джордж. — Ты подарила её нам на день рождения, помнишь, глупышка? — Мы должны интересоваться у тебя, стоит ли нам одалживать или дарить кому-то что-то из своих вещей? — Когда это ты стала нашей экономкой? — Парни, это же карта! — простонала Алиса. — Наш самый бесценный трофей! Мы вторую такую уже не найдём… А если решим сделать сами, то на это потребуется целая куча времени, которого у нас нет! — Лис, ну зачем она тебе? Ты знаешь её наизусть. — «Господа Лунатик…» — «Бродяга…» — «Хвост и Со…» — Бродяга! — резко воскликнула Алиса и затем остановилась. Её сердце забилось быстро и неровно — и вовсе не от быстрого бега. Она расширила глаза и смотрела на каждого близнеца по очереди, пытаясь собраться с мыслями, чтобы передать им свою внезапную догадку. Паззлы снова стали складываться. — Э-э, ну да, Бродяга, — с недопониманием в голосе отозвался Фред. — Наш великий прародитель в мире шалостей и шалопайства, — уважительно добавил Джордж. Алиса как-то странно и коротко рассмеялась, трогая пальцами свои щёки, быстро помотала головой, а потом вымолвила: — Он… Он буквально мой родитель. Кажется, я понимаю… Близнецы переглянулись и послали подруге один из своих самых уникальных взглядов. А потом хором задали резонный вопрос: — Чего? — На каникулах у меня был разговор с Тонкс и она, вроде, упоминала, что называла моего отца Бродягой в детстве… — Алиса схватила близнецов за руки. — Ребят, а что, если он — один из создателей карты?! — Если ты ничего не путаешь… — И здесь нет совпадений… — То эта теория вполне имеет право на жизнь. — М-м-м, а вдруг так и есть?! Это же невероятно! Фред, Джордж! — глаза Лестер загорелись энтузиазмом и каким-то абсолютно непонятным парням восторгом: — Нужно вспомнить, в каком году создатели карты закончили школу, вдруг эти года совпадут с годом выпуска Сириуса Блэка, и тогда… Близнецы, судя по их виду, не собирались поддерживать её спонтанную идею. Джордж, поморщившись, подошёл чуть ближе к Алисе и взял её за плечо, останавливая поток слов: — Лис, Лис, Лис… Извини. Это действительно так важно для тебя? «Важно знать об этом преступнике?» — едва не сорвалось с его языка. Но Лестер, кажется, по глазам поняла, что он хотел сказать, поэтому чуть насупилась и отошла. — Это невероятно важно для меня. Вы даже не представляете, насколько! — резковато ответила она. — Ладно, ладно, раз уж важно… — быстро сдался Джордж. — Хорошо, почему бы и нет? — впрочем, в его голосе совсем не было согласия. Скорее — просто желание поскорее свернуть тему. Определённо идея узнать побольше о Сириусе Блэке казалась ему сомнительной. — Может, в класс пойдём? — невесело предложил Фред. — Или ты хочешь прямо сейчас начать проводить расследование?.. — Хочу прямо сейчас, но… — Лестер усмехнулась. — Мерлин, ну не во время урока МакГонагалл же. И она снова пошла вперёд, в сторону кабинета декана Гриффиндора. А близнецы переглянулись опять за её спиной. Алиса решительно не понимала, почему эти двое, которых всегда привлекало что-то рисковое и запрещённое, впервые в жизни, кажется, отказываются попробовать раскрыть очередную запутанную загадку.***
На заклинаниях Фред первым занял привычное место Алисии Спиннет, резко опустившись туда через пару секунд после того, как за парту села Лестер. Она посмотрела на него с недоумением. Уизли сразу с жаром, но не очень громко, стал говорить: — МакГонагалл половину урока просидела перед твоим носом в облике кошки, и с тобой ничего не случилось. Никакой аллергии. Почему? — Ничего не половину урока, — шепнула Алиса. — Она мимо всех ходила. — Это не меняет дела! — Фред расширил глаза. — Ты как-то чересчур обо мне беспокоишься, Фред, — девушка попробовала от него отмахнуться. — Да подожди же! — Фред повернулся к ней лицом, положив локти на их парту и на ту, которая стояла сзади. — Почему у тебя нет аллергии на неё? Класс только-только стал заполняться. Морозное послеобеденное солнце слабо светило в окна. — Потому что она ненастоящая кошка, — излишне терпеливым и медленным тоном произнесла Алиса, не понимая, что Уизли хочет от неё услышать. — Она анимаг. — А что насчёт… — Буу? — она слегка приподняла брови. — Ты об этом? — Кто такой Буу? — Пёс, с которым я иногда гуляю или играю. Чёрный волкодав. Ты видел его. — Почему ты назвала его… — удивлённо начал Фред, а потом мотнул головой. — Ладно, я не об этом. — Почему у меня нет аллергии на Буу? — уточнила Алиса. — Да. Почему? — Ты думаешь, здесь есть связь?.. — Лестер быстро пробежалась глазами по классу, обдумывая. А потом снова остановилась на Фреде: — Думаешь, он тоже анимаг?! Уизли вздохнул и вскинул руки: — Как же долго ты сегодня соображаешь… Алиса поморщилась и недоверчиво сказала: — Фред, да это невозможно… — она абсолютно не хотела верить в то, что предполагает Уизли. Это казалось ей настоящим абсурдом. — Кому надо принимать анимагическое обличие и проводить со мной время? — Да мало ли кому! — Фред неожиданно повысил голос, чем привлёк внимание нескольких однокурсников. Алиса сердито поднесла палец к губам, и Уизли покорно стал говорить тише, но с той же горячностью: — Лис, это может быть любой ненормальный извращенец… Тебе нельзя больше с ним видеться! Он может быть опасен. — Мне стало вдвойне интереснее увидеть его снова, — весело отозвалась Алиса. — Лестер, мать твою! — Не трогай мою маму, Фред Уизли! Несколько секунд рыжий беззвучно шевелил губами, пытаясь сквозь кипу эмоций подобрать нужные слова. — Подумай только: возле школы уже три месяца ошивается какой-то анимаг в образе чёрного пса, пытается подружиться… со школьницей? Это сюжет для сводки криминальных новостей в «Пророке»! Тебя могут похитить или… Алиса прервала его, взяв его за запястье и немного криво улыбнувшись. — У тебя слишком бурная фантазия. Фред, слушай… Успокойся, а? Я не буду больше с ним видеться, если тебе будет от этого легче. Я этого пса с тех пор, как наступила зима, вообще возле школы не видела. — Хорошо… — кивнул Фред. В его золотисто-карих глазах Алиса видела какое-то незнакомое (или, скорее, непривычное для Уизли чувство). — Я знаю, что ты любишь приключения, но давай не в этот раз, ладно? — Ла-адно, — протянула Алиса. А потом хихикнула: — Хей, может, это всё-таки ты анимаг? Когда это ты стал таким впечатлительным? — Освободи моё место, Уизли! — бросила Спиннет, шутливо замахиваясь на рыжего парня своим ранцем. — Урок сейчас начнётся!
